8. В пасти дьявол

Хэллоуин выпал на среду, и стало понятно, что в офисе его обязательно будут отмечать. Когда ты уходила с работы во вторник вечером, Ханджи уже вовсю украшала помещение. Ты с любопытством наблюдала, как она открыла один из шкафов и вытащила оттуда конфеты и праздничные украшения из ближайшего универмага. — Пришлось подождать, пока Саша уйдет, — усмехнулась Ханджи. — Иначе на завтра не осталось бы ни единой конфетки. — Нужна помощь? — предложила ты. — Нет! Просто приходи завтра в костюме! — весело отозвалась она, вынимая несколько оранжевых и черных мисок для сладостей. — Все так делают! Ты решила не отставать от общего веселья и вечером во вторник отправилась в магазин. В среду утром проснулась пораньше, чтобы подготовиться. Выбор пал на классику — костюм чертика. Это позволило тебе задействовать красное и черное из гардероба, придав образу одновременно игривости и сдержанности. Ты купила обруч с дьявольскими рожками, вилы и плащ, а из шкафа достала черные туфли, которые не надевала с тех пор, как ходила в клуб. Черные клетчатые брюки и красная рубашка с длинными рукавами стали основой твоего наряда. Стоя перед зеркалом, ты с удовольствием разглядывала свое отражение. — Неплохо, выгляжу сексуально, — хмыкнула ты, кокетливо позируя самой себе. В плаще и с рожками твой образ был одновременно дерзким и вполне уместным для офиса. Заканчивая приготовления, ты собрала в стопку одежду, которую примеряла, и убрала её обратно в шкаф. Подняв туфли на каблуке, ты вдруг заметила что-то красное в глубине… «Я что-то упустила?» — мелькает мысль, пока ты вытягиваешь красную ткань из шкафа. Это твое платье — то самое красное платье, которое ты надевала в клуб, кажется, целую вечность назад. Тогда ты познакомилась с Леви. — Ох… — выдыхаешь ты, держа его перед собой. Платье всё ещё выглядит роскошно, как и в тот вечер. Воспоминания о встрече с Леви в прошлую пятницу до сих пор будоражат. Ты проводишь пальцами по шее, как будто ощущая следы его прикосновений. Где его губы касались твоей кожи. — К черту, — шепчешь ты, принимая решение. Через пять минут ты уже стоишь перед зеркалом в своем красном платье. Чтобы добавить немного строгости, ты накинула черный блейзер и подобрала колготки. Всё ещё достаточно официально для офиса, но безумно эффектно. Черные туфли на каблуке, плащ и рожки довершили образ. На грани между офисным костюмом для вечеринки и чем-то, что ты могла бы надеть в клуб. Ты знаешь, Леви заметит. Он точно заметит. Оценивая своё отражение, ты поправляешь платье и бросаешь последний взгляд на свою фигуру. — Он определённо обратит внимание, — улыбаешься ты, видя, как эффектно выглядишь. *** Леви уткнулся в свои отчеты, когда раздался стук в дверь его кабинета. Твой голос прозвучал снаружи: — Чай. — Ага, — бросил он, даже не поднимая головы. Дверь открылась, и он краем глаза уловил движение. Его взгляд автоматически поднялся — и тут же снова опустился к бумагам. Но потом замер и поднялся обратно. Что, черт возьми, на тебе надето? Это оно. То самое красное платье. Оно идеально сидело на тебе тогда, в ту ночь в баре, но сейчас… Сейчас оно выглядело еще лучше. Как такое вообще возможно? Он невольно заметил, как оно обтягивает твою фигуру, особенно, когда ты закрыла за собой дверь. Его разум протестовал: не смотри, отвлекись, вернись к работе. Но его глаза тянулись к тебе, словно хотели запечатлеть каждую деталь. Ты улыбнулась — Леви чуть не лишился самообладания, заметив красную помаду. Ты наклонилась, чтобы поставить чай на стол. — Мятный, — спокойно сказала ты, а он изо всех сил старался удержать взгляд на своих бумагах, чтобы не опуститься до твоего декольте. — Счастливого Хэллоуина, сэр. А вы в каком костюме? Он напрягся, заставляя себя говорить: — Я не наряжаюсь. — Ах, — протянула ты, выпрямляясь. Он почувствовал, как больно дается ему каждое усилие отвести глаза от твоей фигуры и вернуться к отчетам. — Хочу, чтобы досье на Форстеров было переработано и у меня на столе к полудню, — выдавил Леви, удерживая голос ровным. — Поняла, босс, — ответила ты, направляясь к двери. — Что-нибудь еще? — Нет, — отрезал он, глядя в отчеты. Потому что знал: если посмотрит на тебя снова, то уже не сможет остановиться. — Убирайся. Ты рассмеялась, и этот звук эхом остался в его голове. — Хорошо. Леви долго борется с собой, но все-таки уступает и поднимает глаза. Ты уже на полпути к двери, но он все еще успевает увидеть, как твое платье обтягивает фигуру, особенно сзади. Дверь закрывается, отрезая этот вид, но он все равно смотрит на нее, как будто пытается прожечь взглядом. Еще тридцать секунд проходят в полной тишине. И наконец, он сдавленно стонет, опуская лоб на груду отчетов перед собой. *** Когда Ханджи сказала «все», она действительно имела в виду абсолютно всех. Костюмы у сотрудников получились разными. Хистория выбрала роль ангела — белоснежные крылья и нимб, Имир облачилась в костюм полицейского, а Энни надела на голову простую корону, заявив, что этого достаточно. У других подход оказался более сложным: Эрен, Микаса и Армин устроили командный костюм Элвина и бурундуков, Райнер щеголял в рыцарских доспехах, Бертольд стал пугалом, щедро украсив свой стол соломой, а Жан и Марко разделили костюм лошади, изображая её верхнюю и нижнюю половины. Конни и Саша привнесли в праздник живую динамику: Конни был пиратом в шляпе, с повязкой на глазу и пластмассовым мечом, а Саша стала ведьмой с метлой. Они то и дело устраивали дуэли. — En garde! — крикнул Конни, замахнувшись мечом. Его замах оказался настолько широким, что тебе пришлось пригнуться, чтобы не попасть под удар. — Получай! — с боевым воплем парировала Саша, блокируя удар метлой. Их битва набирала обороты, пока меч Конни не выскользнул из рук и не полетел прямо на тебя. К счастью, ты успела поднять свои вилы, которые взяла с собой, и отразила «атаку». — Еще один соперник! — с радостным криком объявил Конни. — Втроем! — Конни, прекрати говорить так, — простонал Жан, выглядывая из своей половины лошади. Ты засмеялась и направила вилы на Сашу. — Альянс? Саша прищурилась, оценивающе смотря на тебя. — Как я могу тебе доверять? Ты молча потянулась к ящику стола и вытащила несколько шоколадных конфет, которые тайно стащила с украшенного стола Хистории. Глаза Саши расширились, и она мгновенно схватила лакомство. — Хорошо! Альянс! — Предательство ради конфет! — возмутился Конни, облокотившись на свой стол. — Это настоящая трагедия! — Единственная трагедия здесь — твой костюм, — фыркнула Имир. — Ты ведь носил его в прошлом году. — Это классика! — обиделся Конни. — А ты разве не была полицейским в прошлом году? — Полицейским, да. А теперь я агент ФБР, — с улыбкой уточнила Имир, поправив свою шляпу. — Это совершенно разные вещи. Дверь кабинета Эрвина внезапно открылась. Он стоял в костюме с лысой кепкой и фальшивыми усами, что поначалу напугало весь офис. Но когда он, серьезно глядя на сотрудников, заявил: «Я Пиксис», Ханджи не выдержала и начала так сильно смеяться, что ей пришлось извиниться. Правда, только после того, как он успел сделать несколько фотографий. — Убедитесь, что вы все закончите свои дела заранее. В четыре у нас вечеринка, — говорит Эрвин, обводя офис строгим взглядом. — Да, сэр! — хором отзываются все. Ты украдкой посматриваешь в сторону кабинета Леви. Дверь закрыта. Тебе всё ещё ясно помнится, как его взгляд скользнул к твоей груди, когда ты наклонилась, чтобы поставить чай. Вздохнув, ты пытаешься сосредоточиться на работе, но мысли снова и снова возвращаются к нему. День пролетает быстро, и вот уже наступает время вечеринки. Ты вместе с коллегами спускаешься на склад, который Ханджи превратила в настоящую декорацию к Хэллоуину. Потолок украшен гирляндами из летучих мышей, стены — паутиной, а в центре стоит длинный стол, ломящийся от угощений. Саша, конечно, первой подбегает к еде, а в углу проектор транслирует триллер. — Попробуй пунш! — восклицает Ханджи, подбегая к тебе с чашкой. Она сама нарядилась безумным учёным, а пунш — пузырящийся зелёный, как из фильма ужасов. — Это безопасно? — с подозрением спрашиваешь ты. — Конечно! Давай, это вкусно! — Ханджи настаивает. Ты пожимаешь плечами, берёшь чашку и делаешь глоток. Вкус водки смешивается с кислинкой зелёного яблока, и напиток оказывается вполне приятным. — Неплохо, — признаёшь ты с улыбкой. — Видите! Он не ядовитый! — торжествует Ханджи, размахивая руками в сторону Эрена и Жана, которые с недоверием рассматривают свои напитки. — Ты же нас уже травила, — скептически замечает Жан. — Это было один раз, и случайно! — оправдывается она. — Мы уверены, что это было случайно? — вставляет Эрен. — Может, это яд с замедленным действием, — невинно добавляет Армин. — Ну, тогда мне крышка, — мрачно замечает Майк, проходя мимо. Его костюм лесоруба вызывает улыбку — он будто просто вышел из своей привычной роли. — В нем водка! — кричит Хистория с другого конца стола. — И?! — отвечает Ханджи, совершенно не видя проблемы. — Ханджи, сегодня среда! — И что?! Ты смеёшься, пробуешь закуски, болтаешь с коллегами и украдкой смотришь триллер. Но даже в атмосфере праздника твои глаза то и дело ищут Леви. Он держится особняком, не участвует в общих шутках, лишь изредка разговаривает с кем-то из работников склада или с Ханджи. Несколько раз тебе кажется, что он смотрит на тебя, но всякий раз он слишком быстро отводит взгляд, чтобы ты могла быть уверена. Пять часов вечера приближаются, и ты чувствуешь, что сыграла все свои карты. Ты надеялась, что твое красное платье, напоминающее о той первой встрече, станет для Леви достаточно явным намеком. Но ничего не происходило, и ты уже почти смирилась, что сегодняшний вечер закончится без развития. И вдруг, прямо перед тем, как все начали собираться, ты замечаешь, что Леви направляется к тебе. Ты делаешь вид, что увлечена чем-то другим, пока он не оказывается рядом. — Нам нужно кое-что сделать, — произносит он хрипловатым голосом. — Так что мы задержимся. — О, капитан, это же Хэллоуин! — протестует Саша, бросив на него укоризненный взгляд. Леви прищуривается. — Ты собиралась куда-нибудь? — спрашивает он у тебя. — Нет, — отвечаешь ты, стараясь сохранять спокойствие, хотя сердце бешено колотится. — Тогда нет причин, по которым она не может остаться, — хладнокровно возражает он, глядя на Сашу. — Ты просто невыносим! — замечает Ханджи с улыбкой. Все начинают собираться, направляясь к лифтам, чтобы вернуться в офис. — Пусть девочка идет домой, посмотрит фильм ужасов или что-то в этом духе! — дразнит она. — Не всем нравятся фильмы ужасов, очкарик, — резко отвечает Леви. Когда двери лифта закрываются, ты оказываешься в углу рядом с Жаном и Марко. Атмосфера немного шумная: люди начинают снимать части своих костюмов, и солома с костюма Бертольда оказывается повсюду. Лифт открывается, и толпа начинает спешить к своим столам. А ты остаешься. Леви ясно дал понять, что тебе нужно задержаться с ним. Если это не сигнал, что он хочет чего-то большего, то ты уже не знаешь, что это. Коллеги один за другим собирают вещи и прощаются, оставляя офис всё тише и пустее. Ты остаёшься за своим столом, поднимая файлы, над которыми работала, пытаясь понять: может, ты действительно всё придумала себе, и Леви просто хочет закончить работу. — Не задерживайтесь, — бросает Эрвин, выходя из своего кабинета вместе с Энни. Они уходят последними. Леви, стоящий у двери своего кабинета, коротко кивает. — Мы не будем. Эрвин кивает в ответ и исчезает за закрывающейся дверью. Ты поднимаешь взгляд, встречаясь с глазами Леви. Его серый взгляд кажется ледяным и обжигающим одновременно, словно он пытается понять тебя до самой сути — или раздевает взглядом, черт его знает. — Так над чем мы работаем? — спрашиваешь ты с невинным видом, стараясь держать голос ровным. — Трудяга, да? — бросает Леви, подходя ближе. — Ты выкладываешься на полную. — Я стараюсь, — отвечаешь ты, поднимаясь из-за стола. Твой стул отъезжает назад, скрипя по полу. Он продолжает приближаться. Ты стоишь, почти не дыша, а сердце стучит так громко, что кажется, он тоже может его слышать. Он останавливается всего в футе от тебя — это и слишком близко, и мучительно далеко. — Ты загнала меня в угол, — шепчет Леви, его голос хриплый и низкий. — Это платье... Ты надела его специально, верно? Твои губы изгибаются в ухмылке. — Очевидно. Леви тяжело выдыхает, сквозь стиснутые зубы звучит сдержанное раздражение. Его руки спрятаны в карманы, и ты видишь, как сильно он себя контролирует. — Черт возьми, Ред, — произносит он, а это прозвище, короткое и неожиданное, будто искрой проникает в твою душу. — Я бы хотел, чтобы тебя было легче игнорировать. Ты открываешь рот, собираясь что-то сказать, но Леви не даёт тебе шанса. Он резко сокращает расстояние между вами, его руки обхватывают твою голову, и он притягивает тебя к себе, накрывая твои губы своими. От внезапного облегчения, которое приносит его поцелуй, твоё тело становится слабым. Ноги дрожат, голова идёт кругом. Сколько прошло? Две недели? Две пятницы назад? Но сейчас это не имеет значения. Один его поцелуй заставляет мурашки бежать по твоему позвоночнику, и ты словно желе в его руках. Он прикусывает твою нижнюю губу, а его руки спускаются по твоей талии, крепко обхватывая её. Потом он уверенно двигается ниже, хватая тебя за попку, и тянет к себе. Твои пальцы находят его волосы, мягкие, чуть растрёпанные, и ты запускаешь их туда, наслаждаясь каждым прикосновением. Не разрывая поцелуя, Леви ведёт тебя назад, к своему кабинету. Вы оба спотыкаетесь, врезаясь в стены и столы, но не останавливаетесь. Его рот горячий, жадный, будто это его единственный шанс, и он хочет забрать всё, что может. Его хватка на твоём теле становится сильнее, почти до боли, и ты знаешь, что завтра увидишь следы. Но возражать? Ни за что. Ты захлопываешь за собой дверь его кабинета, быстро, почти автоматически, на всякий случай. Его руки мгновенно находят край твоего платья, задирая его до бедер. — Колготки, — раздражённо бормочет он, отрываясь на секунду. — Подходит для работы, — смеёшься ты, но твой голос звучит хрипло. Ты толкаешь его к креслу, и Леви падает в своё массивное кожаное кресло, упираясь руками в подлокотники. Твои пальцы тянутся к его рубашке, ловко расстёгивая верхние пуговицы. Обнажённая кожа под ними зовёт, и ты не можешь устоять, чтобы не наклониться и оставить горячий поцелуй прямо там. Его дыхание становится прерывистым, а руки крепко вцепляются в подлокотники кресла. Он выглядит так, будто держится из последних сил, чтобы не схватить тебя снова. — Ты ждал этого, — произносишь ты медленно, почти напевая, опуская взгляд на выпуклость в его брюках. Затем твои глаза снова находят его. — Не так ли? Леви ничего не говорит, но его взгляд опускается к твоим рукам, которые скользят вниз по его груди к пряжке ремня. Ты расстёгиваешь его, не отводя глаз, удерживая его внимание. Ему не нужно говорить, чтобы ты поняла — ответ очевиден. "Да.” Ты уже знаешь, что Леви не из тех, кто будет говорить много. Но это не важно. Ты решила сделать всё, чтобы заставить его издать звуки, которые он обычно так тщательно скрывает. Он слегка приподнимает бедра, позволяя тебе спустить его брюки ниже, и ты ловишь себя на том, что не можешь отвести глаз. Его лицо каменное, челюсть сжата, а руки, опущенные по бокам, сжаты в кулаки, будто он борется с собой, чтобы не сорваться. — Расслабься, — шепчешь ты, толкая его назад, пока он не опирается всей спиной на спинку кресла. Его глаза всё ещё пристально смотрят на тебя, и ты ненадолго замираешь. — Можно? — тихо спрашиваешь ты, просто чтобы убедиться, что он согласен. Леви резко выдыхает, его голос низкий и напряжённый: — Да, чертова дразнилка. Давай. Ты улыбаешься, чувствуя злорадное удовлетворение, и наконец позволяешь себе опустить взгляд. Твои пальцы выводят его член из боксеров, и это зрелище заставляет твоё тело загореться. Он уже твёрдый, а мысль о том, что это *твоя* заслуга, разжигает внутри тебя горячую гордость. Леви, твой босс, сидит перед тобой, полураздетый, и ждёт тебя. Твоё тело предательски реагирует на это. Жар между ног становится всё сильнее, но ты отвлекаешься, сосредотачиваясь только на нём. Ты берёшь его член в руку, кончиками пальцев проводишь по влажному кончику, собирая первую каплю. Он шипит сквозь зубы, когда ты начинаешь нежно крутить подушечкой большого пальца по головке. Медленно опускаясь на колени, ты оказываешься прямо напротив его талии. Твои глаза поднимаются к его лицу: его взгляд потемнел, челюсть всё ещё напряжена, и он смотрит на тебя с таким напряжением, что твои ноги чуть не подгибаются. Твой язык касается его основания, и ты медленно проводишь по стволу вверх, не отрывая взгляда от его лица. Леви крепко вцепился в подлокотники кресла, его пальцы белеют, как будто он готов вырвать их с корнем. — Чёрт, Рэд, — ворчит он низким, хриплым голосом. — Блять. Его реакция пробуждает в тебе ещё больше желания. Ты подумываешь о том, чтобы стянуть свои колготки и дотронуться до себя, чтобы хоть немного облегчить напряжение. Но нет. Сейчас всё должно быть для Леви. Всё твоё внимание принадлежит только ему. Ты стараешься держать концентрацию, одной рукой упираясь в его бедро, другой — обхватывая его твёрдый член. Ты медленно скользишь рукой вверх и вниз, наслаждаясь его реакцией. Леви издаёт низкое, приглушённое ворчание, но его взгляд не отрывается от тебя, словно прожигая твою кожу. Собрав смелость, ты наклоняешься вперёд, касаясь кончика его члена губами. Ты чувствуешь, как он пульсирует в твоей руке, и медленно начинаешь брать его в рот. Леви вздрагивает, его тело напряжено, и он, наконец, позволяет себе стонать. Его голос низкий, хриплый, он срывается на каждом звуке, который вырывается из его горла. Ты оставляешь руку на основании, наслаждаясь тем, что у тебя во рту находится вся его твёрдость. Ты мечтала об этом с самого начала рабочего семестра — представляла, как ты берёшь его член в рот, чувствуешь его вкус и слышишь, как он теряет контроль. Но реальность оказалась намного лучше, чем твои фантазии. Ты медленно скользишь вверх, проводя языком по нижней стороне его ствола, и Леви издаёт хриплый, нечеловеческий звук. — Чёрт, Рэд, не делай этого… — шепчет он, пытаясь сохранить самообладание. Ты улыбаешься про себя, осознавая, насколько он чувствителен. Конечно, ты тут же повторяешь движение, проводя языком вдоль его длины. Ты останавливаешься на кончике, чуть сильнее нажимая языком на его самое чувствительное место. — Чего не делать? — спрашиваешь ты невинно, снова медленно скользя рукой. — Ты… злая, — бормочет Леви, тяжело дыша. Его рука отпускает подлокотник кресла, и он проводит пальцами по своим растрёпанным волосам. Ты ухмыляешься, прижимая губы к головке его члена, заставляя его стонать ещё громче. — Чертовски злая, — добавляет он, его голос дрожит от напряжения. Ты отстраняешься, чтобы ухмыльнуться ему, обжигая взглядом. — Это из-за костюма, — дразнишь ты, намекая на свой выбор наряда. Леви тянется рукой к твоим волосам, срывая повязку с рогами дьявола. — Да ну на хрен… — рычит он, его голос обрывается. — Ты… Ты сводишь меня с ума. Ты не даёшь ему времени оправиться. Одним плавным движением ты снова накрываешь его член губами, позволяя ему проникнуть так глубоко, как только можешь. Леви выдыхает сквозь стиснутые зубы, откидывая голову назад. Ты держишь его внутри, чувствуя, как его твёрдость растягивает твоё горло, и борешься с рвотным рефлексом, чтобы не отпускать. Его размер ошеломляет, и хотя ты знала это заранее, каждый раз, когда он касается задней стенки твоего горла, это кажется чем-то новым. Его пульсация во рту заставляет тебя чувствовать себя сильной, владеющей ситуацией, и ты знаешь, что Леви полностью в твоей власти. Пульсирующее желание между ног становится невыносимым, но ты игнорируешь собственное возбуждение. Леви уже на грани — это видно по тому, как его тело дергается, как его дыхание становится всё более рваным. Ты знаешь, что он близок, и если этот вечер хоть немного напоминает вашу ночь два месяца назад, он отплатит тебе сполна. Ты начинаешь двигать головой, придавая ритм, и чувствуешь, как его член набухает и напрягается у тебя во рту. Ты поднимаешь глаза и видишь его — Леви с запрокинутой назад головой, его лицо отражает смесь удовольствия и подавленного напряжения. Этот вид доводит тебя до дрожи. Ты тихо стонешь, посылая вибрацию по его стволу, и слышишь, как его ботинки шаркают по полу. Его пальцы находят твои волосы, крепко вплетаются в них, спутывая до невозможности. Ногти царапают кожу головы, и он шипит сквозь зубы: — Чёрт, Рэд... Я близко. Его голос хриплый, напряжённый, и это только побуждает тебя продолжать. Ты увеличиваешь темп, твои движения становятся более уверенными. Головка его члена ударяется о заднюю стенку твоего горла, но ты не останавливаешься. И вот он вздрагивает, его тело сотрясается, и Леви стонет, низко и протяжно. Он кончает тебе в рот, его руки крепко держат тебя за волосы, удерживая твою голову на месте. Но тебе и не нужно бежать — ты принимаешь всё, глотаешь каждую каплю, чувствуя, как горячая волна обжигает твоё горло. Ты впиваешься ногтями в его бедро, стараясь подавить рвотный рефлекс. Леви тяжело дышит, его тело дрожит, пока он полностью не опустошается. Ты не пропускаешь ни капли, удерживая его во рту, пока его дыхание не замедляется. Когда его пальцы ослабевают и перестают удерживать твою голову, ты медленно поднимаешься, освобождая его член. Ты откидываешь голову назад, тяжело дыша, чувствуя, как воздух обжигает твоё горло. Два сильных пальца нежно подхватывают тебя за подбородок, и он приподнимает твою голову, заставляя встретиться глазами. — Ты в порядке? — спрашивает он, его голос всё ещё дрожит. Ты киваешь, убирая руки от его бедра и проводя пальцем по уголку своего рта, стирая остатки. — А ты? — твой голос слабый, но с ноткой удовлетворения. Леви кивает, его взгляд немного смягчается. Пальцы, скользнувшие с твоего подбородка, теперь касаются задней части твоей шеи, и он нежно притягивает тебя к себе. Его губы встречаются с твоими, и он целует тебя так, будто это не просто поцелуй, а способ выразить всё, что он не может сказать словами. Ты выдыхаешь в его рот, задаваясь вопросом, чувствует ли он свой вкус на твоих губах. Его пальцы поднимаются к твоему затылку, и он снова тянет тебя к себе. Ты, спотыкаясь, поднимаешься на ноги, чувствуя, как жар между вами становится почти невыносимым. Он хочет, чтобы ты оказалась у него на коленях? Но из-за кресла это кажется неудобным. Вместо этого ты опираешься руками на подлокотники и наклоняешься, чтобы продолжить целовать Леви. Его одна рука остаётся на твоём затылке, крепко удерживая тебя, а другая медленно скользит вниз по твоему бедру. Ты вздрагиваешь, чувствуя, как его пальцы мягко скользят по внутренней стороне твоих бедер, направляясь всё ближе к самому чувствительному месту. Даже сквозь колготки его прикосновения заставляют твоё тело дрожать, а дыхание становится рваным. Его пальцы легко касаются тебя, и ты тихо хнычешь в его поцелуе. Это приносит мгновенное облегчение, но этого недостаточно. Тебе нужно больше. — Спорим, ты хотела дотронуться до себя, — хрипло шепчет Леви, отрываясь от твоих губ и наклоняясь к твоему уху. Его голос вибрирует, проникая прямо в твои мысли. — Посмотри, какая ты мокрая. Ты опускаешь голову ему на плечо, чувствуя себя на грани, пока его другая рука поднимается под твоё платье, дразнясь, приближаясь к твоей талии. Он осторожно начинает стягивать с тебя колготки, открывая твою кожу прохладному воздуху кабинета. Это ощущение подобно электрическому разряду, и твоё тело подаётся вперёд в предвкушении. Внезапно раздаётся громкий хлопок двери. Руки Леви мгновенно отпускают тебя, и ты вздрагиваешь от резкого звука. Леви поднимается на ноги, а колесики его стула с глухим звуком откатываются назад. — Леви… — начинаешь ты шёпотом, но он прикладывает палец к своим губам, заставляя тебя замолчать. — Останься, — коротко бросает он, натягивая брюки и быстро застёгивая ремень, пока направляется к двери кабинета. Ты понимаешь, что момент разрушен. Пытаясь вернуть контроль, ты начинаешь натягивать обратно свои колготки, но чувствуешь, как пульсация между ног становится ещё более невыносимой. Ты была так близка, но этого так и не случилось. Твои ноги подгибаются, слабость заполняет всё тело. Позже тебе придётся что-то делать с этим напряжением, но сейчас это чувство подавляет тебя, оставляя с дрожью в теле и пустотой в груди. Леви открывает дверь и высовывает голову, прислушиваясь. Раздаётся чужой голос: — О, мистер Акерман. Я думал, это ваша машина у входа. — Работаю допоздна, — спокойно отвечает Леви, его тон холоден, как обычно. Ты замираешь, стараясь не шевелиться, чтобы не выдать своё присутствие. — Всё в порядке, сэр. Просто выношу мусор. Леви коротко кивает, и ты слышишь, как где-то захлопывается другая дверь. — Уборщик, — бросает он, закрывая дверь кабинета, и твои плечи опускаются от облегчения. Между вами наступает неловкое молчание. Ты понимаешь, что пересидела в его кабинете. Мысль о том, что он получил то, чего хотел, не выходит из головы: ты отсосала у него. Хотя ты надеялась, что он доставит тебе такое же удовольствие, ты понимаешь, что это могло быть односторонним. Сглотнув, ты нервно киваешь и обходишь его стол, стараясь скрыть своё смущение. — Ну что ж… — начинаешь ты, прикусывая внутреннюю сторону щеки. Леви поднимает бровь, его лицо остаётся непроницаемым. — Тогда… увидимся завтра, — говоришь ты, быстро направляясь к двери, но прежде чем ты успеваешь выйти, он ловит тебя за запястье. Ты оборачиваешься, и его взгляд пронзает тебя. — Разве я сказал, что покончил с тобой? — произносит он негромко, его голос звучит сдержанно, но в нём чувствуется угроза. Ты прикусываешь губу, чтобы не выдать, как быстро хочешь согласиться. — Потому что это не так, — добавляет он, его ухмылка почти зловещая. Ты не сдерживаешься и повторяешь слова, которые сказала ему в вашу первую ночь в месте: — К тебе или ко мне? Его губы растягиваются в ухмылке. — К тебе.