Глава 4

      Все ведь помнят, кто у нас мистер Голд, и что у него хранится. Поэтому нельзя так просто завалиться к нему в лавку, и шарить по полкам, не думая о последствиях.       Мнимость его безобидного внешнего вида, в образе аристократичного ростовщика-калеки, не умоляет того, что он Тёмный. Сильнейший представитель всего магического, что когда-либо жило в Зачарованном лесу.       Да, Реджина, при должном усердии может когда-нибудь стать столь же могущественной. Но ей не хватает главного ‒ терпения. Злая Королева всегда хочет получать сиюминутный результат своих действий, а магия такого не терпит.       В своей весьма долгой жизни Румпельштильцхен встречал различных магических существ и людей. Кого-то он даже учил, как Реджину. Но никто его так и не превзошел.       Так чему удивляться, что когда магически одаренные Эмма и Генри рылись в его артефактах, он почувствовал это, даже находясь в загородном доме.       Подойдя к зеркалу в ванной, он использовал на нём заклинание, чтобы видеть все, что происходит в ломбарде. Это оказалось весьма вовремя, так как команда ищеек разделилась. Эмма, участвующая в споре с Давом для него интереса не представляла. А вот юный Генри, в сопровождении Белль, мог натворить бед. Даже случайно.       Следя за парнем, Румпель постоянно отвлекался на Белль, которая мелькала за спиной Генри. Очевидно, что она оказалась в их компании, чтобы его найти, но он все ещё не понимал её мотивов. А так как выслушивать очередные упрёки в свой адрес он не желал, то продолжать от неё дистанцироваться было единственным вариантом.       Но что не говори, а имя у девушки, было говорящее. С переводом или без, Белль была красавицей, что в данной истории сыграно свою роль, отвлекая Тёмного от проделок маленького мальчика.       Пока Румпельштильцхен любовался Белль, Генри наткнувшись на красивую книжку, решил её изучить. Окажись это сборник сказок, как тот которым он руководствовался последние месяцы, может ничего бы и не произошло.       На беду жителей Сторибрука, Тёмный, сказок в подсобке не держал. Книга в руках Генри оказалась магическим самоучителем для начинающих, но когда Голд это заметил, было уже поздно что-то делать.       Магия вырвалась из лавки, не смотря на то, что Румпельштильцхен, удаленно, пытался её сдержать. За считанные мгновения волна пронеслась через весь город.       И остается только гадать, какое из заклинаний активировал юный недоволшебник.       Не прошло и минуты, как кипишь вокруг подростка поднялся знатный.       Поняв, что ребенок цел и невредим, Эмма хотела уже начать читать нотации, но ей начал активно мешать Дав, настаивающий на их немедленном уходе и Реджина, которая вдруг объявилась в лавке в вихре фиолетового облака, требуя объяснить, какого чёрта снова произошло.       Во всей этой неразберихе не хватало только хозяина лавки, которого спорщики просто не заметили. Голд появился менее эффектно, чем его учинится, но это только добавляло ему балов, за мастерство в использовании магии.       ‒ Может быть, вы заткнетесь хоть на минуту? ‒ Махнув рукой, Румпельштильцхен лишил присутствующих их голосов, из-за чего в помещении сразу стало невозможно тихо и эхом отдавалось только тиканье нескольких пар часов.       В возникшей тишине, нежданные гости еще пытались что-то прокричать, но Тёмный не обращал на их пантомимы внимания.       Первой успокоилась Белль. Своей цели она добилась, найдя волшебника. А поговорить они могут, только когда все уйдут. Подождать несколько минут для неё не составит труда.       Чета Прекрасных последовала её примеру и, отведя Генри немного в сторону, замерли в ожидании.       Реджина, в след за ними, быстро поняла, что спорить с бывщим учителем бесполезно. Попытавшись восстановить голос своей собственной магией, она бросила попытки после первой же неудачи.       Только Эмма, совершенно не боясь ни магии, ни её источника, пыталась как-то повлиять на ситуацию. В частности надавать банальных тумаков мистеру Голду, за страх за Генри и применение магии к её новообретённой семье.       В общем-то, затея не увенчалась успехом, так как Дав был на страже и не дал строптивой Спасительнице даже подойти к боссу.       ‒ Если все успокоились, ‒ начала маг, обращаясь к толпе, но спустя мгновение, поворачиваясь, обратился к Генри, ‒ то я хочу увидеть книгу и узнать, что ты прочёл перед всплеском.       Генри, не смотря на то, что верил в магию и свои родственные связи со сказочными персонажами, немного испугался такого грозного мистера Голда. Мужчина всегда относился к нему тепло, даже не смотря на натянутые отношения с его приёмной матерью. Но сейчас видимо он смог сделать что-то такое, что ростовщику сильно не понравилось.       Неуверенно двинувшись ему навстречу, мальчик протянул ему книгу, что всё еще держал в руках. Вдвоём они отошли к прилавку и, положив на неё книгу, Генри начал листать страницы, в поисках той, которую читал.       Голд знал, что магия как таковая не несет в себе зла или добра, за редким исключением. Вектор всегда даёт тот, кто использует. Гены Генри с высокой долей вероятности предполагали, что он будет использовать, светлую магию, но всегда есть какое-то «но». И его-то он и хотел исключить.       Генри повернул книгу к нему и указал на прочитанный текст.       Из-за отсутствия голосов у всех кроме Голда, прочие с трудом могли друг друга понять, пытаясь общаться пантомимами и гримасами. Реджине, в конце концов, это надоело и она, подойдя к Румпельштильцхену, треснула его по плечу, привлекая внимание и указывая на свой рот.       Маг закатил глаза к потолку, но всё же снял заклинание, возвращая всем возможность говорить.       Краем взгляда Злая Королева рассмотрела книгу на прилавке, признавая в той, свой старый учёбник. Она не обладала фотогеничной памятью, и потому лично хотела убедиться, что Генри не сморозил какую-нибудь глупость, вроде призыва демона или еще чего. Но, только протянув руку к книге, лишилась доступа к ней радикальным образом, Голд убрал её магией.       Румпель бросил на Королеву предостерегающий взгляд. А затем повернулся к остальным.       ‒ Дав, выпроводи, пожалуйста, всех присутствующих. Ломбард, как и указано на табличке снаружи, закрыт. ‒ Разбираться с тем, что натворил Генри, он предпочитает один. Наблюдатели ему для этого не нужны. Взмахнув рукой, он начал перемещение в свой дом, но не учёл, что рядом была та, кто весьма активно искала с ним встречи и, отпускать его просто так не планировала.       Белль, сделала рывок вперед, хватая руку Тёмного и переместилась вместе с ним.       Оставшимся ничего не оставалось, как покинуть лавку. Одно дело, когда они шли туда тайком, и совсем другое, когда Голд знал, с кого потом будёт спрос, если что.              *****       Голд переместился прямиком к себе в гостиную, но, не рассчитывая, получить довесок в виде гостьи, её переместил менее удачно, из-за чего красавица свалилась ему прямо под ноги.       ‒ Белль? ‒ Удивленно произнес он, оценивая получившуюся сцену со стороны. – Ты что творишь?       ‒ Сижу, ‒ констатировала она очевидный факт. Но сидела не просто так, а тихо шипя от боли в коленях, которыми ударилась при падении. ‒ Я уже говорила, ‒ вставая, застонав, продолжила она, ‒ что магия опасна. Как всегда оказалась права.       ‒ Ну, так и чего ты тогда в меня вцепилась?       ‒ А чего ты на звонки не отвечал?       ‒ Ты разве не все претензии мне высказала? Хочешь еще что-то добавить?       ‒ Нет… Да… Неет. Ты меня запутал.       Румпель отошёл от девушки к ближайшему сидячему месту, оказавшемуся диваном и пристроив рядом свою трость, сел.       ‒ Определись, дорогуша. Мне некогда ждать, когда твоё серое вещество соберется в кучу. Мне еще разбираться с тем, что вы натворили.       ‒ Ответь ты мне, я бы тебя предупредила о нашем приходе.       ‒ Не переводи тему, ты разрывала мой телефон звонками не по этому поводу.       ‒ Я хотела поговорить.       ‒ Не наговорилась еще? ‒ Тон речи Тёмного Белль совершенно не нравился, но повлиять она на это не могла. ‒ Ты перейдешь к сути или мне ждать до второго тёмного заклятья?       ‒ Зачем ты наслал на Реджину рейфа? Могли ведь пострадать люди.       ‒ С чего мне раскрывать свои резоны? Ты шатаешься по городу, якшаясь если не с моими врагами на прямую, то с теми, кто ими может стать. То, что мы знакомы, не дает тебе права требовать что-то от меня.       ‒ Так твои слова о любви для тебя ничего не значат?       ‒ Они значат слишком много. Ты же хочешь видеть во мне кого-то другого. Принимаешь меня лишь отчасти. А я не терплю полумер.       ‒ И как это понимать?       ‒ Я чудовище, Белль. Тёмный, до мозга костей и чёрного сердца. А ты хочешь, чтобы я был кем-то заурядным.       ‒ Я все лишь хотела тебя спасти. Раз поцелуй истиной любви сработал, значит это та же хворь и от неё можно избавится.       ‒ А меня ты спросила, хочу ли я избавляться?       Прямой вопрос выбил девушку из колеи. Она и не задумывалась о том, что Румпель хотел быть Тёмным по своей воле.       ‒ Зачем?       Румпель не стал отвечать, продолжая думать, что если она была не с ним, то вероятно против него. А в таком случаи, все, что он скажет, она сможет использовать.       ‒ Это из-за сына? ‒ Вспомнив собрание в ратуше, уточнила Белль. ‒ Как это связано с ним?       Румпельштильцхен замер в одной позе, не смотря на девушку. Он был уверен, что сам ей ничего лишнего про Бея не говорил. Значит, проболтался кто-то из местных, кто-то из тех, кому бы он с радостью свернул шею, при возможности.       ‒ Кто тебе сказал? – почти шипяще спросил он, бросая на неё тяжелый взгляд.       Белль, закусила губу, понимая, что сболтнула лишнего.       Голд встал, снова опираясь на трость и, приблизился к гостье, которая вдруг растеряла всё своё косноязычие.       ‒ Кто Белль? ‒ снова спросил он.       ‒ Рул Горм, ‒ собравшись с силами, ответила Белль, понимая, что он все равно узнал бы это. Если не от неё, то от любого жителя города.       ‒ Это голубая выскочка увеличивает свой счёт с каждой встречей. ‒ Прорычал он, отодвигая девушку в сторону, чтобы выйти из гостиной. Ему срочно нужен алкоголь, иначе он кого-нибудь убьет и лучше, если этот кто-то будет носить монашескую одежду.       Спустя мгновение Белль услышала, как хлопнула дверь, где-то за поворотом.       Ей нужна была пара минут, чтобы осмыслить весь разговор и снова пойти искать Тёмного.