Еще один шанс

Две недели спустя. Рита стояла перед зеркалом в пустой квартире, разглядывая синяки под глазами и шрам на запястье от верёвок. Ребёнка не было. Сергея не нашли. Правды — тоже. Стёпа превратился в тень — исчезал на днями, возвращался с окровавленными костяшками пальцев. Рома молча наблюдал, но больше не пытался приближаться. Телефон зазвонил. — Власова, на выход. Новое тело. — Галина Николаевна говорила сухо, но в голосе слышалась тревога. На месте преступления в луже крови лежал бывший сообщник киллера — горло перерезано, на груди вырезана звезда. Рита наклонилась ближе. В мёртвых пальцах — записка: «Это для тебя, капитан. Первая ласточка. — S.» ФЭС. Ночь. Стёпа в ярости крушил кабинет: — Он нас троллит! Рома молча положил на стол диск: — Я нашёл кое-что. Запись с камеры показала Сергея, разговаривающего с... Галиной Николаевной. — Что за чертовщина? — Рита вскочила, но экран погас. В этот момент в окно влетел камень с запиской: «Хотите правду? Приходите одни. Адрес пришлю. — S.» Заброшенный тоннель метро. Рита шла одна, пистолет в дрожащих руках. Сергей сидел на рельсах, улыбаясь: — Ну что, капитан, поняла, что все вас предали? — Где доказательства? Он рассмеялся, доставая телефон: — Слушай. Голос Галины Николаевны: «Ликвидируйте Власову. Она знает слишком много.» Рита не успела среагировать — выстрел раздался со стороны. Сергей рухнул, хватаясь за грудь. Из темноты вышел... Рома. — Я предупреждал тебя не верить ему. Правда всплыла, как труп в воде: Галина Николаевна крыла банду киллеров. Сергей был её «чистильщиком». А ребёнок Риты... был ошибкой, которую нельзя было допустить. Стёпа нашёл их в тоннеле, но было поздно — Рита уже целилась в Рому. — Ты знал. — Я пытался защитить тебя! Выстрел грянул неожиданно — пуля вошла Роме в плечо. Он упал, не пытаясь защититься: — Если это поможет... Стёпа оттащил Риту назад: — Хватит. Мы закончили. Сирены. Крики. Следственный изолятор. Встреча с Галиной Николаевной. — Вы должны меня выслушать, Власова, — бывший начальник ФЭС сжала руки, её глаза горели. — Я не отдавала приказов убивать вас. Эти записи — подделка. Рита молчала, но в голове уже крутились сомнения. Рома, ещё бледный от ранения, стоял рядом: — Я проверял данные. Кто-то действительно подставил нас всех. Стёпа сжал кулаки: — Значит, Майский всё это время играл в свою игру. Ночь. Квартира Риты. Телефон завибрировал. «Скучаю, капитан. Ты ведь знаешь, что это не конец? — S.» Фото прилагалось — Рита и Стёпа, сделанное сегодня утром. Кто-то следил за ними. Стёпа в ярости швырнул телефон на диван: — Он жив. И теперь снова начинает свою игру. Рита прикрыла глаза, вспоминая, как Майский улыбался, когда её ребёнок умирал у неё внутри. — На этот раз я убью его сама. Заброшенный завод. То самое место, где всё началось. Рита шла вперёд, пистолет в руке, Стёпа прикрывал тыл. — Майский! — её голос эхом разнёсся по пустым цехам. Смех. — Капитан Власова... Как же я по тебе соскучился. Из тени вышел Сергей Майский. Но это был уже не тот человек — его лицо изуродовано ожогами, глаза горели безумием. — Ты думала, я просто так позволю вам жить? Он поднял руку — в ней был пульт. — Время прощаться. Раздался оглушительный взрыв. Очнулась в дыму, с кровью в глазах. Стёпа лежал рядом, без сознания. Майский стоял над ними, пистолет в руке. — Я мог бы убить вас сразу... Но где в этом веселье? Рита попыталась дотянуться до оружия, но её тело не слушалось. В этот момент раздался выстрел. Майский вздрогнул, кровь брызнула из его плеча. Из дыма вышел Рома, его лицо искажено яростью: — Ты недооценил нас, ублюдок. Перестрелка. Крики. Боль. Майский исчез, оставив за собой лишь кровавый след. Больница. Через три дня. Рита сидела у кровати Стёпы, когда телефон снова завибрировал. «Ты думала, это конец? Я только начинаю. — S.» Фото — их квартира, сделанное сегодня. Сергей Майский был жив. И он не собирался останавливаться.