Непонятно.

— Всем привет, я наследник всемогущего и я хуй клал на это ваше геройство. Так ты предлагаешь сказать? Серьезно, Шото? Ну ёбнулся, не иначе. — Бля, двумордый, Деку дело говорит, идея – ху-е-та полнейшая Трое парней сидят на крыше общаги выпивая пиво, начался второй год обучения в UA, прошлый год закончился максимально странно: их всех готовили к какой-то битве, но по итогу на поле появился Айзава с Эри за ручку, а потом все-за-одного просто превратился в пыль, других добили про-герои, и никому из студентов в конце концов ничего не объяснили. Сомнительно конечно, зачем тогда нужны они, если в конечном итоге всё решается простым откатом? И пока все радовались счастливому финалу, как-то так получилось, что желание становиться героем отпало сразу у троих парней, на каждого из которых уже делали ставки, как на героя номер один лет так через десять, и если Бакуго только лишь из-за самолюбия и желания потешить своё эго ещё готов был работать на поприще геройства, а у Тодороки изначально цель была просто утереть нос отцу, ни о каком героизме он особо не грезил, то Изуку сходил с ума. До этого милый и позитивный мальчик, который хотел спасать других и быть как Всемогущий, теперь совершенно не понимал, а что собственно весь прошлый год происходило? То есть практически с появления у них Эри можно было всё завершить? К чему тогда было то сражение, в котором образ Всемогущего полностью канул в лету, зачем Деку бегал по городу как умалишённый развивая один-за-всех, для чего были все эти смерти и вообще весь тот ужас? Ему не важно, что это было: заговор правительства, оплошность министерства обороны или какой-то из закидонов директора их шараги, но Изуку решил – геройство жёстко сосёт, нахуй его. Однако, становиться злодеем он тоже не желал, какой смысл бросаться на верную смерть, если у героев теперь есть Эри? А может ещё что похуже, о чем они молчали целый год, готовя детей к тому, что скорее всего большинство умрет. Это ж надо было тогда пропустить целый класс на геройскую лицензию, что изначально казалось странно: из полутора тысяч человек пройти должны были сто, двадцать из которых – класс Мидории, что это, если не чей-то стрёмный план? Теперь это всё Изуку очень бесит. Каких-то убеждений у Мидории не было, желания принимать чью-то сторону тоже, поэтому пацан просто решил, что будет делать всё, что взбредёт ему в голову, абсолютно всё. А хотел он на самом деле много чего, но хорошим мальчикам такое не положено... Только вот теперь он больше не хороший мальчик, но и не плохой в целом, в общем, домашка сделанная на троечку, ноль на термометре, несмешная шутка — не хорошо, не плохо. Средне. И вот теперь этот средний мальчик мог позволить себе выпивать на крыше общежития посреди учебного дня. Шото как всегда лежал головой у Мидории на коленях и читал какую-то заумную книжку, Наруками или кто он там, периодически вкидывая в разговор свои пять копеек, в общем, выёбывался образом ледяного принца, пока Изуку одной рукой гладил его волосы, а другой держал бутылку и активно жестикулировал, пытаясь доказать Катсуки, что объективно из всех в классе, не считая Шото конечно же, самая сочная жопа у Ииды, так как тот легкоатлет, ещё и с крайне подходящей причудой, там нет другого варианта кроме жопы как орех. А Бакуго просто угарал с пьяного друга, как оказалось Деку не так уж и плох, а когда бухой, то вообще на вес золота. Эти трое уже не в первый раз за пару месяцев выкидывают что-то из ряда вон, пьют, буянят, дебоширят... И окончательно забили на форму, если Изуку просто сменил брюки на черные, а пиджак на приталенный жилет, то те двое пошли вразнос: Бакуго, никого не стесняясь, ходил на уроки, если ходил конечно, в шортах и кофте с подписью "Fuck Yourself", а Тодороки и вовсе щеголял в пижаме-кигуруми со всемогущим, в знак своего протеста против Старателя. Это было ни в какие рамки. Только вот благодаря власть имеющим людям и журналистам, теперь именно эти трое – герои Японии, которые спасли всех от все-за-одного, того стремного чела с рукой на лице и обгоревшей огненной ебанашки, и поэтому исключить их возможности не представлялось. Если кто-то сверху думал, что эти трое будут выполнять обязанности пай мальчиков, то они ошиблись, ведь Изуку теперь похуй. Ха-ха-ха блять. — Ахххахаха— Изуку упал спиной на пол, смеясь так, будто услышал лучшую шутку в своей жизни. Нет, всё таки пьяный Деку был что-то с чем-то. — не, ну вы при-ик-ой-прикиньте самая элитная геройская школа Японии использует детей с геройской лицензией, чтобы прикрывать то, что у них есть слишком имбовые силы, не, я в ахуе, бля — Изуку, не матерись, перебарщиваешь— Шото перелистнул страницу, поёрзал головой, до сих пор покоящейся на бедре Мидории, и многозначительно страдальчески вздохнул Изуку обратно вернулся в сидячее положение и уставился Тодороки в глаза: — А вчера ты говорил, что тебе нравится, когда я матерюсь — Вчера ты был трезвый, грустный и застенчивый, да и вообще ... Бакуго уже не слушал, а просто открывал последнюю бутылку пива, надо будет сходить за новым паком, смысл их слушать? Сейчас Деку выбесит двумордого, тот его поцелует, они какое-то время поваляются на крыше обнимаясь, а потом уйдут в комнату Тодороки и будут заниматься своими делами очень и очень громко. Любят ли они друг друга? Бакуго был не уверен, зато точно знал, для Шото – это ещё один протест против отца, да и не видел он в этом ничего особо странного, потому что в плане отношений с людьми был не от мира сего, а Мидория просто хотел заниматься тем, что совершенно не соответствовало образу героя, при этом и к злодеям себя не причисляя. Вряд-ли они любили друг друга, но ему ли не похуй? Пиво закончилось.