Прощай

Пистолет в его руке — продолжение его самого, такой же холодный и точный, как и он сам. Ичиро смотрит на Рико. На своего брата. Этот человек, его подобие, сидит на полу, сломленный, жалкий. Ичиро ничего не чувствует. Ни жалости, ни гнева, ни удовлетворения. Только холодное, расчётливое наблюдение. Рико поднимает взгляд, и на мгновение Ичиро видит что-то в его глазах. Страх? Нет, не страх. Скорее… принятие. Это удивляет. Обычно Рико полон ярости и ненависти, но сейчас… это что-то новое. Он наконец-то понял. Ичиро не понимает этой сентиментальности. Он никогда не понимал эмоций. Они — слабость, отвлекающий фактор. Всю свою жизнь он был отстранённым, наблюдая за миром сквозь толстую линзу безразличия. Его растили как оружие, как и Рико, но его клинок был заточен для другого. Его клинок — это контроль, расчёт, управление. Он видит, как Рико закрывает глаза. Ичиро не торопится. Он не поддаётся импульсам. Он ждёт. Он наблюдает. Ичиро видит в своей голове кадры: его собственные тренировки, жёсткие, безжалостные. Он никогда не жаловался, никогда не плакал. Он научился отключать боль, научился игнорировать всё, кроме цели. Он был создан для совершенства, и ничто не встанет у него на пути. Рико. Он был слабым. Эмоции ослепляли его. Он был слишком импульсивен, слишком зависим от признания. Быть первым. Он стал орудием собственной ненависти, а не хладнокровным оружием, как Ичиро. Жалкое существование. В его памяти всплывают другие воспоминания: Натаниэль, беглец, с которым он заключил сделку. Ичиро никогда не понимал его мотивов, его безумного риска, его готовности играть со смертью. Но он выиграла, лисы выйграла. И теперь Ичиро выполняет свою часть. Кевин Дей. Его раздражал Кевин. Ичиро знал о его таланте, но ему претила его нерешительность. Его слабость. Он не смог удержать Рико под контролем, а значит, не стоил его внимания. И Жан. Он мог быть идеальным инструментом. Долгое время. Но потом сломался. Рико постарался. Ичиро не презирает их за эмоции. Он просто не понимает их ценности. Эмоции отвлекают, они мешают действовать эффективно. Единственное, что имеет значение, — это результат и контроль. Он всегда контролировал себя, свои эмоции, свои действия. Он всегда был на вершине. И сейчас Рико, его брат, которого он никогда не знал, является частью этого результата. Ичиро никогда не понимал этой кровной связи. Кровь ничего не значит. Он не испытывает к Рико ни любви, ни ненависти, только холодное понимание того, что Рико — это условие договора. Просто часть сделки. В сознании Ичиро нет места сомнениям. Он знает, что поступает правильно. Таков был конец его сделки с Нилом. Он всегда доводил начатое до конца. Он наблюдает, как Рико ждёт. Ждёт своего конца. Это должно было стать уроком. Он никогда не понимал, почему отец так берег Рико, до самого конца и не избавился от него. Тот был всего лишь инструментом. Использованным и сломанным. Бесполезным. Ичиро слегка поправляет хватку. Его палец ложится на спусковой крючок. Он видит, как на лице Рико появляется некое подобие смирения, но не обращает на это внимания. Для Ичиро нет места милосердию, нет места колебаниям. Только выполнение своей части договора. Он медленно нажимает на курок. Прощай.