1. Всего три цифры

В последнее время мертвецки спокойная атмосфера пустошей вдруг стала похожа на пороховую бочку, готовую в любой момент взорваться, уничтожив все окрестности Вашингтона. И причина тому была одна — Анклав, вступивший в игру. Остатки послевоенного правительства предъявляли претензии на всё, что имело хоть какую-то ценность в этом забытом богом округе. Так и случилось с Очистителем — амбициозным проектом под руководством учёного Джеймса Форда, чья суть заключалась в одном — превратить грязный, заражённый радиацией Потомак, полный яда, в чистую питьевую воду для каждого страждущего. И за отказ отдать проект, мужчина поплатился жизнью на глазах своего сына… Сначала казалось, что это был конец, но нет — некоторые учёные и техники, под защитой Дерена Форда, смогли сбежать от Анклава через технические тоннели и прибыть в Цитадель, ранее — Пентагон, а ныне — единственный оплот Братства Стали на востоке США. И тогда же сын Джеймса загорелся идеей отца, решив во что бы то ни стало вернуть Очиститель и заставить его работать. Одна проблема — для этого нужен был некий ГЭКК, единственный на востоке экземпляр которого находился в Убежище 87, пожалуй, одном из самых опасных мест на пустошах, кишащем супермутантами. Но не они в итоге стали его главной проблемой. У Анклава глаза и уши везде, поэтому при первой же поступившей информации о миссии Путника в 87 убежище специализированная группа захвата была отправлена на винтокрыле к единственному возможному входу в довоенное строение Волт-Тек — поселению, известному как Литл Лэмплайт. Хизер Отем, старший уорент-офицер и по совместительству стоящий на хорошем счету у Анклава служащий, была полностью уверена в том, что всё пройдёт гладко — захватить одного человека с необходимым грузом не было большой проблемой, особенно когда за спиной шагали тяжеловооружённые бойцы в силовой броне чёрной, как сама ночь. В обычной ситуации всех свидетелей бы зачистили, но убивать детей не входило в принципы Анклава, поэтому лишь несколько угроз с небольшой демонстрацией силы — и жители радушно предложили отряду воспользоваться проходом, ведущим в убежище. Офицер глянула на свои наручные часы — вот-вот Путник должен был показаться, и лучше бы ему иметь при себе ГЭКК, чтобы сэкономить им всем время.

***

Сильно отросшие волосы упрямо лезли Дерену Форду в глаза, и он остановился, чтобы собрать их и перевести дух. Поставив на пол ящик размером с дипломат, он сжал его коленями, распустил растрепанный хвост и вновь собрал его, закрепив резинкой. Свет фонарика пип-боя на его левой руке создавал на потолке жуткие тени, от которых то и дело хотелось шарахнуться в сторону. Сердце продолжало колотиться в грудную клетку, но постепенно возвращалось в привычный ритм — самое сложное осталось позади. Убежище 87 могло стать могилой Дерена — даже с неплохими навыками стрелка одному прорваться сквозь орды супермутантов, окопавшихся в подземной крепости «Волт-Тек», не представлялось возможным. К счастью, он встретил Фокса — разумного зеленокожего, который стал его «танком» и помог достать заветный чемоданчик. Жаль, что этот громила отказался сопроводить юношу до Цитадели — это явно бы не помешало. — Скоро уже выберемся, приятель, — парень наклонился и взял чемоданчик за ручку. ГЭКК. Генератор Эдемских Кущ Компактный. Невинный на вид серый прямоугольник содержал в себе невероятную мощь, а самое главное — он мог спасти Пустоши. Завершить дело отца, ради которого тот погиб, и эта миссия казалась Дерену действительно важной. Путник ни к чему в своей жизни не относился серьёзно. Дома это создавало кучу проблем, но помогало выживать на поверхности, когда пришлось бежать из собственного убежища. Дерен был уверен — без чувства юмора он бы просто сошёл с ума от ужасов, рухнувших на его белобрысую голову, как только шестеренка с цифрами 101 задвинулась за его спиной. Убежище 87 не походило на его прошлый дом — ржавые коридоры, облепленные слизью и бог невесть чем, закручивались в стальные кишки, и только карта в пип-бое не давала Дерену заблудиться. К счастью, обратный путь не представлял особой опасности, так как зеленокожие твари предпочитали держаться поближе к радиации внизу. Очередные двери разъехались, и парень вышел в большую просторную комнату. Здесь было тихо и светло, пожалуй, даже слишком. Инстинкт выживальщика, который ни разу не подводил Дерена, кольнул его под рёбра лишь на середине комнаты. Что-то определенно было не так. Вскинув голову, парень понял — он в помещении не один. В грязном металлическом коридоре послышались шаги, и Хизер приготовилась, дожидаясь идеального момента. Выход из комнаты на поверхность был лишь один, и он оказался занят её отрядом, так что Дерен Форд, более известный как Одинокий Путник, не мог никуда деться. Наконец, когда в плохо освещаемом помещении показался силуэт парня, девушка махнула солдатам рукой и вышла вместе с ними вперёд. — Дерен Форд, ты задержан по обвинению в государственной измене и расхищении федерального имущества, — её голос казался довольно строгим, не выражавшим никаких эмоций. Для неё это было лишь очередное задание, не более. — Брось оружие на пол и подними руки так, чтобы мы видели, иначе по тебе будет открыт огонь. Взгляд холодных глаз девушки скользнул по тяжёлому гатлинг-лазеру в руках одного из бойцов. У них был приказ доставить парня живым, но при необходимости они могли ранить его… Например, в ноги, чтобы Путник не успел убежать. Уорент-офицер рукой коснулась плазменного пистолета, что висел на её поясе — на всякий случай, ведь никогда не знаешь, чего стоило ожидать от людей с пустошей. Пусть Дерен, согласно данным, и происходил из убежища, одного взгляда на него хватало, чтобы Хизер сделала простой вывод — внешний мир наверняка изменил парня. «Девочки и мальчики, у меня для вас новости со Столичной Пустоши! Умница из убежища попал в полную задницу», — задорный голос Тридогнайта грохнул у Дерена в голове, и он улыбнулся. Улыбка расходилась с серьёзностью ситуации, в которую он попал. Голос девушки в чёрной форме с бежевыми вставками скрежетал холодным металлом, и от него у Дерена на лбу выступил пот. Он узнавал эти цвета и эти опознавательные знаки. Анклав. Люди, которые считали Пустоши своими и убили его отца. Да, Джеймс Форд сам выбрал свою смерть, но виновными в этом его сын считал именно анклавовцев, которые задумали забрать Очиститель себе. Ненависть опалила душу Дерена, контрастируя с леденящим страхом. «Десятка» выпала из руки, подчиняясь приказу девушки в форме. Стараясь не показывать волнения, Путник медленно поставил ГЭКК на пол и снял с плеча винтовку Линкольна. — Никогда бы не подумал, что встреча с вами будет менее приятной, чем с супермутантами, — криво ухмыльнулся он девушке и поднял руки. Дождавшись, когда оружие окажется на полу, офицер кивнула стоявшим рядом бойцам, один из которых забрал заветный металлический чемоданчик, а второй подошёл к Дерену, казалось, без особых усилий скрутив его. Наручники защёлкнулись за спиной Путника. — Комплект ГЭКК не повреждён, мэм, — доложил солдат, передавая чемоданчик девушке, что взяла его. На её лице на секунду даже показалась слабая довольная улыбка, но Хизер быстро взяла себя в руки, вновь приняв серьёзное выражение лица. — Отлично. Доставим цель с грузом на базу, — произнесла та, с ног до головы осмотрев парня, после чего обратилась к Дерену. — Будешь сопротивляться — дойдёшь не целиком. Ясно? Челюсть Дерена хрустнула от боли, когда один из анклавовцев скрутил его. Черт, а это было куда больнее, чем когда Харкнесс арестовал его за пьяную драку в баре «У руля». Золотистый ствол винтовки Линкольна, с таким трудом добытый, проплыл мимо в руках другого офицера, и Путник мысленно с ним попрощался. — Кто я такой, чтобы сопротивляться американской мечте? — зло процедил он и глянул на девушку, которая, несмотря на юный возраст, командовала этим парадом. — Мне нравятся мои конечности, так что я не буду сопротивляться, но ты бы приказала своим солдафонам ослабить хватку, детка? Он не успел разглядеть реакцию на провокацию на симпатичном лице. За «детку» он тут же получил прикладом в живот, и из лёгких вытолкнулся весь воздух. Согнувшегося пополам парня потащили к выходу. Лишь презрительно фыркнув, девушка вместе с отрядом направилась в пещеры Литл Лэмплайт. Несколько раз она поглядывала на парня, которого тащили, точно мешок мусора. Особенно ей был интересен пип-бой на руке Дерена… Довоенное устройство, кладезь знаний и технологий, совмещающее в себе спутниковые карты, радио, физические данные носителя и много другое. Жаль, но чтобы снять его, нужны специальные инструменты… Да и таскать целый компьютер на руке казалось идеей глупой. — Пилоты на месте? — поинтересовалась та сухо. — Так точно, мэм. Путь через город детей Дерен помнил смутно — удар прикладом выбил из него остатки сил, поэтому он почти не помогал анклавовцам тащить его через пещеры. Пустоши раскинулись под привычно серым небом, но сейчас свет мутного солнца казался ослепляющим и слегка бодрил. Гирлянды фонариков Литтл Лэмплайта колебались от ветра, создаваемого пропеллерами винтокрылов, и внутри у Дерена всё сжалось от осознания, что сейчас его поднимут в небо. В небо, страх необъятности которого всё ещё проявлял себя даже спустя почти три года после побега из дома. Его грубо зашвырнули на ребристый пол кабины одного из летательных аппаратов и пристегнули к вертикальному поручню. Его пленительница бодро запрыгнула следом. Офицер села в кресло и пристегнулась, следом зашли два бойца повторив эту же схему. Винтокрыл медленно поднялся в воздух, и было заметно, что к полётам привыкли все присутствующие, кроме пленника. Взгляд её глаз, при свете оказавшихся янтарными, не сходил с пип-боя на его руке, но Дерену было плевать. Когда винтокрыл стремительно набирал высоту, и его уши наполнились невыносимым гулом, он думал лишь о том, что впервые в жизни быть пристёгнутым было приятно. И о том, что сблевануть от качки перед красивой девушкой — это не комильфо. Пока было время, Хизер положила чемоданчик себе на колени и раскрыла его, рассматривая содержимое. Пакетики семян, какие-то ампулы и провода… Казалось, что лишь в руках настоящего гения мог полностью раскрыться потенциал этого устройства. — Странно, что этот комплект не облучён… Но нам же лучше, — тихо сказала она, но её голос заглушался рёвом мотора машины. Земля была всё дальше, и смотреть вниз совсем не хотелось. Скудный ужин, перехваченный в Литтл Лэмплайте, попросился на выход с неестественной стороны, и Дерен поискал глазами за что бы уцепиться и унять тошноту. Взгляд упал на девушку, изучающую содержимое заветного чемоданчика. ГЭКК был так близко, но похоже, уже утрачен навсегда. В сосредоточенных глазах командующей анклавовцами появилось любопытство — казалось, впервые происходящее заинтересовало её. Пожалуй, это делало девушку красивой, и Дерен удивился, что эта мысль просочилась сквозь весь тот ужас, что он испытывал из-за своего незавидного положения. А следующей мыслью была злость — та самая жестокая и обжигающая, которую испытывают люди в безвыходном положении. Дерену безумно захотелось слить эту злость на свою пленительницу. — Пожалуй, я поставлю этим авиалиниям одну звезду, — заявил он ей. — Сервис так себе — ручную кладь забрали, но, может, хоть кормить будут? Взгляд ясных глаз плеснул на него студеным холодом, а затем переместился к офицеру, сидящему рядом с Дереном. Судя по жесткому выражению на молодом лице, Путник конкретно её достал, и девушке не нужно было приказывать вслух, чтобы подчиненный её понял. В этот раз приклад приземлился на затылок, и винтокрыл вместе с землёй под ним утонули в темноте.

***

Так как в последнее время на отца навалилось слишком много работы из-за конфликта с президентом, Очистителя и перераспределения войск, именно её Отем назначил на проведение допроса. У Хизер за плечами было не слишком много опыта в этом, но она должна была узнать лишь три цифры — код запуска проекта «Чистота». Проходя в тёмную камеру, где не было никакой мебели, кроме одной капсулы, подавлявшей деятельность нервной системы, и металлического шкафчика с конфискованными вещами, Хизер взглянула на пленника. Дерен в явном непонимании рассматривал окружение, очевидно, пытаясь понять, как здесь оказался… Значит, пришёл в себя недавно, как логично рассудила старший уорент-офицер. — Что ж, ты очнулся. Тогда сразу перейдём к делу. Думаю, ты понимаешь, почему оказался здесь, и что нам нужно от тебя… — начала девушка в офицерской форме, сцепив руки в замок за спиной и гордо выпрямляясь. Фуражка слегка прикрывала её янтарные глаза, внимательно следившие за Путником. Он был в одном нижнем белье, без какой-либо защиты, и, к тому же, лишённый всего своего снаряжения. Лишь пип-бой остался на руке, что с некоторой досадой отметила девушка. Чувство беспомощности Дерен ненавидел. По-настоящему беспомощным он ощущал себя лишь дважды: когда шестерёнка с цифрами 101 задвинулась за его спиной, и в Очистителе, когда безуспешно пытался прорваться к отцу. Что ж, бог любит троицу. Лицо девушки странно колебалось за бледно-синими фотонно-резонансными лучами его обездвиживающей камеры. Она смотрела на него, как на разогревающийся в микроволновке обед — в равнодушном ожидании. Кажется, офицер Анклава что-то ему говорила, но её строгий голос слегка искажался, проходя через энергетический заслон. Дерен же в ответ мог только моргать и шевелить губами — всё остальное тело сковало, будто в этом цилиндре его запеленали, как младенца. Даже голова почти не болела, хотя он ощущал, как пульсирует место удара на затылке. — Когда людям от меня что-то нужно, они мне обычно представляются, — едко заметил юноша, пытаясь ввернуть хоть каплю наглой храбрости в свой голос и взгляд. Некоторое время девушка смотрела на него, обдумывая это, после чего тихо хмыкнула. И правда, сначала стоит попытаться играть по-доброму, ведь лишнее насилие было ни к чему. — Старший уорент-офицер Хизер Отем, — всё же редставилась она, поправив свою фуражку. — И ты знаешь, что мне нужен от тебя код запуска Очистителя, Форд. Всего три цифры. Хотя парень и пытался ехидничать, Хизер легко замечала в нём признаки волнения и отчаяния. По крайней мере, он понимал своё положение, а значит, с этим уже можно было работать. Хизер Отем… И как Дерен раньше не заметил схожесть их черт? Те же скулы и нос, тот же замораживающий взгляд, и даже привычка стоять вот так — с руками за спиной. Он не видел её в Очистителе в день смерти отца, но полковник Отем был повинен в случившемся. Зубы непроизвольно сжались и обнажились в злом оскале. — Можешь передать ему, папенькина дочка: Очиститель — это груда ржавого металла, которая не работает. И я не знаю никаких цифр, — рявкнул он. — Что ж, в таком случае позволь мне выразиться яснее… — сказала она, наклоняя голову набок и пронзительно смотря тому в глаза. — Либо ты сам скажешь код, либо придётся вытащить его из тебя. Возможно, после пары зубов или ногтей… Хизер сделала шаг ближе к парню. — В военное время нет доктрины обращения с военнопленными… И нет ограничений методов допроса, — её голос казался спокойным и холодным, словно бы она была готова прямо сейчас начать экзекуцию, хотя на самом деле грязные методы не любила и предпочитала обходиться малой кровью. К тому же, Путник должен был выжить, ведь из трупа слов не вытащишь. Не то чтобы Дерен боялся боли, но что-то подсказывало ему, что Анклав делает больно иначе, чем рейдерские пули и кулаки пьяных барных завсегдатаев. Хизер была немного ниже его ростом, но её взгляд снизу вверх ничуть не умалял её власти над ним. Самое интересное: он и вправду не знал, о каких трех цифрах идёт речь. Младший Форд участвовал в проекте «Чистота» слишком мало, чтобы вникнуть в детали и запомнить хоть какие-то числа. Джеймс Форд всегда воспринимал его как боевую единицу и не видел смысла наряжать сына в белый халат. — Ну, я знаю парочку цифр, — сказал он. — Коды музыкального автомата в баре «У руля» тебя устроят, детка? Медленно выдохнув, девушка покачала головой. Видимо, придётся-таки стать плохим полицейским. Хизер достала из кармана небольшой серый пульт с различными синими кнопками, а затем её палец нажал на одну из них, посылая электрический разряд по нервной системе пленника. Пожалуй, это был самый удобный способ причинять человеку боль, при этом не отмывая полы от крови. Да и умереть от этого пытаемый не мог — разве что в какой-то момент отключиться на пару часов, если переусердствовать с мощностью. — Назови мне код Очистителя, Форд, иначе я буду вынуждена продолжить, — потребовала девушка, хмурясь, когда убрала палец с кнопки. Путнику показалось, что коронка, которую доктор Джонас ставил ему в выпускном классе, треснула от давления сцепившихся челюстей. Беспомощное тело пронзило острым разрядом, и он мгновенно вспомнил о своих конечностях. Ощущение было такое, будто тысячи ланцетов колют его снова и снова со скоростью иглы швейной машинки, входящей в ткань. Боль прошла так же быстро, как и появилась. Слёзы выступили на глазах, и Дерен часто заморгал, пытаясь стряхнуть их и снова увидеть янтарные глаза, безжалостно сверлившие его взглядом. — У меня были женщины и пожёстче, — продолжил нарываться он. Ничего не мог с собой поделать — этот дурацкий юмор с детства был его щитом — и чем больнее ему было, тем крепче он становился. Закатив глаза, Хизер демонстративно выкрутила регулятор с цифры 1 до цифры 5, внимательно следя за реакцией парня. — Обычно люди теряют сознание на шестой мощности… Но не думай, что я подарю тебе такую возможность, — холодно сказала она, после чего палец уорент-офицера коснулся кнопки. — Итак… Скажи код, и все это закончится для нас обоих. В старом фильме в кинотеатре Убежища Дерен видел, как коп пытает маньяка током, пытаясь выведать у него информацию о жертвах. Маньяк в том видео истошно кричал, когда полицейский поворачивал ручку, пуская ток по многочисленным проводам. Это кино — враньё, подумалось ему в тот миг, когда усиленная тысячекратно боль вернулась в тело. Кричать или вообще двигаться не представлялось возможным, потому что его будто поместили в короб полный горячих игл. Казалось, ещё чуть-чуть, и все кости раскрошатся, оставляя в камере лишь серую пыль. Когда все резко закончилось, он жадно глотнул воздуха. Сердце выстукивало в груди нестройную канонаду, и казалось, сейчас просто взорвётся. Чего доброго, она доведёт его до сердечного приступа. Разряд больше не поступал, но тело продолжало предательски трястись. — Я… я не знаю… этот чёртов код, — отрывисто пропыхтел Дерен, пытаясь справиться с одышкой. — Это был проект моего отца. Не мой. Я… просто был его солдатом. На доселе холодном лице девушке отразилось раздражение, или даже подобие гнева. Она стиснула зубы, а рука непроизвольно сжала металлический пульт. — Ты думаешь я поверю в это, сукин ты… — Старший уорент-офицер Отем! — резко раздался голос из динамика камеры позади, заставляя девушку дёрнуть плечами удивлённо и обернуться. — Я бы хотел лично поговорить с нашим гостем, чтобы узнать всю интересующую меня информацию. Приказываю вам немедленно его отпустить. — Н-но господин президент, я провожу допрос и… — её голос впервые казался неуверенным, когда Хизер разговаривала с Эдемом. — Это приказ, офицер. Я ожидаю нашего гостя в своём кабинете. Напряжённо хмурясь, некоторое время девушка просто молчала, а затем повернулась к парню и нажала на другую кнопку на пульте. Синее поле капсулы резко развеялось. Получив доступ к своему телу, Дерен обнаружил, что не в состоянии его контролировать. Он попросту вывалился из камеры мешком, оказавшись у девушки в ногах. Удар прикладом напомнил о себе тупой болью в затылке, руки разъезжались на ребристом полу, когда он пытался встать хотя бы на колени. В допросной оказалось холодно, хотя в обездвиживающей камере жарило как в реакторной. Этот голос из динамика — он спас его. Дерен ясно видел в глазах своей мучительницы — она была готова перейти черту, границы которой Путник даже не видел. Наконец, ему удалось сесть. Хизер возвышалась над ним, глядя сверху вниз, но Дерен уже растерял всякое достоинство, так что даже не решился взглянуть ей в глаза. — Перенесём это свидание на более удобное время? — дрожащим голосом предложил он, выдавливая слабую полуулыбку. — Тебе повезло, что сам президент спас твою жалкую шкуру… — фыркнула девушка, но, впрочем, смягчилась, медленно выдыхая. Она подошла к металлическому шкафчику, стоявшему возле двери, и ключом открыла его. — Здесь твоя одежда и снаряжение, — тихо сказала уорент-офицер, и казалось, что была немного огорчена то ли тем, что у неё забрали шанс провести допрос лично, то ли тем, что этот придурок с пустошей мог лично увидеть президента, а она — нет. — И не заставляй президента ждать. А ведь она права, подумалось Дерену. «Светлая сторона», к которой Тридогнайт отчего-то приписал Путника, не слушала радио Анклава и плевалась от его пропаганды и стрёмной музыки, но юноша часто встречал на пустошах робоглазы Эдема и порой тренировался их отстреливать. Никогда не думал, что этот голос спасёт его. В зеве шкафчика он заметил золотистый блеск — винтовка Линкольна на месте! Любимая пушка не пропала, и это приподняло ему настроение и вбросило дозу серотонина в истерзанный организм. — Не желаете проводить меня к президенту, мисс Отем? — заискивающе поинтересовался он, потому что знал — перед важной встречей она его не тронет. Стиснув зубы, Хизер несколько секунд смотрела на него прожигающим душу взглядом, после чего развернулась и открыла дверь, выходя в коридор. — Эй! Какого чёрта он не в камере?! — послышался крик другого офицера, русоволосого мужчины лет тридцати с похожим пультом на поясе, открывавшим не только капсулы, но и сами камеры. — Его вызвал к себе президент, — сухо заметила Хизер. — Ну да, конечно… Пусть идёт обратно в капсулу, пока сухожилия на ногах не подрезали. — Усмехнулся мужчина, однако уорент-офицер выглядела серьёзно. — Он обратился ко мне по интеркому и приказал сопроводить пленника в кабинет. Если есть вопросы — обращайтесь лично к президенту, сэр. Некоторое время офицеры просто смотрели друг на друга, но мужчина, в конце концов, сдался, не желая беспокоить Эдема, и отошёл в сторону, позволяя паре пройти. — Идём, — коротко бросила Хизер Дерену, направляясь вперёд по коридору. Теперь отвертеться от него не получится, и придётся сопроводить парня прямо к президенту… Хотя, вообще-то, ранее девушка планировала просто уйти, оставив Путника самого искать путь. К счастью, в Анклаве бережно обращались с чужим имуществом: кожаная куртка с нашивкой в виде разинувшей пасть змеи на спине не пострадала, равно как джинсы, ботинки и снаряжение. Пошатываясь, как пьяный, Дерен послушно пошёл за Хизер, раз уж сам попросил себя проводить. На самом деле парень рассчитывал, что она откажется. Эти коридоры не были похожи ни на одно место, где Дерену пришлось побывать. Уорент-офицер Анклава вела его мимо других камер, преимущественно пустующих, по широким пандусам и лестницам. Офицеры Анклава и потолочные турели прожигали его белобрысую макушку, словно говоря: только попробуй дышать не в ту сторону. В какой-то момент он даже испытал к мисс Отем чувство благодарности — сам бы он плутал в этих лабиринтах до второго конца света. Хизер напоминала Дерену любимую гитару — ничего лишнего ни в фигуре, ни в офицерской форме, а движения выверенные и натянутые, как правильно подобранные струны. Красиво, когда речь идет о музыкальном инструменте, и жутко — когда о человеке. — Что это за место? — спросил он у Хизер, потому что в гулкой тишине, разбавленной лишь стуком ботинок о металл, хотелось что-то спросить. — Главная военная база Анклава в Вашингтоне, — коротко ответила ему девушка, стараясь не смотреть на парня прямо, однако боковым зрением следя, чтобы тот не попробовал выкинуть нечто глупое. На некоторое время между ними повисла тишина, но затем уже Хизер обратилась к Путнику. — Предположим, что ты не знаешь код… Тогда зачем пошёл искать ГЭКК? — вдруг спросила Хизер, коротко глянув на Дерена. Не то, чтобы она верила его словам… Но отчего-то хотела узнать ответ, пока был шанс. Дерен и сам себе задавал этот вопрос. Зачем пошёл за ГЭККом? Зачем бегал за отцом через всю Столичную Пустошь, хотя вполне мог пригреться в Мегатонне или Ривет-Сити? Зачем полез за ним в Убежище 112, а потом лично привёл в Очиститель на погибель? Ответов не было как тогда, так и сейчас. — Потому что Очиститель был проектом жизни моего отца, — Дерен распустил волосы и вновь собрал, закрываясь локтем от взгляда Хизер. — Мой долг — завершить его. Да, он мало когда был серьёзен, но закончить дело Джеймса Форда — это было то немногое, над чем ему не хотелось шутить, каким бы глупым он его ни считал. Украдкой глянув на девушку, которая старалась не смотреть на него прямо, он смог заметить нечто… Он не смог объяснить, что именно, но равнодушным её лицо в тот момент точно не назовешь. Некоторое время, казалось, девушка обдумывала слова Дерена, после чего удовлетворённо кивнула. — Ясно… Я понимаю, — ответила Хизер, после чего остановилась возле большой чёрной двери из стали. Рядом стояли два огромных робота-охранника с готовыми к бою в любой момент пушками. — Это кабинет президента, — пояснила офицер, убирая руки за спину. — Даже не думай выкинуть что-то безрассудное. Её холодный взгляд встретился с его. Он и понятия не имел, что говорят в тех случаях, когда девушка тебя сначала пытает, а потом любезно провожает до двери в кабинет президента. Как-то не приходилось Дерену бывать в таких ситуациях. И всё же, глаза у неё были красивые… Хизер стояла перед ним вся такая прямая и педантичная, и он чувствовал себя раздолбаем — лохматым и неопрятным, да ещё и руки продолжали трястись от отголосков шокового удара. Чтобы спрятать дрожь, он сунул одну кисть в карман, а другую положил на затылок, непроизвольно улыбнувшись, как в те моменты, когда его заставали в общей столовой родного убежища за воровством сладких рулетов. — Ну… Еще увидимся, мисс Отем, — глупо пробормотал он и шагнул в спасительно раздвинувшиеся двери, пока уорент-офицер не заметила, как краснеет его лицо.

***

Дерен ожидал увидеть просторный овальный кабинет, как в библиотечных книжках по истории США, или хотя бы обитый красным деревом кабинет смотрителя, какой был у Альфонсо Альмодовара. Но когда тяжелые двери закрылись за его спиной, и вспыхнул свет, все его представления о новом правительстве Америки оказались разрушены. Юноша очутился в огромном зале, потолок которого уводил глаз далеко вверх. Гигантская лампа освещала всё сверху, как искусственное солнце, слоноподобные ноги роботов-охранников шуршали по полу. Не было никаких иных путей, кроме лестницы, ведущей вверх вокруг столба, обмотанного толстыми кабелями. Оборачиваясь на роботов, Путник шагнул на первую ступень, но ничего не случилось, так что он начал подниматься дальше. Порядком запыхавшись, Дерен всё-таки достиг вершины, оказавшись перед квадратным голубым экраном компьютера, соединяемого с гудящими серверными шкафами посредством хитросплетения кабелей. Наверное, Эдем чем-то занят, подумалось Дерену. С любопытством вертя головой, парень совершенно не обращал внимания на огромный экран, поэтому подскочил на месте, когда из колонок вокруг него вдруг раздался ужасно знакомый голос. — Наконец-то мы встретились лично, давно пора, — прежде прямая белая линия, отображавшаяся на голубовато-зелёном экране, слегка растягивалась и дёргалась в такт словам президента. Серверные машины за металлической стеной, уходящей в потолок, тихо гудели, а клубы проводов оплетали комнату, точно дикие змеи. Лишь ваза с распустившимися жёлтыми цветами стояла на одном из компьютерных блоков возле огромного монитора — хоть что-то прекрасное было в этом царстве механизмов и чисел. Путник нахмурился, не совсем понимая, о какой «встрече» идёт речь. — Мы могли бы встретиться лично, господин президент. Это было бы гораздо удобнее, чем общаться через компьютер, — предложил Дерен, стараясь не показаться Эдему наглым. Послышался тихий смех, от которого полосочка на экране задёргалась резче. — Мой юный друг, я — Джон Генри Эдем, уже перед тобой, — звонкий голос президента лился из динамиков за монитором. — Тебе открылась государственная тайна. Храни её, пожалуйста. Забыв про контроль над нижней челюстью, Дерен глядел в синий экран во все глаза. Ему довелось побывать даже в симулированном городке, которым управлял выживший из ума Смотритель Убежища 112, но президент-компьютер — это было уже слишком. Уголки его губ слабо дёрнулись, когда он осознал, кому подчинялся Анклав — машине, запрограммированной думать, что страна, которой она управляет, ещё существует. Это шокировало и веселило одновременно. И эти строгие ребята мнили себя лучшими представителями человечества? — То есть, Анклав… Они не знают, что ты не человек? — Путник приподнял брови, скрещивая руки на груди. — Нет, но им и не нужно. От хорошего солдата требуется вера и преданность… Также, как и от тебя — вера и преданность своему делу, Дерен Форд, — совершенно спокойно ответил ему президент, и на консоли перед монитором загадочно замерцали множественные кнопки и лампочки. — Видишь ли, я уже давно ждал нашей встречи, ибо есть нечто важное, что я хотел бы с тобой обсудить. Форд подобрался, буравя тяжелым взглядом плоскую поверхность монитора, разрезаемого пополам белой полоской — «ртом» президента. Анклав для него был не про веру и преданность — просто кучка разрушителей в силовой броне, которая думает, что может забирать всё, что хочется. Скорее ад замерзнет, чем он поверит хоть одному анклавовцу, и уже тем более — их «президенту», но за дверью его наверняка ждала Хизер со своей волшебной коробочкой для подачи тока, явно настроившись продолжить их «свидание». Дерену совсем не хотелось бы встречаться с ней вновь, поэтому он широко улыбнулся Эдему, понятия не имея, через какое место тот может его видеть. — Я вас слушаю, господин президент. — Ах, люблю внимательных слушателей. Дело в том, что наша общая земля страдает — каждый день мы всё дальше от идеала, заданного довоенным обществом. Мне нужна твоя помощь, чтобы будущее нашей страны было в безопасности, — гордо произнёс компьютер, после чего продолжил. — Мой юный друг, нашу землю заполонили мутанты, и хотя война прошла много лет назад, мы всё ещё страдаем от её последствий… И мы не можем двигаться вперёд, пока человечество не получит неоспоримого преимущества в мире, который нам требуется восстановить. — И причём здесь я? — непонимающе нахмурился Дерен. Чего ждал от него Эдем — что он станет его зондеркомандой по зачистке пустошей? Он был всего лишь долговязым, худосочным юношей — не чета его армии, сметающей все на своем пути, как чёрная непроницаемая туча. — Видишь ли, чтобы получить это преимущество, мы должны избавиться от всех мутаций. Очиститель, который создал твой отец, может обеспечить чистой водой всю Столичную Пустошь. Небольшие изменения позволят распространить с водой вирус, который быстро уничтожит всех мутантов в округе, — заявил компьютер, и кнопки на панели вновь начали быстро мигать, меняя цвета и затухая. — Но смею тебя заверить, что это никак не скажется на тех, кто не подвергся воздействию радиации. Таким образом, мы освободим регион для чистых людей, чтобы отстроить цивилизацию заново. Форд поднял взгляд своих серых глаз туда, где предполагал, были камеры Эдема. Он не знал, что означают «чистые» люди, но встречал это выражение в учебниках по истории. Возможно, один или нескольких президентов, на основе которых была сформирована личность Джона Генри Эдема, был нацистом и втайне поддерживал Гитлера. Гули, супермутанты, да и другие жители Пустошей — все они были частью этого нового мира, и если железка с проводками думала, что таким способом можно вернуть всё как было до Великой Войны — она просто сошла с ума. Перед глазами возникла панорама: и без того безжизненная земля, по которой стелются мертвые тела тех, кто полагал, будто вода — это источник жизни. Упоминание об отце больно резануло по сердцу. Эдем предлагал ему превратить дело Джеймса Форда в чудовище, которое будет убивать тех, кого оно должно было спасти. — Хорошо, — соврал Дерен. — Я согласен, если этот вирус избавит мир от мутантов. — Я рад, что ты понимаешь важность очищения американской земли для народа, — сказал президент, и, пожалуй, если бы мог улыбаться, сейчас одарил бы Дерена чарующей улыбкой, на какую были способны только самые искусные политики. Консоль открылась, и внутри показался небольшой стеклянный контейнер цилиндрической формы, внутри которого находилась вязкая ярко-зелёная субстанция. — Всё, что тебе необходимо — загрузить вирус в консоль Очистителя. Двумя пальцами Дерен осторожно извлёк цилиндр. Казалось, что стекло слегка нагрелось от странной жидкости, плещущейся в ней. Контейнер легко поместился в рюкзаке, но то, что он вообще там оказался — ощущать это было неприятно. Забросив поклажу на плечи, Форд выпрямился и воззрился на безумца, который и сам будто нахватал вирусов, раз предлагал ему такую ересь. Юноша никогда не считал себя умником, но если уж враг сам давал ему в руки оружие, не стоило отказываться. — Что дальше? — поторопил он, справедливо полагая, что у Хизер снаружи заканчивается терпение. — Ты можешь идти. У тебя важная миссия по очищению американской земли, так что сразу направляйся в Очиститель, — произнёс Эдем, после чего металлическая дверь за спиной Дерена открылась, выпуская его из помещения. Но едва Путник покинул помещение, как по коридорам прокатился вой сирен. — Говорит полковник Отем. Я отменяю последнее распоряжение президента и приказываю немедленно ликвидировать Дерена Форда, — суровый мужской голос раздался из динамиков на стене бункера. Почти оглохнув от воющих над головой сирен, Дерен нёсся по коридору, пока вокруг него происходило что-то невообразимое. Одни роботы-охранники схлестнулись с другими, турели стреляли в разные стороны, безумно вращаясь и целясь в головы солдат, которые пытались остановить Путника. Он же просто бежал вперед, почти ослепнув от ярких вспышек лазерных и плазменных лучей, подчиняясь воле рехнувшегося «президента», открывавшего перед ним нужные двери. Кажется, наконец-то кто-то понял, какую чушь несёт Эдем, и решил объявить железке импичмент. Что ж, это вообще не его дело — пусть хоть весь Рэйвен-Рок взлетит на воздух, но у него за спиной, а он, как крутой парень, даже не обернётся посмотреть на взрыв. Еще одна дверь распахнулась, и Форд вылетел из скалы, как пробка из бутылки. Серое небо привычно развернулось над головой бездонной ямой, солнце согрело кожу и дало ощущение жизни. Наслаждаясь ветром, бьющим в лицо и треплющий его длинные волосы, Дерен начал спуск вниз, надеясь больше никогда не оказаться в этом жутком месте. Контейнер с ВРЭ ничего не весил — лежал себе мирно в рюкзаке, такой маленький внешне и смертоносный по сути. Конечно, Форд никогда бы не поставил его в Очиститель — не решился бы предать дело отца, но и выкинуть вирус на пустошах было бы ещё большим безумием. Удостоверившись, что за ним пока не началась погоня, Дерен сел на корточки между здоровенными валунами и глянул на карту в пип-бое. Единственные люди, которые могли хотя бы знать, как утилизировать смертельное оружие, были из Братства Стали. Их скрипторы найдут ВРЭ применение, но до них ещё нужно добраться. С нарастающим ужасом, юноша оценил расстояние до Цитадели, где базировалось Братство. Ему предстояли долгие, мучительно долгие дни пути к цели, и он не сомневался, что Анклав всё это время будет с охотничьим азартом преследовать его.