4.

Тишина в квартире Исикавы прерывается затяжным звонком в дверь. Она недоверчиво смотрит в сторону входа и притихает на пару секунд, чтобы аккуратно подойти и посмотреть в глазок. Еле дыша, Юри смотрит на человека, что стоит у двери и вздыхает, все ещё не расслабляясь. Она отпирает замок, снимает затвор и открывает дверь на несколько сантиметров, чтобы выглянуть из-за нее головой. — Исикава, я хотел извиниться перед вами с Канэко, она случайно не у тебя? — парень, стоявший перед Юри, попытался заглянуть в квартиру, но она вышла в подъезд и прикрыла за собой дверь. Это был Нико. — Откуда ты знаешь, где я живу? — Юри нахмурила брови и скрестила руки на груди, пытаясь найти ответ на свой вопрос в его выражении лица. — Сказать честно? — Желательно... — Один из моих друзей - твой сосед, было не трудно узнать, где ты живешь. А Канэко никто не знает, вот я и подумал, может быть вы сейчас вместе... — он виновато посмотрел в пол под собой, переминаясь с одной ноги на другую. — Допустим. Мика сейчас у себя дома, но я могу передать ей все твои слова. Ты мог не утруждаться и просто позвонить. — Юри недовольно пробормотала, оперевшись спиной о закрытую дверь. — Так дела не делаются. Я струсил и оставил вас на произвол, в лапах этих гиен. — Ну что бы ты сделал, даже если попытался? Они бы тебя просто искалечили и никому от этого не стало бы лучше. Забудь про это. — Тем не менее, я остался в долгу перед вами за то, что наговорил многого и не смог выполнить всех обещаний. Передай пожалуйста Канэко, чтобы она звонила в любой момент, я хочу исправиться. Да и ты если что обращайся. — Единственное, о чем я могу тебя попросить - не рассказывай никому о случившемся, тем более Хэнэко. Он нас с Микой уничтожит. А в остальном... Поговори с ней сам. — Хорошо, Исикава сан, не буду больше тревожить, до встречи. — Нико кивнул на прощание и, развернувшись, ушел прочь. Юри не успела сказать и слова, как он уже пропал. «Вот чудак...» - подумала Исикава и зашла обратно в квартиру. По его завороженному выражению лица было легко сказать о том, что Мика была ему симпатична. Но, к его сожалению, сердце Мики вот уже третий год было отдано парню, который учился в параллели, с кем они даже не встречались.

—————

Юри тоже часто задумывалась о своем предназначении, но таких депрессивных и гнетущих мыслей, как у Рана, у нее не было почти никогда. В понимании этой девушки, все в этой жизни уже давно предопределено и идет своим чередом. «Мы не в силах изменить свою судьбу, какой бы она ни была». Гонимые своими убеждениями и мечтами на светлое будущее, люди порой забывают о настоящем. Жить нужно не завтра или послезавтра, а сейчас, в данную секунду. Никогда не знаешь, каким будет твой последний день. Посмотри вокруг, сколько в мире красоты. Сколько всего нужно сделать прямо сейчас, чтобы потом не жалеть всю жизнь о том, что ты чего-то не успел.

—————

Взгляд Юри бегло перемещался по экрану телефона, пытаясь прочитать длинный текст новостной повестки о бандах и преступных группировках, которые всё сильнее заполоняют Японию. Раздался звук, гласящий об остановке поезда метро, который означал, что пора выходить. Девушка поспешно покинула вагон и вышла из подземки, направившись в сторону своего дома. Как и всегда, когда она возвращалась домой с подработки, на улице было уже темно. Из-за финансового положения семьи, девочке приходилось работать после учебы, чтобы оплачивать собственные нужды. В наушниках играл блюз, а ноги шагали в такт музыке. Немного пританцовывая, Исикава шла по тихой улице, пользуясь тем, что её никто не видит. Её глаза были прикрыты, щеки немного покрыты румянцем, а на губах виднелась легкая улыбка, способная растопить любое сердце. В таком состоянии встретить кого-то из знакомых было бы неловко, поэтому время от времени Юри оглядывалась по сторонам. В один момент её взор окинул окружающее пространство, и в тени она заметила высокую фигуру, что стояла поодаль от фонарного столба, оперевшись спиной о стену и держа в своих руках телефон, свет которого падал на лицо снизу вверх, прямо как в фильмах ужасов. Взгляд парня уткнулся прямо на Юри, идущая почти вприпрыжку по ночной улице. Этим парнем был Ран Хайтани, с которым они встречались уже не впервые, но по прежнему не знали друг друга по имени. Исикава поздно обратила на него внимание и поняла, что уже успела опозориться. — Опять ты, бессмертная. — парень хмыкнул, снова опустив взгляд в телефон. —Классно танцуешь. Юри услышала лишь обрывок фразы, потому что не успела вытащить наушники из ушей до того, как он начал говорить. — Бессмертная? — Исикава немного замедлила шаг, не собираясь останавливаться около парня, но все-таки заводя с ним диалог. Она озадаченно посмотрела на него и вскинула брови немного вверх. Ран промолчал в ответ на её вопрос, но снова поднял взгляд и оглядел Юри с ног до головы. Не оценивая или интересуясь, а просто так. В его голове пронеслось: «Она по улицам ходит в такое время одна и при этом ещё танцует, приходит на разборки защищать пацана, не зная, что с ней сделают... Действительно бессмертная.» Из-за угла выходит Риндо, подтягивая свои перчатки и оглядываясь по сторонам. Взглядом он натыкается на медленно идущую Юри и поворачивает голову на брата. — Ты что-ли? Не поздно одной гулять? — парень с важным выражением лица смотрит на Исикаву сверху вниз. Юри отрицательно помотала головой и опустила взгляд в землю, немного ускорив шаг. Она проходит мимо парней, а те лишь провожают её взглядом, и младший кидает вслед: — Можно было и спасибо сказать за вчерашнее! Девушка резко останавливается и разворачивает голову назад. — Спасибо. Парни кивнули ей: Риндо - самодовольно, а Ран - за должное. Исикава направилась домой, не оборачиваясь назад. Страшно было подумать, чем они занимались там в такое время, и почему Риндо был таким взъерошенным.

—————

Белоснежные перчатки обоих братьев часто были испачканы в чужой крови. Так смыть её было намного проще — закинул в стиральную машину и дело с концом. Голые руки от нее отмывать было тяжелее. Какими бы средствами ты не пытался от нее избавиться, она все равно оставалась на твоей коже еще очень долго. Этот запах, эти ощущения - невероятно противоречивые. Это не доставляло дискомфорта, иногда даже наоборот удовольствие. Но и одновременно с тем, что-то внутри трепетало. Тяжело было сказать, нравилось ли Рану бить чужие лица, или же это просто было привычкой и рутиной, которую нельзя было изменить. Скорее всего, как и к остальным вещам, он относился к этому равнодушно, но почему-то при виде девушки что-то заставило его снять перчатки и спрятать за пазухой. Он и сам не мог ответить на вопрос, почему.... Она ведь ему безразлична. Риндо сидит на корточках справа от брата, протирает тканью своей куртки линзы очков, которые запачкались, и проверяет их на прозрачность, наводя на свет фонаря. Они находились в полной тишине порядка десяти минут, Ран залипал в телефон, Риндо все еще сидел около старшего прикрыв глаза. — Та девчонка... — младший надел очки, встав с корточек и поправив на себе одежду. — Слишком часто мелькает в последнее время. — Есть такое. Может живет где-то тут. — Ран пожимает плечами, отпрянув от стены, выбрасывает окурок на землю и садится на байк. Риндо пристраивается сзади и они вдвоем уезжают, оставляя чье-то окровавленное и полудышащее тело за мусорными баками. Разъезжая по ночному городу без шлема, Ран чувствовал на своем лице поток ветра, который развевал на себе его косички. Они неприятно оттягивались назад и бились о лицо брата, сидевшего сзади и ворчавшего из-за этого. Парень очень любил кататься на мотоцикле, ведь это было единственное времяпровождение, которое заставляло позабыть об остальном. И в том числе об избитом парне, что лежит в подворотне.

—————

Выходные пролетали незаметно, а понедельник, в который приходилось снова идти в школу и работать, приближался вновь и вновь. День за днем, неделя за неделей, и уже канун нового года. Это волшебное время, когда каждый уголок города наполняется атмосферой праздника. Улицы украшены яркими огнями, а витрины магазинов манят проходящих мимо людей сверкающими гирляндами и новогодними товарами. Люди спешат по делам, с нетерпением выбирая подарки для близких, обсуждая планы на праздники и делясь ожиданиями. В воздухе витает аромат свежей хвои, мандаринов и горячего глинтвейна. Снег срывается с небес, падая на землю белоснежными хлопьями. На рынках и ярмарках царит оживление: здесь можно встретить веселых продавцов, предлагающих сладости, игрушки и праздничные угощения. Дети с восторгом рассматривают украшенные ёлки и мечтают о встрече с Сантой, а взрослые погружаются в воспоминания о прошедшем году, подводя итоги и строя новые планы. Это время наполнено надеждой и ожиданием новых начинаний, когда каждый верит в чудеса и готов встретить новый год с открытым сердцем. Определенно волшебное время. Юри тоже праздновала новый год в кругу своей небольшой семьи. Она жила с мамой и отцом. Её мать работала врачом в две смены и редко появлялась дома, отец часто уезжал на заработки в другие города и был там по несколько месяцев. Лишь на этот праздник у всей семьи получалось воссоединиться на пару дней и провести его с теплом и радостью. Свежеиспеченные булочки стыли на столе. Дома все ещё никого не было. Кроме Юри. Девушка ждала своих родителей, сидя на кухне в поздний час. Телефон не звонил, за окном не было видно знакомой машины, снег всё шел, заметая всякий след жизнедеятельности и оставляя за собой только белое покрывало на земле. Вместо праздничной, тоскливая атмосфера заполняет комнату, когда стрелки на часах уже бьют двенадцать, а дома пусто: только Юри и праздничный стол, который она сама накрыла в гостиной. Рука тянется к телефону, но останавливается прямо над ним. «А нужно ли мне себя расстраивать?». Юри оставила телефон на барной стойке и понесла противень с булочками в гостиную, чтобы полакомиться ими после ужина. Одиноко. Сидеть в квартире в такой вечер, ещё и наедине с собой, не хотелось. Не хотелось пожирать себя ненужными мыслями. Юри понимала, что она уже не маленькая и осознавала, что у родителей есть свои заботы и им просто нужно прокормить семью, но... Неужели нельзя было выделить всего пару часов, чтобы поужинать? Или хотя-бы пару минут, чтобы поздравить по телефону... Девушка накинула сверху пальто и закрыла дверь квартиры, поняв, что никто уже не придет. Она вышла на улицу вдохнула свежий воздух. Снег уже закончился, на улице до сих пор взрывались фейерверки. Люди, уже поддатые и веселые, разгуливали по улицам и громко кричали песни. Юри гуляла в одиночестве, не желая никому звонить и никого искать. Только вот снова подняв голову к небу она осознала, что тоже действительно одинока. — Эй, бессмертная. — парень, держащий меж пальцев сигарету, окликнул Исикаву и склонил голову набок. Навстречу к ней шел Ран, одетый в легкую куртку и неряшливо повязанный шарф на шее. — С новым годом, косичка. — Юри слегка улыбнулась, забыв, с кем говорит. Этот человек на её глазах приструнил какого-то бандита. — Косичка? И вправду бессмертная... — Он усмехнулся и сменил курс в ту сторону, в которую шла Исикава, чтобы составить ей компанию.