Оникс/Нова/Таллис

      Нова чувствовала, что устала.       Морально.       Физически.       Сила Присутствия была в ней, но она всё же немного боялась к ней обращаться, так как опасалась, что магия не подчинится, сделает хуже, а этого девушка допустить не могла, даже при условии что ей больше не грозит смерть. И Нова не хотела рисковать и, тем более, умирать так глупо, поэтому дала себе ещё немного времени для восстановления.       Почти ценой своей жизни и жизни Шена она добилась, чтобы Другие вновь приняли её, и пусть Веспер все ещё не до конца доверяла ей, Нова знала, что все её усилия не прошли даром, и она снова является частью их небольшой семьи.       Она снова дома, там, где чувствует себя в безопасности… — Нова, можно? — Раздался за дверью голос Оникса, и девушка невольно подумала, что не услышала шагов своего фамильяра. Видимо, кошачья поступь — не ложь, даже если кот находится в облике человека. — Да, Оникс, заходи, конечно. — Ответила девушка и села в кровати, приглаживая домашнее платье в пол и ожидая, когда гость войдёт в комнату, и невольно почувствовала его предвкушение. — Я не один пришёл. Ты же не против? — В открытых дверях показалась статная фигура улыбающегося брюнетка с мягкими кошачьими ушками на голове, а следом за ним вошёл Таллис и неловко улыбнулся ведьме, как будто всё ещё чувствовал себя неуверенно. — Когда я была против вашей компании? — С лёгкой улыбкой спросила Ловчая Времени и глубоко вдохнула, чувствуя, что в данный момент действительно чувствует себя в своей тарелке рядом с ними. Конечно, сердце немного ускорило ритм, когда она увидела обоих мужчин, ведь до сих пор не могла решить, кто из них ей стал дорог, но душа отказывалась делать этот странный выбор, ведь это было не так легко… — Нова, всё хорошо? — Спросил Оникс и мягко сел рядом с девушкой, ощущая её не решительность благодаря их тесной связи фамильяра и фидельяра. Он чувствовал, что её метания происходят из-за них с Таллисом, но прямо спросить об этом не решался, поэтому осторожно взял её за руку и посмотрел в прекрасные глаза цвета мягкого золота. — Не волнуйся. Он знает о наших чувствах. Я рассказал после нашей встречи. Решил, что сам сначала поговорю, боялся, чтобы ты не переживала, тебе итак хватило... - Начал тараторить Оникс и прикусил нижнюю губу от волнения, а его ушки непроизвольно прижались к голове. — Что? — Ловчая вышла из оцепенения и удивлённо посмотрела сначала на Оникса, а затем на Таллиса, но заметила только улыбку музыканта, а затем ворон сел рядом с ней с другой стороны на кровать и с особой нежностью взял за руку. Его ладонь была чуть прохладнее, чем у Оникса, но это Нове показалось даже приятным, и она немного расслабилась, поэтому позволила себе быть честной не только с ними, но и с собой. — Я… Я знаю, что это неправильно — чувствовать привязанность к вам обоим… И… Это… Странно? — Выдохнула она, не зная, что ещё говорят в таких случаях, ведь подобное в обществе — не принято. Как можно быть одновременно с двумя мужчинами сразу? — Я тоже понял, что не смогу без вас обоих в своей жизни. — Проговорил тихо Таллис и с решимостью в глазах посмотрел сначала на Оникса, а затем на Нову. — Сначала думал, что эти чувства — благодарность за спасение, ведь вы оба приняли участие в этом, а потом мы общались всё чаще, я привыкал к вам… Но когда вы оба ушли на задание, ни сказав ни слова, а после, когда вернулись… - Он сглотнул, и девушка увидела, что ему действительно было больно вспоминать недавние события. - Я тогда осознал, что не хочу больше выбирать и делать правильный выбор между кем-то из вас. Если мы хотим быть вместе — это ли не главное? — Заключил он, и Нова ощутила, что слова дались Таллису не просто не только в физическом смысле, но и в духовном, но он с успехом преодолел этот барьер ради них. — Ну, а я действительно не хочу выбирать. Я хочу быть с вами обоими,. — Серьёзно прошептал Оникс и посмотрел куда-то вдаль настраиваясь на искренность и начиная нервно водить хвостом по кровати Ловчей. — Мне тяжело, когда мы не рядом хотя бы в пределах Убежища. Это не правильно. И мне всё равно, что скажут другие, потому что мы стоим на тропе войны, и, честно говоря, не знаем, чем она закончится. — Мы победим! — Тут же отозвалась Нова, не желая мириться с мыслью о проигрыше, ведь тогда можно допустить мысль, что всё, через что она прошла — зря. Зря был предан её отец, зря Ренато закрыл её собой и пожертвовал своим здоровьем, зря они искали шкатулку и Превиуса... — Иначе и быть не может. — Кивнул ворони, чуть смущённо улыбнулся, ласково проводя пальцами по щеке ведьмы и явно наслаждаясь прикосновение к её нежной коже. — Но мы хотим быть рядом с тобой, Нова. Хотим разделить миг победы, не скрывая свои чувства. Хотим засыпать и просыпаться с тобой. Рядом. Хотим чувствовать тебя, стоять бок о бок, что бы не случилось. Мы хотим наслаждаться каждым мгновением, которое проведём вместе. — Голос Таллиса шелестел словно бархат, и Ловчая шумно сглотнула, не понимая, из-за чего именно так горят её щеки? Или из-за слов ворона, или из-за того, что Оникс сел слишком близко и теперь нежно целует шею девушки… — Я чувствую тебя, наша милая ведьма. Давай просто будем счастливыми. Прошу, не думай о других людях или о их реакции. Позволь себе быть делать то, чего хочешь ты. То, чего хочет твоё сердце. — Прошептал Оникс ей на ушко и Нова зажмурилась, ощущая, как тело пронзает дрожь желания и осознания свободы одновременно…       Да, она теперь была свободна в своих решениях. И никто не мог делать выбор за неё. Особенно отец. Ловчая давно перешла на сторону Других и знала, что не предаст их. Ни за что. И её нынешняя семья не позволит никому навредить ей. Пусть на полное доверие уйдёт немного времени, прежде чем Веспер решит, что ведьме можно доверять безоговорочно, но это того стоит. — Я буду рядом с вами. И… — Начала говорить Нова, но ощутила горячие объятия обоих мужчин и прикрыла глаза, наслаждаясь этим мгновением. Теперь они будут рядом. На столько, насколько позволит их путь, по которому они идут, и Нова была уверена, что каждый из их семьи сделает всё, чтобы быть свободным.