Крах

— Ты выйдешь за меня? — Что? Это из пьесы? — Помнишь тот день, когда нам было по шесть лет, ты как‐то пнула меня в живот и окунула лицом в грязь? — Ну сколько мне ещё извиняться за это?? — В тот день я полюбил тебя. И не могу совладать с этим. Поэтому спрашиваю вновь. Урса, дочь Зимцука и Рины, ты выйдешь за меня? — Да. *** Я так счастлива, что не помню себя! Сердце цветами прорастает, из груди рвётся, кончики пальцев замёрзли, а на душе тепло! Надеюсь, мама с папой не рассердятся, что я пришла столь поздно, ведь мне есть чем их порадовать! Всё в эту ночь предстало передо мной в совершенно новых, ярких красках, хоть уже и темно. Даже наш милый дворик и тёплый родительский дом... Ой! Прости, свинокурочка, радость затмила всё, даже под ноги не смотрю. — Мама! — говорю дрожащим голосом, вбегая в дом. Сейчас, сейчас скажу... Стоп. Что с её лицом? Она плачет? — Что случилось? Где отец? — беспокойство волной обрушивается на меня. — Твой папа в оранжерее... с гостем. Мысленно выдыхаю. Слава Агни, с ним всё в порядке... С гостем?.. — Я люблю тебя, Урса. Ты ведь знаешь? Я знаю и знала всегда. Почему ты говоришь это так? Сердце стучит по-прежнему быстро, но теперь... это совсем не приятно. Быстрым шагом иду в оранжерею. Помню, как в детстве помогала маме здесь. С тех пор я знаю название каждого цветка. Передо мной отец и ещё двое мужчин. Их дорогая одежда из красного шёлка — первое, что бросилось в глаза. Оба высокого роста и похожи друг на друга... "Родственники", — сразу пронеслось в голове. Старший уже совсем сед, в его длинных волосах золотой символ правящей семьи. — Хозяин Огня Азулон... — почтительно склоняюсь, пряча тревогу на лице. Что ему нужно здесь, да ещё в такой час?! Он велит мне встать. Его спокойный голос звучит скрипуче, властно и, кажется, не обещает ничего плохого своим тоном... — Ваша жена вырастила дочь даже прекраснее, чем её цветы, — с улыбкой обращается он к отцу. — Но теперь, без сомнений, усилия оправдали себя. Мудрецы народа Огня поведали мне, что, сведя вместе моего сына и внучку аватара Року, можно даровать династии небывалую силу! Я даже не успела осознать его слов. — Урса, позволь представить тебе принца Огня Озая, моего второго сына. Он хочет сделать тебе предложение. На меня будто вылили ведро ледяной воды, дали отрезвительную пощёчину, поразили молнией... С чем ещё это можно сравнить? За мгновение тишины в голове возникло столько мыслей, что ни одну я не смогла разобрать. Поднимаю глаза и смотрю на Него. Черноволосый, лет на шесть старше меня. Подходит ближе, берёт меня за руку. Какие у него большие руки... совсем не как у Икема. От золотистых радужек веет холодом — так и тянет отвести взгляд. Но это... наверное, неприлично. И вот он произносит те самые слова, которые в глубине души желает услышать каждая девушка. Но почему он? Зачем? Тем более я уже слышала сегодня эти слова от любимого человека. Я должна согласиться? Как? Какой-то странный сон. Глубоко вдыхаю, пытаясь предотвратить дрожь, однако поздно. За несколько секунд кровь отхлынула от моего лица. Вероятно, сейчас я бледна как смерть. Смотрю на отца с безмолвным вопросом или скорее просьбой. Выбор есть, но его нет. Я ведь не хочу опозорить семью и обрушить на родных людей гнев "сильных мира сего"? Голова опускается сама собой. — Я сочту это за честь. Икем ошибся, говоря, что я прекрасная актриса. *** Королевская карета, оснащённая охраной, движется по дороге из города. Мне разрешили взять с собой совсем немного вещей, ведь "во дворце есть всё необходимое, и даже больше". Родной Хира'а... как много здесь было. Я помню, в тринадцать лет мечтала переехать отсюда в большой город, зная, что это невозможно для моей души. Хозяин Огня говорит что-то о привилегиях жизни в столице, во дворце, а я снова смотрю в одну точку. Ах! Вздрагиваю от знакомого голоса и смотрю в окошко. Икем! Дыхание перехватывает, а стук сердца молотом отдаётся в голове. — Х-хозяин Огня Азулон! У вас в карете моя... моя истинная любовь! Со всем уважением... я не могу позволить вам отнять её у меня! "Моя истинная любовь", — звоном отзывается в душе. Я кусаю губы. Какой же он всё-таки храбрый и глупенький. Мой любимый. Вышел бороться за меня с оружием в руках. Точнее, с театральным муляжом. Не в силах смотреть, как охранники по приказу борятся с практически безоружным возлюбленным, я с мольбой отозвать их обращаюсь к своему... жениху. Говорю первое пришедшее в голову: что Икем не в себе, просто забылся или чего не понял, что мне нужно объяснить ему... Даже клянусь в любви этому незнакомому мне человеку. Тело охватывает дрожь, а разум — страх за любимого. Мой голос стал таким тонким вмиг. Неосознанная попытка разжалобить? Однако это срабатывает. На ватных ногах выбегаю к нему, упрашивая уйти. — Урса, мы созданы друг для друга! Что бы они не посулили, это не стоит скорби от вечной разлуки! — Уже ничего не изменить. Решение принято, — отвечаю, молясь, чтобы он послушал меня и ушёл. — Скажи мне, что замужество с ним — то, чего ты действительно хочешь. Скажи мне, и я уйду! Молчание. Захотелось разрыдаться, но я сдержалась и посмотрела назад — на лица, строго следящие из кареты, чтобы я сделала "правильный выбор". Вновь гляжу на Икема. Почему? Почему меня разлучают с таким родным и горячо любимым человеком? Большие карие глаза, мягкий очерк лица, каштановые волосы. Я знаю его всего. И он знает меня всю. С пелёнок вместе, и вот, в день нашего всеобъемлющего счастья происходит... это. Делаю выдох, слёзы наконец вырываются из глаз, скатываясь по щекам горячими струйками. Прячу лицо от стыда перед ним. — Принц Огня оказал честь моей семье, предложив мне руку и сердце. Я с радостью согласилась. Не лги! Урса, не лги! — Теперь, для моего и твоего блага, ступай домой. П-прощай, — выдыхаю, так и не осмелившись посмотреть в его глаза. Скажи ему! Скажи ему в последний раз, скажи, как сильно любишь! Разворачиваюсь. В животе холод и пустота. Обернись, прошу! Подбеги, обними его! Иду к карете и сажусь внутрь. Колёса поднимают на дороге пыль...