День

Комната Джинни в Норе была уютной и немного хаотичной, как и сама хозяйка. Стены украшены плакатами с изображением любимых музыкальных групп и волшебных существ, а на полу валялись разбросанные книги, перья и какие-то странные безделушки, которые, вероятно, принадлежали Луне. Вечерний свет пробивался через занавески, окрашивая комнату в теплые, золотистые тона. Гермиона сидела на кровати, уткнувшись в толстую книгу, которую держала с таким видом, будто это был ее последний оплот в мире хаоса и глупостей, которые творились вокруг. Джинни и Луна, сидя на полу, обсуждали последние школьные сплетни, смеясь и перебивая друг друга. Их голоса звучали как веселый гул, который Гермиона пыталась игнорировать, но чем больше она старалась сосредоточиться на тексте, тем сильнее ее раздражали их шутки. — Ну, а Гарри? — хихикнула Джинни, подмигнув Луне. — Он же вообще ничего не замечает! Я вчера нарочно уронила книгу перед ним, наклонилась, чтоб поднять! Юбка задралась, а он даже не посмотрел! — О, Гарри… — вздохнула Луна, мечтательно глядя в потолок. — Он, наверное, не заметил бы и Хагрида в колготках. Он же такой… сосредоточенный. Гермиона фыркнула, не отрывая глаз от книги. — Вы обе совершенно невыносимы. Гарри просто занят, а вы… вы ведете себя как дети. Джинни и Луна переглянулись, и в их глазах вспыхнул знакомый блеск, который всегда предвещал что-то нехорошее. Джинни встала, подошла к кровати и села рядом с Гермионой, улыбаясь во весь рот. — Ох, Гермиона, ты такая серьезная! — сказала она, подмигнув Луне. — Может, тебе нужно немного… расслабиться? — Я совершенно расслаблена, — сухо ответила Гермиона, даже не поднимая глаз от книги. — И если вы не против, я бы хотела закончить эту главу. — Ну уж нет, — сказала Луна, поднимаясь с пола и подходя к кровати с другой стороны. — Ты слишком напряжена. Мы должны тебе помочь. Гермиона наконец оторвала взгляд от книги, чтобы бросить на них неодобрительный взгляд. — Что вы задумали? Джинни и Луна не ответили. Вместо этого они одновременно набросились на нее, схватив за руки и начав щекотать. Гермиона вскрикнула от неожиданности, книга выпала из ее рук и с грохотом упала на пол. — Прекратите! — закричала она, пытаясь вырваться, но Джинни и Луна были слишком быстры. Они смеялись, как сумасшедшие, пока Гермиона извивалась под их руками. — Ты слишком серьезная, Гермиона! — хихикала Джинни, щекоча ее под мышками. — Надо тебя немного развеселить! — Да, да! — подхватила Луна, ее пальцы скользили по бокам Гермионы, заставляя ту дергаться и смеяться против воли. — Ты же знаешь, что смех — это лучшее лекарство! Гермиона пыталась сопротивляться, но их руки были повсюду. Она чувствовала, как ее тело начинает реагировать на их прикосновения, и это ее пугало. Ее кожа горела, а внизу живота начало появляться странное, теплое чувство, которое она отчаянно пыталась игнорировать. — Прекратите! — снова закричала она, но ее голос звучал уже не так уверенно. Джинни и Луна, казалось, этого не замечали. Они продолжали смеяться и щекотать ее, пока Гермиона не оказалась полностью скручена, ее руки прижали к кровати над головой, а ноги беспомощно дергались. — О, смотри, она уже не может сопротивляться! — засмеялась Джинни, ее пальцы скользнули под рубашку Гермионы, щекоча ее живот. Гермиона задохнулась от неожиданности. Ее тело напряглось, и она почувствовала, как тепло разливается по всему телу. Она пыталась не думать о том, как приятно это ощущение, но чем больше она старалась, тем сильнее оно становилось. — Ну, Гермиона, ты уже сдаешься? — спросила Луна, ее голос звучал игриво, но в нем не было ни капли злобы. Гермиона не ответила. Она не могла. Ее дыхание участилось, а сердце бешено колотилось в груди. Она чувствовала, как руки Джинни и Луны скользят по ее телу, и это сводило ее с ума. Она пыталась не стонать, но каждый прикосновение было как удар током. — О, смотри, она уже совсем красная! — засмеялась Джинни, ее пальцы остановились на груди Гермионы, слегка сжимая ее. Гермиона зажмурилась, пытаясь не думать о том, как сильно она хочет, чтобы это продолжалось. Она чувствовала, как ее тело предает ее, и это было невыносимо. — Ну, хватит, — наконец сказала Луна, отпуская руки Гермионы. — Думаю, мы ее достаточно развеселили. Джинни тоже отпустила ее, откинувшись на кровать с довольной улыбкой. — Да, думаю, она теперь будет меньше читать и больше смеяться. Гермиона лежала неподвижно, стараясь не показывать, как сильно она дрожит. Ее тело все еще горело, но она не могла позволить себе показать это. Она медленно села, поправив рубашку, и бросила на них холодный взгляд. — Невыносимы… — Повторила она сокрушенно, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более спокойно. Джинни и Луна только рассмеялись, не подозревая, что их игра зашла гораздо дальше, чем они могли себе представить. Гермиона встала, подняла книгу с пола и села в кресло, стараясь не смотреть на них. Она чувствовала, как ее сердце все еще бешено колотится, а тело дрожит от возбуждения. Но она не могла позволить себе показать это. Ни за что.