Пролог

Эта встреча никем не воспета,

И без песен печаль улеглась.

Наступило прохладное лето,

Или новая жизнь началась.*

      Лондон, 1936       В голове было так шумно, что девочка сначала даже не обратила внимание на возмущённую женщину, крепко сжимающую её плечо. Незнакомка что-то кричала своим противным скрипучим голосом, отчего хотелось поскорее спрятаться от неё где-нибудь на краю света. Внезапный порыв ледяного ветра привёл девочку в чувства, и ей наконец удалось подняться с земли, не смотря на трясущиеся коленки и жуткую усталось во всём теле. Неужели она вчера занималась чем-то настолько тяжёлым, что сейчас еле может стоять на ногах?       "Постойте... А что было вчера? А позавчера?"       Как бы девочка не старалась, воспоминания так и не хотели к ней возвращатся. Она не могла вспомнить ни своих родных, ни где она живёт. Боги, она даже не знала, как очутилась здесь! Да и кто эта приставучая женщина?!       — Ты что немая? Или безмозглая? — прошипела незнакомка, недовольно сморщив нос.       — Да что вам от меня надо? — девочка со всей силы попыталась оттолкнуть неугомонную женщину, но каждое резкое движение отдавалось болью во всём теле. Может это просто сон? Кошмар? Или сам Дъявол в облике этой гаргульи решил поиздеваться над ней?       — Я уже в шестой раз спрашиваю: почему ты лежишь возле моего приюта? Где твои родители? — немного успокоившись, строго спросила незнакомка.       — Я не знаю, — тихо выдохнула девочка, чувствуя, что прямо сейчас разрыдается. Да разве такое возможно, чтобы человек потерял все свои воспоминания? Что же с ней такого приключилось? — Я ничего не помню.       — Что за вздор ты несёшь? И вправду безмозглая? — женщина нахмурилась ещё сильнее.       — Но я вправду ничего... ничего не могу вспомнить, — девочка крепко обхватила себя за локти, пытаясь справится с внезапной дрожью из-за нахлынувшей паники, — Помню только, что меня зовут Лилиана Б..       Никому не говори своё настоящее имя. Ни одна живая душа не должна его знать.       Внезапно вспыхнувшая в голове фраза заставила девочку замолчать. Кто сказал ей это? Когда это было? И почему нельзя? Ни на один из эти вопросов она не могла найти ответ, однако точно знала, что должна послушаться этот голос из потерянных воспоминаний.       — Лилиана Барнс, — наспех придумав себе фамилию, девочка облегчённо выдохнула.       — И начерта мне твоё имя? — женщина недовольно закатила глаза, — В общем, ты не знаешь, кто твои родители?       — Я не помню их, — поправила Лилиана незнакомку, на что та недовольно закатила глаза.       — Судя по твоему виду, ты больше похожа на бродяжку из подворотни, нежели на дочь богачей, — фыркнула женщина, осматривая оборванное желтоватое платьице девочки, её грязное лицо и руки, растрёпанные и покрытые пылью светлые волосы и нелепые ярко-голубые глаза. Однако внимание незнакомки привлекло нечто другое: драгоценный кулон лазурного цвета, висевший на шее Лилианы. Это был кристалл: чистый, словно горный ручей, и яркий, как солнечный свет в полдень. Во взгляде женщины вдруг вспыхнула жадность, затмевающая все мысли.       — В общем так: я готова принять тебя в свой приют, если ты отдашь мне эту побрякушку.       Лилиана непроизвольно дотронулась до кристалла пальцами, лишь сейчас заметив на себе такую драгоценность. Её также поразила красота украшения, однако странным было то, что кулон был покрыт множеством маленьких трещинок. Отчего-то девочке совсем не хотелось отдавать его этой раздражающей гаргулье, однако она понимала, что в таком положении выбора особо нет. Она всего лишь ребёнок, так ещё и с амнезией, где ей ещё найти жильё? Печально вздохнув, Лилиана сняла с себя кристалл и отдала женщине, которая сразу же противно и мерзко захихикала.       — Отлично. Можешь звать меня миссис Коул, — продолжая радоваться своему новому украшению, женщина даже слегка подобрела, — Добро пожаловать в приют Вула.       Вместе с миссис Коул Лилиана направилась к неприветливому мрачному зданию. Вдруг девочка ощутила на себе чей-то пронзительный взгляд, от которого по телу пробежали мурашки. Подняв голову, она сразу же заметила в окне второго этажа незнакомого мальчика, холодно глядящего, казалось, прямо в её душу. Его застывшая улыбка и пустые глаза нервировали Лилиану даже больше, чем противная мегера, шедшая рядом с ней.       Отчего-то девочка уже начала жалеть о своём решение остаться в приюте.