Глава 3

      Вдруг откуда-то просто незнакомый прохожий,

Улыбаясь, сказал, что мы чем-то похожи.

Что луч солнца играет в моих волосах,

Что, увидев меня, он забыл про заботы,

Предложив мне с рассветом о жизни болтать.*

      Лондон, 1936       Дни становились всё прохладнее, а солнце появлялось всё реже, однако это не мешало ребятам продолжать встречаться у молодого дуба. После того разговора Реддл стал более терпимым к девочке и по возможности старался ей не грубить, хотя не редко это было довольно проблематично. Но всё же мальчик наконец принял тот факт, что в его жизнь появился небезразличный ему человек. Реддлу нравилось слушать звонкий голос Лилианы, видеть, как загорались глаза девочки при встрече с ним. Её открытый и честный взгляд, искренность в каждом слове и непоседливость вызывали у Тома неподдельный интерес. Оказывается, намного приятнее проводить своё время с кем-либо, а не коротать его в одиночестве.       — Что ты там так долго читаешь? — поинтересовался мальчик у Барнс, сидящей рядом.       — Сказку. Тебе не понравится, — отмахнулась девочка и вновь углубилась в чтение.       — И с чего ты это решила? — Реддл нахмурился и недовольно скривил губы. Он терпеть не мог, когда кто-то решал за него, даже если дело касалось таких пустяков, как его предпочтения в книгах.       — Как бы это сказать... Она слишком детская для тебя, — Лилиану безумно забавлял до невозможности серьёзный вид друга. Как же она любила с ним спорить! Их перепалки были для девочки вкуснее имбирного печенья на десерт.       — Я и есть ребёнок, глупышка, — от возмущения мальчик закатил глаза. Нет, серьёзно, почему Барнс ведёт себя с ним как с неразумным дитя, при этом являясь его ровесницей? Какая нелепость! — Так о чём книга?       — О храбром Лорде и его Принцессе. История любви со счастливым финалом, всё как я люблю. А главный герой такой сильный, добрый и заботливый! Я так завидую Принцессе, — Лилиана мечтательно вздохнула и аккуратно провела пальцами по одной из страниц.       — Он тебе так сильно нравится? — спросил Реддл, вглядываясь прямо в голубые глаза девочки. Отчего-то в груди неприятно кольнуло.       — Конечно! Как такой человек может не нравится? Я же не сумашедшая какая-нибудь, — хихикнула Барнс.       — Тогда я могу стать твоим Лордом.       Внезапно образовавшаяся тишина неприятно давила, но Лилиана не могла вымолвить ни слова. Удивлённо уставившись на Реддла, она пыталась понять: в серьёз ли он сказал такую глупость? Том... пытается понравится ей? Это очень странно. Верно, скорее всего он просто хочет над ней поглумиться.       — Не смешная шутка.       — Я не шутил. Чем я хуже этого персонажа из книги? Я могу стать для тебя настоящим Лордом, — Реддл пронзительно посмотрел на девочку, подвинувшись к ней поближе, — А ты будешь моей Принцессой Лилианой... Хотя нет, звучит слишком длинно. Моей Лили.       Язык Барнс отказал уже второй раз за день. Да что происходит с этим мальчишкой?! Девочке был непривычен такой напор от обычно спокойного и безразличного ко всему Тома. Это она должна подтрунивать над ним, разбивая в щепки его внешнюю холодность, с чего это инициатива перешла к нему?! Однако Барнс чувствовала, что просто не может перевести тему на болле нейтральную, ведь Реддл мог легко обидеться на неё. Что ж, в этот раз она ему уступит.       — Хорошо, как скажете, мой Лорд, — девочка слегка склонила голову, наигранно выказывая почтение Тому.       "Мой Лорд."       Реддлу безумно понравилось, как эти слова прозвучали из уст Барнс. Он почувствовал какую-то необыкновенную связь, зарождающуюся между ними. Связь, что со временем окрепнет до такой силы, что никто во всём мире не сможет её разорвать. Уж Том об этом позаботиться.       — Дай мне книгу, Лили. Почитаем вместе, — наконец расслабившись, Реддл принял свой обыденный вид ледышки. Почувствовав это, Барнс немного успокоилась и передала сказку другу. Они ещё долго сидели под деревом и тихо читали в слух любимую историю девочки.       "Моя Лили."

***

             — Каша сегодня такая солёная! Гадость! — возмущалась Кейтлин, перемешивая белую субстанцию у себя в тарелке.       — Поешь хлеб с маслом, давай я помогу тебе намазать, — заботливая Джейден как всегда хлопотала над младшими, — Лилиана, а ты чего не ешь?       — Просто задумалась... А Том всегда ест один? — девочка глядела на Реддла, сидящего за самым дальним столом в полном одиночестве.       — Мы это уже обсуждали, Лилиана. Все его боятся, и никто не хочет с ним связываться. В отличие от тебя, — Джейден хмуро глянула на подругу. Соседки по комнате перестали донимать Барнс своими опасениями на счёт Тома, но всё равно не поддерживали её дружбы со странным мальчишкой.       — Ладно-ладно, не начинай, — раздражённо ответила девочка. На мгновение она задумалась, словно принимая какое-то решение, а затем, резко встав с места, взяла свою тарелку с кашей в руки, — Я пойду и поем сегодня с ним, — уверенно развернувшись, Барнс отправилась к другу.       — Лилиана, стой! — шикнула Джейден, но девочка даже не обернулась. Добравшись до Реддла, она спокойно села на против него и принялась есть свой завтрак. Том удивлённо поднял на неё свой взгляд, но так ничего и не сказал, лишь едва уловимая улыбка выдавала в нём радость от встречи с подругой. Вдруг за спиной Барнс послышались чьи-то перешёпитывания. Словно рой насекомых, дети бесконечно гудели и тихо переговаривались, поглядывая на Лилиану и Реддла.       — Тебе лучше уйти,— внезапно проговорил Том. Его взгляд выражал беспокойство, от чего на душе девочки вдруг потеплело.       — Перестань, если бы меня волновало то, что думают окружающие, я бы тут не сидела, — Барнс нежно улыбнулась.       — Спасибо, Лили, — Реддл благодарно кивнул. Прежде он не любил делить трапезу с кем-либо, но Барнс была особым случаем. С ней вообще всё всегда по особенному.       — Я просто подумала, что мы с тобой уже больше двух месяцев знакомы, а так и не поели вместе, — девочка виновато опустила взгляд, — Поэтому я решила это исправить. Но, извини заранее, я не смогу каждый раз завтракать, обедать или ужинать с тобой, мои подруги, они..       — Я понимаю, — Том натянуто улыбнулся, слегка сжав кулаки. Ему бы хотелось, чтобы Барнс была с ним как можно чаще, но её проклятые подружки вечно всё портили. Реддл давно понял, что для Лилианы они очень дороги, поэтому старался не показывать своего истинного отношения к этим "соседкам". Но когда-нибудь его терпение лопнет.       — Спасибо, но не думай, что так легко отделаешься от меня. Я постараюсь почаще есть вместе с тобой, чтобы ты не расслаблялся, — девочка нагло вздрёрнула носик вверх.       — Как скажешь, Лили, — смиренно произнёс Реддл, сделав глоток чая.       — Однако, Том, я понимаю, что ты... другой, и тебе не очень нравится общаться с остальными ребятами, но всё же неужели ты не можешь найти с ними общий язык? Мы же с тобой подружились, я вижу, что ты хороший, — Барнс не хотела начинать этот разговор, но понимала, что им нужно это обсудить. Её весьма беспокоила проблема одиночества Реддла, ведь кроме неё он больше ни с кем не общался.       — Они не считают меня хорошим, Лили, — холодно отчеканил мальчик, крепко сжав кружку из-за нахлынувшей злости, — Так какой смысл мне пытаться им что-то доказать?       — Люди иногда слепы и не могут видеть истинную натуру человека, но это не значит, что нужно перестать общаться со всеми. Том, пойми, я волнуюсь за тебя. Человеку нельзя быть одному. Ветру, дождю, солнцу можно, а человеку — нет, — Барнс осторожно дотронулась до руки мальчика, стараясь успокоить его, — Попробуй открыть им своё сердце. Кто знает, вдруг ты найдёшь в этом много приятного?       Реддл пристально всматривался в лицо подруги, пытаясь отыскать на нём хоть каплю фальши, но наткнулся на бесконечную искренность. Лилиана вправду переживала за него, не скрывая своих чувств. Ему было безумно приятно осозновать, что кому-то в этом мире есть до него дело, однако мальчик прекрасно понимал, что не сможет общаться с этими детьми, слишком они разные. Что ж, придётся разыграть для подруги представление, пускай лучше один раз увидит, чем может закончиться его столкновение со сверстниками, и больше не поднимает эту тему.       — Хорошо, я попытаюсь. Но не надейся, что я за один день подружусь со всеми детьми планеты, — недовольно фыркнул Реддл.       — Со всеми и не надо! — захихикала Лилиана, — Смотри, вечером после ужина приходи в комнату Дина Сойера и Фрэнка Ноя, будем играть в настольные игры и поболтаем друг с другом. Ты обязан там быть, договорились?       — Буду, только перестань донимать меня, — из-за этой девчонки у мальчика началась мигрень. Сколько же от неё шуму!       — Спасибо, Том! Ладно, мне уже пора идти. До вечера! — на последок Лилиана помахала ладошкой и растворилась в толпе детей. Реддл в очередной раз глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Да, вечер будет потрясающим.

***

      В комнате мальчиков было светло и уютно. Все что-то громко обсуждали, весело проводя время, лишь Лилиана молча сидела на краю кровати и нервно теребила край своего сарафана. Реддл должен был прийти ещё пятнадцать минут назад, однако он до сих пор не появлялся. Барнс было очень обидно, что друг не сдержал своего слова. А ведь она старалась именно для него, чтобы у мальчика наконец появлся хоть какой-то круг общения.       Разочарованно выдохнув, девочка уже решила пойти и спокойно погрустить в своей комнате, как вдруг дверь внезапно открылась. Все разговоры резко прекратились, и в помещении повисла гнетущая тишина. На пороге стоял хмурый Реддл, всем видом показывая своё недовольство и нежелание находиться здесь.       — Том, ты всё-таки пришёл! — Барнс радостно подскочила к мальчику и мягко взяла его за ладонь.       — Я всегда держу своё слово, Лили, — спокойно ответил Реддл. Он долго мешкался, не решаясь зайти в комнату, так как знал: всё, что произойдёт дальше, его подруге не понравится.       — Реддл, ты решил к нам присоедениться? — наконец раздался голос одного из мальчишек. Судя по всему, он был самым смелым из них.       "Началось."       — А что, нельзя? — Том едко усмехнулся и сделал шаг вперёд. Дети переглянулись между собой, а пара девочек, сидевших в дальнем углу, начали беспокойно шептаться.       — Ты прав. Нельзя, — Дин Сойер поднялся с кровати и крепко сжал кулаки.       — Мальчики, подождите, успокойтесь. Я позвала его сюда, чтобы мы все вместе провели время, — примирительно произнесла Лилиана, — Том очень хороший, и он хотел бы поиграть вместе с вами, — девочка умоляюще взглянула на Реддла, на что тот недовольно фыркнул. Не он начал этот цирк.       — Хватит, мы не хотим с ним играть, пусть уходит, — теперь поднялось ещё несколько мальчиков, на лицах которых была лишь злость.       — Но почему? Что плохого он вам сделал? — не сдавалась Барнс. Словно желая защитить Тома от грубостей окружающих, она уверенно встала перед другом, закрыв его своим телом.       — Что он сделал?! А как же Фил? Рик? Спроси у них, что он с ними сделал! — яростно выкрикнул Френк.       — Да, он делал плохие вещи!       — Пусть уходит от сюда!       — Он страшный!       — Они обижали его! Он должен был защищаться, — нервы Лилианы были на пределе, её руки дрожали, а в горле совершенно пересохло, — Вам он не сделал ничего плохого, так что прошу: дайте ему шанс.       — Реддл странно ведёт себя! Он монстр! — выкрикнул Дин.       — Да, монстр!       — Мы не хотим играть с ним!       Все голоса смешались в голове девочки, превращаясь в непонятный шум. Ей было так больно, так обидно за Тома, что казалась, будто бы она сейчас задохнётся от возмущения. Лилиана крепко зажмурилась, не желая принимать реальность. Как можно быть такими озлобленными? Как можно так обращаться с живым человеком?! Он не заслужил этого! Не заслужил!       Внезапно произошло нечто странное: все, кто стоял перед Барнс, вдруг отлетели от неё в противоположную сторону, словно мощный поток воды ударил им в грудь. Стёкла в окнах задрожали, будто бы вот-вот должны были потрескаться, а небольшая люстра начала быстро качаться из стороны в сторону с противным скрипом. Раздался громкий девичий визг, а по щекам Лилианы потекли накопившиеся слёзы. Что вообще происходит?!       И вдруг всё резко затихло, словно и не было этого хаоса, случившегося мгновение назад. Никто из детей не решался издать даже писка, испытывая самый настоящий страх. Барнс молча плакала, совсем не соображая, что здесь только что произошло. Внезапно она почувствовала нежное прикосновение к своей ладони. Подняв взгляд, девочка увидела заинтересованные и слегка обеспокоенные глаза Реддла.       — Лили, пойдём. Нам здесь больше нечего делать, — Том осторожно потянул девочку за собой и вывел её из комнаты. Они тихо шли по коридору, и каждый думал о своём. Барнс старалась успокоиться, но слёзы нескончаемым потоком катились по её щекам. Видя состояние подруги, Реддл решил отвести Лилиану в свою комнату, чтобы спокойно с ней поговорить. Пара вопросов у него появилось.

***

      Том, к счастью, жил один, так что никто из детей не мог их потревожить. Аккуратно усадив девочку на свою кровать, Реддл глубоко вздохнул и на мгновение прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Он ненавидел слёзы, но сегодня осознал, что слёзы Лилианы он ненавидит ещё больше. Неописуемая злость охватывала его сердце, когда он видел грустящую подругу. Мальчик присел рядом с ней и аккуратно начал поглаживать её по спине, желая утешить.       — Том, мне так жаль! Так жаль! Зря я пыталась заставить вас подружиться, — девочка продолжала хныкать, испытывая бесконечно чувство вины,— Это всё произошло из-за меня...       — Перестань говорить глупости, — спокойно произнёс Реддл, — Я уже привык к этому, ничего нового не произошло. Так что твоей вины здесь нет, — мальчик попытался заглянуть прямо в раскрасневшиеся глаза Барнс, стараясь донести до неё всю искренность своих слов.       — Всё равно, прости меня... Я больше не буду заставлять тебя общаться с кем-либо.       "Получилось."       — Мне никто не нужен кроме тебя. Я рад, что ты поняла это, — на мгновение на лице Реддла промелькнула довольная улыбка, но он тут же её спрятал. Лилиана лишь кивнула, не до конца осознавая сказанное другом, однако вдруг нахмурилась.              — Но, Том, толкать мальчиков и пугать всех тоже было не правильно.       — Это был не я, — Реддл убрал свою руку со спины девочки и как-то странно посмотрел на неё, — А ты.       — Что? — Барнс показалость, что ей послышалась, однако мальчик молча продолжил буравить её взглядом, — Ты хочешь сказать, что весь тот хаос создала я? Но... Как?       — Я давно подозревал, а сегодня наконец убедился — ты такая же особенная, как и я, — с каким-то пугающим блеском в глазах Том нежно пригладил волосы на макушке Барнс, на что та невольно вздрогнула, — Ещё тогда, когда впервые увидел тебя из окна, я что-то почувствовал. Я не мог понять, что за связь образовалась между нами: мы с тобой размышляем и говорим не так, как наши сверстники, Нагайна относится к тебе по особенному, а теперь сегодняшнее происшествие. Пазл наконец сложился.       — Ты хочешь сказать, что у меня есть такие же способности, как у тебя? — девочка просто не понимала, как реагировать на данную новость. Да что за день сегодня такой?!       — Верно, Лили. Мы очень похожи, — Реддл придвинулся чуть ближе и продолжил аккуратно перебирать волосы шокориванной девочки. Его просто будоражила мысль, что в мире есть такой же человек, как он. А ещё приятнее, что им являлась Лилиана. Ну не удача ли?       — Но откуда у нас этот... дар?       — У меня способности были с самого раннего детства, — тихо говорил мальчик, осторожно проводя пальцами по светлым прядям подруги, — Чаще всего они проявлялись, когда я злился. А сегодня разозлилась ты, Лили, желая защитить меня.       — Это просто какое-то сумашествие, — устало вздохнула Барнс, прикрыв глаза. Может, этот дар является ниточкой к её утраченной памяти? Или он наоборот запутает всё ещё больше? Что же ей делать?       — Но неужели раньше способности у тебя не проявлялись? Ни разу?       Девочка пообещала себе, что будет скрывать от всех свою амнезию. Пообещала! Однако Тому она не хотела врать. Да, наверное лучше будет ему рассказ...       Никто не должен знать, кто ты на самом деле. Это может быть опасно.       Внезапно всплывшая в голове фраза поселила беспокойство в душе девочки. Снова воспоминание, сказанное тем же самым женским голосом. Почему же она так не хотела, чтобы Лилиана раскрывала себя?       "Возможно... Она давала мне какое-то секретное задание? Я шпион что-ли? Нет, бред какой-то. Однако, это сокрытие личности возможно связано с моим даром? Почему вопросов становится всё больше?! Дуратская память!"       Нет, раз к ней возвращаются именно такие воспоминания, запрещающие рассказывать о себе, то она просто не может разболтать всё Тому. Возможно, когда её память хоть немного восстановится, девочка откроется ему, но пока что этого делать не стоит. Так будет лучше для всех.       — Я ничего такого не помню, — сухо ответила Барнс, пытаясь спрятать свои подрагивающие ладони в рукавах кофты. Видя, как Лилиана волнуется, желая хоть немного её утешить, Реддл притянул подругу к себе и крепко обнял. Та не стала сопротивляться, а наоборот сильнее прижалась к Тому.       — Не переживай, Лили. Мы со всем разберёмся. Я не оставлю тебя одну.       Такие громкие слова, произнесённые ребёнком, не должны внушать доверия, однако Барнс как никогда чувствовала себя в безопасности. Верно, они всё преодолеют. Вместе.