Глава 8

Я тебя никому не отдам:

Ни врагам, ни разлукам, ни грозам.

Было. Есть так. И будет всегда,

Что тобой я дышу. Ты — мой воздух.*

      Хогвартс, 1938       В Большом зале как всегда царили шум и болтовня. Все студенты от мала до велика наслаждались вкуснейшей выпечкой, хорошо прожаренным мясом и сладковатым тыквенным соком. Парящие у потолка свечи очаровавыли своим волшебным видом и придавали холодному каменную помещению уюта и тепла. Реддл, не отвлекаясь от чтения книги, жевал кусочек пирога с вишней, пока Лилиана о чём-то увлечённо и громко болтала с Вальбургой. Однако приятную атмосферу за столом вдруг нарушил противно хихикающий Эйвери:       — Наша команда просто размазала Когтевран на поле! Теперь в следующем матче и гриффиндорцы наконец поймут, кто тут главный! — Годвин высокомерно глянул на гневные лица за соседним столом.       "Можно подумать, это ты принёс победу команде Слизерина,"— фыркнула про себя Барнс, — "Гриффиндор тебе ещё покажет!" — стараясь усмирить возникшее раздражение, девочка принялась с остервенением есть куриную ножку,— "Нужно держать себя в руках, ещё не хватало разоблачить перед всеми своё неравнодушие к Гриффиндору."       — Что-то не так, Уизли? Ты не согласен? — вновь раздался голос Эйвери. Он самодовольно усмехнулся, видя, как гриффиндорцы нахмурились ещё сильнее, — Не молчи, если есть, что сказать.       — О, поверь, я многое хотел бы тебе сказать, — сердито прошипел Септимус, слегка расправив плечи, — Однако не хочу болтать с такими недоумками, как вы, змейки.       — Уизли, не забывайся, — вдруг грозно проговорил Лестрейндж, вскочив со своего места, — Это вы идиоты без мозгов, вечно влезающие туда, куда не просят, — Годвин и Септимус тоже встали и начали прожигать злобными взглядами дыры друг в друге. Студенты, сидящие рядом, тут же замолкли, заинтересованно глядя на открывающуюся сцену. Бои первокурсников, как тут такое пропустить?       — Если разобраться, то ты первый начал задирать другие факультеты, Эйвери, — едко заметила Лилиана, продолжая с аппетитом жевать куриную ножку, как вдруг замерла, осознав, что произнесла свои мысли вслух. Вальбурга и Том с неприкрытым удивлением взглянули на подругу, никак не ожидая, что она вступит в этот бессмысленный спор.       "Глупая! Сама же решила не лезть на рожон! Проклятая гриффиндорская честность и жажда справедливости!"       — Что ты там пискнула, Барнс? — Годвин повернулся к девочке и раздражённо уставился на неё, — Ты, что, защищаешь этих идиотов?       — Просто не люблю, когда кто-то ведёт себя так надменно, — ответила Лилиана, стараясь сохранить невозмутимость, — Чем тебе насолили гриффиндорцы, что ты так гадко с ними обращаешься?       — А ты у нас такая чистая и добрая душа? — Годвин ядовито усмехнулся, и его лицо исказилось в злобной гримаса, — Предательница факультета! Идёшь против своих же? Ради этих безмозглых..       — Эйвери, заткнись, — неожиданно к перепалке присоединился Нотт. Он встал со своего места и деловито скрестил руки на груди, — Лилиана сказала всё правильно, это ты позоришь Слизерин своей глупостью и идиотизмом. Так что успокойся наконец и не мешай остальным обедать, — Теобальд хмуро уставился на однокурсников, желая прекратить этот разгоревшийся конфликт. В миг разозлившись, Годвин прорычал что-то нечленораздельное и быстрым шагом покинул Большой зал, а вслед за ним поспешил Лестрейндж.       Растерявшаяся Барнс не могла вымолвить ни слова. Чувство искренней благодарности заполнило её целиком, и она сразу же повернулась к Нотту, присевшему за стол недалеко от неё. Девочка тепло улыбнулась Теобальду и прошептала тихое "Спасибо", на что тот забавно подмигнул ей. Барнс хихикнула, слегка смутившись от действий однокурсника. На её щёчках появился лёгкий румянец, а дурацкая улыбка всё не хотела сходить с лица. И чего она так расчувствовалась?       — Лили.       Внезапно запястье девочки оказалось в крепкой хватке Реддла. Его пышащие зеленью глаза стали походить на тёмные лесные чащи, брови были сведены у переносицы, а губы сжаты в тонкую линию. Он был зол.       — Том, я...       — За мной, — пугающе прошептал мальчик и, встав из-за стола, потянул Лилиану к выходу. Приятный лёгкий трепет в сердце девочки куда-то испарился, стоило ей с Реддлом покинуть Большой зал. Он шагал быстро и уверенно, ни на секунду не останавливаясь и не отпуская запястье Барнс. Она попыталась вывернуть свою руку, однако мальчик не позволил ей этого сделать, продолжая стремительно лететь куда-то по широким коридорам замка.       — Том, остановись же! — возмущённо сказала девочка, не оставляя попыток выбраться из плена рук Реддла, — Куда мы идём?       Мальчик проигнорировал её вопрос, продолжая уверенно вилять из коридора в коридор. Добравшись до лестницы, они стали быстро шагать по каменным ступенькам вверх. Лилиана сразу узнала этот подъём в Астрономическую башню, гадая по пути, что же так сильно вывело друга из себя. Она уже не пыталась спрашивать что-либо, ведь знала: если Том зол, то он никого не будет слушать. Наконец добравшись до небольшой комнатки, мальчик резко остановился и отпустил руку Барнс. Та сразу же прижала к себе ноющее и слегка покрасневшее запястье и поёжилась от прохладного ветра, гуляющего по башне.       — Ты... Объясни мне. Всё, — словно буйный ураган, Реддл ходил из стороны в сторону, пытаясь совладать со своим гневом.       — Что я должна тебе объяснить? — недовольно пробормотала Лилиана, — Что случилось, Том?       — Это я у тебя должен спрашивать! — рявкнул Реддл, наконец взглянув на подругу, — Сначала эта Блэк, ни отходящая от тебя ни на шаг, а теперь ты нашла себе защитника! Вы ведь уже общались с ним раньше, верно? Иначе зачем ему вступаться за тебя, — мальчик громко и часто дышал, сжимая от злости кулаки.       — Я не понимаю, что не так? — тихо спросила Барнс, неосознанно сделав шаг назад, слегка пугаясь такого напора друга.       — Ты... Ты бросаешь меня! — вскрикнул Том, подскочив прямо к девочке и крепко сжав её плечи, — У тебя появились друзья, ты так много внимания им уделяешь! А как же я? Я тебе больше не нужен?       — Что за глупости ты говоришь? — опешила Лилиана, широко распахнув от удивления глаза. Она совсем не подозревала, какие сильные чувства бушевали в сердце Реддла. Неужели, она настолько ему дорога?       — Это не глупости! Ответь мне! — прошипел Том, сильнее сжимая плечи девочки. В его глазах плескалось столько отчаяния, что Барнс ощутила болезненный укол вины. В последнее время она и вправду слегка отдалилась от Реддла, но считала это нормальным, ведь у неё, как и у него появились новые увлечения и знакомые. Однако она даже не догадывалась, как больно было её другу. Печальный вид Тома и мольба в его взгляде больно сжимали в тиски сердце Лилианы.             — Прости меня, мой Лорд, — тихо сказал девочка, осторожно обхватив его запястья, — Мне правда очень жаль, что тебе подумалось, будто я тебя бросила. Это совсем не так! — Барнс нежно улыбнулась другу, глядя прямо в его обеспокоенные глаза, — Ты моя семья. Ничто и никто не изменит этого, — медленно убрав руки Тома со своих плеч, Лилиана крепко обняла друга. Барнс аккуратно поглаживала его спину, желая показать мальчику, что она рядом.       — Ты ведь не оставишь меня, правда? — прошептал Реддл, вдыхая цветочный аромат волос девочки.       — Не оставлю, — кивнула Лилиана, не разжимая объятий. Неконтролируемая улыбка, полная яда, появилась на лице Тома. Он ликовал.       "Всего пара грустных слов и горестных взглядов, как ты опять оказываешься у меня в руках. Моя наивная, маленькая принцесса... Так просто я тебя никому не отдам."

***

      Отныне Барнс старалась не обделять Реддла вниманием, пытаясь балансировать в общении между ним и Вальбургой. Лилиана хотела сдружить этих двоих, но из-за их непомерного упрямства выходило не очень. Однако, несмотря на переодически возникавшие трудности, отношения внутри этой троицы нельзя было назвать враждебными, Блэк и Том смирились со сложившейся ситуацией, поэтому старались мирно сосуществовать, чем сильно радовали Барнс.       С Теобальдом же Лилиана решила некоторое время держать дистанцию, чтобы лишний раз не сердить Реддла, ведь видеть его злобное лицо Барнс совсем не хотела. Спустя несколько дней, когда всё более-менее устаканилось, девочка всё же решила подкараулить Нотта в библиотеке, чтобы расспросить его о перепалке в Большом зале. Стоило мальчику присесть за свой излюбленный стол возле большого окна, занавешенного тёмно-синими шторами, как Лилиана тут же приземлилась на соседнее место.       — П-привет, — неловко поёрзав на стуле, пробормотала девочка.       — Наконец перестала игнорировать меня? — скрестив руки на груди, небрежно произнёс Нотт, — Неужто Реддл отпустил?       — Он не знает о нашем разговоре, — выдохнула девочка, устало прикрыв глаза, — Прости, что вела себя так, просто Том... Он волновался в эти дни, и я...       — Не оправдывайся, я понимаю, — вдруг улыбнулся Теобальд, расслаблено откинувшись на спинку стула. Лилиана удивлённо уставилась на мальчика, не до конца веря его словам.       — Ты слишком идеальный, не думаешь? — Барнс скептически оглядела Нотта с ног до головы.       — Это вряд ли, просто я вижу, как он к тебе относится, — хмыкнул мальчик, — Кто я такой, чтобы осуждать его или тебя? Это ваши отношения, я не собираюсь в них лезть.       — Ты и вправду до противного хороший, — цокнула языком Лилиана, — Я хотела спросить: почему ты заступился за меня в Большом зале?       — В нашу первую встречу я повёл себя... грубо, — смущенно проговорил Нотт, вспоминая их с Барнс перепалку в библиотеке, — В общем, я хотел загладить вину, да и этот идиот Эйвери лично мне уже надоел, он лишь позорит наш факультет своей тупостью.       — Спасибо, что не остался в стороне, — тихо проговорила Лилиана, робко отведя взгляд в сторону. Было так приятно почувствовать чью-то защиту, не требующую ничего в замен. На мгновение между ребятами повисла неловкая тишина, прерываемая лишь шелестом книг и тихими разговорами редких студентов. Прочистив горло, девочка продолжила, — Я бы хотела больше с тобой общаться, но Том...       — Да, твой друг не подарок, — усмехнулся Теобальд, — Я тоже хотел бы дружить с тобой, но боюсь, что Реддл может доставить тебе хлопот.       — Нет, просто он немного сложный человек, — глубоко вздохнула Барнс, — Мы что-нибудь придумаем, со временем он примет тебя. А пока давай сильно не попадаться ему на глаза, хорошо?       — Договорились, — улыбнулся Нотт, — И кстати, можешь звать меня просто Тео, раз уж мы собрались быть друзьями.       — "Тео" звучит как название какой-то плюшевой игрушки, — хихикнула девочка, заметив недоумение на лице Теобальда, — Что, тебе никогда такого не говорили?       — Моё имя переводится как "божественный" или "богоподобный", что б ты знала, — мальчик недовольно закатил глаза, поражаясь такой наглости со стороны Барнс,— Как вообще можно говорить такое человеку, с которым вы начали дружить десять секунд назад?       — Ну вот такая я непоседа, — самодовольно улыбнулась Лилиана, слегка наклонившись к Теобальду, — Уже жалеешь, что тогда подошёл ко мне в библиотеке?       — Немного, — усмехнулся мальчик, любуясь искорками веселья, плесавшими в голубых глазах девочки, — Но я крепкий и смогу вынести твой нрав, буйный цветочек**.       Дети ещё долго просидели в библиотеке, мешая своей громкой болтовнёй всем окружающим их студентам. Первокурсники, что тут ещё скажешь?