Нападение

Я люблю возвращаться домой под вечер. После нескольких дней, проведённых в палатке, в окружении зелени, звуков леса и тёплого дыхания Гарри рядом по ночам — возвращение в мое родное жилище похоже на сказку. Всё кажется новеньким: мягкий плед на диване, запах дубового паркета, лёгкий аромат лаванды из вазы у окна... Я открыла дверь и, почти не снимая рюкзака, шагнула внутрь, вдохнув родной запах дома. Гарри где-то позади — копается с замками и защитными чарами. Я бросила на кресло шаль, снятую с плеч, и пошла на кухню — налить воды. Окно было приоткрыто. Свежий воздух… и ещё что-то. Что-то неуловимое. Холодок под кожей. Я остановилась. Прислушалась. И тогда раздался лёгкий, почти неслышный щелчок. Не аппарирование — нет. Слишком тихо. Но достаточно, чтобы сердце ускорило темп. Я не слышала заклинания. Стекло в окне лопнуло с резким звоном, осыпая меня осколками, и я инстинктивно пригнулась. Луч зелёного света прошил воздух там, где секунду назад была моя голова. Еще один вражеский выстрел, и стол за моей спиной разлетелся в щепки. Я рухнула на пол, кухня наполнилась резким запахом гари и едва уловимой вонью магии Смерти. — Гарри! — закричала я, вытаскивая палочку. Из темноты кухни показались две фигуры. Плащи, маски. Ощущение кошмара из прошлого, который мы уже, казалось, победили. Но нет — Пожиратели смерти. Те, кто сумел ускользнуть, скрыться. Они не исчезли, просто притаились. Ждали. Один из них был широкоплечим, с багровым шрамом поперёк шеи. Он был высоким, мускулистым - настоящий здоровяк, с маской в форме черепа. Его палочка уже светилась зловещим зелёным. Я перекатилась под кухонный остров, сердце колотилось, как бешеное. Он метнулся за мной, быстрый, будто зверь.Другой — худощавый, с дрожащей, лихорадочной манерой двигаться. Я не знала их имён. Но я помнила этот взгляд. Ненависть, затянутая паутиной фанатичной веры. — Авада… — начал один из них. — Протего! — я закричала раньше, чем он успел договорить. Щит отразил проклятие, и я увидела, как зелёная вспышка ударилась о стену. Гарри влетел в кухню, его волосы были растрёпаны, а рука судорожно сжимала палочку. Глаза лучшего друга метнулись ко мне — я цела. Он повернулся к врагам. — Экспеллиармус! — его голос прорезал воздух, и палочка одного из Пожирателей вылетела из руки. Я увидела, как он скорчился от боли и стал оседать на пол. Сразу последовал контрудар. Маска сорвана, лицо искажено яростью. Они хотели убивать. Не пугать — уничтожить. — Авада Кедавра! Гарри перекатился по полу, едва избежав страшного удара. Струя зелёного света сжигала воздух. Я встала. Гнев захлестнул меня. — Инкарцеро! — верёвки вырвались из моей палочки и оплели второго. Он заорал, пытаясь освободиться. Гарри ударил его Петрификус Тоталус, и тот рухнул, как кукла. Остался здоровяк — раненый, с его правой руки лилась кровь, но он, похоже, не думал сдаваться. Враг отступал к двери, тяжело дыша и с ненавистью глядя на нас с Гарри. — Мы не закончили, — прохрипел он. — Наших ребят больше, чем вы думаете. — Ошибаешься, — сказал Гарри. — Вас меньше с каждой минутой. Я направила палочку прямо в грудь здоровяку: — Ступефай! Красный луч сбил его с ног. Он ударился о стену и остался лежать. Адреналин отступал, а осознание — приходило. Пожиратели Смерти знали, где я живу. Они ждали. Это был не случайный налёт. — Гермиона, — Гарри подошёл ко мне и обнял. Его рука дрожала, как и моя. — Всё хорошо. Мы справились. - Господи! - я заплакала, обняв лучшего друга. - Как хорошо, что ты решил меня проводить до дома! Ты не ранен? Гарри помотал головой и ласково посмотрел мне в глаза. Всё было сказано без слов. Мы живы. Пока.