Новое знакомство

После обеда в столовой, где воздух был наполнен ароматами свежеприготовленных блюд, Санеми вернулся в свою комнату. Он рухнул на кровать, спиной к двери, словно пытаясь спрятаться от мира, который казался ему слишком ярким и жестоким. Его сердце ныло от боли, и он не мог поверить, что Ренгоку действительно не помнит его. Этот момент был как удар молнии, пронзивший его душу.       В тишине комнаты, где даже тени, казалось, затаили дыхание, Санеми позволил себе слабость. Он тихо заплакал, как река, которая наконец-то находит выход из долгого заточения. Слезы текли по его щекам, оставляя за собой холодные дорожки. Он чувствовал себя одиноким, как лист, оторванный от дерева и унесённый ветром в неизвестность.       Выплакав всю боль, которая накопилась внутри, Санеми резко встал с кровати. Его движения были резкими, как у раненого зверя, который ищет способ избавиться от боли. Он направился в спортзал, где надеялся найти выход через физическую боль и напряжение.       По пути туда он заметил странную бабочку, которая сидела на подоконнике. Её крылья были похожи на крылья мечты, которая ускользает, оставляя за собой лишь тень. Передняя пара крыльев была вытянутой и тёмной, как ночь, а задняя — светлой, с тёмной каймой, словно солнце, которое готово закатиться за горизонт.       — Понравились мои крылья? — спросила бабочка, её голос был мягким и мелодичным, как шепот ветра в листве.       Санеми остановился и посмотрел на неё. Его сердце забилось быстрее, как будто бабочка была не просто насекомым, а чем-то большим, чем-то, что могло понять его боль.       — Да, они красивые, — сказал он, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Можно их потрогать? — спросил он, чувствуя, как его руки дрожат.       — Только аккуратно, не повреди чешуйчатый покров, — ответила бабочка, расправляя одно крыло, словно приглашая его прикоснуться.       Санеми осторожно протянул руку и дотронулся до крыла бабочки. Его пальцы ощутили мягкую, но твёрдую поверхность, покрытую мелкими чешуйками, которые казались похожими на звёздную пыль.       — Спасибо, — сказал он, убирая руку.       — Как тебя зовут? — спросила бабочка, её глаза блестели, как два маленьких солнца.       — Шинадзугава Санеми, — ответил он, чувствуя, как его голос становится твёрже.       — А меня — Тиба Беделия, — представилась бабочка, протягивая руку. — И я Огнёвка.       Санеми пожал её руку, чувствуя, как её прикосновение согревает его изнутри. Он понял, что в этом мире есть кто-то, кто понимает его боль и готов поддержать.