fake tinder - han jisung (2)

На следующий день ты понимаешь, что с тебя достаточно. Ваше общение зашло слишком далеко, хотя не должно было. Ещё большей проблемой становится то, что ни с кем больше ты не вела таких длинных разговоров, как с ним за это время. Поэтому было принято решение отредактировать профиль в Tinder, чтобы пообщаться с кем-то новым и отвлечься уже от надоедливого фейк-аккаунта. Несколько часов было потрачено, на отбор удачных фотографий, а потом ещё и формулирование нового описания. Моментами ты удивляешься с себя, как вообще не лень таким заниматься, да ещё и ради чего? Определенной цели не было, если только не общение, что убивает скуку вечерами после работы. Нажав кнопку «Сохранить», откладываешь телефон, разваливаясь на кровати. Глаза устали от яркого экрана. Массируешь виски, размышляя о походе к окулисту. Через пару минут телефон противно вибрирует, оповещая о новом сообщении. jisung: ебаный в рот jisung: ты обновила свой профиль you: ну да jisung: ты выглядишь чертовски горячо jisung: нооо зачем и для кого ты это сделала? you: че? jisung: эти фотки так и кричат «трахните меня поскорее!!!» jisung: зачем так стараться? мое предложение как бы ещё в силе jisung: позволь уже поверить мне и тогда ты удалишь это сраное приложение, потому что лучше уже не найдешь ;) you: :) jisung: не отправляй мне эти тупые улыбчивые рожи. ты две недели выводишь меня из себя jisung: могла бы уже давно убить двух зайцев you: ? jisung: встреча jisung: увидела бы что я Хан Джисон и удовлетворила свои физиологические потребности you: не знаю, стоит ли это того? jisung: ох детка jisung: это был бы лучший секс в твоей жизни. так что ты не вспомнила бы своего имени you: говорит парень, который не может показать свое настоящее лицо… jisung: боже ты такая грубая! jisung: тебя вообще возможно заткнуть? you: хах тебе было бы приятно узнать jisung: да да ты бы заткнулась с моим членом во рту jisung: так тебе нравится это? jisung: ха тебе очееееееень нравится, когда тебя ставят на место, я прав? jisung: поэтому ты ведешь себя как сучка? you: какой проницательный «Хан Джисон» jisung: тебе просто необходимо, чтобы кто-то выебал всю дурь из тебя jisung: не переживай jisung: тебе стоит всего лишь попросить и я уже тут как тут you: мгм jisung: вот опять jisung: твои отговорки заводят jisung: ещё больше заводит представлять тебя на коленях выебанную настолько, что не можешь удержаться на них you: как жаль, что ты это не увидишь: ( jisung: ой иди нахуй you: ох ты стараешься так сильно jisung: божечки jisung: мы играем шоу в центре в эту пятницу jisung: ты должна прийти, тогда увидишь что я Хан Джисон jisung: а после, если будешь хорошей девочкой, тебя проведут за кулисы, и я закрою этот грязный ротик раз и навсегда you: блин оч убедительно звучит, но как же жаль… что я не приду (((( jisung: увидимся в пятницу!!!!! ты не пожалеешь ;) Ты и правда не хотела идти, хоть и стала отчаянной фанаткой Джисона, но наличие толкающийся толпы и визга гармонный девочек заставляло отказаться.

***

Но в четверг с утра ты просыпаешься от тяжести, открывая глаза, наблюдаешь Чонина, завалившегося на тебя. — Эй, любимая нуна, у меня для тебя хорошие новости. — нараспев говорит брат. — Любая новость сейчас от тебя будет отвратительной. — хрипишь ты, пытаясь свалить его с себя. — Знаешь куда мы идем в пятницу? — треплет тебя за макушку, мило улыбаясь. — Мы? Вместе? На день рождение двоюродной бабушки? — он громко смеется с твоих слов. Вы вдвоем редко куда то выбираетесь, предпочитая сидеть дома, поэтому вариантов в твоей голове мизерное количество, учитывая непроснувшийся мозг. — Я не знаю, Нини. — Ну же, нуна такая глупенькая. Мой лучший друг Сынмин играет в группе. — Мы идем на глупую подростковую вечеринку в бар? — Реально, сестренка, попей таблеток. Skz. Там играет твой новый крашик — Хан Джисон. — издевается Чонин, слезая с тебя и садясь на край кровати, чтобы лучше увидеть твою реакцию. — Боже, мелкий, что за лексикон? Как крашик? Я никуда не пойду с тобой, придурок. — закидывая в него подушку, отворачиваешься от него. — Да ладно тебе, с меня готовка ужина на протяжении всей следующей недели. — С этого надо было начинать! Ну собственно так тебя и уговорили. Подкупить едой было самым верным решением, и Чонин знал это.

***

И вот вы уже сидите в такси, до клуба осталось ехать около 10 минут. Нервишки шалят. — Нини, давай домой. — ноешь ему, дергая за рукав. — т/и, в чем проблема? Ты последней месяц сохнешь по этой группе, вон как нарядилась, даже волосы уложила. — дергает тебя за завитые пряди. — Ай. — бьешь его по рукам, замечая, как таксист поворачивает к нужному зданию. Молча, Чонин вытаскивает тебя из такси, волоча сразу к бару. Вокруг уже достаточно шумно и людно, поэтому цепляешься за брата сильнее. Показывая тебе на отдел в меню шотами, просит заказать по два каждому, чтобы потом протиснуться через толпу прямо к сцене. Выпив что-то непонятное, парень проталкивает вас поближе. Ты становишься более расслабленной под воздействием бурды, на которую у вас упал выбор в барной карте. Ты внимательно осматриваешь сцену, слегка жмуря глаза от световых проекторов, что вертятся на потолке. Инструменты подготовлены, на фоне играет музыка для разогрева, только уж очень скучно ждать. — Нини, когда уже начнётся? — немного ноешь ему на ухо. — Знаешь, что такое терпение? — издеваться он. — Знаешь, что такое уважение к старшей сестре? — издеваешься в ответ. Он просто не отвечает, замечая как ты немного нервозно играешься с кольцами на своих пальцах, и приобнимает тебя за плечо. jisung: как там толпа? Неожиданно для тебя приходит сообщение, поэтому ты немного не понимаешь о чем идет речь. you: ? jisung: надеюсь, ты стоишь прямо у сцены jisung: не скучай, мы скоро начнём you: смешно. jisung: не разбивай мое сердце и мб пожелаешь удачи? you: ни пуха, ни пера! jisung: ох мне пора бежать, детка jisung: поболтаем после :)))) Усмехаешься над тем, как он все пытается притворятся Джисоном. Даже в момент того, когда ты лично увидишь настоящего. Начиная печатать остроумный ответ, свет в зале отключается, помещение разрезают аккорды электро-гитары. Ты понимаешь, что шоу началось. Плотные облака дыма окутывают сцену, пока приятный голос из колонок произносит: «Добрый вечер, Дамы и Господа! Рады приветствовать вас на нашем пятничном шоу!» Участники группы появляются по очереди под громкие крики толпы и энергичный ритм музыки. Но самый важный момент для тебя наступает тогда, когда на сцену выходит он. Статный парень с гитарой в руках, его волосы уложены назад, а на лице дурацкая ухмылка, которая до безумия тебе нравится — Хан Джисон. Он вальяжно проходит к центру сцены, кажется, некоторые девушки готовы упасть в обморок от одного его вида, и, возможно, ты не исключение. Он пробегается глазами по толпе, останавливаясь взглядом на тебе дольше, чем на чем-либо до этого. Но… наверное, это всё в твоей голове. Ты убеждаешь себя, что это больное воображение играет с тобой на фоне общения с фейком. Ребята отыгрывают безумно крутой концерт, взаимодействуя с толпой, между собой и даже с персоналом. Ты ничего не можешь поделать с собой, громко подпевая почти каждую песню, что они исполняют. Чонин вливается в обстановку быстрее, чем ты ожидала, он дурачится с тобой, танцует и тоже подпевает знакомым песням. Моментами ты ловишь слишком долгие взгляды солиста, но опять же списываешь на фантазии и немного принимаешь тот факт, что видимо у тебя и правда какие-то проблемы в личной жизни. Ты знаешь, что это глупо, но его пристальный взгляд сверлит тебя, пока он поет, в то время как его пальцы перебирают струны его впечатляющего гитарного соло — даже в перерывах между песнями, когда он наклоняется достаточно близко, чтобы ты могла разглядеть фальшивые веснушки, разбросанные по его лицу, и тянется за бутылкой воды у сцены. Ты облегченно выдыхаешь, когда группа заканчивает играть последнюю песню, долго прощаясь с фанатами. Облокачиваешься на плечо Чонина, и вы ждёте пока толпа рассосется, чтобы не толкаться среди потных тел. В твоих мыслях только желание оказаться поскорее дома на кровати, ноги устали стоять, а спина немного побаливает, видимо, сзади кто-то слишком сильно пихался. Как только в помещении стало менее людно, ты уже хватаешь Чонина за кисть, чтобы потащить того домой, но он крепко стоит на месте, оглядывая тебя странным взглядом. — Нуна, нам надо поздороваться с ребятами. Сынмин ждёт меня за кулисами, заодно и тебя представлю. Должен же он убедиться, что я не вру про свою неуравновешенную сестрёнку. — тянет тебя на себя, перехватывая твоё запястье. — Нини, нет. Я хочу домой. Если тебе так надо давай, иди, я подожду у входа. — уже хочешь развернуться, но он только сильнее хватает тебя и тащит за собой. — Хватит быть сучкой, я тебя не о многом уж и прошу. — ведёт тебя окольными путями, ты только и думаешь, откуда он вообще знает дорогу за сцену. Открывая дверь, Чонин громко вскрикивает: «Сынмиииииин! Хёёёёёён!», пока второй бежит ему навстречу, чтобы обнять и хорошенько потрепать тёмные волосы младшего. — Спасибо, что пришёл, мелкий. — он широко улыбается и переводит взгляд на тебя. — А этооооо… нуна? — хитрым взглядом изучает тебя. — Эм, да. Привет. — Я Сынмин, на диване развалился Джисон. — парень начинает представлять всю группу, начиная, конечно, с самой волнительной для тебя личности. Джисон сидит на чёрном кожаном диванчике тихо и спокойно, что ты вообще не замечала его до этого. Его глаза изучающе пробегаются по твоей фигуре, он машет рукой в приветственном знаке, но ничего не говорит. — Феликс и Хёнджин ходят где-то по бару. — Хёнджину лучше бы быть здесь, он торчит мне 20ку. — недовольно вздыхает Чонин. — Можем пойти и найти его? — спрашивает Сынмин. — Скорее всего он пытается склеить кого-то, кто остался там. — Хочу ли я посмеяться над хёном и заставить его смущаться перед девушками? — риторически спрашивает младший. — Конечно! — Сынмин смеется с его реплики, и ты даже не успеваешь сказать что-либо, когда эти двое берут друг друга под ручку и выходят из комнаты, обсуждая эмоции после концерта. Да, молодец Нини, оставил сестру одну. Ну как одну… с солистом этой чертовой группы. — Таак… — Джисон решает начать разговор, нарушая тишину между вами. — Тебе понравился концерт? — Да, вы выступили очень круто. — неловко киваешь. — Спасибки. — благодарит тебя. — Надеюсь, было весело. — Да, было не так плохо, как я думала. Не то, чтобы я думала, что вы прям плохо играете. Я просто не люблю ходить на концерты. Я пришла, потому что Чонин очень хотел… вот. — неловко оправдываешься перед ним. — Ты милая. — мягкая улыбка украшает его лицо, пока твое медленно краснеет. — Выглядишь такой смущённой, хотя недавно говорила мне такие грязные штучки. — продолжает он. — Что? — ты не понимаешь его совсем. Живот немного скручивает от нервов. — Ой, да ладно, т/и. Мы вроде как переписывались несколько недель. Неужели не узнаешь меня? — с насмешкой спрашивает парень, вальяжно растекаясь по дивану. — Откуда ты знаешь, как меня зовут? — ты пропускаешь все его слова мимо ушей, начиная проваливаться в что-то похожее на панику. Имя ты не говорила, даже Сынмину, что означает… — Веришь мне сейчас? — он приподнимает одну бровь, пока ты пытаешься утихомирить свои вздохи. — Не может быть… — Удивлена? — Да не может так быть. Блять. Ты просто смеёшься надо мной? — прерывисто дыша, кладешь руку на сердце, ты испуганно осматриваешь тело напротив, что веет уверенностью. — Ну помнится, я говорил, что правда Хан Джисон. — он встаёт диванчика и медленно подходит к тебе. — Ты единственная, кто подумала, что я наглый притворщик. — Божечки. — ты делаешь шаг назад, прикрывая лицо руками. — Вживую я выгляжу лучше, не так ли? — он слегка нагибается с самодовольной улыбкой на лице, чтобы его глаза были на уровне твоих, и медленно убирает твои руки, чтобы посмотреть, как мило ты смущаешься. — Да, ты настоящий. — киваешь ему, когда чувствуешь его пальцы на своих. — Я же говорил тебе, кажется, вечность. — сейчас тебя выпала возможность рассмотреть его вблизи: загорелая кожа, рельефные мышцы рук, свисающие волнистые пряди волос, черный концертный костюм, что отчётливо подчёркивает талию. Слишком горячо для твоего девичьего разума. — Божечки… И ты позволял мне писать тебе весь этот бред? — слегка вскрикивая, спрашиваешь от накатившего осознания реальности ситуации. — Мне очень жаль, извини пожалуйста, я такая дурочка. — ты кланяешься несколько раз, чтобы скрыть всё смущение, но Джисон прерывает твои действия, беря под руку и усаживая на диван, где сам находился ранее. — Мне понравилось, читать все, что ты писала обо мне. Чертовски заводит вообще-то. — как ни в чём не бывало парень продолжает разговор. — Это типо твой кинк? — пытаешься расслабиться, стараясь сделать юбку длиннее, но она никак не поддаётся Всё, что остаётся — это делать вид, что ничего не происходит. а-б-с-о-л-ю-т-н-о н-и-ч-е-г-о. — Да. — он внимательно вглядывается в твои глаза, пододвигаясь ближе так, чтобы ваши колени соприкоснулись, ощущая это, непроизвольно вздыхаешь. — Готова исполнить своё обещание? — Что? — пытаешься включить дурочку, отодвигаясь от него, но двигаться некуда, ты сидишь упираясь бедром в подлокотник. И это всё так чертовски странно и непонятно. Тот самый Хан Джисон — настоящий и напоминает тебе о твоём обещании переспать с ним, может надо ущипнуть себя и поскорее проснуться. Как будто бы в реальности это ты должна умолять звезду на ночь с собой, а не наоборот… — Хмммм… что же там было? Ах, секундочку. — он достаёт свой телефон из кармана, чтобы открыть вашу переписку, спустя несколько секунд, он начинает громко зачитывать то самое сообщение. — Не знаю, думай сам, умник… если это и правда так, то ок… сможешь трахнуть меня в любое время в любом месте. — О нет. — Это всё, что можешь сказать, куколка? — Прости, просто это слишком сложно для моего маленького мозга сейчас. — ты кусаешь губы, ещё раз оглядывая Джисона с ног до головы. — Да что ты? — издевается он. — Ты мог бы стараться получше, чтобы мы не оказались в том положении, в котором мы сейчас… Не знаю… прислал бы своё селфи в Тиндере, придурок. — выпаливаешь ты, на последнем слове ударяя его по коленке. Он переваривает сказанные тобой слова, понимая, что не додумался до самого элементарного. Вздыхая пару раз, он качает головой в лёгком негодовании от самого себя. — Ладно, но для заметки в живую ты выглядишь намного лучше. — Благодарю. — За правду не благодарят. На несколько минут вы погружаетесь в тишину, она уже не кажется такой неловкой как в начале, ты пытаешься изучить собеседника напротив, рассмотреть его вблизи, а он тебя. И эта атмосфера начинает казаться тебе чертовски привлекательной: то, какими глазами он смотрит на тебя, обычно в таких ситуациях парень съедает глазами, но взгляд Джисон совсем другой, он изучает, цепляясь за каждую деталь, что просто так не рассмотреть, ему интересно понять твоё поведение, чтобы дальше не оплошать. Под таким напором, ты немного краснеешь, играясь с кольцами на руках, нервозность никуда не уходит, потому что пиздецки горячий парень — солист рок-группы сейчас сидит рядом, и ему хочется завоевать тебя. — Так ты выполнишь обещание, или это всё пустая болтовня? — спрашивает у тебя, пока его глаза темнеют, а рука находит место на твоей талии. В твоих силах только покусывать нижнюю губу и широкими глазами смотреть на него. — Повеселимся, куколка? Его вторая рука аккуратно берёт тебя за челюсть, поворачивая к себе в удобное положение. Ты успеваешь моргнуть, как ощущаешь его тёплые губы на своих, всё тело трепещет, Джисон берёт всё главенство на себя: его язык пробирается к твоему, и ты понимаешь, что готова потерять сознание только от того, как этот парень целует тебя, так грязно и нежно одновременно. Он играется с твоими губами, сжимая талию сильнее, а когда в чувствах прикусывает нижнюю губу, слышит тихий стон, что вырывается из тебя, и вот тогда он понимает, что теперь точно не остановится. Поцелуй слишком жаркий и мокрый, он подхватывает тебя под бёдра, чтобы усадить к себе на колени. Теперь ты буквально прижимаешься к его стояку, ощущаемым через плотную ткань джинсов, своим мокрым бельем. Джисон задирает твою и так задранную юбку, чтобы разместить свои руки на твоих ягодицах. Он сжимает их сильнее, пока буквально трахает твой рот своим языком. Твой разум плавится и, кажется, до конца вечера. Идя на поводу своего тела, ты начинаешь слегка ёрзать, чтобы хотя бы немного удовлетворить желание, скопившиеся в нижней части тела. Ощущая это, парень отстраняется от поцелуя, подхватывая бедра чуть нижу и помогая тебе делать более размашистые движения. — Достаточно хорошо, куколка? — спрашивает с придыханием, наблюдая за тобой, в ответ ты глупо киваешь, наслаждаясь его руками на голой коже ягодиц и твёрдым членом, что пока скрыт одеждой. — Боже, детка. Ты была такой грубой, не так ли? — шепчет тебе куда то в изгиб шеи, оставляя мокрый поцелуй, не забывая прикусить зубами, после подаренной ласки. — Не правда. — скулишь ты, зарываясь в его каштановые волосы. — Серьёзно? Тогда как ты это назовёшь? Издевалась надо мной, наслаждаясь этим? — Нет. — выдыхаешь, чувствуя, как он останавливает твои движения, прижимаясь своим стояком чётко к твоему клитору. Ты смотришь на него мутными глазами, пока он изучает выражения твоего лица. — Я не виновата, что ты не мог оказать элементарные вещи. После этих слов Джисон пересаживает тебя со своих колен на диван. Лёгкое разочарование проскальзывает на его лице. — Вот опять ведешь себя как сучка. — он моргает пару раз, пока твои шестерёнки крутятся в надежде всё исправить. — Но это нормально, да? — прерывает вопросом твои размышления. — Наверное, мне стоит проучить тебя, куколка. Парень быстрым шагом доходит до двери, чтобы закрыть замок, и возвращается обратно. — Что ты там говорила про мой рот и губы? — он смотрит на тебя, пока волна стеснения накрывает. — Должны ощущаться как рай? — помогая расположиться на диване, парень разводит твои ноги, нависая над тобой, его пальцы щекочут внутреннюю сторону бедра. — Разрешишь мне немного попробовать тебя куколка? — низким тембром спрашивает, ты нетерпеливо киваешь, пока табун мурашек пробегается по всему телу. Оставляя несколько поцелуев на ключицах, он спускается ниже, легко касаясь кончиком носа оголённых частей кожи. Останавливаясь где-то в районе живота парень шепчет: «Юбка шикарно смотрится на тебе. Это в ней ты на новых фотках?» Ты быстро киваешь, потому что слова застревают на подходе к горлу. Джисон не снимает её, вместо этого приподнимает и тянется к резинке трусов, ты приподнимаешь бёдра, и он с лёгкостью снимает их. — Куколка такая мокрая. — делает акцент на твоём состоянии, дыша тебе в лобок. Он аккуратно прикасается к твоим складкам, собирая накопившуюся влагу. От первых прикосновений лёгкая дрожь накатывает, на что Джисон тихо усмехается и повторяет движения пальцами, намеренно задевая чувствительный клитор, пока ты тихо поскуливаешь от его напора. — Ты старалась так сильно, но посмотри где ты сейчас? Я всего лишь пару раз прикоснулся к тебе, а ты уже не можешь перестать скулить. Ты пытаешься заглушить свои звуки, закусив губу, но парень продолжает, наблюдая за твоей реакцией. Ему определённо нравится изводить тебя, его круговые и медленные движения изводят тебя, заставляя постанывать даже сжимая губы. Первое прикосновение его губ к тебе заставляет подавить стон. Он запечатывает легкий поцелуй на твоих складочках, слегка улыбаясь, когда ты извиваешься под ним. — Пожалуйста. — задыхаешься ты, когда он продолжает целомудренные поцелуи. — Еще— Он стонет рядом с тобой, когда ты запускаешь пальцы в его волосы, подталкивая вперед, и, кажется, этого достаточно, чтобы подбодрить Джисона. Его язык облизывает длинную влажную полоску, прежде чем войти в тебя, двигаясь против таким образом, что ты издаешь серию хриплых стонов. Ты была права — он пожирает тебя так же, как целовал: влажно и беспорядочно, всем своим языком. Кажется, что он пробует тебя скорее для собственного удовольствия, чем для твоего; его рот остается везде, кроме твоего клитора, посылая ударные волны по всему организму, в то же время заставляя отчаянно желать большего. Несколько случайных прикосновений его носа к твоему клитору заставляют тебя подпрыгивать под ним, но его рука крепко прижимается к бедрам, чтобы обездвижить тебя. Ты стонешь, твои веки закрываются. Его язык отодвигается, давая ему достаточно места, чтобы просунуть в тебя один палец. Это ощущение заставляет тебя хныкать под ним, немедленно сжимаясь. — Такая тугая. — шепчет он, медленно вводя палец в тебя и выходя из тебя. — Приятно. — хнычешь ты, глядя на него сверху вниз сквозь прикрытые веки. В таком виде он выглядит таким сексуальным, у него влажный рот и подбородок, красные припухшие губы, глаза немного выпучены — слишком сексуально, чтобы быть реальностью. Стон застревает у него в горле, а затем его рот снова оказывается на тебе, двигаясь быстро и небрежно. Звук этого наполняет гримерку, и ты крепче сжимаешь его волосы. Ты тянешь прядки, когда его нос сильно прижимается к твоему клитору, что только заставляет его снова застонать и двигаться еще быстрее. А затем его рот перемещается от твоей дырочки вверх к клитору. Ты почти всхлипываешь, когда его губы обхватывают клитор, резко посасывая. Два его пальца снова проникают в тебя, поглаживая твою точку g снизу вверх. Твои пальцы еще сильнее вцепляются в его волосы, и ты не уверена, то ли отстранить его, то ли еще сильнее прижать к себе. Из твоей груди вырывается стон, и ты закрываешь глаза: «О боже мой, о, я собираюсь… я почти…» Ощущение оргазма зарождается внизу живота, посылая вспышки жара по всему телу. Только, как раз в тот момент, когда ты вот-вот свалишься в пропасть, Джисон полностью отстраняется. — Что… пожалуйста… — ты ноешь от потери, цепляясь за пустоту, пока он просто наблюдает. — Я почти… — Слезы наполняют твои глаза, когда твоя грудь вздымается, и ухмылка играет на влажных губах Джисона. — Но почему я должен позволять тебе кончить? — смотрит на тебя снизу. — Ты подлый — практически ноешь ты, чувствуя себя опустошенной и взвинченной. — Просто вжился в твою роль. — поддразнивает Джисон. — Пожалуйста. — снова шепчешь ты, глядя на него снизу вверх с отчаянием на лице. — Хммм… Думаю, я бы предпочел, чтобы ты вместо этого обхватила мой член, — говорит он. Ты изо всех сил пытаешься взять под контроль свое дыхание, наблюдая, как он поднимается с колен. — Вставай — показывает он жестом. — Я хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю тебя до изнеможения. Ты вскакиваешь со своего места, твои ноги почти подкашиваются, когда ты поднимаешься. Делая пару шагов, облокачиваешься на гримёрный столик. — Наклонись. — говорит Джисон. Его взгляд прикован к зеркалу туалетного столика, и ты так отчаянно хочешь кончить, что без колебаний прижимаешься грудью к столешнице, закатываешь юбку как можно выше, прежде чем выставить свою задницу в его направлении. Ты наблюдаешь в зеркало, как он расстегивает свои брюки, опуская их ровно настолько, чтобы высвободить свой член. С этого ракурса мало что можно разглядеть, но ты замечаешь, как он обхватывает рукой основание, когда достает презерватив. Ты почти всхлипываешь, когда он разрывает фольгу зубами, и ты сжимаешься от резкого вдоха, который он делает, когда натягивает презерватив на всю длину. Ничего более сексуального ты ещё не видела. — Готова, куколка? — спрашивает Джисон, обхватывая одной рукой твое бедро. Ты киваешь быстро, отчаянно. Его лицо раскраснелось, появляются первые капельки пота, член стал твердым, что готов взорваться, если не почувствует тебя как можно быстрее. Он проводит кончиком члена по твоим мокрым складкам, играясь и издеваясь напоследок. Ощущение его, горячего и тяжелого, только заставляет тебя двигать бедрами навстречу ему. Он цокает языком, прижимаясь твердой рукой к твоей заднице. — Пожалуйста. — выдыхаешь ты. — Хочу почувствовать тебя. — Такая нетерпеливая. — он закатывает глаза, но от тебя не ускользает голод в его взгляде, когда он смотрит на тебя сверху вниз, особенно в данной позе. Прежде чем ты успеешь еще пожаловаться, головка его члена оказывается у твоего входа. Он медленно вводит его в тебя, постанывая от ощущения, когда ты принимаешь его. Вы оба выпускаете стоны, когда он входит полностью, до стука бёдер. — Ты такой большой — хнычешь, и он издает тихий стон в ответ на твои слова, возбуждаясь от похвалы ещё сильнее. — Черт, в тебе так хорошо, — выдыхает Джисон, медленно выходя, двигая бедрами мелкими и неглубокими движениями, чтобы прочувствовать тебя полностью. — Такая горячая, мокрая и тугая. — рычит парень, сжимая твои бёдра сильнее. — Быстрее. — ноешь ты, двигая бедрами назад в попытке ощутить его член глубже. — Пожалуйста, Джисон, ты можешь не сдерживаться. — как в пьяном бреду просишь его. Ты вытягиваешь шею, чтобы посмотреть на него, и рука на твоих бедрах двигается, подталкивая твою голову вперед, прижимаясь щекой к туалетному столику. Он кривится в непонятной гримасе. — Следи за собой. — приказывает Джисон, быстрее двигая бедрами. — Внимательно следи, как я вытрахиваю из тебя плохое поведение, глупая. Твои глаза поднимаются, и ты видишь выражение своего лица: остекленевшие глаза с слегка потёкшей тушью, раскрасневшееся лицо, приоткрытый рот с измазанным блеском. Ты выглядишь картиной разврата, основательно и полностью выебанной. А позади тебя Джисон выглядит таким же ушедшим в себя и наслаждающимся происходящим. Его лицо искажено от удовольствия, а нижняя губа зажата между зубами, глаза внимательно следят за тем, как его член заходит, ударяется и выходит. И так по кругу. — О боже мой. — выдыхаешь, твой оргазм снова нарастает внутри. — Ты так хорошо ощущаешься внутри меня, Джисон. Твой член такой идеальный, он идеально наполняет меня. — скулишь, твоё тело натянуто под его руками. Твои слова вызывают стон из его рта, и его бедра подрагивают. Ты можешь поклясться, что чувствуешь, как его член дергается внутри тебя, а затем он полностью выходит, его рука плотно обхватывает основание его члена. — Что за хрень. — скулит он, тяжело дыша. — Почему… — начинаешь ты снова, заставляя себя подняться. Твой взгляд останавливается на его лице, где брови нахмурены, он напряжен, глаза плотно зажмурены, и, когда он пытается выровнять дыхание, тебя осеняет. — О. — выдыхаешь ты, и на твоем лице появляется легкая ухмылка. Ты поднимаешься с туалетного столика и поворачиваешься к нему лицом. — Что случилось, Джисон? — спрашиваешь ты, изображая беспокойство. — Н-ничего, — выдыхает он. — Просто дай мне секунду. -Почему? — ты наклоняешься ближе, кладешь руку ему на плечо и прижимаешься к его уху. — Боишься, что кончишь слишком быстро? — Н-нет! — он настаивает, его широко раскрытые глаза смотрят на тебя. — Тебе понравилось, что я сказала тебе, как хорошо ощущаешься внутри меня? — спрашиваешь, подходя к нему ближе. Он качает головой, но его глаза опускаются вниз, не в силах встретиться с твоим взглядом. — Я думаю, так и есть. — шепчешь ты. — Я думаю, тебе понравилось слышать, как потрясающе твой твёрдый член ощущался внутри меня. Я думаю, тебе нравилось слышать, как прекрасно ты наполняешь меня, какие удивительные чувства ты заставляешь меня чувствовать. Да? — Сдавленный стон срывается с его губ, и когда ты слегка нажимаешь ему на грудь, он почти падает на диван позади себя. — Итак, Джисонни — растягиваешь слова, усаживаясь на туалетный столик, в который он только что тебя втрахивал. — Ты собираешься быть хорошим мальчиком и выебать меня так, как обещал? Он поднимает на тебя глаза, тяжело дыша, и быстро кивает. Ты раздвигаешь ноги, пробегаясь пальцами по внутренней стороне бедра: «Тогда подойди и трахни меня». Джисон вскакивает с дивана, а затем его губы оказываются на твоих, настойчиво прижимаясь к ним, когда он стонет тебе в рот. Внизу он трется своим членом о твои складочки, и ты сжимаешься в комок. — Поторопись. — просишь ты, и он хнычет, прежде чем толкнуться в тебя. Новая поза приносит новые ощущения и заставляет тебя стонать рядом с ним, и этот звук только подстегивает его. То, как он трахал тебя раньше, меркнет по сравнению с тем, как двигаются его бедра сейчас, отчаянно вдалбливаясь в тебя. Каким-то образом он становится еще тверже внутри тебя, и ты обхватываешь его ногами, соединяя лодыжки вместе, чтобы он мог проникнуть в тебя еще глубже. — Вот так, Сонни, — стонешь. — Ты делаешь мне так хорошо, боже, внутри ты чувствуешься идеально, проникаешь так глубоко, трахаешь меня так хорошо. — Говоришь это отчасти потому, что ты не можешь сдержаться, но в основном потому, что надеешься, что это сведет его с ума. Его рот приоткрывается, когда с губ срывается череда стонов, каждый из которых громче предыдущего. Он звучит сексуально, и эти звуки проникают прямо в твою душу, оседая на подкорке сознания. Джисон скулит, когда ты прижимаешься к нему, и его бешеный темп только увеличивается, до такой степени, что его толчки становятся такими неглубокими, что каждый из них восхитительно касается твоей точки g. — Ты такой… о, такой громкий. — выдыхаешь ты. — Такой отчаянный, хм? — Он кивает. — В тебе так хорошо. — хнычет он. — Я заставляю тебя чувствовать себя хорошо? — Да. — стонешь ты. — Но ты говоришь слишком громко. Что, если кто-нибудь нас поймает? Его губы плотно сжаты, и он действительно пытается сдержать свои звуки. Но когда ты снова прижимаешься к нему, на этот раз уже намеренно, он не может сдержать всхлипа, который проскальзывает мимо. — Слишком громко, Сонни. — упрекаешь его. Твоя рука поднимается, чтобы обхватить его подбородок, и он наклоняется навстречу твоему прикосновению. — Открой — приказываешь ты, и на твоих губах появляется довольная улыбка. Ты засовываешь два пальца ему в рот, и его губы немедленно обхватывают их, его глаза темнеют. — Так-то лучше. Эффект мгновенный: его бедра подрагивают, когда он продолжает входить в тебя, и он нежно посасывает твои пальцы, постанывая вокруг них, его язык мягкий, когда он обводит пальцы у него во рту, и его лицо еще больше краснеет. — Так хорошо. — воркуешь ты. — Хочешь кончить, Джисонни? — Он кивает. — Хороший мальчик. — говоришь. — Кончи для меня, Сонни? Его стоны переходят в резкое поскуливание, он закидывает голову, продолжая обводить твои пальцы у себя во рту языком, а затем с одним последним толчком он кончает. Ты опускаешь бедра вниз, встречая его резкие толчки, пока он трахает тебя до самого оргазма, прежде чем он, наконец, замирает внутри тебя и с хлюпаньем отпускает твои пальцы. — Разве я сказала, что ты можешь остановиться? — издеваешься ты, когда его лицо прижимается к твоей шее. Ты не была такой развратной, но что-то в этом парне заставляло тебя вести себя более извращённо. — Ч-что? — Джисон задыхается, его дыхание все еще неровное, когда он приходит в себя после оргазма. — Но ты не заставил меня кончить. Так почему же ты остановился? — провоцируешь его. — Н-но… — Если только ты не хочешь быть хорошим для меня, тем более это дурацкое обещание… — вздыхаешь ты, кладя руку ему на грудь, чтобы отстраниться от него. — Нет! — твёрдо произносит Джисон. — Подожди, я… я могу это сделать. Пожалуйста? Его член еще не упал, но ты знаешь, что он, должно быть, слишком чувствительный, судя по тому, как он вздрагивает. Тем не менее, он снова входит в тебя, не говоря больше ни слова, теперь он двигается гораздо медленнее, съеживаясь и сжимая твоё тело до красных следов, когда его пронзают одновременно боль и удовольствие. Однако в этом новом темпе он способен проникнуть глубже внутрь тебя, и это ощущается так же хорошо, если не лучше. Ты была возбуждена с тех пор, как он ранее отказал тебе в оргазме, и не сейчас требуется многого, чтобы подвести тебя вплотную к краю. — Я… я почти. — задыхаешься ты, цепляясь за плечи Джисона, когда он скулит тебе в шею. — Еще чуть—чуть, пожалуйста, так близко… Его пальцы опускаются между вашими телами, чтобы помочь тебе кончить, он тянется к клитору, его руки дерганные и нескоординированные, и все же каким-то образом этого достаточно, чтобы довести тебя прямо до оргазма. Со сдавленным стоном он подталкивает тебя к краю, доводя до оргазма большим пальцем на твоем клиторе и прижимаясь губами к твоей шее, переменно облизывая и кусая. Разбиваясь на куски, ты дрожишь, цепляясь за его плечи, оставляя небольшие царапины. Только когда твое дыхание приходит в норму, Джисон неуверенно выходит, снимает презерватив и выбрасывает его в мусорное ведро. Затаив дыхание, ты наблюдаешь, как он убирает свой размягчающийся член и натягивает штаны, прежде чем поднять твои сброшенные трусики. Ты думаешь, что он протянет их тебе, но вместо этого он наклоняется и просовывает твои ноги в отверстия, помогая надеть их обратно. Это довольно мило, он помогает тебе встать и разглаживает твою юбку, прежде чем взять бутылку с водой и вручить ее тебе. — Итак… — застенчиво начинает он. — Это было, э-э, нормально? — Нормально? — спрашиваешь ты, возвращая ему бутылку с водой после того, как сделаешь глоток. — Я не могу вспомнить, когда в последний раз меня так хорошо трахали. — Действительно? — застенчивое выражение его лица заставляет тебя сдержать улыбку. — Боже. — вздыхаешь ты, плюхаясь на стул перед собой. — Если бы ты не был таким неудачником, мы могли бы заняться этим давным-давно. — подтруниваешь над ним. — Эм, нет. — отрицает он. — Если бы ты не была такой упрямой. — Действительно? Ты собираешься спорить со мной, когда ты единственный, кто не смог придумать способ доказать, что не фейк? — Я имею в виду, когда ты преподносишь это таким образом… — Кроме того. — ты делаешь паузу. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты переписываешься как абсолютный придурок? — Ну… — ты приподнимаешь бровь, и он хихикает, смущенно проводя рукой по волосам. — Верно. — цокаешь языком. — Это была я. — Итак, эм, в любом случае… — начинает Джисон, нервно перебирая пальцами. — Теперь, когда ты поверила, что я на самом деле Хан Джисон… Как ты думаешь, я смог бы, ну, не знаю, пригласить тебя на свидание или что-то в этом роде? — Хм… — ты делаешь паузу, притворяясь, что размышляешь. — Только если мы сможем сделать это снова.