Глава 8. Пробуждение Тёмной

             Глум столько времени была подавлена своей основной личностью, что сперва даже не осознала, что именно она управляет телом. И только она одна!       Первым, что тёмная фея ощутила, был холодный каменный пол, на котором она лежала. А вторым — сильная боль в плече. Это заставило её распахнуть глаза и попытаться понять, откуда может исходить угроза.       Она находилась в незнакомом, тускло освещённом зале. Высокие колонны, обвитые каменными змеями, устремлялись вверх, теряясь в мраке потолка и отбрасывая длинные чёрные тени. У стены стояла огромная статуя человека в мантии, достигающая самого верха. Из-под неё виднелись две громадные серые стопы. А между ними лежала… Огромная, просто гигантская змея! К счастью, она была уже мертва.       Глум скосила взгляд на своё окровавленное плечо. Рядом с ней валялся обломанный клык, очевидно, принадлежавший мёртвой змее, и какая-то странная тетрадь, от которой исходила тёмная энергия. Ах да, ещё рядом лежала полумёртвая девчонка. Фея едва чувствовала у той искру жизни.       И если она не поторопится, то рискует стать такой же. Судя по всему, тварь, что её ранила была ядовитой. Фея попыталась активировать превращение, но ничего не произошло! Она лишилась магии?       Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь отдалённым эхом капель воды, падающих с потолка. Тёмная вздохнула и, прислонившись к холодной стене, задумалась. Из памяти Блум удалось вычленить главное. А именно, что она оказалась в другом мире. Фея презрительно ухмыльнулась. «Как была идиоткой, так ею и осталась!» — подумала она.       Вместо того чтобы заняться действительно полезными делами, она лишь впустую тратила время. Ещё и с демоном связалась. Собственно, именно поэтому она сейчас здесь — без магических сил. Только подумать: зеркальная тварь целый год поглощала её магию, подавляла волю, и она так и не смогла ничего понять? Идиотка. Неудивительно, что в прошлой жизни она потеряла всё: власть, союзников… семью. Ну и, конечно же, жизнь. А жаль, ведь она, Глум, потратила много сил, чтобы повлиять на решения феи и сделать из неё опасного противника. А потом её силы иссякли, и всё пошло… Дракону под хвост.       Но теперь, как она надеялась, став единственной хозяйкой тела, пусть и совершенно другого, она сможет устроить свою судьбу так, как захочет. Так что, можно даже поблагодарить демона за оказанную услугу.       Тот оказался терпеливым. Долгое время он выжидал, доказывал Блум свою верность и полезность, постепенно опустошая её резервы и расшатывая разум. А потом подбил на авантюру с дневником и завёл в смертельную ловушку, стремясь стать единоличным хозяином тела. Вот только он не знал о существовании посторонних личностей. И когда оказался в её разуме, надеясь уничтожить, встретил сопротивление от… Крестража. Тогда Глум впервые за долгое время очнулась и проявила разумную осторожность, не спеша высовываться. А после добила победителя и очнулась в реальности. К слову, победил демон. Но он был изрядно измотан и не ожидал ещё одного нападения, что позволило ей одержать верх. Но что теперь с этого? Если она не сможет выбраться…       Фея прикусила губу; рану жгло, казалось, что по венам течёт раскалённый металл. А она не могла накастовать даже малое исцеление! Умирать вот так не хотелось — она только обрела свободу! Ей бы хоть немного сил… Она взглянула в сторону девчонки. Уизли, кажется. «Что ж… Либо мы умрём обе, либо кто-то из нас сможет выжить благодаря другой. И это буду я», — подумала фея. — Прости, ничего личного, — произнесла она, положив руку на сердце своей жертвы. Уже собираясь впитать остатки её жизненных сил, как вдруг почувствовала всплеск магии, а затем услышала птичий крик. К ней летел… феникс? Птица села ей на плечо и заплакала. Слёзы, падая на рану, исцеляли её.       Глум осторожно погладила своего спасителя. Фея всегда любила этих птиц — символ смерти и возрождения в огне. Как раз про неё. А вот Блум терпеть не могла этих прекрасных созданий. Хотя, если подумать, причины у неё на это были. Как-никак, она умудрилась получить раздвоение личности из-за истории с Даркаром и фениксом. — Какой ты хороший… — проговаривала она, феникс ластился к ней, чувствуя родную магию. — Хочешь быть моим фамильяром? — спросила она, не особо надеясь на успех. Но к её удивлению, феникс принял её предложение.       Глум почувствовала, как между ними возникает связь. Вместе с этим её резерв стал заполняться — птица щедро делилась с ней своей магией.       Тёмная засмеялась, осознавая, что только что угнала у местного Гендэльфа его магическую зверюшку. Впрочем, если он не огненный маг, то феникс не мог быть его фамильяром. — Надо дать тебе достойное имя. Хм… Игнис. Как тебе? — Феникс довольно курлыкнул, показывая, что его всё устраивает.       Фея с помощью левитации аккуратно подняла дневник, осознавая, что не стоит хватать неизвестные тёмные артефакты голыми руками. Прижав к себе свою неудавшуюся жертву, она обратилась к Игнису с просьбой перенести их в безопасное место. В следующую секунду они исчезли в огненной вспышке и оказались в том самом туалете, где был спрятан вход в тайную комнату. Тёмная удовлетворенно улыбнулась. — Умница, Игнис, а теперь лети к директору и продолжай делать вид, что он всё ещё твой хозяин. — Глум ещё раз нежно провела рукой по перьям птицы и отпустила её, ожидая появления Дамблдора. В том, что он появится, она не сомневалась — ведь именно он послал к ней феникса.       Через несколько минут она услышала множество шагов и, приняв более изнурённый вид, склонилась над девочкой, изображая страх за её жизнь. Дневник фея спрятала, предварительно наложив на него чары сокрытия, чтобы от него не исходила магия. — Мистер Поттер! — раздался взволнованный голос, как подсказывала память, профессора Макгонагалл.       Женщина первой вбежала в туалет и метнулась к ним, проверяя пульс у Уизли и одновременно накладывая какие-то чары на них обоих. За ней вошли директор и остальные деканы. — Что здесь произошло, Поттер? Неужели слухи правдивы, и вы решили… — ядовито начал Снейп, но Макгонагалл метнула в него рассерженный взгляд. — Северус! Ещё хоть одно слово, и я докажу вам, что не стоит злить Мастера трансфигурации! Альбус, детей нужно срочно доставить в больничное крыло! Спорить с рассерженным деканом Гриффиндора никто не стал.       В больничном крыле директор хотел поговорить с ней, но его ждал отпор в лице мадам Помфри и двух деканов: Стебль и Макгонагалл. Спорить с тремя женщинами не решился даже сам Альбус Дамблдор.

***

      Когда все ушли, оставив её в одиночестве, Глум устроилась поудобнее на кровати и погрузилась в медитацию. Это принесло неожиданные результаты. Влияние демона не прошло бесследно: Миррогар подготавливал это тело к своей силе, и сейчас энергетическая структура оказалась близка к демонической. Магические каналы расширились, что позволяло оперировать большими объемами магии, но Глум не знала, как это скажется на её контроле.       Демон также изменил магическое ядро, подстраивая его под себя. Что именно он с ним сделал, Глум так и не поняла. Да, апгрейд вышел впечатляющим, но это было не главное…       На лице тёмной появилось оскал. Она слезла с кровати и подошла к зеркалу. Взмахнув рукой, она увидела, как её отражение поплыло, открывая… Прекрасный вид на её королевство — Домино.       От демона ей достались некоторые способности, весьма интересные. Манипуляция с зеркалами. В мифах и легендах зеркала иногда воспринимаются как порталы, позволяющие перейти в другие измерения или миры. Она сможет вернуться домой.       Фея коснулась зеркальной поверхности, которая напоминала водную гладь, но, увы, была твёрдой. Чтобы пройти на ту сторону, необходимо колоссальное количество магии, которой у неё пока нет. Но она что-нибудь придумает. Обязательно.

***

      На следующий день её вызвал к себе Дамблдор.       Кабинет директора был просторным, полным волшебных артефактов и диковинных вещиц. В центре комнаты стоял большой дубовый стол, за которым сидел Дамблдор. Его длинная борода сверкала в лучах солнца, проникавших сквозь высокие окна. Он приветливо улыбнулся ей и кивком головы указал на кресло. — Садись, Гарри, — предложил он.       Глум присела в кресло, делая вид, что очень волнуется, и опустила взгляд на свои руки, которые сцепила в замок. Она помнила опасения Блум, связанные с тем, что директор мог читать мысли, и решила, что лишним не будет проявить разумную осторожность. В любом случае у неё есть огромное преимущество — возраст. Вряд ли Дамблдор видит угрозу в двенадцатилетнем ребёнке. — Прежде всего, я должен поблагодарить тебя, Гарри. Там, внизу, ты проявил настоящую доблесть, спасая мисс Уизли. — При этих словах его глаза за очками-половинками хитро блеснули. — Будь оно иначе, — продолжил говорить Дамблдор, — Фоукс не прилетел бы к тебе. — Директор провёл рукой по перьям феникса, который легонько хлопал крыльями, сидя на его колене.       Фея поборола в себе желание усмехнуться. Она прекрасно знала, чей приказ исполняла птица. Хотя ей было любопытно узнать, как волшебник смог подчинить феникса. Те служили исключительно магам огня, а Дамблдор таковым не являлся. Более того, она явно чувствовала, что у него преобладает стихия воздуха. Хм, ей было бы интересно взглянуть на его лицо, когда он узнает, что птица более не считает его хозяином. — Значит, ты встретился там с Томом Реддлом, — произнес Дамблдор в раздумье. — Я полагаю, что… — Простите, директор, — перебила она, — но я ничего не помню, кроме того, что, когда очнулся, рядом лежала Уи… Джинни. А потом прилетел Фоукс и… И всё. Мне нечего вам рассказать. — Она опустила голову, надеясь, что в её голосе звучало достаточно раскаяния. — Хм, вот оно как. Видимо, тёмное волшебство так на тебя подействовало. Что ж, это не меняет того, о чём я сказал ранее. — Несмотря на его слова, она явно услышала в них оттенки досады. — Я могу идти, директор? — спросила фея, надеясь, что волшебник отстанет от неё. — Да-да, Гарри. Ступай к себе, отдохни и иди на праздничный ужин вместе с друзьями.       Глум встала, подошла к выходу и уже протянула руку, чтобы открыть дверь, как вдруг та распахнулась с такой силой, что, ударившись, отскочила от стены. «Ну ничего себе, проходной двор!» — с яростью подумала тёмная, ведь эта дверь чуть не пришибла её!       На пороге стоял Люциус Малфой. Высокий и статный, он излучал аристократическое величие, подчеркиваемое его изысканным одеянием. Длинные светлые волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас были растрепаны, придавая ему слегка небрежный вид. Холодные светло-серые глаза сверкали яростью, а губы были сжаты в жесткую линию, выражая презрение ко всем присутствующим. — Добрый вечер, Люциус, — дружелюбно приветствовал его Дамблдор. — Так, значит, вы вернулись. — Холодные глаза Малфоя впились в Дамблдора. — Попечительский совет отстранил вас, но, как я вижу, вы пренебрегли его мнением и сочли возможным вернуться в Хогвартс, Дамблдор.– Его слова сочились ядом, а сам он напоминал змею, готовящуюся к броску.       Она не стала ждать ответа директора. И так было понятно, что у Малфоя ничего не вышло. Да и поступил он глупо… Может быть, Люциус и производил впечатление змея, но на самом деле был павлином. Красивая птица, но петь не умеет. Так и Малфой. С этими мыслями она покинула кабинет, оставляя за спиной двух волшебников. Ей ещё необходимо было встретится с «друзьями».

***

      Фея с трудом выдержала остаток летнего семестра. Её переполняла энергия, которая требовала действия, но, будучи в Хогвартсе, она была ограничена во многом. Играть роль школьника, что может быть утомительнее этого?       К счастью, учебный год подошёл к концу, и она оказалась свободна. За два летних месяца Глум планировала многое успеть. Для начала ей необходимо было провести ритуал слияния души с телом — не хотелось бы его лишиться. После этого можно будет попробовать трансформацию... А ещё у неё есть философский камень и дух тёмного лорда. И большие планы на их счёт... Магический мир ждёт небольшая встряска.       Глум прошла сквозь барьер, разделяющий два мира: маглов и магов, не замечая пронзительного взгляда тёмных глаз, который провожал её в вслед.