Арка вторая. Колесо вращается - Колесо замедляется 3. Глава 11

      Дискорд с интересом повертел пустые артефактные сферы в руках. Было странно осознавать, что они служили вместилищем могущественных духов светил. Выглянув наружу, он обнаружил, как светила хаотично меняли расположение на небе: "Весьма любопытно".       Артефакты наделили силой молодых кобылок. Это было очевидно невооружённым взглядом. Вздохнув, Дискорд поднял в воздух артефакты и спящих гибридов, неся их в свою лабораторию для детального изучения произошедшего.       Закинув одну из сестёр в круг, в котором обычно изучал душу своего ученика, он принялся за синешёрстного гибрида. Процесс трансформации ещё шёл, и духу хаоса с текущей крышей было интересно за ним понаблюдать. "Интересно, помимо голой мощи, они получили и осколки выпотрошенных сущностей духов?" — приглядевшись внимательнее, Дискорд хмыкнул, заметив маленького кошмарчика, присосавшегося к ауре синешёрстой кобылки. Сущность кошмарчика тоже менялась под потоком энергии духа Луны. На удивление, это отчасти приносило пользу кобылке — кошмар впитал большинство негативных осколков сущности духа Луны.       "Честно говоря, если бы в ближайшие дни не пришлось бы изрядно потратиться, я бы занялся этой аномалией." Но сейчас его ждали дела поважнее, да и хаосом он в последнее время и так переборщил, что не могло не влиять на сознание бывшего смертного.       Он понял, что, скорее всего, кобылка занималась сноходчеством, где и подцепила эту сущность. Впрочем, его это не особо волновало. Он бы, наверное, и прихлопнул гибридов, если бы не риск окончательного помешательства светил, что могло погубить всё живое на Эквусе. К тому же, у него была интересная теория: из-за полудуховной сущности аликорны лишь возродятся через некоторое время, вероятно, уже в форме духов.       Пока же, пользуясь их уязвимым состоянием, он мог бы подправить им воспоминания, если понадобится. Вспомнив подзабытые за ненадобностью навыки, Дискорд принялся изучать сознание кобылки. Изучив, хмыкнул и заменил синешёрстную кобылку на её светлошёрстную сестру в круге.       У её сестры ситуация оказалась иной. Из-за отсутствия своеобразного «фильтра» множество осколков хаотично метались в душе. "Это явно не лучшим образом скажется на её характере." Вновь напрягшись, он принялся изучать сознание второго гибрида.       Полученные знания требовалось уложить в голове. Да и артефакты теперь виделись в ином свете. Потыкав в странный кристаллический материал сфер, Дискорд задумался: "Надо было выпотрошить сознание того единорога." Промелькнула мысль. Теоретически, он мог бы использовать силы, чтобы узнать ответы, но проблем и без того хватало. А адекватное сознание сейчас важнее в предстоящей схватке с древодухом порядка.       Идея схватки с древодухом оформилась недавно, во время наблюдения за трансформацией гибридов. Древодуха он знал давно, ещё в облике пони. Честно говоря, если бы не вмешательство Кирштейн, мага порядка, он бы положил половину армии, пытаясь его убить. Кобылка тогда смогла договориться с духом, и тот пообещал не нарушать границ определенной территории. Был крохотный шанс договориться о мирной интеграции и сейчас, но Дискорд на это не рассчитывал.       Недавние слова ученика заставили задуматься. Откаты становились сильнее, и в один момент он мог попросту застрять в таком состоянии. Именно поэтому сознание смертного жаждало оставить после себя хоть какое-то наследие. "До сих пор стыдно перед учеником." Кристальной империей он заинтересовался во время очередного отката, а в итоге вообще забыл о личном ученике на несколько дней. Забавно было видеть недовольную морду ученика после приступа, но, честно говоря, не будь у него феноменального сродства с магией хаоса, Дискорд бы давно отправил его восвояси. Даже письмо написал.       Он и не ожидал, что ученик сможет понять и обуздать эту изменчивую стихию. В своё время его самого считали гением в этой области, пророчили великое будущее. Пока он не собрал армию и не пошёл вырезать коллег за их «неправильное» понимание хаоса. Их видение хаоса было разрушительным, вело к созданию сущностей, подобных ему самому. По иронии судьбы он сам стал такой сущностью.       Примерно тогда он и познакомился с Кирштейн. Маг порядка и хаоса — их союз, а позже и отношения, вызывали когнитивный диссонанс у окружающих. Дискорд бросил взгляд на Кризалис и вздохнул. Иногда ему нравилось думать, что их с Кирштейн дочка была бы похожа на неё.       Его взгляд снова упал на артефакты, и он принялся менять их структуру, подготавливая к предстоящим задачам. Странно было наблюдать, как кристаллический материал, словно живой, реагирует на его действия. Вскоре, изучив его подробнее, Дискорд понял — так оно и есть. Вспомнив сон белой кобылки, случайно увиденный при чтении её воспоминаний, он примерно понял, из чего, вернее, из кого были сделаны артефакты. И даже наладил примитивное общение с разумом артефактов, пробудившимся после выполнения своей функции.       Честно говоря, перестраивать их он не рискнул в итоге — даже для него их конструкция оставалась загадкой. Он видел отдельные блоки, понимал принцип работы, но воссоздать такое не смог бы без длительного исследования. Поэтому пришлось договариваться о взаимодействии в обмен на уступки. Их общение проходило с трудом, но все же они смогли договориться.       — Надо оставить Блека следить за лабораторией в моё отсутствие.       Вскоре он разбудил ученика, показал ему плетение магического сна:       — Если этот медальон загорится красным, кончай кобылок. Это сигнал предательства сознаний артефакторов. — Он подмигнул, протянув медальон и записку с текстом, и указал взглядом на артефакты, оставив Блека на страже, а сам отправился в путь, неся сферы.       Может быть, они и переродятся, но вот артефактам об этом не было известно. Он был готов на это пойти ради своей воспитанницы — ну, такое впечатление он хотел создать у подобий сознаний артефактов. На самом деле он блефовал, да и был уверен в том, что его ученик слишком мягкотелый для такого.