Глава вторая -разговор троих друзей

Альбус Северус Поттер Скорпиус Гиперион Малфой Ребекка Шарлотта Элизабет Тринчер Альбус! — голос Скорпиуса Малфоя раздался так громко, что несколько младшекурсников, стоявших неподалёку, испуганно обернулись. Он торопливо подбежал к другу, слегка запыхавшись, но всё же с привычной уверенностью. — Я тебя везде обыскался! — Малфой быстро огляделся, словно ожидал увидеть кого-то рядом. — А где Ребекка? Альбус поднял взгляд к потолку, словно моля о терпении, и с громким вздохом закатил глаза. — Наверное, с очередным новым парнем где-то зажимается, — ответил он тоном, в котором слышалось и раздражение, и легкое насмешливое недоумение. — Откуда мне знать? Я что, её нянька? Скорпиус нервно улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. — Да ладно тебе, Ал.Ты же знаешь, Ребекка такая… своенравная. Альбус бросил на него взгляд, полный сарказма. — Своенравная? Это ты так теперь называешь её бесконечные драмы и привычку исчезать на весь день без объяснений? Скорпиус пожал плечами, пытаясь скрыть своё смущение. Двинувшись дальше по коридору, они наконец наткнулись на свободное купе и, не теряя времени, зашли внутрь. — Ну, слава богу, хоть с купе проблем нет, — проворчал Альбус, устало плюхнувшись на ближайшее сиденье. — Это уж точно, — поддержал Скорпиус, оглядываясь по сторонам и устраиваясь напротив. — Не хватало ещё с кем-то посторонним ехать. Он снял мантию, перекинул её через спинку сиденья и вдруг, словно между делом, спросил: — Кстати, как там у тебя дела с Алисией? Вы всё ещё встречаетесь? Альбус нахмурился, напряжённо сцепив пальцы на коленях. — Не спрашивай даже, — буркнул он, отвернувшись к окну. — Я на днях узнал, что она мне изменяла. Скорпиус растерянно встряхнул головой, будто стараясь отбросить это нелепое заявление. — Изменяла? Ты уверен? Может, ты ошибся? Вы ведь встречались… ну, сколько? Полгода? Альбус коротко фыркнул, его взгляд потемнел. — Ошибся? Нет, не ошибся. Её сова принесла мне письмо, в котором она признавалась какому-то Лиаму, что он «горячий » и то что она с радостью провела бы с ним еще одну ночь. Глупая птица, привыкла летать ко мне, вот и перепутала адресатов. Скорпиус открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но замешкался. — Подожди… Лиаму? Лиаму Синклеру из Когтеврана? Альбус резко развернулся к другу, его лицо перекосило от раздражения. — Да хоть Лиаму Кляксокрылому из маггловской сказки! Какая мне разница? Я всё равно уже с ней порвал. Скорпиус нахмурился, скрестив руки на груди. — Ну, это… неприятно, конечно. Хотя, знаешь, ты и так заслуживаешь кого-то получше, — он сделал паузу, а затем добавил с неуверенной улыбкой: — И, судя по всему, ты уже об этом позаботился, раз так спокойно говоришь об этом. Альбус усмехнулся, его лицо слегка смягчилось. — Спокойно? О да, я спокоен, как бомбарда, пока не сработала. — Мальчики! — раздался знакомый голос, и в дверном проеме появилась фигура Ребекки. Она улыбалась, её волосы слегка растрепаны, как всегда в пути. — Фух, ну и далеко же вы забрались, — произнесла она с весёлым оттенком в голосе, усаживаясь на сиденье напротив. Альбус, наблюдавший за ней с приподнятой бровью, не смог удержаться от комментария. Он внимательно осмотрел подругу и, не скрывая недовольства, сказал: — У тебя помада стерлась. — Его взгляд стал более пристальным, а выражение лица — ехидным. — Интересно почему. Ребекка, не смутившись, лишь рассмеялась, поднимая обе руки, как бы сдаваясь. — О, ты так внимателен к деталям! Как приятно, — с усмешкой произнесла она, делая жест, как если бы признавалась в своём поражении. Скорпиус, слегка усмехнувшись, взглянул на Альбуса. Он знал, что между ними всегда царил какой-то свой, уникальный язык общения, и сейчас он был особенно заметен. Ребекка, нанося очередной слой помады, задумчиво взглянула на Скорпиуса и, улыбаясь, начала разговор: — Как вы провели каникулы? — её голос звучал почти весело, но в то же время в нём был лёгкий намёк на желание узнать что-то личное. Скорпиус, похоже, не был настроен на долгие разговоры, и с невозмутимым выражением лица ответил: — У меня ничего нового. — Он чуть развёл руками, как будто не считая нужным углубляться в подробности. — Как всегда: либо помогал отцу, либо читал, либо разнимал своих сестер, чтобы они друг другу не навредили. Ребекка слегка нахмурила брови и с удивлением посмотрела на него: — Они до сих пор дерутся? — В её голосе звучала явная изумлённость. — Уже вроде не маленькие. Скорпиус лишь усмехнулся, в его глазах промелькнула тень раздражения: — Ага, в середине июля Габриель обрезала Лолите волосы, пока та спала. Типа, у Лолиты волосы стали длиннее, чем у неё, и так быть не должно. Всё лето мама убивала время и силы на отращивание её локонов. Ребекка, явно потрясённая происходящими событиями в семье Скорпиуса, несколько секунд молчала, не зная, как отреагировать. — Серьёзно? — В голосе Альбуса звучал неподдельный шок. — Твоя Габриель ведёт себя так странно… Впрочем, как и моя Лили. Именно поэтому они и лучшие подруги. Ребекка, подняв одну бровь, внимательно посмотрела на Альбуса, который сидел, явно избегая зрительного контакта. — А у тебя, Ал, что нового? — наконец спросила она, чуть склонив голову набок, как будто уже догадывалась, что услышит что-то интересное. Альбус тяжело вздохнул и, уставившись в пол, медленно произнёс: — У меня из новинок только то, что мы расстались с Алисией. Его голос был резким, но в то же время в нём слышалась странная смесь облегчения и раздражения. Ребекка приподняла брови ещё выше и тут же сочувственно похлопала его по плечу: — Оу, Ал, мне жаль. — В её голосе звучала искренняя жалость, хотя она прекрасно знала, что у отношений Альбуса с Алисией не было большого будущего. Альбус, наконец, поднял на неё взгляд, слегка насмешливо фыркнув: — Не стоит, Ребекка. Я этому больше рад, чем расстроен. — Его тон был твёрдым, но не лишённым ноток горечи. Ребекка прищурилась, глядя на друга с лёгким недоверием: — Рад? Правда? А что случилось? Альбус откинулся на спинку сиденья, скрестив руки на груди: — Случилось то, что я наконец понял, какая она на самом деле. Она изменяла мне, причём не просто изменяла, а даже не скрывала этого особо. Скорпиус, сидевший рядом, недоверчиво нахмурился: — Ты серьёзно? Алисей? Я бы никогда не подумал… Кто? — Лиам Синклер. — Альбус произнёс имя так, будто оно было ядом. — Она даже не удосужилась проконтролировать, чтобы её сова доставила письмо нужному человеку. Оно пришло ко мне. И знаешь, что самое смешное? Она не пыталась оправдаться, а просто сказала, что это “случайность”. Ребекка покачала головой, её губы скривились в ироничной усмешке: — Вот же умная птица, ваша Алисей. И что ты сделал? Альбус пожал плечами: — Порвал с ней. Не стал ничего объяснять. Просто сказал, что нам лучше пойти разными путями. Она пыталась сказать что-то в духе “это ничего не значит”, но, честно говоря, мне уже всё равно. Ребекка внимательно посмотрела на него, изучая его лицо, и наконец улыбнулась: — Ты правильно поступил, Ал. Нечего тратить время на тех, кто тебя не ценит. Скорпиус одобрительно кивнул: — Согласен с Ребеккой. Она явно не стоила твоего времени. Теперь у тебя будет шанс найти кого-то получше. Альбус слегка усмехнулся, но ничего не ответил, его взгляд снова упал на пол. — Не раскисай, Ал! — Ребекка игриво потрепала его по волосам, стараясь вытащить друга из хмурого настроения. — Я уверена, что в этом году ты найдёшь себе более достойную девушку. Альбус раздражённо нахмурил брови и, отодвигаясь от её руки, хмыкнул: — Не нужны они мне. Ребекка и Скорпиус обменялись удивлёнными взглядами, но Альбус не дал им вставить ни слова, продолжая: — Я в этом году решил, что все свои нервы буду тратить на подготовку к СОВ, а не на сопливых девочек. Ребекка рассмеялась и, прищурившись, подтолкнула его локтем: — Это ты кого имел в виду “сопливых девочек”? Альбус лишь слегка ухмыльнулся, глядя на неё с почти невозмутимым видом: — Никого. Его ответ звучал так спокойно, что Ребекка недоверчиво подняла бровь, а Скорпиус тихо усмехнулся: — Какой ты серьёзный, Ал. Просто монумент целеустремлённости. — Да уж. Вы меня знаете. — Альбус наконец расслабился и откинулся на спинку сиденья, в его голосе звучала лёгкая насмешка. Ребекка, всё ещё посмеиваясь, вернулась к своему зеркальцу, а Скорпиус покачал головой, но решил больше не задавать вопросов.