Глава 8. Все живы. Никто не умер

Дорогой дневник! Я наконец-то смогла обучиться писать достаточно, чтобы смочь тебя вести! Старшая горничная сказала, что это должно помочь мне в обучении. Она назвала это прак-ти-ти-кой. Я давно копила выручку, чтобы тебя купить! Я так счастлива!

***

Дорогой дневник! Я сегодня снова помогала с уборкой. Когда я несла ведро с тряпками, я чуть не упала! Какой же всё-таки пол в поместье скользкий, когда мокрый. Старшая горничная хвалит меня за успехи в чистописании. Я буду стараться усерднее, чтобы смочь в будущем больше получать!

***

Дорогой дневник! Сабрина сказала, что она назвала свой дневник. Может быть, мне и тебя стоит назвать? Как насчет Энн? Думаю, хорошее имя! Кто такая Сабрина? Она такая же горничная, как и я, только на год старше. Ей 16. У неё двое младших братьев. Кажется, она упоминала, что они близнецы. Сабрина работает тут, тоже чтобы обеспечить им светлое будущее. Одна из старых горничных внезапно исчезла из поместья. Говорят, она подала в отставку. Это так странно! Она очень любила свою работу и сильно привязалась к леди Саре. Все-таки она растила госпожу с пелёнок.

***

Дорогая Энн! Сегодня госпожа собиралась на бал. Она стала ещё краше. Удивительно, она уже не так молода, но становится всё краше с каждым днём. Неужели существуют средства что могут омолаживать так? Даже Рассел бы скорее всего удивился таким удивительным изобретениям нынешнего века! Завтра день, когда будет зарплата. Я наконец-то смогу отправить матушке и сестрёнке половину. Вот она обрадуется! Сможет купить немного больше хлеба. Сегодня вечером буду писать матушке письмо. Надеюсь, сосед-недоучка сможет ей прочитать и помочь написать ответ. Я уже знаю слов больше соседа, а мне всего лишь 15. Я могу гордиться собой, раз знаю больше, чем 30-ти летний дядька.

***

Дорогая Энн! Сегодня выяснилось, что вчера уволилось ещё несколько служанок. Это становится всё страннее. В этот особняк сложно устроиться на работу. Некоторых я знала лично. Они держались за эту работу, как за последнюю соломинку. Что же случилось? Мне не по себе. Уборка сегодня проходила в тишине. Все трудились в поте лица, не тратя силы на разговоры. Без уволившихся девушек стало сложнее. Я очень надеюсь, что вскоре должна прийти замена.

***

Дорогая Энн! Сегодня Сабрина поделилась слухом, что служанок похитили, а чтобы не волновать другую прислугу, сказали, что они уволились. В Бэклунде очень много разных безумных культов. Может быть это их дело? Они решили принести нескольких милых девушек в жертву своим еретическим Богам. Какой же это ужас! Я очень надеюсь, что просто слишком много думаю, и они просто отправились домой. Во время уборки я нашла фотокарточку с красивым мужчиной. Он удивительно похож на леди Сару. Мужчина улыбался, стоя на фоне особняка. Может быть это её брат?

***

Дорогая Энн! Новые служанки странные. Они все красивые, как на подбор, как фарфоровые куклы. Их глаза — будто не живые. Мне чудится, что новые служанки не люди. Помню, когда-то я слышала поверье от глупого старика, который жил ещё до недоучки в соседней квартире, что слишком красивых женщин давным-давно сжигали как ведьм. Он говорил, что только так можно уничтожить их ледяные сердца. После старик смеялся и шутил, что я могла бы сойти за ведьму, если бы религия Богини не запретила такие изуверские методы, светлая ему память. Надеюсь, он смог упокоиться в объятиях Богини. Он был глупым человеком, но ужасно добрым. Новые служанки держатся поодаль от других слуг. Обсуждают какую-то ерунду. Старшая горничная, учившая меня писать, тоже исчезла. Я не думаю, что она могла уволиться просто так. Мне не по себе. Я также не смогу продолжать учиться читать и писать.

***

Дорогая Энн! Сегодня Сабрина упала и разбила коленку. Одна из новеньких предложила платок, чтобы остановить кровь. Может быть, они не такие плохие? Я получила ответ от матушки. Она рада, что у меня всё хорошо. У них тоже все пошло на лад, в том числе, благодаря моей зарплате. Матушка стала брать меньше заказов и больше отдыхать. Сестричка смогла посещать воскресную школу при церкви Богини, а дома сосед-недоучка занимается с ней дополнительно за небольшую плату. Возможно, она тоже сможет вскоре писать! О как мне хочется прочитать её первое письмо! Мне нужно продолжать тут работать. Тогда моя сестренка, возможно, сможет поступить в институт и устроиться на хорошую работу!

***

Дорогая Энн! В особняке последнюю пару дней ничего не происходило, но атмосфера напряженная. Я ничего не писала матушке о ситуации, не хочу её слишком сильно беспокоить.

***

Дорогая Энн! Сабрина пропала. Мне страшно. Она точно не ушла по своей воле, ей самой тоже нужно помогать семье. Я очень надеюсь не стать следующей.

***

Страницы дневника со всей возможной аккуратностью перелистывали огромные белоснежные когти. В обеденном зале, который еще два дня назад отмывали торопливые служанки, находилась лишь одна фигура. Силуэт леди в прекрасном белоснежном платье, казался чем-то нереальным, призрачным на фоне горящего пожара. Одри, как Жемчужина Бэклунда, должна блистать на публике своими манерами и грацией. Особенно в гостях другой аристократки. Но что-то было не так. Не та маска? Не та манера поведения? Леди Холл вновь на некоторое время забыла, что её роль сегодня не быть красивой, но до глупости наивной благородной леди. Со стороны она бы показалась ангелом, если бы не огромные белые рога, венчающие белокурые волосы, и золотые глаза с узкими зрачками, которые скорее принадлежали рептилии, чем человеку и, уже упомянутые, руки, аккуратно листающие дневник. Девушка мило улыбалась, будто бы она не находилась на месте массовой резни… будто бы пожар не пожирал особняк. Она спокойно пила чай и аккуратно листала дневник маленькой Николь. Сегодняшняя роль Одри иная: вершить справедливость над грешной душой во имя господина Шута. Сегодня она — Мисс Справедливость, полубогиня Клуба Таро, идущая по пути Зрителя, и автор нынешнего хаоса. Содержание дневника сходилось с желаниями девушки. Всё верно. Одри допила из элегантной фарфоровой кружки и “случайно” уронила её с края, уничтожив возможную улику. “Упс” – притворно удивилась девушка. Но даже это не стерло с её лица улыбки. Одри, как организатор довольна, что её маленький сценарий сбылся без сучка и задоринки. Она не Ангел, но подделать пару фактов, создать пару событий тут и там, подсунуть чужой рукой доказательства — всегда возможно, хоть и сложно. Но то чувство удовлетворения, которое дарит оконченный сценарий, прекрасная картина контролируемого, даже спланированного хаоса, стоит того. По залу были раскиданы ещё теплые трупы. Где-то тут находилась и сама маленькая Николь, без сердца. Девчушка лежала в луже собственной крови. Уже высохшие, стеклянные глаза уставились в горящий потолок. Она в последние минуты своей жизни пыталась бежать, пока девчушку не настигли новенькие “слуги”. Пробить грудную клетку многим потусторонним не составило бы труда, так что Николь повезло — её убили быстро. В подвале лежали менее удачливые расчленённые тела пропавших служанок, в том числе и Сабрины. У многих были переломаны кости ступней и берцовые кости. У некоторых были отрезаны большие пальцы ног. А какой-то бедняжке совсем не повезло: у неё отсутствовала одна нога. У каждой девушки был свой неповторимый набор травм. У их мучительниц было довольно переменчивое настроение. Перед смертью над ними долго издевались. А их сердца в итоге принесли в жертву первородной Демонессе. Сама же леди Сара была зарезана своими слугами. В её сердце вставлен осиновый кол, чтобы эта “ведьма” больше не восстала из могилы. Странное суеверие, но вполне подходит для сцены. Убивший её слуга потерял много крови и полумертвый лежал где-то рядом. Во время потасовки упала пара свечей, которые украшали старый золотой канделябр. Вспыхнул пожар. Никто не выживет. После будет много разных разговоров. Злые языки будут говорить, что Сара была ведьмой, а особняк решили спалить из-за её изуверств. Кто-то будет говорить, что красивых девушек она пытала из-за зависти, кто-то — что Сара купалась в крови молодых, чтобы омолодиться, а кто-то будет считать её каннибалом, которая любила полакомиться свежим мяском. Это разумно. Конечно, леди Сара никогда не была ведьмой. Всего лишь стечение нескольких случайностей, да и кто знает были ли вообще “ведьмы” в этой истории? Одри пришлось постараться, чтобы об этом никто не смог узнать. Пусть это останется маленьким девичьим секретиком. Такой способ был жестоким, но действенным. К тому же, эта женщина оскорбила самого Шута, и не просто оскорбила. Она лично написала нелестную статью в газету о их прекрасном Боге, и сама за собственные деньги опубликовала её. Леди Роулинг хотела показаться набожной перед ужасно религиозными родителями её будущего мужа и опровергнуть слухи о её увлечении оккультными науками. Одри со злости сжала кулаки в кружевных перчатках. Выгораживать себя за счет их спасителя, их божества, было уже слишком. Кто придет к ним с мечом, от меча же и погибнет. Так она и станет монстром в глазах общественности, а её смерть справедливой карой. Дневник, для реалистичности, Одри немного подпалила и оставила на трупе маленькой девочки, её хозяйки. К сожалению, обычным способом расправиться с оскорбившим мистера Шута не получилось. Подделывать преступления и сдавать в церковь, на милость Ночным Ястребам, получалось только через Лео. Но проблемный волк ушёл в запой и неизвестно, когда почувствует себя лучше. Да и она не хотела. Одри знала, как Зритель, что это не все её стимулы к созданию столь подробного и жестокого сценария. Анализируя себя, она с ужасом понимала, что девушка пошла на поводу своих эмоций и желаний: усталости, стресса и злости. Одри чувствовала, как их план начинает давать трещину. Скопилось много факторов и мелких недочетов. Она понимала, что ни к чему хорошему такая ситуация их не приведет. А другие участники будто бы не видят этого, погружаясь в свои мелкие проблемы и тревоги. Один Леонард чего стоит. Вместо адекватного решения проблемы, он просто-напросто напился. Мистер Звезда повёл себя не как ангел, не как защитник их Господа, которым он себя окрестил, не как обычный адекватный человек, а как подросток, сбегая от своих проблем и взятых на себя обязательств. Конечно, Одри прекрасно знала характер этого щенка, и могла предполагать такой исход. Но время было совершенно не подходящим. Потому что именно сейчас что-то кардинально пошло не так. Состояние их Господа ухудшается, а они даже не знают от чего. Одри очень надеялась, что это из-за веры других людей, из-за неправильного понимания этих людей веры в Него и неправильного образа. Тогда это можно было считать её с Леонардом ошибкой. Они оба допустили выход этой статьи и шепотки в высшем обществе о Нём. Но тогда Одри могла бы лично исправить собственные недочёты. Это было её надеждой. Но головой она понимала, все куда хуже. От неправильного понимания их Бога таких последствий не должно быть. Он сам создает себе достаточно прочную основу собственными марионетками и аватарами, в отличие от других Божков, которые трясутся над представлением каждого верующего. Но даже, если есть малейший шанс на улучшение Его состояния, то она приложит все силы для этого. Так что Одри не стала ждать и решила разобраться самостоятельно. Времени заняло больше, да и сопутствующих жертв так же много. Но чувство завершенности, даруемое окончанием этого сценария, перекрыло все неудобства. К тому же и из этого можно извлечь выгоду. Девушка достала из украшенной росписями и драгоценными камнями, небольшой шкатулки маленькую алую бусинку, переливающуюся всеми оттенками алого и блестящую в свете пламени. Одри, элегантно приподняв подол, чтобы не запачкать его в крови, подошла к одному из трупов и аккуратно положила артефакт в лужу крови. Бусина начала издавать отвратительные хлюпающие и чавкающие звуки, кровь под несчастным слугой начинала исчезать. Леди Холл с неподдельным интересом наблюдала, как артефакт поглощает кровь. Аккуратные губки девушки изогнулись в полуулыбке, от которой был бы в восторге любой кавалер на балу. Правда в горящем здании никто не смог бы оценить красоту леди Холл, но девушке было не до этого. Одри каждый раз радовалась, когда бусина начинала светиться, от переполняющей её крови. Это давало ощущение законченности миссии. Она уже давно не заканчивала свою работу как-то по-другому. Пора направиться в подвал. Скоро прибудут власти. А кровавый урожай сам себя не соберёт. Подняв жемчужину, девушка вновь подхватила подол платья и неспешной походкой направилась в подвал, пока не услышала шаги. Этого не было в сценарии. Она резко обернулась. Подол упал в лужу крови с характерным звуком. Любой другой человек в ужасе бы сбежал, узнав этого незваного гостя, но Одри, увидев лицо посетителя, вздохнула с облегчением и лучезарно улыбнулась: — Мистер Мир, вы меня напугали. Герман, державший в руках темный плащ, учтиво склонил голову. Его невыразительное лицо ничего не выражало, хотя Холл готова была поклясться, что на секунду на лице этого невыразительного человека промелькнуло сразу несколько эмоций. Девушка улыбнулась, поняв, что грозный охотник за головами так реагирует на испачканный подол. — Мисс Справедливость, конечно, уже поздно об этом говорить, но Ваше платье ещё сильнее может испачкаться. Мужчина, нисколько не смутившись, протянул девушке плащ… Вполне в характере этого персонажа. Одри иногда думала, изменил ли Шут образ Германа, для взаимодействий с Клубом Таро. Холодный и колючий, но мягкий и добрый с близкими людьми. Так жестокий и ненормальный авантюрист, протягивающий даме плащ, потому что её платье испачкается, не кажется отходом от маски. Это было даже мило. Хотя кто знает, не было ли это изначально продуманной стороной его многогранного персонажа? Скорее всего да. Одри всегда поражалась, насколько Герману шла его жестокость и насколько гармонично это выглядело с искренней заботой, этого же персонажа, об его небольшом кружке по интересам. Иногда эта забота, правда, переходила во вседозволенность, в особенности с Леонардом. Леди Холл ни раз удивлялась способности господина Шута поддерживать сотни, а то и тысячи противоположных образов. Он никогда не путался в них и идеально играл роль, в отличие от Одри, путающейся в паре образов. И это не вопрос последовательности, а скорее чистого мастерства, что ещё сильнее приводило девушку в восторг. Одри учтиво поклонилась и накинула на себя плащ. Она вновь обратила внимание на человека, пришедшего её навестить. Герман в это время опустился на корточки рядом с погибшей девочкой. Точно… Такое непотребство не стоило показывать её доброму Божеству. Это место слишком грязное. Ей надо как-то увести этот аватар отсюда. — Мисс Справедливость… Послышался тихий мужской голос, прервав размышление Мисс Холл. Одри по инерции заглянула в лицо собеседника. На обычно ничего не выражающем лице Германа отразилась маска печали. — Мисс Справедливость, оправданно ли отказываться от собственных принципов в угоду эмоциональным порывам? Одри моргнула. “Оправданно ли?” — мысленно повторила она вопрос, не сразу поняв, что он имел в виду. Это был интересный вопрос от жестокого авантюриста, но, если поразмыслить, убивал ли он хоть раз невиновного человека? Одни потусторонние пираты и сектанты. Невиновных он не трогал. Германа можно из-за этого назвать человеком принципа, правда, обществу это не мешало окрестить мистера Мира маньяком и серийным убийцей. Тогда правильным ответом на этот вопрос будет: — Нет, конечно нет, — ответила леди Одри, немного склонив голову и изобразив раскаяние на лице. — Но я также не могу простить такого вопиющего богохульства. Я считаю это серьёзнейшим оскорблением не только Шута, но и моей веры в него. Для меня принципиально ответить на столь откровенное втаптывание в грязь. Одри взглянула в глаза аватару и продолжила. — Я надеюсь, Вы понимаете, мистер Мир. Мир медленно кивнул. — Я понимаю. Но я спрашивал не из-за этого. Вы действительно думаете, что такое количество жертв необходимо? Имели ли служанки отношение к грехам своей госпожи? Одри прикрыла глаза. — Нет… — Я рад, что ты это понимаешь. Прошу в будущем планировать месть на холодную голову. Обменявшись парой прощальных фраз, Герман поклонился и ушёл. Скорее всего этот аватар примет образ служанки в особняке Дуэйна. Совсем другая личность. Совсем другой образ жизни. Интересно, как бы отреагировали другие люди, узнав, что разговаривают с Германом, а не с очередной служанкой. Эта отстраненная мысль помогла Одри немного отвлечься от прошедшего диалога. Нет более того чувства удовлетворения. Лишь чувство не идеальности. Возможно, ей стоило действовать более деликатно. Меньше жертв, больше изощренности. Или найти способ, как скрыть всё это безобразие от глаз её Бога. Хотя последнее невозможно: пытаться скрыть что-то от Повелителя Тайн. Он просто великодушно не смотрит за их делами. Одри стоило признать, что она сама виновата. Ни Леонард, ни кто-либо другой. Она сама решила выпустить так накопившийся стресс. В ней разочаровалось самое важное в её жизни создание. Ей стоит искупить свой грех. Действительно, всё в её руках. В следующий раз она сделает наказание более идеальным. Надо изменить план действий. Одри быстро начала спускаться в подвал, не замечая, как подол платья и плаща превращаются в кровавое месиво. Ей сейчас далеко не до этого. К тому же, это больше не важно. Последствий у этой ночи не будет. Девушка элегантно выбивает когтями дверь в подвал, а на её губах красовалась счастливая улыбка, будто у ребёнка, нашедшего способ заслужить прощение родителя. В нос ударяет неприятный, стойкий запах крови. Подвал полностью ею пропитан. Неправильное изображение Первородной демонессы стояло посреди кровавых подношений. По плану, она должна была разбить статуэтку, но Одри было не до этого. Ей нужно собрать как можно больше крови.

***

Вернувшись наверх Одри поискала стул. Лучше использовать артефакт в сидячем положении. В прошлый раз у неё сильно кружилась голова. Подол платья, практически полностью пропитался кровью и сильно утяжелил платье. Брызги крови так же украсили рукава. Одри критически осмотрела себя. Платье уже не спасти, даже с учётом любезно одолженного Миром плаща. Сев, девушка закрыла глаза и закинула в рот маленькую алую бусинку и раскусила её. Единственное, что она почувствовала, это привкус железа, граната и, на удивление, чая. Её накрыла волна сильного головокружения, в уши ласкал далёкий шёпот на совершенно незнакомом ей языке, который возможно старше 5-ти эпох. Никто в том особняке не умер. Все живы. Это закономерно. Ведь Справедивость Клуба Таро не обратила своего внимания на очередную еретичку.

***

Бэклунд, 10 вечера. Поместье графа Холл. Зал был полон аристократов, один наряд дороже другого. Многие пили и веселились, обсуждая прекрасную леди, которая и созвала балл. Сама же леди Одри обнаружила себя в кресле. Её новое прекрасное платье, которое она надела в честь этого бала, было на ней. Девушка осмотрелась вокруг. Одри заметила мило беседующую со своим женихом мисс Сару, несостоявшуюся ведьму, её провал. Девушка почувствовала, как у неё разболелась голова. Никто в том особняке не умер. Все живы. А её тяжёлая работа насмарку. Одри встала и твердым шагом начала разыскивать нужного ей человека среди гостей, пытаясь хоть как-то сохранить при этом приличие, делая реверансы и перекидываясь парой вежливых фраз для вида. О как же ей хотелось использовать психологическую невидимость в этот момент, но как идеальной Леди Холл, которая сама и устроила этот бал, ей нужно было оставаться в центре внимания. Она быстро нашла и поприветствовала еле стоящего на ногах Леонарда и попросила дьякона о помощи с самой милой улыбкой на которую была сейчас способна, но в её глазах отражалась буря, которую она чувствовала. В лице беспросветно пьяного внезапно мелькнула искра ясного ума и Леонард, аккуратно взяв под руку леди, громко объявил: — Конечно, мисс Одри, я помогу вам найти вашу прелестную собаку! Богиня учила помогать ближним своим. Глаз леди Холл дёрнулся. А лучше оправдание придумать на пьяную голову он, видимо, не смог. Девушка чуть ли не потащила Леонарда за собой в дальние залы. — Мне нужна помощь, — твёрдо сказала Одри. —Артефакт? — поинтересовался священник, опередив вопрос Одри. — С ним тоже. Одри набрала воздух, чувствуя, что совершает за сегодня вторую ошибку, но выбора у неё как будто и нет. Этот пьяный ребёнок не натворит же дел за один вечер, так? Воспоминания о прошлом бале предательски лезли в голову. — Мне нужно, чтобы Вы присмотрели за состоянием мистера Дантеса и других Его марионеток. — О? Мне? Заинтересованно протянул Леонард, склоняя голову на бок. — Да, Вам. Но я надеюсь, Вы вполне способны удержаться от непростительных действий. Одри вздохнула… Как же сложно. Она должна не выходить из состояния Зрителя хотя бы сейчас. — Мистер Звезда, Вам надо сейчас забрать всех марионеток с бала и отвести их туда, где никто не заметит Его слабость, а также присмотреть за их состоянием. Я не до конца уверена, что происходит с мистером Шутом и хочу убедиться, что Он сможет меньше концентрироваться на управлении собственными марионетками. Леонард внезапно застыл. Всё пьяное наваждение исчезло, а глаза прояснились светлым блеском. — То есть, Вы не знаете, что происходит с мистером Шутом? Одри кивнула, внутренне облегчённо выдохнув. — Верно, я не знаю Его состояния, и я очень надеюсь, что Вы, мистер Звезда, присмотрите за состоянием Его марионеток. Оба взгляда были прекрасного зелёного цвета, что напоминал сверкающий изумруд или пышный лес, но после их короткого разговора наружу выплыло нечто зловещее, хищное, будто дракон, что потерял свои сокровища, или кровожадный дикий волк начали свою охоту.