Глава 17. Временное спокойствие

Полёт был долгим, и поэтому наконец-то появилось время на «подумать». Прикрыв глаза, я, как фильм, прокрутила этот день: горы, битва великанов, царство гоблинов, побег, варги, снова побег, мы на дереве над обрывом, битва наших с орками, а в завершение — гигантские орлы, которые нас спасли, прямо как в сказке. Короче говоря — сон при высокой температуре. Но, к сожалению, это всё было реальностью, и последствия — ого-го какие ощутимые. И хуже всего оказалась не адская боль по всему телу, нет. Хуже и обиднее всего была потеря рюкзака с вещами… Я же успела поднять его, когда Гэндальф отвлёк гоблинов. В какой-то момент перестала за этим следить, но, думаю, он упал с моего плеча где-то в тот промежуток времени, когда мы спасались от варгов. В том рюкзаке была вся моя жизнь: старая одежда, записная книжка, брелоки с разных стран… Ладно, это была не вся моя жизнь. И вообще, это только та, прошлая жизнь. Но ведь именно там у меня произошло столько хорошего, столько воспоминаний… которые были запечатлены на камеру телефона, который тоже, к сожалению, канул в лету. За него было обидно больше всего. Теперь свою семью, друзей, город, путешествия, своих родителей я буду носить только в сердце. Осталось только то, что было спрятано в маленьком мешочке, прицепленному к поясу, который гоблины не заметили и не обыскали. По сути — мелочёвка, что в рюкзаке просто бы затерялась. Серёжки, которые я после выхода из Ривенделла сняла (в целях безопасности), деревянная фигурка от Фили и две резинки для волос. Хоть что-то. И вообще, — думала я, поглядывая на профиль Фили, который время от времени поворачивался, чтобы проверить, видимо, не подохла ли я, — буду создавать новые воспоминания здесь. И камера… необязательна. Главное, что мы выжили. И плавно перешла к следующему вопросу — как мы выжили. Пропустила все моменты с драками, переходя к основному — магии?.. Как еще можно было назвать то, что получилось у меня дважды? Ну не могли же это быть совпадения… Это было прямо как в книге «Керри» — я захотела, и оно случилось. И это точно связано с меткой. Ведь когда у меня…эм-м… получалось, то сразу в груди болело и становилось тяжело дышать. А ещё… Я просунула руку в вырез на тунике, расстегнула верхние пуговицы рубашки и притронулась к метке — там было что-то липкое. Высунула руку — как и думала, кровь. И получалось у меня именно тогда, когда я очень нервничала, была на грани смерти. А ещё — вот это странное нагнетающее ощущение давящих предметов, это всё тоже сюда! Я ведь только предметами могла контролировать. Наверное… Значит, — подытожила я, — у меня есть сила, которая исходит от метки. Я могу ее использовать только когда испытываю очень сильные эмоции. От использования больно. И… э-э-э… это типа телекинез? Я тяжело вздохнула, устало протирая глаза. Это были самые сложные умозаключения в моей жизни. Осталось только с Лёхой это обсудить. Следующее, что меня беспокоило — это мои отношения со старшим принцем. Ну, точнее, это не отношения, но, может быть, только пока. Я не собиралась отрицать очевидное или игнорировать — он мне нравился. Добрый, весёлый, храбрый, заботливый, надёжный, хорошенький, да и ко мне внимание проявляет… А я ему тоже нравлюсь? Если он, конечно, не прикалывался, это не было социальным экспериментом, глупым спором или ещё чем-то странным, то ответ был практически очевидным. И для меня, конечно же, очень приятным. Единственной проблемой оставалось то, что я вообще не знала, что с этим всем делать. Мы все постоянно оказывались в какой-то жопе, и вообще — мы в походе! И ещё и куча народу рядом, один из которых Филин дядя, а ещё один — мой брат! Я вздохнула — тяжело… В итоге вернулась к мысли, что буду решать проблему по мере поступления. Всё равно, ничего смертельного тут нет… На какой-то часик получилось уснуть — тупо вырубилась из-за усталости. Но на долго не получилось, ведь было не удобно, и ещё и начался рассвет. В лучах восходящего солнца я рассмотрела, где был Лёха, а ещё заприметила бессознательного Торина. Фили переживал, да и мне было не очень спокойно, но что-то внутри подсказывало, что с королём всё будет хорошо. Я перевела взгляд на горы — хоть страх высоты никуда не ушел и сидела я всё в таком же напряжении, но оторваться от созерцания вида было невозможно. Красота была неописуемая — розовое небо, восход, лучи солнца, падающие на горы, зелёный лес под нами. — Кира! — крикнул Фили — от ветра его тяжело было расслышать, даже несмотря на то, что мы сидели рядом, — Кира, ты смотришь?! — Смотрю, — ответила я, будто заколдованная, и два раза легонько дёрнула его за свитер, на случай, если он не расслышал (а мой мышиный писк вряд-ли было нормально слышно).

***

Через какое-то время орлы начали «сбавлять высоту» — прям как самолёты при посадке… Нас поочереди высадили на скале, которая одиноко возвышалась посреди леса. Фили помог мне спрыгнуть с птицы, и мы подбежали к Торину, который всё ещё лежал без сознания. Над ним уже навис Гэндальф: поводил рукой, что-то прошептал, и Дубощит медленно раскрыл глаза! «Ловкость рук, и ничего больше»… Мы с облегчением выдохнули. Гном первым делом побеспокоился о Бильбо, на что Гэндальф ответил, что с хоббитом всё в порядке. — Ты как? — шепнул незаметно подошедший сзади Лёха. — В порядке, — порывисто обняла его я, — А ты? Он кивнул, и мы снова повернулись к Торину с Бильбо — там уже начиналось самое интересное! — Ты! — рявкнул гном, от чего я аж подпрыгнула, — Куда ты полез?! Ты ведь мог погибнуть! Я всегда говорил, что ты будешь обузой, что ты не выживешь в походе, что тебе не место среди нас! Я нахмурилась и, честно говоря, немного испугалась — злой Торин, Бильбо, и обрыв… Хотя, схренали он вообще злился? Хоббит же ем… — Я никогда так не ошибался в своей жизни! — неожиданно для всех закончил Дубощит и благодарно (?!) обнял (??!!) Бильбо! Гномы заликовали, а я снова расплакалась от нахлынувших эмоций. — Прости, что сомневался в тебе, — ещё более неожиданно выдал Торин, тепло улыбаясь. — Нет, я бы тоже в себе сомневался! — развёл руками хоббит, — я не герой и не воин. И даже не вор! Я расплылась в улыбке вместе со всеми, но слёзы так и продолжали течь по щекам. Орлы закружили вокруг нас, вздымаясь в небо. Мы позадирали головы, завороженно наблюдая за ними. Этот момент, здесь и сейчас, с этими людьми, ощущался как что-то совсем невероятное. Мы все живы — и все вместе, Торин больше не презирает Бильбо, ещё и какой вид открылся — прямо как в кино! — Ты чего? — обеспокоено спросил у меня Фили, — тебе больно? — Фили, это же девушки, — весёлым тоном ответил за меня Балин, — никто не умер, всё хорошо — а она ревёт… — Так поэтому и реву, что всё хорошо, — рассмеялась я, вытирая слёзы ужасно грязным рукавом туники. Надеюсь, у меня теперь всё лицо не коричневое… Хотя, наверное, оно и до этого таким было! — Это то, о чём я думаю? — заинтересовано спросил Бильбо, привлекая всеобщее внимание к виду, который открылся нашему взору. Мы подошли ближе, практически к самому краю скалы. Я, конечно, старалась остаться ближе к центру, но то самое всё равно увидела. А именно — гора! Одинокая гора возвышалась прямо на горизонте. Это…? — Эребор! Одинокая Гора, — произнёс Гэндальф, — последнее из великих королевств гномов Средиземья. — Наш дом, — восхищённо закончил Торин. Кто-то заприметил дрозда, и все решили, что это хороший знак. А Бильбо сказал, что худшее уже позади — надеюсь! Но меня волновало немного другое: — Пешком? — шепнула я Лёше, — вот туда?! — Пизда… — закончил за меня он, качая головой. … — Ну нет, — прошептала я, не в силах сдвинуться с места — ведь ещё два шага, и обрыв… Ну, не прям обрыв — там были вырезанные в скале ступеньки, по которым нам нужно было спуститься. Путь этот был рискованным и немного опасным, но, к сожалению, единственным. Половина Отряда уже, как обезьянки, слазили, а я и шага больше не могла сделать. — Как у тебя это до сих пор не прошло? — покачал головой Фили, — и по горам лазили, и по ёлкам прыгали, и на орлах летали… — Ты не понимаешь, — похлопал его по плечу Лёха, — это всё разные страхи. Сравнил вообще — на орле лететь и вот это. — Ладно, — я выдохнула и всё же сдвинулась с места. Ну не прыгать же!!! Передо мной, а точнее — снизу — лез Кили, так что я надеялась на подстраховку в случае чего. Хотя, в принципе тут от всех можно на это надеяться — гномы в беде не бросят, да и Бильбо с Гэндальфом тоже. Эта мысль меня немного утешила, но не настолько, чтобы уменьшить тревожность. Бледными от напряжения руками я сжимала камни и с замиранием сердца переставляла дрожащие ноги. Волосы лезли в лицо из-за ветра, приходилось или терпеть, или аккуратненько трясти головой. Вниз старалась не смотреть, да и вверх тоже. Даже ни с кем не разговаривала — хотя никто и не звал. Все были очень уставшие и только и думали о том, чтобы скорее спуститься и передохнуть. Стало немного легче, когда спуск из просто отвесных ступенек перешёл в тропинку, которая спиралью вела в низ. А вообще от сердца у меня отлегло, когда она расширилась! — Я вижу, ты уже улыбаешься, — поравнялся со мной Лёшка. — А я вижу, у тебя вон уже щетина появилась, — кивнула в ответ. — Даже разговариваешь! — он шутливо толкнул меня локтем, после чего всё же провёл рукой по щеке, — а вообще, да — беда… Вещей теперь вообще нет. У меня только какая-то мелочь осталась… — Не напоминай, — покачала головой я, — Лёха, я брелок из Лос-Анджелеса профукала! — Тебя это волнует больше, чем айфон за шестьдесят тысяч? — Та блин, — я снова печально вздохнула, — всё волнует. Но больше всего не это. С этими словами я как бы невзначай провела рукой по месту на тунике, где была метка. Лёха сразу понял вместе со мной замедлился так, чтобы мы снова оказались в конце. Сначала рассказал, что у него получилось «сманипулировать» орком ещё раз — там, во время битвы под ёлками. Я поделилась с ним всеми своими рассуждениями по этому поводу, и он полностью согласился. — Я о том же думал, — шептал брат, — только, получается, у тебя телекинез, а у меня что-то вроде контроля сознания… наверное. Теперь не известно, откуда это взялось и нахрена оно надо. И что с этим делать. Я даже не знаю, как это, ну, развивать, ведь каждый раз больно. — И за шо нам вот это всё, — пнула камушек я. — Ну что, как вы? — подошел к нам через какое-то время Бильбо. — Какой-то риторический вопрос, — прыснул мой близнец. — Ага, — хохотнул хоббит в ответ. — А ты то сам как, герой? — и игриво толкнула его кулачком в плечо. — Та ну, — замялся он. — Та не «ну-у»! Бильбо, пойти в одиночку на орков не каждый сможет. — Так я и не в одиночку… — Не скромничай, — улыбнулась я, — Ну ладно, думай, что хочешь, но для меня ты всё равно герой. … Когда мы наконец-то полностью спустились в лес и наткнулись на ручей, всеобщей радости не было предела. Утоление жажды сейчас было словно вкус любимой еды, объятья с любимым человеком, снятие обуви после долгого дня, восторг от новых ощущений, кусочек шашлыка на природе, чистка зубов, сеанс массажа… Ну вы поняли, в общем. Теперь хотелось только одного — спать!!! Усталость уже практически полностью поглотила меня, даже приглушая ноющую боль во всём теле. — Остановимся тут, — наконец-то провозгласил Гэндальф, когда мы вышли на полянку, — подойдите все сюда! Мы, как овечки, столпились возле мага, ожидая указаний. — Сейчас все отдохните, а я подежурю. У нас часов шесть, не больше — и снова выдвигаемся в путь. Азог с приспешниками в покое нас не оставят, так что долго задерживаться нельзя. Рядом есть речушка, кто хочет, может пойти обмыться… У меня флешбеки со школьного лагеря — вожатая так же нам всё объясняла… — …И сильно не разбредайтесь, держитесь вместе. Мы закивали, давая понять, что всё поняли, и пошли искать места поудобнее. — Да какая нафиг речка, — протянула я, распластавшись на траве, — я там скорее усну и утону, чем помоюсь… Меня уже не волновало, как раньше, то, на чём я лежала: мокро или грязно, насекомые или ветки — всё было как-то похрену. Лёха примостился тут же, Кили с Фили и Бильбо тоже, а в паре метров с какой-то угрозой присел Двалин. Хотя, наверное, он всё делает с угрозой. Я, перед тем как уснуть, рассмеялась от неожиданного осознания. — И что ж тебя опять развеселило? — устало спросил Кили — кажется, я его разбудила. — То, что гоблины — это нам подарок судьбы. А вы представьте, если б мы к ним не попали. Сколько б ещё по тем горам шлялись? — продолжала истерически хихикать я. — Вот не знаю, это она оптимистка такая, или просто дурочка, — покачал головой Двалин. — И то и то, — вздохнул Лёха.

***

Вот вспомните то, что я говорила про ручей — те все эмоции и рядом не стояли со сном! Даже эти жалкие пять часов казались чем-то божественным. А проснулись мы от интригующего запаха жареного мяса — Гэндальф над костром пёк каких-то птичек. — Гэндальф, откуда? — удивлялись гномы. Маг на это только загадочно улыбался. Ели в успокаивающей тишине, от чего я снова отдалась раздумьям. Только теперь уже не про себе, а про остальных. Вот Лёшка — сидел возле меня, с полуприкрытыми глазами откусывая кусочки мяса. Он казался таким…взрослым, что-ли? Я уже об этом думала, но сейчас осознала ещё больше: здесь он стал более мужественным, храбрым. Не скажу, что в нашем мире он был трусом или слабаком, просто скорее предпочитал ничего не предпринимать. Или же просто случаев не было. А сейчас как будто открылся с новой стороны. Что-то осталось таким же: напускной пофигизм, интерес ко всему, юмор… Если вы подумали, что я не вставила «интеллект», потому, что братец отупел, то вы ошиблись — наоборот, он тут столько всего поузнавал. Так что было интересно, каким он станет к концу похода. Лёха заметил, что я на него смотрю, и состроил смешную рожу. Ладно, некоторые вещи не поменяются никогда. Я улыбнулась, опуская взгляд на птичью ножку в своих руках: люблю его, дурака. Торин сидел и о чём-то переговаривался с Двалином. А ко мне пришла неожиданная мысль, что я их уже не так боюсь, как раньше. Нет, от их стальных взглядов меня всё так же бросало в дрожь, но сейчас я уже понимала, что они такие же люди и тоже бывают добрыми… иногда. И вообще, Торин — реально настоящий предводитель, и с каждым днём я всё больше и больше понимала, почему все его так уважают. Я сама готова была пойти за ним хоть куда, ведь понимала, что Дубощит фигню не вытворит. Мне думалось, что он станет хорошим королём. Прям так и хотелось скорее добраться до горы, чтобы он добился своей цели. Обвела взглядом всех гномов, понемножку подумав про каждого; снова мысленно похвалила Бильбо; задумалась над тем, как Гэндальф успел настолько вовремя, и в конце концов пересеклась взглядом с Фили. Гном игриво подмигнул, а я кокетливо улыбнулась в ответ. Потом, к сожалению, поняла, что мой кусок мяса закончился, и подумала, что стоило бы помыться. Несколько гномов как раз собрались к речке, и мы с Лёхой пошли за ними. Прям у берега росла раскидистая ива, так что спрятаться за её ветвями мне не составило труда. Хоть и всё равно не раздевалась полностью: обмыла ноги по колено, соскребла всю грязь с лица и рук, аккуратно постаралась отмыть засохшую кровь с метки. Хотелось бы помыть голову и постирать одежду, но, во-первых, не хватало времени, во-вторых, не чем было вытереться, и, в-третьих, сейчас было немного холодновато. Ладно, и так сойдёт. Неожиданно справа в меня полетела куча брызгов, и с той же стороны раздался заливистый смех Фили. — Та ты идиот? — вскрикнула я, стряхивая капли, пока ещё не впитались, — А если б я тут голая стояла?! — Ну и ничего! — улыбнулся гном на все тридцать два, — даже наоборот, знаешь ли… — Знаешь ли, мы ещё не на таком уровне отношений, — закатила глаза я. — А на каком? Я немного занервничала от такого вопроса в лоб, но показывать это нельзя было ни в коем случае — в каждой женщине должна быть какая-то загадка… — А я ещё не решила, — загадочно улыбнулась и в следующую секунду оформила ход конём — со всей силы замахнулась ногой и полоснула по воде, окатывая гнома фонтаном брызг прямо в лицо. Пока Фили откашливался, я, сгибаясь пополам от смеха, выбралась на траву, обтрусила ноги и натянула ботинки. — А ты чего хоть пришёл? — переспросила я. — Та говорю ж — думал, вдруг ты голая… — Та ты офигел?! — Ладно-ладно! — он вскинул руки в примирительном жесте, но продолжил обворожительно улыбаться, — там уже Гэндальф всех зовёт. — Ну пошли, раз зовёт, — вздохнула я, понимая, что этот коротенький отдых уже закончился. Фили гордой походкой пошел за мной, всё ещё улыбаясь, как будто действительно меня без одежды видел. Хотя, мало ли, о чём он там на радостях думает… … Мы будто снова вернулись в привычную походную рутину, только теперь полностью без поклажи и со знанием того, что где-то за нами мчатся орки. Гномы уже болтали во всю, обсуждая наши последние приключения так, будто это был фильм в кинотеатре, а не ситуация, где мы чуть не сдохли. Но, признаться честно, посмотреть на всё это, так сказать, с «разных сторон», оказалось очень интересно. Ночью, перед тем как остановиться на коротенький ночлег, мы отправили бедного хоббита в разведку. Когда он бегом вернулся, гномы подумали, что стая орков близко. Хоббит ответил, что она уже в паре лиг, но появилась другая проблема. Когда он сказал, что нет, варги не взяли наш след, и нет, его не заметили, то Гэндальф начал его расхваливать, а гномы радостно присвистывать. — Так а проблема то в чём? — спросила я у хоббита, а потом повысила голос, — а-ну закройтесь все! Он же не договорил! — Спасибо! — улыбнулся Бильбо мне, — вот, я хочу сказать, что видел там кого-то другого. — Другого? — нахмурился Гэндальф, — и в каком же оно обличии? Это медведь? Если он задаёт такой конкретный вопрос, то, скорее всего, какого-то медведя тут и знает… Бильбо закивал — да, он видел медведя, только тот был очень большим. — Есть дом, совсем неподалеку, — произнёс маг, — и мы могли бы укрыться на время… — Чей же это дом — друга или врага? — задал точный вопрос Торин. — Ни то, ни другое. Он или поможет нам, или убьет всех. Выбора не было. Естественно. И в подтверждение этого на всю долину раздался медвежий рёв. Ночлег, к сожалению, так и не устроили.

***

— Лёха, а когда человек умрёт от изнеможения? — спросила я на следующее утро, ели переставляя ноги. — Та дней десять, это если не есть совсем. — Та бляха, — простонала я, — а мы только поели… — А ты чё, дура, помирать собралась? — вскинул брови он. — Ну хоть там отосплюсь. Лёшка хотел что-то ответить, но по лесу пронёсся устрашающий рёв. Мы все встали как вкопанные, удивлённо переглядываясь. — Скорее! — крикнул Гэндальф, и мы побежали дальше. Когда лес начал редеть, то далеко в поле замаячил огромный дом — туда нам надо! Эта картина открыла сто пятьдесят третье дыхание, и мы все прям ускорились. Даже Бомбур пошел на обгон! В какой-то момент я совершила ошибку и оглянулась — а там, мать вашу, огроменный медведь! Мы вбежали в проход в изгороди и застопорились возле дверей. Пока некоторые гномы тупо долбились в дверь, Лёха распихал всех и поднял щеколду. Все ввалились внутрь, и только начали закрывать двери, как в проём втиснулась морда медведя. У меня внутри будто всё перевернулось, опять запульсировало в висках и заболело в груди. Я уже хотела попробовать снова использовать силу, но гномы справились сами. Аж от сердца отлегло… — Что это было? — испуганно спросил Ори, поворачиваясь к Гэндальфу. А не видно, блядь??!!??!!? — Это хозяин дома. — Ну ахуеть, — шепнул, как всегда вовремя, Лёша. — Его зовут Беорн, и он оборотень…