Глава 12: "Алый след от поцелуя"

Фред — Да пошёл ты, Фред! Она вырывает из моей руки свою. Такую гладкую и приятную. До этого целый десяток колец охлаждал мою ладонь, но теперь я не чувствую ею ничего. Ох уж эти мексиканки. Или же "Ох уж этот Фредерик"? Я не иду за ней. Не хочу. Она надевает своё платье обратно, и я больше не могу смотреть на оголённые изгибы её тела. Оплошал ли я? Нет. Наоборот, мне кажется я правильно поступил, раз не занялся с ней сексом. Я не хочу этого. Да, она красивая. Да, она мне вроде понравилась, но... Уже какой раз в голове всплывает Мэберли. Чёртова Мэберли! Вся моя личная жизнь идёт под откос только из-за неё. Желание быть с ней уже переходит все границы. Оно слишком сильное, и я устал от этого. Прошло несколько недель с того момента, как Джерри поцеловала моего братца. Я знаю, что она хотела разозлить меня. Но я также знаю, что она просто хотела поцеловать Джорджа. Я, если честно, вообще её не понимаю. Она странная. Но мне это нравится. Забавно. Кармен натягивает свои трусики под платьем. А ведь ещё пару мгновений назад я видел её полностью голой. Но я не буду её останавливать. Ни за что. Я лежу на кровати в своих пижамных клетчатых штанах. Мне правда понравилась Кармен. Вот, у меня даже стоит на неё. Но я не могу. Никак. Я вообще не понимаю, зачем мне секс. Ну правда. Это же даже не олицетворение какой-то неистовой любви. Я же не люблю Кармен, да и всех предыдущих своих девушек как-то не очень-то и любил. Я люблю Джерри. Но в том-то и дело, что с ней я никогда им не займусь. А хотелось бы. Правда. Мне она так нравится. Очень. Никто мне в жизни так сильно не нравился, как она. Её я прям люблю. Уверен, ей бы понравился секс со мной. Я бы сделал всё что угодно, лишь бы ей он зашёл. Но, наверно, не в этой жизни. Не в этой вселенной. Её первым точно буду не я. Ингвар? Какой-нибудь когтевранец? Да даже Кассиус! У всех у них шансы в пятеро больше, чем у меня, если, конечно, не в сотню. — Это же из-за неё, да?! Кармен вытаскивает меня из моих же мыслей. Я поворачиваю голову в её сторону, даже не приподнимаясь. Не хочу. Ничего не хочу. — Эта твоя Джерри! Я же вижу как ты на неё постоянно смотришь! Она зла. Настоящая собственница. Одна неделя отношений и всё - теперь я её. Очень глупо. Типичная женская логика. Но зато теперь у меня в голове вертится лишь один вопрос. Неужели так заметно, что я без ума от Мэберли? Все уже знают? — Перестань. Я просто тебя не трахнул, и ты закатываешь мне истерику! Что за хрень?! Она бросает в меня книгу, которую хватает с нашего стола, и та приземляется мне прямо между ног. На мой стояк. — Ай! Успеваю прокричать я, заканчивая своё звукоизвлечение протяжным стоном боли. Дура! Конченная дура! Низко было кидать в меня, беззащитно лежащего, книгу. И особенно — попадать в пах. Член и так был на пределе от возбуждения, так теперь еще на пределе из-за боли. Хорошо же женщинам. Нет никакой хрени между ног. Хотя и не всегда хорошо. Всё-таки, когда в тебя эту хрень пихают, наверно, тоже не круто. Но это смотря какая девушка. Вот эта, например, озверела из-за того, что я просто не вставил ей член в вагину. Ненормально? Именно. Кармен вылетает из комнаты, как только понимает, что наделала. Ей вроде 17, а ведёт себя как одиннадцатилетка. Ну хотя бы я теперь один. Член неприятно пульсирует, поэтому, когда боль слегка стихает, моя рука проскальзывает в штаны. Парни всё равно не скоро вернутся. ~ Мастурбация оказывает на меня хорошее влияние. Настроение повышается до уровня "Хотя бы никто не умер от моих страданий". Конечно, не люблю всё после себя убирать, но приходится. Парни не оценили бы мою сперму на одеяле. — Джордж? Дверь в комнату открывается, и я слышу её голос. Я стою у стола, поэтому развернуться к ней не составляет особого труда. — Его здесь нет. Я чуть не сваливаюсь нахрен, потому что вижу перед собой красивую голубоглазую блондинку со знакомыми чертами лица. На ней коричневое тёплое пальтишко, а на голове невероятный красный берет. Её любимый. Я это знаю. На ногах черные ботфорты на высоком каблуке, и я замечаю, что стоит она на них с трудом. В руках стопка книг, а на плече подаренная мной пару лет назад чёрная сумочка. Как это мило. А на губах... На губах ярко-красная или даже алая помада. Хочу, чтобы она оставила след на моём теле... Много следов.... — Это ты к моему братцу так нарядилась? Я снова окидываю её взглядом, как и она меня. Не нравится тот факт, что она полуголым стала видеть меня чаще, чем полноценно одетым. Или же меня это забавляет? Смешанные чувства. Из-за своих мыслей я усмехаюсь. — Не смешно. Грозно бурчит она, думая что я смеюсь над её шатким положением, и по спине непроизвольно пробегают мурашки. Когда она недовольна, внутри всё приятно сжимается. Я псих. Я точно псих. Она ставит книги на тумбочку, снимает берет и сумку и скидывает пальто. Мне приходится сжать спинку стула, чтобы просто банально устоять. На ней тонкая рубашка, через которую я могу видеть её кружевной белый лифчик, чёрная короткая кожаная юбка, которую можно снять одним движением руки, и тёмные чулки, которые (как я замечаю) прикреплены специальным пояском. О Мерлин, да она горяча! — И куда это ты так намылилась? Я непозволительно долго смотрю на её грудь. Она снова больше. Она снова, чёрт возьми, больше! Мне это не нравится. Не нравится, когда она вылепливает из себя другого человека. — Глаза мои выше, придурок. Да и с каких это пор ты стал мне матерью? Мне перед тобой, может, отчитываться за каждый шаг начать? Она проходит в комнату глубже, вновь удостоверяясь, как здесь грязно. — Ну это не я влетаю в комнату в таком виде, как будто бы "я пришла к любимому мужчине". Зачем тебе Джордж? Ты с ним идёшь на свидание в таком виде? Скажу честно, "тебя-не тебя" он не очень любит. Как и я впрочем. Она возмущённо вздыхает, чтобы сказать мне в очередной раз много разных неприятных вещей, но всё-таки молчит. Всё в ней сразу же возвращается на свои места. Коричневые волосы, такого же цвета глаза, редкие веснушки. Рубашка на ней беспорядочно висит, потому что уходит какой-то процент плоти. И красная помада смотрится на её лице сейчас очень даже странно. Не её цвет. — Неужели так лучше? Я подхожу к ней, внимательно осматривая. Не знаю зачем, ведь я и так знаю её вдоль и поперёк. — Да, так явно лучше. Я широко улыбаюсь. Она улыбается в ответ, но грусть читается в её взгляде слишком хорошо. — Я иду на свидание с Ингваром, а не с твоим братом. Мои кулаки сжимаются, а гнев мгновенно поднимается до уровня "Пора навалять этому короткостриженому". Ингвар?! Она же целовалась с моим братом! — Ведешь себя как шлюха, — тихо вырываются у меня эти четыре слова. Зря. Джерри мгновенно вспыхивает от злости. И вот её рука поднимается ввысь и она отвешивает мне хорошую такую пощёчину. Больно. Бьет она отлично и метко. Глаз со стороны удара начинает слезиться, а щека и губы неприятно пульсировать. — Ещё раз так меня назовёшь, я приду сюда ночью и отрежу к чёрту твои яйца, урод! Мэберли отходит от меня и наклоняется, чтобы поднять своё пальто. Я так её хочу. Особенно сейчас, когда она злится, когда её и так короткая юбка приподнимается при наклоне за одеждой. Признаюсь, я никогда не забуду эти трусики. Мне кажется, что заклинание Обливиэйт тут даже не поможет. Тепло проходит по телу, и она, подбирая пальто, замечает в итоге куда я смотрю. — Да я тебя ненавижу, Фред! Она гневно подходит ко мне с пальто не плече и уже собирается ударить меня в грудь, но я успеваю схватить её за запястья. — Не так уж быстро! Джерри вопросительно смотрит на меня. Какая же она смешная в такие моменты. Это недовольство, вопрошание, полнейшее фирменное негодование... Я медленно кладу её ладонь на свою горячую грудь. Её лицо слишком красное. Пальто спадает с её плеча прямо к нам в ноги. — Не ври сама себе... Шепчу я и лёгким движением опускаю одну её руку к краю моих штанов. — Что? Джерри уже наверно сама не понимает: зла она или смущена. О Мерлин, я же вижу, что ей нравится. Ой, а как мне-то нравится ощущать её руки на себе. — Я тебе нравлюсь. А ты пытаешься это отрицать. Я ехидно улыбаюсь, а её брови снова сползают к переносице. — Ты, Уизли, просто невыносим. Она улыбается от своих же слов, и я прижимаю её ближе к себе. Джерри пугается от резкого движение, ну а я просто смеюсь с каждой ее реакции. — Не хочешь провести время со мной, а не со своим Ингваром? Мои руки спускаются к краю её юбки и слегка заползают под неё. Не много ли я себе позволяю? Возможно. Но она не отталкивает меня с диким воплем. А уж поверьте, она бы могла так сделать. — "Милые девушки, не надо собираться так долго! Если на вас короткая юбка, то 9 мужчин из 10-и не обратят внимания, подходит ли ваша сумочка к вашим ботфортам. Чего же ради одного голубого время терять?!" Джерри закусывает нижнюю губу, а мне остаётся лишь улыбаться, как глупому мальчишке. Она пытается не засмеяться от глупости моего анекдота. Точнее не моего, а анекдота из книжки моего старшего брата под названием "101 анекдот или как развеселить компанию", которую ему дарил папа. Перси и вправду несмешной. Эта книга бы ему помогла, если бы он её прочёл. — Ты придурок, Фред. Она всё-таки хлопает меня по коже и отходит на шаг назад. И я даже не пытаюсь удержать её. Хватать Мэберли за её красивейшую задницу — не вариант. Щека всё ещё жжётся после пощёчины. — Ну что, пойдёшь к своему норвежцу? Я смахиваю с её плеча прядку мягких коричневых волос. — Конечно. Я просто так что ли надела это бельё, которое ты так упорно рассматриваешь уже на протяжении 15-ти минут? Мэберли кокетливо усмехается. Её слова заставляют меня покраснеть, потому что я даже не знаю, как достойно ей ответить. — Я бы мог его в полной мере оценить. Я обиженно сжимаю губы, потому что я вообще не в восторге от того, что ей больше нравится тот придурок, а не я. Я подхожу к ней и кладу руки на талию, одной поднимаясь выше и нащупывая низ ее груди. Она убирает мою руку от своего тела, но опираясь на неё приподнимается на носочки, и целует меня в щёку, слегка задевая уголок губ. Сердце замирает, и мне хочется раствориться где-нибудь (да хоть в кислоте). Всё остальное теряет смысл от этого приятного сладкого прикосновения. — Может быть, может быть... Мне пора, Фред. Ингвар меня уже ждёт у входа в гостиную. Джерри поднимает с пола пальто, поправляет свою юбку, натягивает теплый верх, затем подходит к выходу и надевает берет. Я ничего не могу сделать. Я просто стою и смотрю ей вслед. Она поцеловала меня... — Пока. Она хватает свою сумку и вылетает из комнаты. Краем глаза я замечаю, что её волосы снова становятся светлыми. Дурочка. — Пока... Я успеваю лишь поднять руку, чтобы помахать ей напоследок. Как только дверь захлопывается, я подбегаю к зеркалу и вижу, что на моей щеке, прямо у губ красуется ярко-красный след. О Мерлин! Она и вправду меня поцеловала! Опущу тот факт, что это та же щека, в которую она влепила мне пощёчину. Но это неважно! Она меня поцеловала! Я заваливаюсь на кровать и утыкаюсь лицом в подушку, сдерживая свой счастливый крик. Меня поцеловала Джерри Мэберли! Сама Джерри Мэберли! Неужели у меня есть на неё шансы?