Глава 1. Appetizer (Закуска)

Грязнокровка была у него на кухне, и она готовила. Люциус несколько раз моргнул, как будто это простое действие могло навсегда стереть ужасное видение. Увы и ах. Она все еще была там, на его кухне, и все еще готовила. Он знал, что они с Драко стали друзьями. Они были единственными студентами со своего курса, которые вернулись в Хогвартс, чтобы сдать Ж.А.Б.А. Драко сблизился с девушкой, к большому неодобрению Люциуса. Вероятно, она была добра к нему, предложила ему дружбу и поддержку, когда он изо всех сил пытался найти свое место в волшебном сообществе. Люциус думал, что эта дружба была построена исключительно ему назло, но смирился с ней, потому что имя Малфоев в последнее время лишилось своего привычного блеска, и ничто бы не заставило его блистать ярче, кроме как один из членов Золотого Трио. К тому же, Нарцисса сказала ему не вмешиваться. Однако, это не означало, что он должен мириться с девушкой на своей кухне, которая держала в руках один из его ножей Sabatier и нарезала… впрочем, он понятия не имел, что именно она там нарезала, но дело было не в этом. Даже поселись она у него на кухне, он, скорее всего, ничего бы и не заметил. На самом деле он сомневался, что заходил в эту похожую на пещеру комнату хотя бы раз с тех пор, как они с Нарциссой окрестили кухонный стол много лет назад, в конце семидесятых. Сейчас он был здесь только потому, что Нарцисса, одержимая идеей искупить свою вину с помощью благотворительности, увезла всех домашних эльфов в Лондон, чтобы они обслуживали очередное мероприятие по сбору средств, которое она устраивала. Люциус не разделял ее взгляды на этот счет. Насколько он мог судить, она могла пройти путь к искуплению в одиночку. Он был вполне счастлив, слоняясь по недавно отделанному поместью, читая редкие и малоизвестные тома из своей переполненной библиотеки и попивая чай. Точно, чай! На самом деле для этого он сюда и пришел. У него пересохло в горле. Он мирился со жгучей жаждой так долго, как только мог. И, наконец, сдался. Он, черт возьми, и сам бы заварил чайник, насколько это может быть сложно? Все было бы намного проще, если бы Драко и его отвратительная гостья уже не оккупировали кухню. Никто из них не заметил его, и он застыл в дверном проеме, пытаясь решить, стоит ли отказаться от своей миссии. В его кабинете был большой запас бренди, наверняка можно обойтись и им. Нет, черт возьми, он хотел чаю! Его взгляд снова был прикован к грязнокровке. По правде говоря, неприятным было только ее происхождение. В остальном она была довольно привлекательной. Эта чудовищная грива волос, которая когда-то напомнила ему особенно неухоженного бобтейла, была заколота у нее на макушке. Прическа была беспорядочной: тонкие локоны струились по ее шее и подпрыгивали вверх-вниз от силы ее быстрой резки. На ней были те ужасные магловские брюки, как их там называли? Ах да, джинсы. Хотя они оскорбляли его из принципа, они довольно вызывающе обтягивали ее ягодицы, а завязки фартука, что был на ней, подчеркивали узкую талию. Мерлинова борода, он действительно сексуализировал эту женщину? Он понимал, что всему виной его сексуальная неудовлетворенность, но от этого не становилось легче. Он твердо поговорит с Нарциссой, когда та вернется - его вынужденное воздержание сводило его с ума. Он был так раздражен предательским направлением своих мыслей, что вошел в комнату, забыв обо всех мыслях спрятаться в своем кабинете. - Отец, - Драко развернулся к нему лицом. Его сын тоже был в фартуке и держал в руках довольно внушительный нож. - Драко, - холодно поприветствовал его Люциус. Он проигнорировал грязнокровку, которая повернулась, чтобы посмотреть на него, ее широко раскрытые карие глаза нервно метались между ним и его сыном. - Я не ожидал увидеть тебя здесь, внизу, - выражение лица Драко было дерзким. - Очевидно, нет, - Люциус позволил своему пренебрежительному взгляду пробежать по неподвижной фигуре девушки, отчего та немного напряглась. Он повернулся к ним обоим спиной, роясь в шкафчиках в поисках чая. Он чувствовал недовольный взгляд своего сына, вонзающийся ему прямо между лопаток. Девушка тихонько кашлянула, и он услышал глухой стук ножа о деревянную доску, когда она возобновила резку. Мгновением спустя к издаваемому ее ножом звуку присоединился еще один. - Тебе нужно нарезать помельче, - ее голос был мягким, мелодичным. - Ты еще хуже Снейпа, - пожаловался Драко. Он стал нарезать все быстрее. Девушка издала тихий смешок. - Я приму это за комплимент. А сейчас получается слишком мелко, не наклоняй так лезвие. Вот, я тебе покажу. Люциус опустил голову и оглянулся через плечо. Девушка положила свою руку поверх руки Драко и показывала ему, под каким углом держать нож. - Может, просто воспользуемся магией? В голосе его сына послышались плаксивые нотки, что подействовало Люциусу на нервы. Однако грязнокровка казалась более терпимой. - С магией получится не так хорошо. Ты ведь хочешь, чтобы все было идеально, не так ли? Драко не ответил, но звуки удара ножа о доску не стихли, и Люциус предположил - что бы ни делал его сын, Драко действительно хотел, чтобы все было идеально. Он уронил банку с чем-то на пол и выругался, когда она отскочила от его ноги. - Что ты вообще здесь делаешь, отец? - Драко снова отвернулся от столешницы. - Я хочу заварить чай, - надменно ответил Люциус. Хотя он все еще не нашел гребаную заварку, не говоря уже о чашке с блюдцем. - Чай! - лицо Драко просветлело. - Я бы с удовольствием выпил чашечку, приготовишь мне тоже? - Конечно, - Люциус с трудом проглотил свои возражения, Нарцисса проинструктировала его быть милым с их сыном, и он будет милым. - Гермиона? - спросил Драко. Девушка еще раз перевела взгляд с Драко на его отца. - Я была бы благодарна за чашечку Лапсанг Сушонг, если есть. Пока она говорила, его рука сжала коробку с чаем. В буфете было несколько сортов чая, и он почувствовал мелочное желание отрицать существование ее любимого сорта. Вместо этого он просто с грохотом опустил чайную банку на столешницу, ничего не ответив. Когда он начал искать сито, Драко и грязнокровка разговорились. - Теперь нам нужно перемолоть нут. - Хорошо, вот он, как нам это сделать? - В... - ее голос затих, и Люциус снова не смог удержаться, чтобы не посмотреть на нее. Она задумчиво прижимала палец к губам. - Я пользуюсь магловским блендером, - она оглядела кухню, старательно избегая той части комнаты, в которой стоял Люциус. - Но если на такой хорошо укомплектованной кухне, как эта, его нет, то в твоей квартире его точно не будет, - она еще раз постучала пальцем по губам. - Давай кое-что попробуем. Она пробормотала заклинание, которого он не расслышал, и взмахнула палочкой. Желтые бобы в миске, которую держал Драко, начали подпрыгивать, когда их размельчила невидимая сила. - Как тебе это удалось? - Драко вскочил, когда бобы зашевелились, и быстро поставил миску на столешницу. Гермиона улыбнулась. - Я объединила заклинание, которое придумала для измельчения ингредиентов для зелий, с тем, которое Артур Уизли использует для стрижки травы, - она посмотрела на все еще вибрирующую смесь. - Похоже, получилось неплохо. Я запишу его для тебя перед уходом. Люциус снова спрятал лицо в шкафу. Ему категорически не хотелось, чтобы кто-нибудь заметил его удивление и восхищение. Сколько ей лет? Двадцать? Нет, она старше Драко. Возможно, двадцать один. Сколько двадцатиоднолетних ведьм были способны придумать новое заклинание и глазом не моргнув? Даже если речь шла о такой бытовой процедуре, как измельчение нута. Ему было интересно, чем именно они с Драко занимались. Его сын переехал в квартиру в Лондоне, готовясь к поступлению в университет той осенью. Он отказался от услуг домашнего эльфа, и Люциус предположил, что мальчик просто поест где-нибудь вне дома или вернется в поместье, когда проголодается. Очевидно, нет. - Хорошо, теперь добавь лук, чеснок и петрушку. Следи за своими пальцами! - в ее голосе послышалась тревога. - Я не знаю, что это заклинание сделает с твоими конечностями. - Наверное, лучше не испытывать судьбу, - в голосе Драко звучало удивление. - Что дальше? Люциус нашел чайник и с помощью волшебной палочки наполнил его кипятком. Он отмерил заварку и переложил ее в сито, прежде чем отнести чайник на выскобленный деревянный стол в центре кухни. Он сел, ожидая, пока чай настоится. - Теперь добавь специи... Нет, Драко, не так много кардамона, ты же не хочешь, чтобы они были на вкус как торт. - Пахнет потрясающе, - сообщил Драко, наклоняясь над смесью. К удивлению Люциуса, девушка с силой потянула его назад. - Это будет последнее, что ты почувствуешь, если мое заклинание отрежет тебе нос, - отчитала она его. Драко ухмыльнулся в ответ, и Люциус был поражен их непринужденным дружеским общением. Когда Драко так улыбался ему? - Теперь самое интересное, - она улыбнулась, и на одной щеке появилась маленькая ямочка. - Я начинаю нервничать, когда ты так говоришь. Она закатила глаза и взмахнула палочкой над вибрирующей смесью, вибрация остановилась. - Возьми немного смеси и сформуй из нее шарик руками. Ты можешь положить их на… этот противень. Говоря это, она потянулась вбок, чтобы дотянуться до него через столешницу. Ее клетчатая рубашка задралась сзади, обнажив тонкую полоску кожи, которая исчезла так же быстро, как и появилась. Драко издал звук отвращения, опуская руки в миску. Девушка снова рассмеялась и легонько коснулась пальцами его руки. - Прости, хорек, но все это ты делаешь ради любви, верно? - Верно, - пробормотал Драко, формируя шарики и выкладывая их на противень. Неохотно, чувствуя себя незваным гостем в собственном доме, Люциус откашлялся. - Как вы пьете чай, мисс Грейнджер? Пока он не открыл рот, чтобы заговорить, он и не подозревал, что будет обращаться к ней так вежливо. Он подумывал просто проигнорировать ее просьбу и заварить чай только себе и Драко. Он рассматривал вариант вообще уйти с кухни, во избежание любого взаимодействия с ней. Он ни на секунду не задумывался о том, чтобы обращаться с ней как с равной, как с гостьей в его доме. Оказалось, что это не так сложно, как он думал. Девушка повернулась к нему лицом. На ее щеках появился румянец, и из расслабленной и грациозной она превратилась в неуклюжую и неуверенную. - Пожалуйста, просто черный, мистер Малфой, если вас не затруднит. - Мне не трудно. Когда он налил ароматную жидкость в одну из чашек Нарциссы из костяного фарфора и понес ее через комнату туда, где стояла девушка, застыв и уставившись на него, он понял, что ошибался. Ее пальцы дрожали, когда она забрала у него блюдце, и чашка слегка задребезжала, чай выплеснулся на блюдце. Она развернулась и поставила чашку с блюдцем на столешницу. - Спасибо. - Пожалуйста. Он вернулся к чайнику и приготовил чашку для Драко, добавив большое количество молока и несколько ложек сахара, которые тот так не одобрял. Поднося чашку сыну, он с интересом посмотрел на светло-коричневую смесь, покрывавшую руки Драко. - Что, черт возьми, ты готовишь? - он не смог удержаться от вопроса. Драко беспомощно посмотрел на грязнокровку. - Напомни, как они называются, Гермиона? - Фалафели. Она говорила тихо и избегала смотреть на кого-либо из них. Люциус снова отступил к столу. Он заставлял ее чувствовать себя неловко. Он удивлялся, почему это не принесло ему радости. Грязнокровка потягивала чай, наблюдая, как Драко формирует фалафели. - Отлично, - жизнерадостно сказала она, когда Драко наконец справился с заданием. - Теперь мы уберём их в холодильник, - она оглядела кухню, - или нет, - добавила она, вместо этого накладывая на них охлаждающие чары. - Что дальше? - Драко отнес грязную посуду к одной из раковин. Люциус сомневался, что когда-либо раньше видел, чтобы его сын наводил порядок. - Насыпь немного муки на столешницу, пока я достаю тесто для выпечки из духовки, - проинструктировала его грязнокровка. Драко повиновался, и Люциус украдкой наблюдал, как девушка наклонилась, чтобы открыть что-то похожее на выдвижной ящик под столом. Магловские брюки плотнее обтянули ее спелые ягодицы, и он отвел взгляд - не годилось, чтобы собственный сын застукал его за разглядыванием своей подруги, даже если она грязнокровка. Особенно потому, что она грязнокровка. - Не могу поверить, что у тебя есть духовка. Аромат дрожжевого теста наполнил кухню, когда Гермиона сняла пищевую пленку с миски. - Я знаю, я - счастливчик, - сарказм Драко был очевиден, и девушка шлепнула его по руке. - Ты даже не представляешь, - она оглядела кухню, отводя глаза от Люциуса, как только они останавливались на нем. - Я бы убила за такую кухню, как эта. Имей в виду, я бы ничем больше не занималась и, вероятно, скоро стала бы размером с дом. Драко фыркнул, и Люциус был склонен согласиться с невысказанным опровержением. Девушка была миниатюрной и излучала такую нервную энергию, которая наводила на мысль, что она вряд ли когда-нибудь растолстеет. - Все получилось прекрасно. Она выложила тесто на посыпанную мукой рабочую поверхность и издала почти чувственный вздох признательности, погрузив в него руки. - Тебе нужно просто побыстрее замесить его, как я показывала раньше. Она отодвинулась, чтобы освободить место для Драко, на щеке у нее было пятно от муки. Драко неловко принялся замешивать тесто. - Знаешь, это довольно трудоемкий процесс. Теперь она прислонилась спиной к стойке, так что Люциус мог видеть ее лицо, хотя он и не смотрел. Она была полностью сосредоточена на его сыне. - Ты сказала, что не возражаешь, - в голосе Драко послышался намек на неуверенность. - О, так и есть. Я имела ввиду тебя. Я люблю готовить и мне нравится командовать тобой. Это просто день моей мечты. Я хочу сказать, что тебе предстоит проделать немало работы, чтобы угодить Астории. Имея всё это. Она неопределенно размахивала руками, указывая на поместье в целом. - Почему бы тебе просто не угостить ее ужином с вином в каком-нибудь шикарном ресторане? - Я так и сделал, - щеки Драко слегка порозовели. Люциус навострил уши. Он не знал, что его сын встречается с девушкой Гринграсс. Он думал, что немилость семьи Малфоев помешала ей соблюдать соглашение, которое он заключил с ее отцом много лет назад. Очевидно, нет. - На самом деле, я хотел сделать что-нибудь особенное. Драко, очевидно, забыл, что его отец находится в комнате, Люциус никогда не слышал, чтобы он разговаривал с ним так откровенно. - И все же, - грязнокровка снова повернулась к Драко и теперь склонилась над чистым участком столешницы. Ее подбородок покоился на ладонях, попка слегка покачивалась, когда она переминалась с ноги на ногу. - Ты мог бы просто попросить меня прийти пораньше и приготовить для тебя, Астория никогда бы не узнала. - Но я бы знал, - резко сказал Драко. - Я бы предпочел подать ей блюдо, которое местами подгорело, а посередине все еще сырое, чем жульничать, поручая это кому-то другому. Я хочу, чтобы она знала, что я приложил усилия, - он помолчал, оглядывая груды мусора, которыми была завалена большая часть кухни. - Ты уверена, что ей понравится? - Несомненно, - голос грязнокровки звучал очень уверенно. - Она сказала, что ей нравится ближневосточная кухня, и она вегетарианка, ей точно понравится, и ей понравится, что ты приложил усилия, - она снова прикоснулась к нему, на этот раз нежно похлопав по руке, которую до этого шлепнула. - Ей повезло, что у нее есть ты. Люциус одновременно размышлял о том, что значит вегетарианка и когда в последний раз кто-то намеренно прикасался к нему, когда его внимание вернулось к разговору. - Итак, как дела у вас с Уизли? - Драко говорил с какой-то наигранной небрежностью, которая заставила Люциуса поморщиться. - Драко, - девушка выхватила тесто у него из рук и начала нарезать его на маленькие кусочки, ударяя ножом по столешнице с ненужной силой. - Ты же знаешь, я не хочу говорить о нем. - Тогда ладно, - Драко казался гораздо менее восприимчивым к небольшим подсказкам девушки, чем Люциус, который не осмелился бы развивать эту тему. Упрямый, его сын продолжал напирать. - Он идиот, ты ведь знаешь это? Если бы не Астория, я бы сам ухаживал за тобой. Люциус чуть не поперхнулся своей третьей чашкой чая. К счастью, грязнокровка, казалось, была так же потрясена этой идеей, как и он сам. - Как бы ни было безмерно приятно осознавать, что я занимаю почетное второе место, я не думаю, что твой выбор вызовет восторг у некоторых членов твоей семьи. Ближе к концу предложения она понизила голос, и Люциус понял, что, хотя Драко, возможно, и забыл о его присутствии, грязнокровка - нет. Драко собирался ответить, и Люциус неосознанно наклонился вперед на своем стуле, желая услышать, что скажет его сын. Ему было чрезвычайно любопытно узнать, что же такого сделал этот мальчишка Уизли, чтобы стать персоной нон грата, но, к сожалению, его любопытство осталось не удовлетворено. - Драко! - девушка тихонько взвизгнула и выхватила у него шарик теста. - Ты должен сгладить края, вот так. - Люциус вытянул шею, чтобы посмотреть, что она делает. - Ты не можешь просто скатать его как попало! В ее голосе звучала неподдельная обида, но Драко лишь фыркнул. Он, казалось, продолжал в том же духе, когда грязнокровка прижалась бедром к его бедру и наклонилась, чтобы помочь. Люциус наблюдал, как их пальцы переплелись, ощущая что-то, странно похожее на ревность. Он осознал, что его самого давно никто не касался. Никто. А эта девушка, эта грязнокровка, прикасалась так свободно, так неосознанно. Будь она его другом, положила бы она свою руку на его, не задумываясь? Он спрятал руку под столом, как будто боялся, что девушка может внезапно выразить свою привязанность к нему. Чайник был пуст, а Люциус переполнен, три чашки были его пределом даже в самый утомительный день. Тем не менее, он поймал себя на том, что заваривает новый, стараясь двигаться как можно незаметнее, не желая напоминать паре о своем присутствии, хотя они, должно быть, понимали, что он все еще в комнате. Шарики из теста были покрыты каким-то прозрачным липким веществом и отложены в сторону. - Мы поджарим их в последнюю очередь, - заявила Гермиона. Гермиона? Когда он начал думать о ней как о Гермионе? - Это будет для тебя самым сложным моментом вечера, но, если ты справишься, Астория подумает, что ты Бог на кухне. Говоря это, она стояла на четвереньках и рылась в низком шкафу, но Драко ответил: «Она уже думает, что я Бог». Она вскочила на ноги и метко ударила его сковородкой по голове. Драко отпрыгнул назад, уклоняясь от ее удара, и продемонстрировал чудеса трансфигурации, которые произвели на его отца немалое впечатление, превратив сковородку в букет цветов. - Драко, - она едва могла говорить сквозь смех, - в чем мы теперь будем готовить фалафели? - она шлепнула его букетом цветов, хихикая при этом. Драко тоже смеялся, на самом деле так сильно, что его попытка трансфигурировать цветы обратно в сковородку полностью провалилась, его заклинание срикошетило в опасной близости от головы Люциуса. Внезапно они остановились, как вкопанные. Они как один повернулись к Люциусу, на их лицах застыло одинаковое выражение ужаса. Люциус обдумал свой ответ. В дни, предшествовавшие второй войне волшебников, он бы не потерпел подобного дурачества от своего сына. Но те дни давно прошли, и он, и Драко изменились, он надеялся в лучшую сторону. В те дни ему бы и в голову не пришло самому заваривать чашку чая или позволять маглорожденной девчонке скакать у него на кухне. Он подавил жгучее порицание, которое было его первой реакцией, и вместо этого спокойно потягивал чай, как будто не его секунду назад чуть было не превратили в сковородку. Девушка пришла в себя первой. Она достала свою палочку и взмахнула ею над цветами, поворачиваясь, чтобы поставить только что трансфигурированную сковороду на плиту. Люциус наблюдал, как она инструктирует Драко о том сколько добавлять масла и как регулировать температуру приготовления. Она была терпелива с ним, почти по-матерински, когда предупредила его держаться подальше от брызжущего масла и снисходительно улыбнулась, когда он сжег первую питту. Когда Люциус впервые увидел их вместе, он испугался, что стал свидетелем ритуала ухаживания. Наблюдая сейчас за их общением, стало ясно, что в их отношениях не было и намека на романтику. Драко наслаждался вниманием, которое она ему уделяла, но это было так, как если бы она была любимой тетей или старшей сестрой, а не возлюбленной. Он твердил себе, что облегчение, которое он испытал, было связано со статусом ее крови. Как только она, казалось, убедилась, что Драко справляется сам, она переключила свое внимание на приготовление салата. Люциус наблюдал из-под ресниц, как она использовала комбинацию волшебных и магловских методов. Ножи полетели в стороны, листья салата вымылись сами собой, а приправы смешались в воздухе, пока она вручную вынимала косточки из граната. Драко отвернулся от плиты и закатил глаза. - Теперь ты просто выпендриваешься, Грейнджер, - усмехнулся он. - Осторожнее, хорек, - ее слова были резкими, но она улыбалась, когда говорила. Она на мгновение предоставила салат самому себе, проверяя, как справляется Драко. - Я думаю, они почти готовы, - она сунула палец в сковороду и ткнула в один из фалафелей. - Ой! - она быстро отдернула руку и подула на пострадавший палец. - Идиотка, - с нежностью сказал Драко. Люциус почувствовал, как его пульс участился, когда она просунула палец между губами и пососала. С какой стати он находил этот образ таким болезненно эротичным? Он налил еще одну чашку чая - с такой скоростью его мочевой пузырь скоро лопнет. - Я думаю, можно выложить их на тарелку, - она намазала палец какой-то мазью и снова принялась командовать Драко. - Теперь будет непросто сделать так, чтобы они выглядели аппетитно, - она поставила несколько тарелок на столешницу. - Сначала разрежь питту. Превосходно, Драко, - его сын покраснел от ее похвалы. Эти двое танцевали вокруг друг друга, пока готовилась еда. Кухня была наполнена восхитительными запахами, и, несмотря на выпитые галлоны чая, Люциус почувствовал, как у него потекли слюнки. Пока он наблюдал за их готовкой, день сменился ранним вечером, и он понял, что их обычное время ужина уже наступило. Не было никаких признаков возвращения домашних эльфов или его жены. Он опасался, что отсутствие заботы Нарциссы о его собственном домашнем комфорте было всего лишь признаком того, что их брак окончательно развалился. В какой-то момент ему придется выйти из оцепенения, в котором он пребывал последние два года, и провести трудный разговор, кульминацией которого станет то, что он отпустит ее. Он внезапно обрадовался, что она еще не вернулась, перспектива такого исхода истощала его. Драко и девушка остановились. Драко что-то шептал ей, его нос был так близко к ее уху, что его дыхание шевелило завитки ее волос, когда он говорил. Люциусу стало интересно, как она пахнет вблизи, и такая ли нежная кожа у нее за ухом, какой кажется. Ее тело застыло от того, что сказал его сын. Было странно видеть ее такой неподвижной, ему казалось, что за весь день она не переставала двигаться ни на минуту. Она пожала плечами. - Если ты уверен, - пробормотала она. - Не хочешь присоединиться к нам, отец? - Драко повернулся к нему, держа в руках тарелку с едой. Пухленькая питта была разрезана, внутри нее поместилась щедрая порция золотистых фалафелей, намазанных хумусом и еще одним соусом, который он не смог опознать на вид. Тарелку украшал хрустящий салат, все блюдо было усыпано гранатовыми зернышками, похожими на драгоценные камни. Выражение лица Драко представляло собой странную смесь вызова и предвкушения, пока он ждал ответа своего отца. Люциус почувствовал, как у него сжалось сердце, его сын в лучшем случае ожидал от него какой-нибудь язвительный комментарий, но он все равно был готов рискнуть осуждением отца на тот случай, если Люциус примет его предложение. - С удовольствием, - он посмотрел на грязнокровку, нет, Гермиону. Она широко раскрыла глаза в ответ на его слова, но быстро принялась за приготовление третьей тарелки и поставила ее на стол вместе со столовыми приборами. Она скользнула на скамейку рядом с Драко и напротив Люциуса, неосознанно придвигаясь немного ближе к мальчику и избегая взгляда Люциуса. Никто из них не произнес ни слова, и Люциус понял, что и он, и Драко ждут, когда Гермиона начнет есть аппетитную, но странно выглядящую стряпню, стоящую перед ними. Она взяла питту обеими руками и аккуратно откусила с одного уголка. Отец и сын немедленно последовали ее примеру. Люциус не мог до конца поверить, что сидит за выскобленным сосновым кухонным столом в недрах Малфой Мэнора, поедая израильскую уличную еду с маглорожденной ведьмой и своим сыном. Это была одновременно сюрреалистическая и фантастическая ситуация. Его отец перевернулся бы в гробу, а что бы сказала Нарцисса? Что ж, он понятия не имел, какой будет ее реакция. - Это потрясающе, Гермиона, - Драко, похоже, был наименее отягощен связью этого события с потусторонним миром. У него на подбородке было пятно от сметаны. - Спасибо, Драко. У тебя тут немного… - она указала на его подбородок, и он с раскаянием промокнул его салфеткой. - Извини, но это не самое простое блюдо в приготовлении, - она опустила взгляд в свою тарелку, на мгновение прикусив нижнюю губу. - Может быть, мне следовало научить тебя готовить что-нибудь менее проблематичное. - О нет, все идеально, - Драко остановился, собираясь откусить еще кусочек. - Немного испачкаться - это к лучшему, я хочу показать ей, что я не какой-то чопорный, заносчивый чистокровный, который хочет жениться на ней только из-за ее нетронутой родословной. Щеки Гермионы стали такого же цвета, как зернышки граната, а Драко побледнел, когда они одновременно посмотрели на Люциуса. Плечи девушки заметно расслабились, когда он мягко сказал: - Я не знал, что вы с мисс Гринграсс возобновили знакомство, Драко. Краска медленно возвращалась к лицу Драко. - Мы давно не виделись. Я не хотел говорить тебе и маме, пока отношения не станут более серьезными. - И это значит несерьезные? - Люциус обвел рукой блюдо и свидетельства его приготовления, которыми была усеяна вся кухня. Девушка улыбнулась и ткнула Драко локтем в ребра. - Я полагаю, все достаточно серьезно, - он улыбнулся ей в ответ, избегая смотреть отцу в глаза. Несколько минут они ели в тишине. Люциус заставил себя сосредоточиться на еде перед ним, которая была восхитительной, а не на девушке, сидевшей напротив. Стол был узким, и он мог поклясться, что чувствовал жар ее ног всего в нескольких дюймах от своих собственных. - Вы превосходно готовите, мисс Грейнджер. Она вздрогнула от его слов, вилка, которой она ела салат, со звоном упала на стол. - Спасибо, мистер Малфой, - она говорила смело, но ее язык высунулся, чтобы облизать губы, а в ее мягких карих глазах была неуверенность. Он поднял упавшую вилку и протянул ей. Он не был уверен, забавляло его или печалило ее смущение в его присутствии. Кончики ее пальцев коснулись его, когда она забрала вилку, и они оба отпрянули, как ужаленные. Драко, казалось, не замечал всего этого обмена репликами. - Как ты думаешь, нам стоит добавить в цацики побольше мяты? - спросил он, макая палец в соус в манере, которая показалась Люциусу ужасно неотесанной. Он надеялся, что его сын не так ведет себя с мисс Гринграсс. - Я сомневаюсь, - голос мисс Грейнджер был неровным, и она с трудом сглотнула, ее глаза снова метнулись в сторону Люциуса. - Драко, мне нужно идти. Уже поздно, а утром мне на работу, - еще не было 8 часов, но ни один из Малфоев не стал оспаривать ее ложь. Драко вежливо встал. - Без проблем, Гермиона, спасибо за все. - Я была рада помочь, - она огляделась по сторонам. - Тебе помочь прибраться, прежде чем я уйду? - Я помогу Драко с уборкой, - Люциус удивился собственным словам также как и они. Он тоже встал. - Я провожу тебя до ворот, - предложил Драко. - Нет, не стоит, сиди и доедай свой ужин, - она быстро обняла его, затем попятилась, почти выбежав из комнаты с широко раскрытыми глазами, напоминая испуганного оленя. - До свидания, мистер Малфой, - сказала она, не поднимая на него глаз. - Было очень приятно, мисс Грейнджер, - прежде чем она успела предугадать его действия, он поймал ее руку в свою и поднес к губам. Ее кожа была теплой и мягкой, он подавил почти непреодолимое желание провести языком по костяшкам ее пальцев.

***

- Она спешила сбежать, - Драко беззаботно пожал плечами, возвращаясь к столу. - Хочешь еще, отец? Здесь много. Люциус все еще смотрел на кухонную дверь, которая раскачивалась взад-вперед на петлях, в воздухе витал тонкий аромат духов мисс Грейнджер, и он глубоко вдохнул, словно пытаясь уловить его в последний раз. - Да, Драко, я думаю, что хочу еще, - он вернулся на свое место за столом. - И даже больше.