Глава 6. Victualler (Закупка)

Гермиона выгнула спину и застонала от удовольствия, когда длинные, ловкие пальцы скользнули у нее между ног. Она повернула голову. Удовлетворение, мерцающее в серых глазах, которые так пристально, со знанием дела смотрели на ее обнаженное тело, было для нее невыносимым. Она не могла не услышать его тихий стон, когда его пальцы соприкоснулись с ее сочащейся влагой, и не удержалась от взгляда в его сторону. Его глаза были прикрыты и полны решимости. Острый клык впился в мягкую плоть его нижней губы, когда он сосредоточился на ее удовольствии. Она застонала, когда сначала один палец, а потом и второй проник внутрь нее. Она покачивала бедрами под его рукой, возбужденная до предела, в поисках все новых и новых ощущений. И он не разочаровал, его большой палец безошибочно нашел клитор, собирая соки с ее скользкого влагалища и смазывая ими крошечный бутон. - Я хочу тебя, - теперь он склонился над ней, его губы требовательно прижимались к ее губам, он был обнажен, хотя она была уверена, что всего несколько мгновений назад он был полностью одет. - Что же тебе мешает? - она раздвинула ноги еще шире и смело встретила его пристальный взгляд, не заботясь о том, что ее мольбы сделают его победителем. Как будто она не торжествовала, будучи так близко к оргазму. - С удовольствием, - он расположился над ней и толкнулся внутрь, в то время как его горячий язык проник в ее рот. Он проглотил ее крики восторга, когда она подалась ему навстречу, желая, чтобы он взял ее глубже и жестче. Когда он начал толкаться, она откинулась назад, не в силах удержаться, настолько ошеломляющим было чувствовать его внутри себя. Его аромат окутал ее, пьянящая смесь сандалового дерева, жасмина и моря, на любом другом мужчине он мог бы показаться женственным, но на нем он был идеален. Его волосы касались ее лица, в то время как он продолжал терзать ее рот, а его руки удерживали ее бедра с невероятной силой. Она была так мучительно близка. Он прижимался своим тазом к ее таким образом, что каждое движение стимулировало ее клитор, с каждым толчком приближая все ближе и ближе к краю. Ей было плевать, что они лежали на прилавке аптеки, вынуждая все более раздражающегося Северуса протягивать руку через них, чтобы добраться до кассового аппарата. Ей было плевать, что Блейз и Драко должны были пополнять полки бутылками Костероста в рамках подготовки к предстоящему сезону по квиддичу, но вместо этого, похоже, тратили больше времени, незаметно поглядывая в ее сторону и бормоча что-то друг другу. Ей было плевать абсолютно на все, кроме надвигающегося оргазма. - Ты разбиваешь яйца огневицы, - вмешался голос Северуса. - Нужно не разбивать их, а смолоть в порошок, - мистер Малфой даже не запыхался, продолжая вколачиваться в нее. Что? Стоп. Яйца огневицы? Дерьмо! Вздрогнув, она проснулась, скользкая от пота, уткнувшись лицом в подушки, ее бедра неистово двигались по матрасу, когда она наконец кончила. Она купалась в смеси экстаза и унижения, в то время как ее тело дергалось и корчилось, а разум отчаянно пытался отрицать тот факт, что ей только что приснился спонтанный, ошеломляюще влажный сон при мысли о Люциусе Малфое. - Нет, нет, нет, нет, - пробормотала она, садясь и зарываясь в волосы руками. Они были безнадежно спутаны, без сомнения, из-за всех ее извиваний. Это была катастрофа. Мало того, что ей придется на всю субботу продаться Малфою на тот случай, если в его библиотеке могут содержаться (а могут и не содержаться) нужные ей источники информации, так теперь еще она видела эротические сны с его участием. Гермионе Грейнджер не снились эротические сны. А если и снились, то не c Люциусом чертовым Малфоем в главной роли. За исключением того, что у нее только что был один из них, и это был лучший эротический сон в ее жизни. Хотя это еще ничего не значит. До этого у нее был только один, и в нем участвовал Хагрид... Она вздрогнула от этой мысли и откинулась на подушки. Как она, черт возьми, будет смотреть ему в глаза в субботу после того, чем они занимались? Если задуматься, как она будет смотреть в глаза Северусу после того, как переспала с его лучшим другом на прилавке аптеки? Эти мысли ее убивали. Она снова села, с надеждой глядя в изножье кровати, но, похоже, даже Живоглот не хотел с ней спать. Он, наверное, развлекался с какой-нибудь сексуальной кошечкой. Поскольку сон к ней не шел, она могла бы с таким же успехом заварить чашечку чая. После чего потратить пару часов на свою диссертацию. При мысли об ее затруднительном положении в получении мастерства в зельеварении теплое послевкусие оргазма внезапно исчезло. Северус сказал ей не браться за этот проект. Он предупредил ее, что данных недостаточно, и за него стоит взяться только после того, как она получит полную квалификацию и у нее будет достаточно времени путешествовать и просматривать первоисточники в библиотеках Финляндии. С нескрываемым удовольствием она проигнорировала его. И теперь, попав в собственную ловушку, она всерьез опасалась провалить свое обучение. Встреча с Камелией Джонс была настоящей удачей. Она перестала хмуриться при мысли о своей загадочной новой подруге. В ней было что-то такое … теплое, что-то знакомое и успокаивающее. Гермиона почувствовала мгновенную связь с ней, как будто они знали друг друга гораздо дольше, чем тот час, который провели вместе в кафе. И все же она боялась, что потребуется нечто большее, чем помощь Камелии, чтобы выбраться из трясины, в которую она сама себя втянула. Она сомневалась, что сможет пережить позор, если Блейз станет мастером зелий раньше нее. Учитывая все это, перспектива продаться мистеру Малфою за возможность изучить его библиотеку казалась не такой уж плохой идеей. Наверняка, там было хоть что-то, чем она могла бы воспользоваться. Если, конечно, ему все еще была нужна ее помощь. Был уже вечер среды, она взглянула на часы, точнее сказать утро четверга, а от него до сих пор ничего не было слышно. Возможно, он передумал. Ей было сложно представить, что Люциусу Малфою требуется сделать нечто большее, чем просто войти в комнату, чтобы доставить женщине удовольствие. Если простого физического присутствия было недостаточно, чтобы они упали к его ногам, то запах его лосьона после бритья наверняка сделает это. По ее мнению, изысканная кулинария это уже перебор. - Может, ты просто потаскушка, - предположила она вслух. Которая таскает печенье с заварным кремом в свою постель. Она демонстративно забралась под одеяло, прекрасно понимая, что ровно через пятнадцать минут ей нужно вставать и идти чистить зубы. Она никак не могла выбросить из головы мысли о Малфое с тех пор, как они пообедали вместе. Тот неловкий момент, когда она на полном серьезе подумала, что он хочет ее, снова и снова прокручивался в ее голове. Какая же она идиотка. Малфой был эквивалентом породистой скаковой лошади с развевающейся гривой и римским носом, и, следовательно, был приучен к размножению с подобной женщиной. С той, у которой были ноги от ушей, невероятно тонкая талия и писклявый голос; которой не нужно работать, и которая уж точно не стала бы ломать свою хорошенькую головку над получением мастерства в области зельеварения. По сравнению с ними Гермиона чувствовала себя ярмарочным ослом. Скорее всего, она была настолько далека от представления Малфоя о красоте, насколько это было возможно. Это было ужасно обидно, потому что Гермиона прислушивалась к сплетням, а сплетни гласили, что Люциус Малфой был невероятно горяч в постели, уступая первенство только самому Казанове. Что ж, она была бы не прочь попробовать. Ее сексуальная жизнь с Роном была довольно заурядной. Почему-то все думали, что раз она была умна и любила учиться, секс ее не интересовал. Они были далеки от истины. Эти два понятия не были взаимоисключающими, хотя предположение Дина Томаса о том, что на самом деле она использовала учебники в качестве средства для мастурбации, было немного притянуто за уши. Гермиона была уверена, что где-то в параллельной вселенной ее альтер-эго занимается этим днем и ночью. Впрочем, она все еще чертовски боялась Малфоя. В нем было что-то хищное, что-то темное, опасное и экзотическое.... о, здорово, теперь она снова думала о сексе. Тяжело вздыхая она выбралась из постели и направилась в ванную. Ничто так не снижает повышенное либидо, как тщательная чистка зубов зубной нитью. Она наслаждалась полосканием рта своим любимым средством, когда ее напугал громкий стук в окно ванной. Закричав от ужаса, она выплюнула зеленую жидкость, смешанную со слюной, на свою пижаму с кроликами. Кто, черт возьми, мог отправить ей сову в такое время? Она угостила огромного филина кусочком печенья, который тот с энтузиазмом проглотил. Скрестив ноги на кровати в пижаме, теперь уже с пятнами от жидкости для полоскания рта, она нахмурилась, просматривая пергамент. Sole Veronique. Люциус чертов Малфой каким-то образом умудрился выбрать ее любимое блюдо, чтобы произвести впечатление на другую женщину. Она почти поверила, что он сделал это нарочно, пытаясь разозлить ее. Ну, это просто замечательно, не правда ли? Мало того, что она чувствовала себя ослицей, не достойной того, чтобы встречаться с ней или трахаться, так он к тому же собирался навсегда испортить ее любимое блюдо. После этого она даже на виноградину смотреть не сможет. Сердито выключив свет, она провела следующие тридцать минут, беспокойно ворочаясь в темноте, прежде чем встала, прошествовала на кухню и выложила на стол все книги рецептов, которые у нее были. Раз уж она сама подписалась на это, то сделает все должным образом.

***

Люциус аппарировал по адресу, который дала ему девушка. Похоже, он прибыл первым и прислонился спиной к невысокой стене в ожидании. Интересно, придет ли она вообще. Она была явно напугана во время их последней встречи, ну, той последней, о которой она знала. И, определенно, она была положительно настроена по отношению к нему, когда он предстал в образе Камелии Джонс. Он напомнил себе, что ревновать к своему альтер-эго бессмысленно. Ему стоило направить свою энергию на завоевание мисс Грейнджер, находясь в своем нынешнем теле, чем оплакивать способность понравиться ей, только будучи одетым в тряпье. Он чуть заметно вздрогнул, вспомнив свои приключения под оборотным зельем. Ранним утром в четверг ситуация вышла из-под контроля. Он обнаружил, что способность женского тела испытывать множественный оргазм находится за гранью всего того, что он себе представлял. Оглядываясь назад, он понял, что позволил себе немного увлечься. Ощущения были опьяняющими и, вкупе с открытием, что он не так искусен в обращении со своими пальцами, как ему представлялось, он был вынужден стимулировать себя снова и снова, пока не почувствовал себя настоящим экспертом. И, как следствие, заработал незначительное растяжение правого запястья. В тот момент вместо того, чтобы лечь спать, как сделал бы любой нормальный человек, он аппарировал в особенно захудалую часть Лютного переулка и приобрел множество вспомогательных средств, которые позволили ему продолжить свои исследования. В течение четверга он выпил весь пузырек «Иванны» и, когда, наконец, в последний раз вернулся в свое мужское обличие, то обнаружил, что тянется к бутылочке, в которой содержалась эссенция Камелии Джонс. К счастью, та малая толика здравого смысла, которой он еще обладал, остановила его на полпути, он спрятал пузырек подальше и долго стоял под холодным душем. Теперь, несмотря на целых сорок восемь часов рефракции, он чувствовал странную боль, что удивительно, поскольку у него больше не было той части анатомии, которой он так злоупотреблял накануне. Он задумался, не похоже ли это на боль в фантомной конечности после ампутации. Питер Петтигрю часто жаловался, что все еще чувствует свою отсутствующую руку. Люциус содрогнулся от этой мысли и попытался приспособиться. Его размышления о женских половых путях были грубо прерваны приглушенным треском аппарации - неподалеку появилась мисс Грейнджер. Она прислонилась к каменной стене подземного перехода, в который они оба аппарировали, очевидно, собираясь с духом. Люциус наслаждался возможностью незаметно полюбоваться ею. Обжигающе жаркий июнь, который они с трудом пережили, сменился еще более жарким июлем. Он втайне надеялся, что девушка выберет наряд, обнажающий некоторые части ее тела, и был немного разочарован, увидев, что он довольно закрытый. На ней были надеты магловские джинсы, хотя эти, по крайней мере, доходили до середины икры, открывая аккуратные лодыжки и маленькие ступни, обутые в кожаные сандалии. Ее слегка загорелые руки были обнажены, но остальная верхняя часть тела была скрыта свободной серой блузкой из шелковистой ткани. Ее волосы каскадом ниспадали на плечи в той дикой манере, которая ассоциировалась у него со школьными годами – он призадумался, не специально ли она взъерошила их, чтобы попытаться отпугнуть его. Наверное, будет трудно подобраться к ней, не напоровшись на локон, напоминавший ему Медузу. - Мисс Грейнджер, - он кивнул головой, подавляя ухмылку, когда она вздрогнула от его голоса. - Мистер Малфой, - она немного отпрянула, сохраняя слегка нездоровый вид после недавней аппарации. Ее глаза нервно бегали из стороны в сторону, пока она оценивала пути отступления. Он боролся с желанием вздохнуть. Война закончилась много лет назад, неужели она собирается играть эту раздражающую роль испуганной девочки каждый раз, когда оказывается рядом с ним? Возможно, девушку тоже раздражало ее собственное поведение, поэтому она выпрямилась во весь свой полный, но все еще миниатюрный рост и расправила плечи. - Супермаркет там, - она зашагала прочь, не проверяя, следует ли он за ней. Они почти вышли из подземного перехода, когда она остановилась так резко, что Люциус чуть не врезался в нее. Она нахмурилась, глядя на него, и вытащила свою палочку. Повинуясь инстинкту, он в ответ извлек свою собственную, и несколько мгновений они стояли лицом друг к другу, держа палочки наготове. - Я только хотела наложить маскирующие чары, - сказала она. Люциус опустил палочку. - Почему? Девушка резко выдохнула. - Потому что для того, кто думает, что именно маглы приведут к падению волшебного мира, вы не прилагаете особых усилий, чтобы слиться с толпой! Люциус оглядел себя, переваривая ее слова. Он не прилагал особых усилий, чтобы не показаться слишком заинтересованным, но на нем была его обычная волшебная мантия поверх жилета из серебряной парчи. Его шейный платок был элегантно завязан, а на шее поблескивала змея с глазами из драгоценных камней. Он предположил, что выглядел слегка претенциозно по сравнению с девушкой. - Приступайте, - великодушно сказал он, широко разводя руки, словно предлагая ей более крупную мишень. Она коротко взмахнула палочкой, и он почувствовал, как его обдало прохладой. - Отлично, - девушка продолжила идти, и он пристроился рядом с ней. - Я подумала, мы пойдем в Уэйтроуз, - она посмотрела на него снизу-вверх, а затем отвела взгляд. - Обычно я закупаюсь в ASDA, но я не думаю, что вам там понравится. - Как вы добры, - по правде говоря, он не понял и половины из того, что она сказала, но не было никакой необходимости признаваться в этом, не так ли? - Вы когда-нибудь раньше бывали в магловском супермаркете? - они остановились перед большим невысоким белым зданием с зеленой надписью над дверью. Люциус смерил ее мрачным взглядом, и она нервно пожала плечами. - Ну, может быть, в свое время вы ограбили один из них, откуда мне знать? - Я был Пожирателем Смерти, а не пиратом. Она возилась со странным металлическим приспособлением и, не поднимая глаз, ответила: - Я сомневаюсь, что мародерством занимаются только пираты. В любом случае, вы везете тележку, - она подтолкнула к нему странную металлическую корзину на колесиках. Он едва успел ухватиться за ручку прежде, чем она врезалась ему в живот. - Что это? - Это тележка. В нее складывают покупки, когда ходят по магазинам. - Разве нельзя просто левитировать их за собой? - Нет, - сказала она и направилась в магазин. Люциус последовал за ней. Тележкой было на удивление трудно управлять, она имела странную особенность отклоняться вправо. - Почему я должен толкать эту чертову штуку? - он понимал, что его слова прозвучали немного раздраженно, но, на самом деле, ему было интересно, не пытается ли она намеренно унизить его. - Потому что вы мужчина, - в ее голосе послышалась нотка самодовольства. – Посмотрите вокруг. Он огляделся. Они вошли в помещение, казавшееся чрезвычайно большим ангаром. Он был заполнен продуктами, разложенными в ряд на полках с надписями наверху, указывающими на характер товара. Из какого-то невидимого источника доносилась тихая музыка, и маглы с пустыми лицами двигались между проходами, совершенно не обращая внимания на бывшего Пожирателя Смерти среди них. Не считая странного одинокого человека, выбирающего фрукты и овощи, он был вынужден признать, что большинство присутствующих действительно были парами, и почти повсеместно мужчины управляли тележками с покупками. Гермиона достала список и прикрепила его к передней части тележки у его рук. Это действие приблизило ее к нему, и он невольно потянул носом, вдыхая тонкий аромат розы. Она резко взглянула на него. - Мы начнем с фруктов и овощей, - в ее голосе слышалась легкая дрожь. - Я не уверена насчет местной рыбы, так что, возможно, нам придется поискать камбалу в другом месте, в конце концов, это самый важный ингредиент. Люциус глубокомысленно кивнул, на самом деле не слушая ничего из того, что она говорила, но с удовольствием наблюдая, как двигаются ее мягкие розовые губы. Она побрела между рядами, Люциус следовал за ней. Покупатели, казалось, ощущали его присутствие в достаточной степени, чтобы не натыкаться на него, но он все еще чувствовал себя слегка невидимым, хотя и был благодарен девушке за маскирующие чары, теперь он понимал, насколько неуместно выглядел бы в своей волшебной мантии. Маглы, похоже, одевались почти исключительно в джинсы и шорты, он подавил дрожь. - А теперь давайте посмотрим виноград, - казалось, она разговаривала больше сама с собой, чем с ним. - Нам нужен мускат, если есть, - она порылась на полках. – А, вот и он, - она поднесла небольшую корзиночку к его глазам. - Вам нужно проверить, нет ли коричневых пятен, - он кивнул, и она положила виноград в тележку. - Я подумала, что на гарнир можно приготовить картофель дофинуа и какие-нибудь сезонные овощи, как вы думаете? - Звучит восхитительно. Она бросила на него подозрительный взгляд, как будто мысль о том, что он действительно может согласиться с ней, была за гранью абсурда. - Хорошо, нам нужны картофель и чеснок, вперед, - она сделала приглашающий жест в его сторону. Люциус с трудом проглотил возражения, в конце концов, он сам напросился на это. И все же этот опыт оказался не совсем таким, как он себе представлял. Он заметил картошку и почтительно наклонился, чтобы выбрать. Кто бы мог подумать, что существует так много разновидностей? Он поискал взглядом грязнокровку, чтобы спросить ее, какой сорт ему нужен, но ее нигде не было видно, и, почувствовав приступ независимости, он прочитал этикетки различных марок, прежде чем выбрать картофель, заявленный как универсальный. С чесноком было проще. Он распознал его по своим занятиям по зельеварению, хотя понятия не имел, сколько его может понадобиться. Конечно, одной связки будет достаточно. В конце концов, он не хотел отпугнуть свою вымышленную подругу. Чувствуя себя относительно самодовольным, он разыскал мисс Грейнджер, которая стояла перед витриной с персиками. Она выбирала желтые плоды и по очереди подносила их к носу, глубоко вдыхая. - Нам нужны персики? - он взглянул на список покупок. Персиков там не было. - Нет, я просто голодна, - она слегка покраснела. - Кажется, я забыла пообедать. Люциус удивился, как человек может быть не уверен, пропустил ли он прием пищи, но ничего не сказал, просто перегнулся через нее, чтобы взять один из фруктов. - Этот выглядит спелым. Она взяла фрукт у него из рук, и он почувствовал странное облегчение, когда на этот раз она не отдернула руку, когда их пальцы соприкоснулись. - Спасибо, - она положила персик в тележку и добавила к нему банан. Она подняла бровь, глядя на другие продукты в тележке. - Объект вашей привязанности - вампир? - на ее левой щеке была ямочка, которая появлялась, когда она улыбалась. - Конечно, нет, почему вы спрашиваете? Она указала на тележку. - Многовато чеснока для двоих, - ее улыбка стала шире. - Или для двадцати человек, - она прижала пальцы к губам. Люциус нахмурился. - Направо! - она быстро развернулась. - Итак, овощи, - она остановилась перед полкой, уставленной зелеными овощами. - О, морской укроп, - она взяла пластиковый контейнер, прежде чем поджать губы. - Хотя спаржа тоже выглядит аппетитно, и считается, что это афродизиак, так что, может быть... - ее голос затих, и она подняла на него глаза, ее щеки пылали. – Морской укроп подойдет, - она положила две упаковки в тележку и зашагала прочь. Люциус последовал за ней, восхищаясь покачиванием ее бедер и гадая, как далеко распространился этот румянец. Казалось, ей доставляло извращенное удовольствие командовать им. Он не знал, почему это его удивило. Он видел ее взаимодействие с Драко, и еще раньше до него дошли слухи от его сына и Северуса о ее властных манерах. Чего он не ожидал, так это того, что так охотно подчинится ей. Она заставила его бродить взад-вперед по молочному ряду, как ему показалось, несколько часов, пока она опиралась на тележку, постукивая ножкой. Все магловские молочные продукты выглядели одинаково, и его дважды отправляли обратно, когда его выбор сливок и масла по той или иной причине считался неприемлемым. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем их тележка была на удивление забита, и Гермиона направилась в рыбный отдел. В этой части магазина было холодно, и пока она рассматривала рыбу, Люциус заметил мурашки, появившиеся на гладкой коже ее предплечий, и ему показалось, что он видит торчащий сосок сквозь тонкую блузку. Он обменялся зловещими взглядами с огромным лососем и предался краткой фантазии о том, как уложит Гермиону на колотый лед и распорядится ею по своему усмотрению. Он отвлекся на кальмара, предположив, что какими бы ни были его пристрастия, даже они не распространяются на рыбный прилавок Уэйтроуз. Гермиона сморщила нос, и он понадеялся, что у нее не развился внезапный навык легилименции. - Мне не очень нравится их выбор рыбы, - она уперла руки в бока. - Вы не возражаете, если мы поищем в другом месте? Люциус отрицательно покачал головой. Кто он такой, чтобы спорить с шеф-поваром в ее владениях? - Хорошо, - она взялась пальцами за переднюю часть тележки и, уходя, потащила ее и Люциуса за собой. - Тогда нам осталось только выбрать вино. - Ни в коем случае! - Почему, мистер Малфой? - она развернулась, чтобы посмотреть на него с дразнящей ноткой в ее мягких карих глазах. - Вы что стали трезвенником? - Нет, конечно, нет. Но я отказываюсь покупать вино в магловском супермаркете. На мгновение она прикусила губу. - Но оно нужно для приготовления блюда. Он обдумал это. Мысль о том, чтобы взять бутылку из его погреба только для того, чтобы использовать ее для приготовления соуса, казалась довольно кощунственной. - Ну хорошо, - согласился он. - Но я не буду его пить. - Мне бы и в голову не пришло просить вас пасть так низко, - в ее голосе слышалась нотка насмешки, когда она снова направилась к винному ряду. По правде говоря, ему даже понравилось просматривать выборку. Там было несколько вин Нового Света, которые он хотел бы попробовать, но под насмешливым взглядом Гермионы Грейнджер был вынужден притвориться незаинтересованным. Он сделал мысленную пометку вернуться, возможно, замаскировавшись. Гермиона выбрала бутылку дешевого белого вина, этикетка которого заставила его вздрогнуть. - Откровенно говоря, вы даже не почувствуете разницы, - пообещала она, правильно истолковав выражение презрения на его лице. - Вы бы предпочли, чтобы мы готовили, взяв за основу бутылку шампанского двадцатилетней выдержки? Она не стала дожидаться ответа, направляясь в сторону касс. Люциус бросил последний тоскующий взгляд на особенно соблазнительную бутылку аргентинского красного, прежде чем поплелся за ней, как потерявшийся щенок. Касса стала для него откровением. У него чуть душа не ушла в пятки, когда прилавок начал двигаться, и он понятия не имел, как по случайным звуковым сигналам, которые, казалось, пропускал кассовый аппарат, женщина-магл, сидевшая за прилавком, узнала, сколько с них брать. Он держался в стороне, аккуратно упаковывая сумки, как велела Гермиона. Когда была озвучена итоговая сумма, Гермиона порылась в своей вездесущей бисерной сумочке, предположительно в поисках денег. Люциус опередил ее и протянул маленький кусочек пластика женщине-маглу. Он явно наслаждался выражением шока на лице своей спутницы, когда ему предложили ввести свой пин-код, и он плавно набрал четыре цифры на предложенной клавиатуре. Они молча вышли из магазина, Люциус нес их многочисленные сумки с покупками, которые ему не разрешили уменьшить. - Откуда у вас магловская кредитная карта? - она снова посмотрела на него, между ее бровями залегла небольшая морщинка. Ему захотелось разгладить ее кончиком пальца. - Украл у магла, которого убил во время войны. У нее отвисла челюсть. Он закатил глаза. - Я попросил гоблинов из Гринготтса сделать ее для меня. На самом деле у меня есть несколько инвестиций в мире маглов. Имело смысл обзавестись кредитной картой. - У вас есть инвестиции в мире маглов? Она, казалось, была не в состоянии двигаться, поэтому он повел ее обратно к месту аппарации. - Как я уже сказал, в этом был смысл, - бросил он через плечо. Понимая, что ее оставили позади, она последовала за ним. - Ситуация стала очень нестабильной во время возвращения Темного Лорда, и я подумал, что будет безопаснее вывести часть состояния Малфоев в этот мир. - Но вы были на его стороне, - тембр ее голоса становился все выше. - Я был на своей собственной стороне, мисс Грейнджер, - он пристально посмотрел на нее, желая, чтобы она увидела разницу. - Какими бы ни были мои личные чувства, бизнес есть бизнес, и моя задача - защищать семейное наследие, чтобы Драко было что унаследовать после моей смерти. - Лицемер, - послышалось ему, но он не был уверен. Они больше не разговаривали, пока не добрались до подземного перехода. Мисс Грейнджер, казалось, глубоко задумалась. - Я хочу отправиться в рыбный магазин в Корнуолле, - она замешкалась, - я не знаю точного адреса, было бы проще, если бы я аппарировала нас обоих, - она с сомнением посмотрела на него. - Вы компетентны в совместной аппарации? - спросил он только для того, чтобы позлить ее, и по тому, как она поджала губы, было ясно, что ему это удалось. - Ну разумеется. - Очень хорошо, - он протянул ей предплечье, но был удивлен и немного шокирован, когда вместо этого она взяла его за руку. Это был самый естественный жест в мире, их ладони плавно соприкасались, ее ладошка была нежной и теплой, и такой маленькой в сравнении с его. Он не мог вспомнить, когда в последний раз держал кого-нибудь за руку. Внезапный рывок аппарации прервал его размышления. Они приземлились на пустой автостоянке, и она быстро отпустила его руку. - Однажды по моей вине расщепило Рона, - беззаботно заметила она, снова следуя впереди него. Им не потребовалось много времени, чтобы добраться до рыбного магазина на главной улице маленького городка, куда их перенесла Гермиона, но ручки пакетов больно врезались Люциусу в ладони, и приключение в мире маглов начинало понемногу его напрягать. Девушка, к счастью, быстро добралась до рыбного магазина, где запах морепродуктов был более насыщенным и выглядел он гораздо менее эффектно, чем рыбный прилавок в Уэйтроуз. Она быстро выбрала цельную камбалу и наблюдала, как продавец упаковывает ее, когда ремешок ее бисерной сумочки внезапно порвался. Сумка упала на землю с глухим звуком, но изнутри донеслась серия более громких ударов, заставивших Гермиону нервно оглянуться на продавца, который, к счастью, был занят запихиванием рыбы в пластиковый пакет. Они с Люциусом одновременно нагнулись, чтобы поднять несколько предметов, упавших на пол. Люциус приподнял бровь, собирая несколько учебников. - Чары невидимого расширения, - ответила она прежде, чем он успел спросить. Люциус заплатил за рыбу, и Гермиона первой вышла из магазина. Он как раз закрывал за собой дверь, когда владелец магазина крикнул ему вслед: - О, сэр, подождите. Люциус остановился. - Похоже, ваша жена выронила это, - он протянул расческу с деревянной ручкой. - Она не моя.... - Гермиона застыла в дверном проеме, переводя взгляд с него на владельца магазина, ее щеки покрылись густым румянцем. - Э-э, спасибо, - он взял расческу и как можно быстрее вышел из магазина. Они молча направились обратно к автостоянке. - Он так сказал лишь потому, что мы вместе покупали продукты, это считается домашними обязанностями, - девушка заговорила первой. - Понятно. Ни один из них больше ничего не сказал по этому поводу. Люциус крепче сжал ручки пластиковых пакетов, которые теперь еще сильнее впивались в его ладони. - Я могу аппарировать нас прямо на кухню поместья, - предложил он. Она молча кивнула, и он снова взял ее за руку, на этот раз в полной мере наслаждаясь ее прикосновением. Через считанные секунды он, наконец, заполучит ее там, где хотел, - у себя на кухне.