Глава 9

      Я проснулся. Взглянув на часы, я понял, что опять проспал допоздна, но в отличие от нескольких последних недель, сегодня я, наконец, чувствовал себя отдохнувшим и выспавшимся. Взяв в руки телефон, я увидел множество пропущенных звонков от матери. Надо будет позже ей обязательно перезвонить. Хотя я давно живу один, она до сих пор переживает и постоянно мне звонит. Заодно стало ясно, что так звенело в голове в том сне – это был сигнал телефона.       Я побрёл в ванную и мимоходом бросил взгляд на календарь. Надо же! В бесконечной череде сновидений я даже не заметил, что уже наступила зима. Скоро праздники. Перешагнув через кучу нестиранного белья, я подошёл к зеркалу. Из него на меня смотрел заросший небритый человек с заспанными потухшими глазами.       Приведя себя в порядок, я отправился на кухню. Увидев горы немытой посуды, я даже не удивился: в последние дни сил у меня хватало только на то, чтобы наскоро перекусить и вновь завалиться спать. Отыскав в этом беспорядке турку и более-менее чистую кружку, я приготовил себе кофе. После еды я принялся за уборку. На мытьё посуды, стирку и прочее у меня ушёл не один час, зато теперь моя квартира напоминала прежнюю.

***

      Было ещё светло и я решил прогуляться. Погода была хорошая, что называется «мороз и солнце, день чудесный». Повсюду царила предновогодняя суета, рабочие на площади устанавливали чуть кривоватую ёлку, а на окнах магазинов были развешаны праздничные украшения. И только я не ощущал никакого присутствия праздника.       Ноги сами собой вывели меня к прошлому месту работы. Было немного странно оказаться здесь столько времени спустя. Вдруг я увидел, как из кафе, в котором мы всегда обедали, выходила Марина. Хотелось подойти и поговорить с ней, но я не знал, как она воспримет мое появление после того, как я столько времени пропадал. К тому же сквозь витрины я увидел Андрея, который расплачивался и, очевидно, догонял Марину. В нерешительности я замер в десяти шагах. Марина же меня не замечала, так же как не замечала и приближающуюся машину, когда вышла на пешеходный переход.       Зато я, наоборот, всё стал видеть очень чётко. Я видел, что водитель смотрит в экран телефона, а не на дорогу, что Марина набросила на голову капюшон и не видит опасности. В какой-то момент водитель всё же нажал на педаль тормоза, но машина пошла на юз и уже не успевала остановиться.       Не знаю как, но буквально за секунду, я очутился рядом с Мариной. Она медленно повернулась, увидела несущийся на неё чёрный седан и закричала. Я обнял её, закрывая собой, и вытянул руку навстречу машине. Не знаю, на что я рассчитывал, да я даже и не думал, просто действовал наобум, как тогда во сне. Седан стал как вкопанный в полуметре от нас, словно и вправду наткнувшись на невидимую стену. Кажется, водитель кричал. Видимо, он так и не понял, что произошло.       Я повернулся к Марине. Её трясло.       - Кирилл… Откуда ты здесь? Как ты это сделал? – такое ощущение, что она больше испугалась меня, чем того, что могло произойти.       - Не знаю, – честно ответил я.       К нам подбежал Андрей.       - Марина, как ты? Ты цела? Всё в порядке?       - Да, нормально, – ответила Марина.       На меня Андрей не обращал никакого внимания, а секунду спустя уже набросился на вышедшего водителя.       - Ты куда смотрел? Тебе кто права вообще выдал?       Я в разборках не участвовал и тихо спросил у Марины:       - Как ты?       - В порядке, спасибо.       - Марин, послушай, может мы бы могли встретиться, поговорить?       - О чём? – холодно спросила она.       - В прошлый раз я много лишнего наговорил, и я…       - Забудь, – оборвала меня Марина, – это уже не важно.       -Ты теперь с Андреем?       - Какое это имеет значение? Ты куда-то пропал, не давал о себе знать.       - Понимаешь, новая работа, много дел было, постоянно занят – как-то невнятно, словно извиняясь, забормотал я. Ну не мог же я сказать ей, что просто проспал!       - Понимаю, – очевидно, она не верила ни единому моему слову.       - Марина, пойдём, – сказал подошедший Андрей. Он всё так же делал вид, что не замечает меня. Обняв Марину за плечи, он медленно стал уводить её в сторону.       - Марина! – крикнул я вслед, сам не знаю, зачем.       И тут Андрей всё-таки обратил на меня внимание. Он вернулся ко мне и со злостью бросил:       - Вот что ты припёрся? Что тебе от неё теперь надо? Ты сам её потерял, так и оставь нас в покое!       Толкнув меня в грудь, он развернулся и пошёл догонять Марину, а я медленно побрёл домой, по пути пытаясь привести мысли в порядок. Отчего-то мне всегда лучше думается на ходу.       Марина всё-таки выбрала Андрея. Это расстраивало, это злило, но с другой стороны, я не мог её в этом винить. Я действительно на месяц буквально выпал из жизни. Так ведь и я не виноват – чёртова сонная болезнь, знать бы, что это было и прошло ли окончательно. Андрей тоже хорош, тот ещё друг. Просто воспользовался моментом, хотя знал, как я отношусь к Марине. А ведь он действительно разозлился, когда увидел меня, хотя должен был быть, как минимум, благодарен. Всё-таки я спас Марину.       Как, кстати, это произошло? Я до сих пор не понимаю, что я сделал. Автомобиль остановился около нас, когда я вскинул руку, словно создавая защитный барьер, наподобие того, что приснился мне в последнем моём сне. Всё-таки я слишком много времени провёл в снах и, кажется, уже перестал замечать разницу между грёзами и реальностью. Однако почему-то это сработало.       Но ведь это невозможно! Может, он всё-таки сам затормозил? Однако я чётко помню, как смялись бампер и капот автомобиля, как разбились фары, словно при столкновении. А если это так, то что выходит? У меня появилась какая-то сила, но откуда? Или это эффект просачивания, как в известной компьютерной игре, и то, что я раньше проделывал во сне, теперь могу повторить в реальности? Допустим, но как тогда этим управлять? И что вообще с этим делать? Сплошные вопросы и ни одного ответа. Уж не сошёл ли я с ума? В конце концов, я не придумал ничего лучше, кроме как выбросить всё из головы и надеяться, что всё само как-нибудь утрясётся.       Придя домой, я уселся за компьютер и играл до поздней ночи. Откровенно признаться, я попросту боялся ложиться спать, опасаясь, что вновь с головой буду затянут в сонный омут. Однако, в конце концов, усталость взяла своё, и я уснул.

***

      К счастью, мои опасения не подтвердились. Мне ничего не снилось, и я хорошо выспался. Нехотя я встал и принялся готовить завтрак. Холодильник был почти пуст, что и не удивительно, учитывая, сколько времени я не выходил из дома.       Хорошо, что какие-то деньги у меня ещё были, и я отправился по магазинам. Нужно было пополнить запасы, а кроме того, оплатить коммуналку. На походы по магазинам и стояния в очередях ушёл почти весь короткий зимний день. Уже начинало темнеть, когда я, загруженный пакетами, возвращался к себе.       В нескольких кварталах от дома я вдруг заметил, что что-то не даёт мне покоя. Что-то зудело внутри меня, было какое-то неосознанное чувство неуютности, словно кто-то в упор смотрел мне в спину. Я несколько раз оборачивался, но, никого не обнаружив, двигался дальше. В конце концов, нарастающее чувство опасности заставило меня перейти с шага на бег. Вдруг я неудачно поскользнулся и упал на спину, разбросав пакеты. В тот же миг я увидел, что с крыши на меня летит здоровенный пласт наледи и снега. Всё, что я успел сделать – это инстинктивно выставить руки, закрываясь, и лёд с грохотом осыпался вокруг меня, расколовшись на куски о невидимую преграду. Я шумно выдохнул. Теперь я уже не сомневался, что смог создать вокруг себя некий защитный барьер. Другого объяснения, почему я не погиб под завалом, у меня не было.       Я поспешил домой. Опять это случилось… и главное, как? Как у меня проявляется эта странная способность? Только в моменты опасности, или этим можно управлять?       Дома я направился на кухню. Наскоро поев, я сел за стол и уставился в стоящую передо мной чашку, пытаясь сдвинуть её сначала взглядом, а потом выставив руку. Ничего не вышло, и я в ярости швырнул её в стену. Немного успокоившись, я попытался проделать то же самое с вилкой и другими приборами. Ничего не добившись, кроме усталости, я прямо за столом провалился в тяжёлый сон без сновидений.