Глава 13

      Я убил человека…       Я убил человека…       Я убил человека!! Что делать? Что теперь будет? Но ведь он сам напал! Посадят! Это самооборона, я только защищался! Да им всё равно! Господи, что делать? Это же всё случайно! Чёрт!       ЧТО ДЕЛАТЬ?!       Потом был ступор, я долго сидел и смотрел в одну точку. Потом пытался что-то придумать, вскакивал, бродил по комнате, снова садился и, наконец, решился. Первым делом убрал следы драки. Точнее, не так – убрал все следы, указывающие на странность драки. Вызвал полицию и стал ждать.       Наряд приехал минут через пятнадцать. Двое крепких парней, один с автоматом – они явно ожидали от меня проблем. Зайдя на кухню, один из них даже присвистнул. Такого увидеть он точно не ожидал.       - Что случилось?       - Вот, – указал я на тело в углу.       Патрульный тяжело вздохнул.       - И кто это?       - Если я правильно понял – это бывший парень моей девушки.       - То есть вы его знаете?       - Нет, только мельком.       - Рассказывайте, как всё произошло.       - Он явился среди ночи и сразу набросился на меня. Крикнул что-то вроде «Я тебе её не отдам!» и ударил меня. Видите? – я показал на разбитое лицо и продолжил, – я вырвался и побежал на кухню. Он меня догнал, опять ударил и повалил на пол. Принялся душить. Я уже думал – конец. А потом на него упал телевизор и всё кончилось. Мне повезло.       - Да уж, жертва телевидения. А может это кто-нибудь подтвердить?       - Нет, я один живу.       - Всё ясно. Ничего здесь не трогали?       - Нет.       - Хорошо, сядьте в комнате и ждите.       Я ушёл в комнату, а старший патрульный принялся вызывать кого-то по рации. Вскоре приехали люди в белых халатах – видимо эксперты-криминалисты – и принялись суетиться вокруг тела Андрея. Появился следователь.       - Что там? – спросил он у полицейских, приехавших по вызову.       - Похоже на бытовуху. Говорит – случайно, вроде не врёт.       Следователь сходил на кухню, о чём-то пообщался с криминалистами, а затем пришёл ко мне.       - Доброй ночи. Что тут у вас произошло?       Я рассказал ему то же самое, что и патрульным. Он кивнул и спросил:       - Вы знаете, как его зовут?       - Нет.       - Его зовут Андрей Северов. Он работал с вами в одной фирме.       - Ну, – замялся я, – мы виделись пару раз, но близко я его не знал. А что какие-то проблемы?       - Просто интересно, зачем вы решили это скрыть. Может, вы ещё что-то скрываете?       - Вы меня в чём-то подозреваете? Я ведь уже объяснил – это была только самооборона, – я придал голосу максимальную уверенность и попытался внушить эту мысль следователю, как я уже делал это с охранником в клубе.       - На меня не действует ваше внушение, – сказал вдруг следователь.       - Что? – я опешил, – откуда вы знаете?       - А вы думали, что один такой?       - Вы не из полиции, – скорее утверждая, а не спрашивая, произнёс я.       - Завтра эти люди меня не вспомнят, да и вас тоже.       - И что вам от меня нужно?       - Мне? Ничего. Меня попросили просто навести здесь порядок и передать, что вашей вины в случившемся нет. А ещё с вами хочет встретиться и поговорить один очень влиятельный человек.       - Для чего?       - Он даст ответы на все вопросы. Это в ваших же интересах.       - Угрожаете? А если я не приду?       - Меня это не касается. Я сделал то, о чём меня просили, и на этом всё. Если интересно – завтра в одиннадцать в баре «Старый бродяга» – вам ведь должно быть знакомо это место?       Я рассеянно кивнул. Это был тот бар, в который мы заходили с Андреем.       - Сейчас я должен заняться делами, – продолжил следователь, – будет лучше, если вы посидите здесь, пока мы не закончим.       Вскоре вся следственная бригада уехала, увезя тело Андрея с собой, и я остался один на один с собой. Оказывается, мои способности не уникальны, как минимум ещё двое обладали такими же. И неизвестно, что за человек со мной хочет встретится и зачем. Дать ответы на все вопросы, а если это ловушка? С другой стороны, что мешало им схватить меня сейчас, если они хотят именно этого? И что делать? Было почему-то такое предчувствие, что после этой встречи всё изменится, но в какую сторону? В конце концов, что я теряю? Вопросов и вправду накопилось много, а жить в неведении не хотелось. Я решил прийти на встречу, а там будь, что будет.

***

      В бар я пришёл без нескольких минут одиннадцать. Как и в предыдущий мой визит, он был пуст. За барной стойкой всё так же меланхолично протирал бокалы знакомый мне Миша. Я направился к нему.       - Привет, я Кирилл, мы заходили как-то с Андреем, помнишь?       - Да, привет.       - У меня тут на одиннадцать часов встреча назначена, но что-то никого не видно. Ты не в курсе, кто-нибудь бронировал столик на это время?       - В курсе. Никого ждать больше не нужно.       Какое-то время я не понимал, о чём он, а затем удивлённо протянул:       - Так это ты тот человек, который даст ответы на все вопросы?       - Михаил Васильевич Кольцов, к твоим услугам, – кивнул бармен, – но можно по-прежнему на «ты» и просто Миша.       - Ничего себе, а как же бар?       - Бар это другое. Это только для меня. У каждого должно быть занятие, которое позволяет отдохнуть душой. Налить чего-нибудь, кстати?       - Нет, – отказался я, – давай сразу к делам.       - Давай, – легко согласился Миша, – не хочется, конечно, быть похожим на персонажей голливудских фильмов, но придётся.       Он вздохнул и после небольшой паузы заговорил:       - Не так давно у тебя стали проявляться странные способности, отличающие тебя от обычных людей.       Я кивнул в ответ.       - И как ты уже понял, ты не один такой.       - И много нас?       - На самом деле – нет. В нашем городе чуть больше двух десятков, где-то чуть больше, где-то вообще нет.       - И ты у них главный, – уверенно заявил я.       В ответ Миша засмеялся.       - Ты что, думаешь, у нас тут какое-то тайное общество? Нет, у нас нет чёткой структуры и, тем более, главного. Я просто самый старший здесь, самый опытный. Со мной могут советоваться, но все решения все всегда принимают самостоятельно. Так уж сложилось, что мы всегда были одиночками. А подобные нам появились очень давно и во все времена их способности позволяли им добиваться высоких результатов в культурной, научной, государственной деятельности. У всех эти силы проявляются по-разному, но в целом их можно описать, как способность разумом управлять материей.       - Но откуда берётся эта сила? – изумлённо спросил я. И было отчего. Второй раз за несколько недель привычная картина мира рушилась на глазах. Я-то думал, что мои силы – это последствия той странной сонной болезни. Оказалось, что нет.       - Никто не знает. В древние времена это называли магией, в средневековье кто-то принимал это за божью благодать, а кто-то, наоборот, за происки дьявола. В новое время пытались разобраться в этом с помощью науки, в СССР даже был основан Институт мозга, но никаких результатов их исследования не принесли. В конце концов, это просто приняли как данность.       - Деградация добралась и до вас? – с иронией спросил я. – Стало лень разбираться?       - Нет, просто тотальная апатия. Проживи несколько столетий, и ты поймёшь, что такое настоящая скука, когда тебя уже не интересуют ни деньги, ни власть. Ничего.       - Несколько столетий? Не может быть!       - Да, – кивнул Миша, – долголетие идёт бонусом к нашим способностям. В какой-то момент кто-то из нас придумал возможность подсмотреть чужие сны. Это стало единственным лекарством от скуки. От просмотра чужих снов мы получали настоящие живые эмоции, будто каждый раз заново проживали новую жизнь. Так появились сноходцы.       - Сноходцы?       - Да, люди, которые путешествуют во снах. Это современный термин. Когда-то давно таких людей называли пилигримами, потому что всерьёз верили, что во сне человек совершает путешествие между мирами. Но мне больше нравится название, которое в старину прижилось в наших широтах – скиталец.       Я задумчиво кивнул. Да уж, скиталец – это про меня. До сих пор не знаю, чем заняться и скитаюсь по жизни абы как.       - Так вот что всё-таки со мной случилось. Я думал, это какая-то болезнь. Это всё вы устроили?       Миша кивнул в ответ.       - И какова твоя роль в этом?       - Суть в том, что, получив доступ к сознанию спящего, я могу создать то, что ему снится, и он будет ощущать всё как в реальности. Грубо говоря, автором сценария является спящий, а я создаю структуру и декорации. Можно сказать, я воплощаю эти сны, а другие могут за ними подсматривать.       - Так у вас тут кинотеатр, – начал злиться я, – и что, вот так запросто можно влезть в любой мозг?       - Нет, только по согласию, и ты мне его дал, ты даже хотел этого.       - Ты мной манипулировал, говорил то, что я хотел услышать, – возразил я, вспоминая нашу первую встречу. Вот оказывается, с чего всё началось, а я даже не придал этому значения.       - Я должен был это сделать, и не говори, что тебе самому не нравились твои сны. Ведь это наверняка были самые яркие впечатления в твоей жизни. Впрочем, это уже не важно, важнее, почему именно ты пришёл к нам тогда. Всё дело в Андрее. Он самый молодой из нас… был, и ещё не устал от обычной жизни. Поэтому и прозябал в вашей фирме. Случилось так, что он влюбился в вашу Марину, по-настоящему влюбился. Но ты ему мешал. Очевидно, в какой-то момент у тебя стали проявляться первые признаки наших способностей. И вместо того, чтобы объяснить тебе всё, Андрей привёл тебя ко мне, чтобы я сделал из тебя сноходца. Отодвинул конкурента, так сказать. К сожалению, я поздно во всём разобрался. Первые подозрения возникли только тогда, когда я увидел его в твоём сне. Но было уже поздно. Потом ещё то дурацкое покушение на тебя.       - Покушение?       - Да, в тот день, когда тебя чуть не придавило снегом с крыши. События развивались стремительно, и я многое упустил из виду, но хорошо, что ты смог сам с этим разобраться.       - Да уж, хорошо.       - Это была моя вина, я её признаю и приношу тебе свои извинения.       Я некоторое время молчал, переваривая информацию и размышляя.       - Допустим, извинения принимаются, но что дальше?       - Для этого я тебя и позвал. Дальше ты должен окончательно стать одним из нас.       Свободу твою никто не ограничивает, но ты должен будешь соблюдать некоторые правила, самое главное из которых – секретность.       - То есть… – начал я, уже понимая, к чему он ведёт.       - Да, ты зря рассказал всё своей подруге.       - Но я же ничего не знал!       - Это не имеет значения. Мы должны будем от неё избавится.       - Прошу, нет.       - Это не обсуждается.       - Но почему нельзя просто стереть ей память, как это делал вчера ваш помощник?       - В вашем случае это не поможет – у неё слишком большая эмоциональная привязка к тебе, она не сможет тебя забыть. И я тебя прошу – не пытайся её спасать. Оно того не стоит, через десяток лет ты сам её забудешь. Да и не сможешь ты ничего сделать. Жестоко, но такова цена нашего существования.       - А если я не подчинюсь?       Миша сверкнул глазами и, чуть помедлив, ответил:       - «… тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит…»       - Мне тоже нравится Булгаков, но это не ответ.       - Я думаю, он был одним из нас, слишком уж неординарная личность, – он снова вздохнул, – тут все привыкли к размеренному темпу жизни, никто не любит возмутителей спокойствия, и если ты начнёшь баламутить воду, тебя попросту придётся уничтожить.       - Вы не можете просто так распоряжаться чужими жизнями!       - Если это угрожает нашей анонимности, то ещё как можем.       - Могу я хотя бы подумать?       - Да, но не затягивай. И без того уже слишком много произошло. Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор.       На самом деле, выбор у меня небогатый: либо стать бесчувственным созданием, похожим на человека, получить силу и потерять Марину, либо остаться человеком и потерять всё.       - Я подумаю.       - До встречи.       Не прощаясь, я покинул бар.

***

      Я взял время на размышления, но думать тут на самом деле было не о чем. Марина в опасности из-за меня. И хоть она чётко дала понять, что не хочет больше со мной встречаться, я должен спасти её. Вчерашняя злость на неё испарилась. Эмоции ушли, уступив место здравому смыслу. И он подсказывал, что Миша не будет ждать моего ответа, и, скорее всего, уже отправил кого-то за Мариной. Нужно действовать немедленно. Я поймал такси и направился сразу к Марине.       К счастью, она была дома. Дверь отворилась сразу после первого звонка. Видимо, Марина кого-то ждала, однако, увидев меня на пороге, она растерянно замерла.       - Кирилл? Ты что здесь делаешь? Я ведь сказала, что всё кончено.       - Я знаю, прости, что врываюсь, но ты должна меня выслушать.       - Опять?       - Послушай, тебе угрожает опасность, нужно срочно уехать.       - Что ты в этот раз выдумал? – скрестив руки на груди, спросила Марина.       - Марина, пожалуйста, послушай меня, я не вру. Есть люди, которым не понравилось то, что произошло со мной и то, что я тебе об этом рассказал.       - Опять твоя телепатия? – перебила меня Марина, – я ведь уже сказала, что не хочу иметь с этим ничего общего. Оставь меня в покое.       - Прошу, поверь мне. Я со всем разберусь, но сейчас ты должна уехать со мной.       - Что за бред? Уходи, или я вызову полицию.       Услышав быстрый топот сапог на лестнице, я понял, что опоздал. Я втолкнул Марину внутрь квартиры и захлопнул за собой дверь.       - Что ты делаешь? – в панике закричала Марина.       - Тихо, – прошипел я в ответ.       В дверь позвонили, а затем с грохотом застучали кулаком. Я посмотрел в глазок – на площадке стояли два амбала в камуфляжной форме. У обоих на поясе висело оружие и наручники. Вряд ли, кто-то обладающий силами – скорее наёмный персонал из числа людей. Они переглянулись, один поднял с пола таран и принялся методично наносить им удары в дверь.       На пятом ударе дверь не выдержала и распахнулась. Я был готов к этому и взмахом двух рук отбросил вломившихся было наёмников к противоположной стенке коридора. Марина всё это время стояла, замерев с широко раскрытыми от испуга глазами и поражённо молчала. Я схватил её за руку и потянул за собой вниз по лестнице. К счастью, она не сопротивлялась.       Однако всё оказалось не так просто. На выходе из подъезда нас ожидал человек, который вчера приходил ко мне домой в качестве следователя. Не знаю, что он сделал, но я вдруг остановился не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Я слышал, как сзади к нам подбежали наёмники, как кричала Марина, которую выхватили из моих рук, но ничего не мог поделать. Визжащую и сопротивляющуюся Марину затолкали внутрь микроавтобуса, стоящего неподалёку, а затем и меня, всё так же обездвиженного бросили на пол этого же автобуса и сковали руки за спиной наручниками. Только после этого наваждение спало, и я смог хотя бы сесть.       Автобус тронулся, и некоторое время спустя мы подъехали обратно к бару «Старый бродяга». Там нас с Мариной разделили: её под руки увели куда-то вглубь помещения, а меня притянули к барной стойке, за которой по-прежнему стоял Миша.       - Я всё-таки думал, что ты окажешься умнее, – произнёс он с некоторым разочарованием в голосе.       - Очевидно, что я не такой, как ты.       Бармен взмахом руки показал, что не хочет больше меня видеть, и меня увели куда-то в подсобку, где был лифт.       Мы поднялись наверх и шли по длинному коридору. Справа от нас располагался большой зал. За прозрачными стеклянными дверьми было видно несколько человек, которые лежали на диванах перед большими экранами. Всё ясно – так они смотрят сны других людей. От экранов к ним тянулась яркая светящаяся нить. Меня будто током ударило. Я ведь видел это когда-то во сне! Реальность словно пыталась достучаться до меня, но я тогда этого не понял.       Прямо по коридору располагалась обычная ничем не примечательная деревянная дверь. Она отворилась, и я увидел перед собой большую комнату с обитыми, словно в сумасшедшем доме, мягким материалом стенами. Меня втолкнули в комнату, а затем я почувствовал укол в шею, и чей-то голос с издёвкой произнёс:       - Приятных снов.       Дверь за мной захлопнулась, а в следующее мгновение свет в комнате погас. Почувствовав слабость в ногах, я медленно опустился на пол и отключился.