Глава 23 – Если бы ты только знал

      С разочарованным вздохом я закинула наволочку в стирку и перевела тусклый взгляд на своё отражение в зеркале. Если бы не мои волосы, не осталось бы синих пятен. Не стоило ложиться промокшей под дождём. Может, и краситься не стоило.       Пока яйца скворчали на сковороде, я пыталась усмирить растущее волнение и собрать мысли в кучу перед возвращением Дейва с пробежки. Вчерашний день казался настоящим кошмаром и при воспоминаниях обо всём произошедшем меня накрывал стыд. Что теперь? Расставание? Теперь идти мне было некуда. Привет, Невада, встречай своё нерадивое дитя.       Перед взором возникли горящие злобой глаза Билли Джо, и к горлу снова подошёл ком. Я не хотела его терять. Больше всего на свете я желала, чтобы всё это мне просто приснилось. Чтобы он позвал меня на репетицию, чтобы мы сидели рядом и смеялись с неприличных шуток, чтобы он учил меня играть… И никаких скандалов, никаких ссор… Как ему удалось незаметно так крепко привязать меня к себе, что даже одно представление о его исчезновении выворачивало мою никчёмную душу наизнанку? Уберите Билли из моей жизни, и в ней ровным счётом ничего не останется. Даже меня. Только вот сам он чувствовал совсем иное.       И глупо было его в этом упрекать.       Когда в замочной скважине раздался щелчок, я вздрогнула и отвернулась к плите, набираясь смелости. Дейв молча снял кроссовки и прошёл мимо, в сторону ванной. Тянуть дальше было нельзя, и я наконец решилась:       — Будешь яичницу?       Ничего лучше не придумалось. Парень остановился и в растерянности обернулся.       — Гм… Да, — как-то неуверенно ответил он. — Только душ приму.       Как только он скрылся, из груди вырвался тяжёлый вздох. Хорошо, хотя бы так. Очень хотелось спрятаться в спальне или вообще убежать из дома, однако я взяла себя в руки. Впереди — самое сложное.       Вскоре Дейв вернулся, принеся в кухню довольно приятный запах мужского геля для душа. Он сдержанно поблагодарил меня за поданную тарелку с завтраком (для него уже вторым), и в воздухе повисла давящая на плечи напряжённость. Сделав глоток кофе, я уставилась в пол и пробормотала:       — Я вчера… сорвалась. Прости.       На долгий миг воцарилась неуютная тишина, изматывающая нервы неопределённостью: что должно сейчас произойти? Дейв пристыдит меня за отвратительное поведение? Наговорит чего-нибудь ещё про моего «недостойного» бывшего друга, из-за чего я снова выйду из себя? Выставит за дверь?       Однако он вздохнул и слегка откинулся назад, о чём я могла лишь догадываться по звукам, поскольку всё ещё избегала зрительного контакта.       — Я тоже повёл себя… некрасиво. Не стоило рыться в твоих вещах. И эта встреча с Билли…       Я украдкой глянула на Дейва: он в задумчивости смотрел на остатки еды. Затем внимательные светло-карие глаза встретились с моими, но в них не было ни капли злобы — скорее любопытство.       — Ты говорила, он — твой самый близкий друг.       Вяло кивнув, я подумала: а точно ли он им являлся? Нет, конечно, я считала Билли Джо лучшим — и единственным — другом, но разве можно так утверждать, когда в этом убеждена лишь одна сторона? Крайне неразумно наделять человека ролью, о которой он и не подозревает. А потом выясняется, что он ни в коем случае не претендовал на это звание и вообще не собирался ни в чём таком участвовать. «Выходит, всё прямо как с тем поцелуем: думаешь одно, а получаешь… — грустно усмехнулся внутренний голос. — Ничего нового».       Дейв тоже погрузился в размышления, явно не приносящие ему ничего приятного.       — Понимаешь… — осторожно начал он с интонацией, которую применяют, когда очень не хотят обидеть, — у меня в окружении есть девчонки, и мы считаемся друзьями. Но их самые близкие друзья, — подчеркнул он, — всё же девушки. А у вас с Билли что-то… другое. Я правда пытаюсь, Лин, пытаюсь с этим смириться. Пытаюсь закрыть глаза на то, что он мужчина, но каждый раз появляется что-то ещё, и я просто не могу понять, почему ты с ним общаешься. — Дейв сокрушённо покачал головой, не в силах что-либо добавить.       «Почему? — с печалью подумала я. — Наверное, потому что с ним комфортно и весело. Потому что рядом с ним я действительно живая. Потому что он каким-то образом возвращает мне то, что было давно утеряно. Хотя на самом деле всё гораздо проще, я просто…»       Промелькнувшая мысль привела меня в неимоверный ужас. Боже, нет, это неправильно. Так нельзя, я столько раз себе это повторяла. Столько сил потратила, чтобы прогнать эти треклятые фантазии. Да и смешно, просто до глупого смешно! Как можно о таком думать, когда всё рушится, когда песком сыпется сквозь пальцы…       При взгляде на поникшего Дейва сердце сжалось. Он не заслуживал этого.       — У меня была когда-то подруга, но мы разошлись, — сказала я, после чего слабо улыбнулась. — Так что я такая же девчонка, дружащая с другими девчонками. Просто заменить её никто не смог. А Билли… — Я замешкалась на мгновение, не зная, стоит ли это говорить, но отступать было поздно. — У нас с ним был когда-то разговор… В общем, не интересуют его отношения. Ему больше нравится свобода и интрижки на одну ночь.       Можно было и получше слова подобрать, чтобы не выставлять Армстронга в ещё более невыгодном свете. И реакция Дейва это подтвердила: он рассмеялся.       — Ладно, понял. Но воспринимать его лучше после этого я точно не смогу, извини.       Я подхватила его смех, хоть и звучала более устало.       — И не надо. Не знаю, увидишь ли ты его ещё.       Дейв нахмурился.       — Что у вас вчера произошло?       Перед взором снова замелькали тёмные улицы и несущиеся навстречу фары. Вздрогнув, я невольно дотронулась до ушибленного плеча, хотя сильнее всего болело совсем в другом месте. Всю ночь я съёживалась, сжимала грудную клетку руками, стискивала зубы, но не могла это заглушить. И эти проклятые мысли… Они никуда не девались: всё терзали и терзали. Словно Армстронг проник в мою голову и оставил там чёртово клеймо.       От моего рассказала у Дейва чуть ли волосы дыбом не встали. Еле удалось отговорить его от того, чтобы ехать к Билли Джо и устраивать разборки.       — Если после всего этого он не приползёт на коленях извиняться, я его сам за шкирку притащу, — серьёзно заявил Дейв. — Если хочешь, конечно.       Многозначительно посмотрев на него, я забрала тарелку и отвернулась к раковине.       — Не нужно. Не хочу об этом вспоминать.       Вода хлынула из крана, и подобно ей из квартиры выплеснулось напряжение, сковывавшее мышцы. Вероятно, Дейв почувствовал то же самое.       — Хочешь сходить куда-нибудь? — предложил он.       Кажется, именно это мне и было нужно. Проветрить голову. Убедить себя, что жизнь продолжается.       И на какое-то время это получилось.       Мы с Дейвом неплохо провели день, и я даже поймала себя на мысли, что это нас сильнее сблизило. Но в понедельник я впервые пожалела, что у нас разный график. Стоило остаться одной, как всё попрятанное вылезло наружу, то и дело дёргая за ниточки. Ещё никогда я так не мечтала о приближении вечера, поскольку отвлекать меня было некому, а сама я справлялась весьма паршиво. И как назло, когда я смогла хоть чем-то себя занять, мне случайно набрал Майк. Положив трубку, я спохватилась, что не спросила, всё ли в порядке с Билли, но сразу себя одёрнула: зачем мне это знать? Чтобы снова выставить себя дурой? Конечно, с ним всё в порядке. И без тебя, Кейли.       Пока я считала минуты до прихода парня, позвонила мама. Бормоча стандартное «нормально» на вопрос, как у меня тут дела, я про себя усмехнулась: создавалось впечатление, что в моей жизни ровным счётом ничего не происходит, хотя последние два месяца утёрли бы нос нескольким годам.       — Как там тот мальчик, Дейв? Вы не общаетесь теперь?       Да, о своих первых отношениях я так и не решилась ей рассказать. Для мамы Дейв был моим бывшим однокурсником и коллегой по работе, который ушёл в другую компанию. Ничего более.       — Общаемся, — уклончиво ответила я.       — Кажется, он неплохой парень. — Похоже, ей самой стало неловко, поэтому она тут же сменила тему: — Можешь поспрашивать у него про работу. Пригодится.       В этом точно не было необходимости: Дейв постоянно говорил о работе, то жалуясь на клиентов, то гордясь своими успехами. Но я подумала о другом. «Неплохой парень». Да, он и вправду хороший. И он рядом со мной. Я не одна, что бы там ни нашёптывал внутренний голос. У меня есть родители и Дейв.       Вопреки всем надеждам, вторник выдался не лучше. Первый день смены превратился в одинокое заточение в четырёх стенах, где мысли пустились в свободный полёт. Каким бы абсурдом это ни было, но взгляд то и дело метался к дверям, высматривая знакомую фигуру. Может, он придёт поговорить? И почему я всё ещё этого жду?       Пытка закончилась только в автобусе, когда Беркли остался позади.       Я в нетерпении вбежала в подъезд, прося вселенную, чтобы Дейв был дома. Мы бы могли смотреть телевизор или обсуждать его коллег. Мне всё ещё было трудно выдумывать не односложные ответы, но это было неважно. Лишь бы он не молчал, лишь бы заполнял невыносимую тишину. Не позволял навязчивым образам завладевать сознанием.       Наконец я распахнула дверь… и застыла на пороге, даже не сразу закрыв её. За нашей кухонной стойкой вполоборота сидел Армстронг; зелёные проницательные глаза устремлены на меня. Неподалёку, прислонившись к стене, стоял Дейв, явно не получающий удовольствия от такого общества. Почти одновременно парни сдвинулись с места: Билли поднялся со стула, Дейв шагнул в сторону. Похоже, минуты до моего появления они провели в крайне натянутой атмосфере.       — Лин, к тебе… пришли, — с некоторым усилием произнёс Дейв, однако, к своему облегчению, я отметила, что особой злобы в его голосе не слышалось. — Я буду у себя, если что.       Он скрылся в своей спальне, оставляя нас наедине. Пребывая в полной растерянности, я жестом пригласила Билли Джо к себе в комнату, бросила рюкзак у кровати и повернулась. Мгновение мы безмолвно глядели друг на друга, затем Билли развёл руками и удручённо покачал головой.       — Чёрт, я не знаю, что сказать.       Я его понимала: у меня самой словно образовалась пустота внутри, из которой не выудишь ни единого слова. Подперев плечом дверной косяк, он продолжил:       — Я был пьян и… и это никакое нахрен не оправдание. Твой парень еле сдержался, чтобы не набить мне морду, и, знаешь, наверное, это было бы правильно. — Он сделал паузу. — И ещё он попросил меня дыхнуть, так что проверку на трезвость я вроде как прошёл.       Из груди невольно вырвался слабый смешок. Дейв в своём репертуаре.       — И руки я ему тоже на всякий случай показал. — Билли вздохнул и поднял на меня измученный взгляд. — Кей, я всё ему объяснил. Что ты против всего этого и ни разу ничего не употребляла. Надеюсь, он понял. И вообще, надо было сразу ему это сказать, но я так взбесился… И когда ты прислала сообщение, честно, я хотел его прибить. А в итоге чуть не убил тебя. — На миг он замолчал. — Нет, всё-таки пусть разобьёт мне нос, я… Ты чего?       Билли в замешательстве смотрел, как я всеми силами сдерживаю смех, прижимаясь к стене. Нет, такую глупость ещё надо было выдумать! Да ещё и в такой момент… И от этого становилось только смешнее.       — Ты снял меня с моста, — выдавила я, еле справляясь с дыханием, — чтобы потом угробить в аварии.       Тут меня всё-так прорвало. Пару секунд Армстронг тупо пялился на мою содрогающуюся фигуру. Потом уголки его губ дрогнули.       — Блядь. Это не смешно, Кей. — Он прикрыл рот рукой, пряча улыбку. — Ни черта не смешно!       Его попытки не захохотать были такими комичными, что лишь подливали масла в огонь.       — Чего тогда смеёшься?       — Не смеюсь я! — выпалил он, отворачиваясь. — Я плачу! От того, насколько у тебя чудовищное чувство юмора!       Нам понадобилось некоторое время, чтобы успокоиться. Наконец Билли сделал глубокий вдох и вновь посмотрел на меня.       — Ладно, вообще-то, у меня кое-что есть для тебя. — Он выскользнул из спальни и вернулся с чёрным чехлом для гитары, который вручил мне. Я в замешательстве приняла его. — Открой.       Я робко расстегнула молнию и при виде потёртого грифа удивлённо глянула на Билли.       — Это та самая… с распродажи?       — Ага, — кивнул он. — Знакомый подлатал корпус, теперь почти как новая. Я подумал, тебе нужно для практики, но сейчас… Не знаю, захочешь ли ты её брать.       Вместо старой облезшей краски теперь блестела новая — чёрная. Совсем как моя гитара, оставшаяся в Неваде. Я восхищённо провела по настроенным струнам, представляя, как буду коротать с ней унылые одинокие будни.       — Это… классно, — прошептала я. — Спасибо.       Волнение сплелось в крепкий узел. С какой целью он здесь? Просто извиниться перед окончательным прекращением общения или с намерением возобновить дружбу? Вряд ли он понимает, что это для меня значит. Но стоит ли объяснять? Впрочем, если мне рассмеются в лицо, я мало потеряю. Ещё вчера я считала, что он больше не объявится, и была готова это принять. Но сейчас, когда Билли был прямо здесь, совсем близко, всё во мне трепетало: если есть хоть малейший шанс, я не имею права его упустить.       Медлить нельзя. Собираться с силами некогда.       Я набрала воздуха в грудь.       — Если ты… не хочешь больше общаться — просто скажи. Я пойму.       Руки пробила дрожь. В попытке спрятать её я обхватила себя. Даже сквозь бурю эмоций прорвалась странная мысль: что-то мне это напомнило. Ах да. Подобные слова уже звучали ранее, только из уст Билли Джо. Забавно.       На мгновение, показавшееся вечностью, Билли впал в ступор.       — Кей, я… — Он усиленно подбирал выражения. — Я не хочу быть препятствием. Не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы с Дейвом.       Дейв. Опять Дейв. Будто он непреодолимая преграда, испепеляющая любого, кто рискнёт подойти. Хотелось завыть от досады. Это не тот ответ, который был мне нужен.       — А чего ты хочешь? — спросила я, испытующе глядя на Армстронга.       Зрительный контакт оказалось не так-то просто поддерживать, и я быстро сдалась. Наконец Билли заговорил; голос его звучал мягко и одновременно с этим уверенно:       — Я хочу, чтобы было как раньше. И ещё хочу пригласить тебя со мной в студию.       Меньше всего ожидая услышать это, я в смятении уставилась на него.       — Студию?       — Ну, правда, не для записи. Один мой друг владеет небольшой студией и разрешил мне попользоваться фортепиано, когда никого не будет. Ты говорила, тебе интересно, как там, так что… мы могли бы сгонять вместе.       В голове всё перемешалось. Я действительно делилась с ним такой своей маленькой мечтой, но и предположить не могла, что он воспримет это всерьёз. Невероятно! Наверное, такой восторг я испытывала в последний раз, когда меня брали в торгово-развлекательный центр в детстве. Даже простая экскурсия по звукозаписывающей студии представлялась мне чем-то потрясающим.       — Ого, — только и выдала я. — И когда?       — Пока точно не скажу, жду звонка от него. — Билли настороженно посмотрел на меня. — Если, конечно, Дейв не будет против.       Я вздохнула:       — Он не настолько страшный.       Хотя, справедливости ради, прозвучало это не слишком уверенно. Как он отреагирует на эту затею после всего произошедшего? Мы только-только наладили отношения…       В комнате повисла неловкость. Билли переступил с ноги на ногу.       — Друзья? — осторожно спросил он.       Я открыла было рот, но тут же осеклась, с ужасом осознав, какая именно фраза вертелась на языке. Та, которую я даже мысленно не осмеливалась произнести. Запретная. И, не имея больше ни одного подходящего слова, я поддалась иному порыву и в следующее мгновение уже прижималась щекой к грубоватой джинсовой куртке, заключив Билли Джо в крепкие объятия. Сердце сильно застучало в груди, и пришло слегка запоздалое понимание: стоило всё же подумать, прежде чем вытворять такое.       Чуть погодя на спину мне почти невесомо легли ладони Билли.       — Будем считать, что да, — с улыбкой в голосе заключил он.       Моя странная выходка смутила нас обоих, поэтому я поспешила отлипнуть от парня и робко убрала руки назад. Ну вот, не успели мы толком помириться, а я уже цепляюсь за него, как за спасательный круг. Очередной повод постыдиться перед сном.       Дейв, конечно, не светился от счастья, но возражать по поводу студии не стал, хотя в его взгляде всё ещё читалось неодобрение. Одному богу известно, сколько продлится эта вражда. И одна догадка никак не давала мне покоя: несмотря на то, что Дейв очень хотел меня поддержать и желал мне только лучшего, скорее всего он искренне надеялся, что Армстронг больше никогда не появится в нашей жизни.

***

      Когда за последним посетителем с перезвоном колокольчиков закрылась дверь, я в нетерпении проверила время: полчаса до конца рабочего дня. Сегодня мы с Билли наконец-то едем в студию. Дейв был не в восторге и даже не старался скрывать это. Моя смена выпала на оба выходных, и проведение вечера воскресенья с не вызывающим доверия другом вместо парня мне самой казалось в некотором роде преступлением. Чтобы сгладить ситуацию, я не пошла на концерт в субботу. Но отказаться от студии было выше моих сил, тем более что Билли осторожно намекнул на некую связь с моей недоделанной песней, про которую я и думать забыла. Теперь меня распирало от любопытства.       Минут за десять пришло сообщение; я чуть не подскочила на месте от предвкушения, ожидая увидеть имя Билли Джо, однако искра быстро потухла: это был Дейв. Пробежавшись по тексту, я от досады выругалась вслух:       — Чёрт…       Он писал, что у него внезапно нарисовались гости и ему очень важно, чтобы я присутствовала. И хотя он вежливо спросил, можем ли мы перенести нашу поездку с Билли на другой день, было предельно ясно: ответ «нет» здесь попросту не предусматривается.       Разочарованно откинувшись на спинку стула, я набрала Армстронгу.       — Да?       — Прости, я не смогу, — виновато призналась я, готовая чуть ли не заплакать. — Езжай один.       Прежде всего он собирался практиковать игру на фортепиано (вернее, вспоминать: оказалось, он играет с детства), а уж потом, возможно, делать что-то с моей несчастной песней. Я не могла настаивать на переносе только ради того, чтобы посидеть рядом.       На другом конце послышался вздох.       — Я всё равно уже тут. Выходи — подвезу до дома.       И действительно — чуть поодаль от магазина стоял серый шевроле. Забравшись внутрь, я расстроенно плюхнулась в кресло и сложила руки на груди. Что ж, по крайней мере, есть, с кем разделить обиду.       — Что там стряслось?       — К нему кто-то пришёл, и без меня почему-то нельзя, — надулась я, а затем в порыве эмоций выдала: — Он специально, да?       Билли с усмешкой изогнул бровь.       — Мне ты не разрешаешь так о нём говорить.       Я отвела взгляд. Да, мне тоже не надо было выражаться таким образом. Но это просто невероятно обидно.       Поймав себя на нервном покусывании губы, я достала купленную для таких случаев помаду и принялась маскировать раны. Дейв говорил, что мне идёт такой неброский, холодный оттенок бордового, и специально целовал в щёку, чтобы ничего не смазать. Ну а я довольствовалась тем, что он не чувствует неприятную шероховатость.       — Можем в другой день съездить, — подал голос Билли. — Не обязательно вечером. Могут быть окна днём.       Я удручённо покачала головой:       — У меня два собеседования на неделе. У тебя выступления. Задолбаемся время подбирать.       Билли задумчиво смотрел на дорогу.       — Кей, тебя же тошнит от всех этих компаний… Это какой-то мазохизм.       — А что ты предлагаешь? — хмыкнула я.       — Оставить всё как есть, — ответил Билли с нотками недоумения: мол, почему я вообще не беру во внимание самый очевидный вариант?       Я еле удержалась, чтобы не закатить глаза. Боже, ну как ему объяснить?       — Во-первых, меня и так могут скоро уволить. А во-вторых… — Я пожала плечами. — Странно как-то — всю жизнь просидеть в книжной лавке. Нужно что-то посерьёзнее.       — Это тебе твой Дейв вдолбил, что ли? — нахмурился Билли. — Кей, в жизни главное — делать то, что любишь, а не следовать какой-то сраной инструкции, написанной хер пойми кем.       Ну вот, началось. В мире Билли Джо шестерёнки крутились совершенно иначе. Вернее, мир тут ни при чём: сам Билли был другим. Он просто хотел и делал, и никакой условный «Дейв» не мог убедить его в том, что так нельзя. Казалось, исходящую от него ауру независимости ничто не было способно погасить. Интересно, как к его образу жизни относятся родители? Знают ли они хоть что-то о нём? Билли практически никогда не упоминал о своей семье, а те обрывки, которые мне довелось слышать, не давали ясной картины. Создавалось впечатление, будто этих людей не существует. Нет! Ужасно звучит. Будто они… где-то в прошлом. Чёрт, лучше не стало.       Я устало подпёрла голову рукой и уставилась в окно.       — Я уже не знаю, что люблю и чего хочу.       Признание вырвалось само собой. Возможно, он не поймёт, ну и пусть. Боже, я словно опять сижу на крыше с Сидни и мечтаю просто быть кем-то другим. Тем, кто знает, что ему нравится. Тем, кто горит хоть чем-то и стремится к этому. А не маленькой потерянной девочкой, которую отвращает даже отражение собственных пустых глаз в зеркале.       Когда не знаешь, куда идти, любая инструкция сойдёт.       В салоне повисла непривычная тишина: я вдруг заметила, что в этот раз Билли не включил музыку.       — Ты имеешь право пробовать, — наконец произнёс он. — Кей, я не шутил про J’s Party. Мы уже сейчас можем выступить с нашим кавером.       Выступить. При мысли о десятках взоров меня охватило не самое приятное волнение. А от представления реакции Дейва на подобное заявление оно лишь усугубилось.       — Дейв не поймёт.       — Да и чёрт с ним! — не выдержал Армстронг, но при моём многозначительном взгляде смягчился. — Кей, просто поговори с ним. В самом деле, он что, в кандалы тебя заточит и решётки на окна поставит? — Я слабо улыбнулась, а Билли продолжил: — Я хочу исполнить эту песню, и мне нужен твой голос.       От этих слов тепло разлилось в груди. Он не хотел петь один. Он хотел, чтобы с ним была я.       По просьбе Дейва я забежала в кондитерскую за пирожными и не спеша направилась к дому, размышляя о том, как лучше сообщить ему о своих планах. И правда, почему он обязательно должен быть против? Дейв знал о моём увлечении музыкой, знал, что мы с Билли записали песню. Он поймёт. Непременно поймёт.       Повернув ключ, я открыла дверь.       — А вот и Кейли! — радостно провозгласил Дейв, подходя ко мне.       Кейли? С чего вдруг он решил назвать меня так?       Подняв голову, я наткнулась на приземистую женщину в кухонном фартуке и с убранными в высокий пучок светлыми волосами, отвлёкшуюся от шинковки овощей. Внутри у меня что-то оборвалось; улыбка застыла на лице, а в глазах всплеснулся панический ужас. Передо мной стояла миссис Митчелл. Мама Дейва.       Я помнила её с выпускного: мы мельком познакомились, я поблагодарила её за видео с вручением, и на этом всё. Даже вступив в отношения, я пока не планировала ставить в известность ни своих родителей, ни его. Мы не обсуждали это с Дейвом, и у меня не возникало даже малейшего сомнения, что он думает иначе. Господи, это какой-то абсурд. Я сплю?       Забрав у меня коробку с пирожными, Дейв предложил присоединиться к его маме в приготовлении ужина, и я скромно встала напротив.       — Смена в выходные! Не повезло, — отметила миссис Митчелл, нарезая картофель.       Не успела я ответить, как рядом вновь возник сияющий Дейв. Казалось, он был в полном восторге, наблюдая за общей готовкой его мамы и девушки. И как бы мне ни хотелось разделять его чувства, я просто не могла. Ну почему нельзя предупредить заранее? Почему он даже не поговорил со мной?       — Скоро всё будет нормально. Лин активно ищет работу.       — О, и в какой сфере?       Провалиться бы сквозь все три этажа и убиться к чёрту.       — В основном финансы, — выдавила я.       — Ты же из другого города? — уточнила миссис Митчелл. — Помню, родители не смогли приехать на выпускной.       — Пригород Лас-Вегаса. Они не знали, будут ли свободны, так что…       — Кстати, кстати! — перебил Дейв, оживившись ещё больше. — Лин, расскажи, кем работает твой папа. Я был в шоке, когда узнал, — возбуждённо обратился он к матери.       Когда люди так реагировали на профессию отца, мне становилось крайне неловко, поэтому я старалась лишний раз не упоминать. К счастью, не у всех это вызывало бурный интерес. Однако Дейв относился к первой категории.       — Он владеет ресторанной сетью…       — Vegas Taste! — не выдержав, договорил за меня парень, в нетерпении глядя на маму.       Та в приятном удивлении подняла брови.       — О! Они недавно открылись в центре, мы были там на годовщину свадьбы. Очень хорошее место. Семейный бизнес? Папа не готовит тебя к передаче штурвала? — засмеялась она.       — Ох, нет, — смутилась я. — Из меня не выйдет руководитель.       По правде говоря, родителям было бы проще родить более подходящего кандидата, нежели натаскивать меня. Миссис Митчелл понимающе закивала.       — Да, тут нужна сильная рука. Это должно быть в крови. Не дано — так не дано.       — Уверен, Лин преуспеет в другом, — с улыбкой отозвался Дейв. — Главное, чтобы какая-нибудь компания увидела её потенциал. И она станет прекрасным специалистом.       Улучив момент во время ужина, я улизнула в туалет и, упёршись в раковину, сделала глубокий вдох и выдох. Мама Дейва была чудесной женщиной, она отнеслась ко мне с большой теплотой. Но её одобрение предназначалось не мне, а кривому отражению, в котором я едва ли узнавала свои черты. Если бы только я могла поговорить с Дейвом заранее… Но, видя, с какой гордостью он представляет меня в нужном ему свете, я уже сомневалась, что из запланированной беседы вышло бы что-то путное.       Достав телефон, я быстро напечатала Билли: «У меня ЧП. Он пригласил маму на ужин».       Ответ не заставил себя долго ждать: «Ты встречаешься с долбаёбом, Кей».       Я закатила глаза. Сколько Армстронга ни проси, он всё равно не упускает возможности унизить моего парня.       «Это не решение проблемы»       «Решение ты должна принимать сама, исходя из этого факта. Он должен был предупредить»       Помощник из него так себе, конечно. Однако в некоторой степени мне всё же полегчало. Было важно хоть с кем-то поделиться.       Мы засиделись допоздна. Миссис Митчелл много рассказывала про школьные годы Дейва, в особенности про его успехи в спорте: он был капитаном футбольной сборной и часто участвовал в соревнованиях. Весь вечер с лица Дейва не сходила улыбка; я даже простила ему эту внезапную встречу. Он был по-настоящему счастлив.       Выйдя из душа, я устало завалилась в постель и обнаружила сообщение от Билли Джо. Это оказалось видео, на стоп-кадре которого он сидел за фортепиано. Я с любопытством включила запись. Сначала он сыграл несколько аккордов, создавая довольно красивый мотив, а затем запел, и я вся обратилась в слух, узнав знакомые слова.

Вот и всё. Я снова одна. Не могу даже сдвинуться с места. И до боли звенит тишина; Никуда от неё мне не деться. Знаю, нужно собрать, Починить всё, что сломано было. Может быть, когда будут силы, Может быть, когда будут силы…

      Это было то самое моё стихотворение, которое Билли когда-то предложил превратить в песню. Я уже и забыла об этом со всеми произошедшими событиями: переезд, собеседования, скандалы… И когда он намекнул, что хочет что-то с этим сделать, я была в невероятном предвкушении. Тогда, почти месяц назад, он лишь придумал простую мелодию на гитаре и слегка переделал текст. Но теперь как будто нашёл подходящее звучание.

Жизнь, прошу, дай мне пару мгновений, Я не вижу твоих направлений, Что меня ждёт впереди? И куда мне теперь идти?

      Мы не продвинулись дальше припева, однако, к моему удивлению, Билли продолжил петь. Затаив дыхание, я ловила каждое новое слово, которое слышала впервые.

Смысла нет кричать в пустоту, Вспоминать то, что кануло в лету. Где-то там, на разбитом мосту Силуэт рассыпается пеплом. Я обещаю тебе: всё пройдёт И когда-нибудь станет легче. В этом мире такой есть закон: Ничего в нём не бесконечно.

      И снова припев. Глаза заслезились, а губы не переставали улыбаться. Он написал второй куплет и сделал это от своего лица. Даже пел немного иначе, по-своему, не повторяя точь-в-точь мою партию, а в припеве постарался выстроить гармонию. Я не могла поверить ни глазам, ни ушам: он сочинил для меня песню. И, вероятно, если бы не сегодняшний форс-мажор, здесь звучал бы и мой голос тоже.       Перед тем как завершить съёмку, Билли поднял взгляд на камеру и подмигнул, и в этот миг моё сердце окончательно растаяло. Не удержавшись, я вновь посмотрела видео и была готова расплакаться от эмоций.       Господи, Армстронг, что ты со мной делаешь? Если бы ты только знал…