Глава 12. Последствия?

— Но это же совершенно невозможно! — Ну почему же? Что, если до нас там никого не бывало? — Тогда каким образом оно оказалось у нас? А? Сестры битый час спорили о Темном мире, в котором побывали накануне. С утра пораньше, не сказав ни слова Джейкобу, Вэл с Эл отправились к мистеру Флафу делиться ужасным приключением. Он слушал их внимательно, посмеивался, хихикал, приоткрывал радужные глаза. И, быть может, смог бы что-то им ответить, но сестры так увлеклись спором, что тот просто слушал. — Они могли пропустить его и отправить сразу к хранителям ключей. Вэл была уверена, что зеркало ни за что не оказалось бы у них, пройди оно должную проверку в корпорации. Эл же настаивала, что оно никогда в корпорацию не попадало. — У них там тоталитарный режим, Вэл, каждая пылинка на счету. — Но не могло же оно возникнуть из воздуха? — Родители могли сами его найти, об этом ты не подумала? — Ага, и оставили опаснейшее место просто так пылиться в комнате? — Вэл сощурилась, чувствуя, как ее аргументы побеждают. — Они пропали раньше, чем смогли предположить, что мы откроем его, — поставила точку в диалоге Эл, и обе сестры замолчали. Мистер Флаф покачал ногами, поводил палкой-тростью по траве и мягко улыбнулся. Вэл со вздохом откусила пирожное и слизала с губ сахарную пудру. — Почему зеркало вообще открылось, раз в нем живет такой опасный мир? — Разве он опасный? — поинтересовался мистер Флаф, не переставая улыбаться. Эл подавилась, перед этим набив рот сладостями. Ей пришлось постараться, чтобы быстренько прожевать, пока возмущение не погасло в груди. — На нас уронили небо! Он назвал нас трофеями, мистер Флаф! Ну, и в конце концов, этот страшный Глаз сказал «возьмите или умрите». Похоже подобное на дружелюбие? — И что вы взяли? — искренний интерес в голосе старичка поверг в замешательство обеих сестер. — Мистер Флаф, вы что, издеваетесь сейчас? — Эл приподняла брови, склонив голову. — Ни в коем случае, дорогие мои! — заверил их старичок, только вот никто ему в данный момент не поверил. Неужели для него все вышеперечисленное не показалось страшным? Эл покосилась на сестру, взглядом передавая негодование. Та в свою очередь внимательно взглянула на друга. Он был жителем иного мира. Возможно, для него все это и правда звучало не так опасно, как было на самом деле. Кто знает, что творилось в его настоящем доме? — Кое-что мы взяли, — пробубнила Эл и саркастично улыбнулась. — Страх, уверенность, что помрем под звездами и ощущение ползающих насекомых под кожей. Ее вновь передернуло. Вэл на автомате почесала руки. — Раньше в иных мирах не было зла, — мистер Флаф отвернулся, всматриваясь поэтично вдаль прикрытыми глазами. — Зеркала открывались всегда, и даже сейчас, спустя столько веков, ничто не сможет удержать дверь, если к ней прикоснулся Страж Дверей Иных Миров. — То есть, неважно, что за иной мир живет в зеркале, оно все равно откроется? — Вэл нахмурилась, осознавая, что о таком нюансе Джеку неизвестно. И, скорее всего, неизвестно самой корпорации. — Конечно, — кивнул мистер Флаф. — Ведь раньше в иных мирах не было зла. Он повернулся к сестрам, а затем спрыгнул со стула. — И что случилось? — спросила Эл, следуя к пруду за ним. — Что-то очень нехорошее. То, что навсегда изменило множество миров и отравило жителей. — Но как нам тогда исследовать их, если за дверью нас может поджидать монстр? — Эл шумно втянула воздух, уставившись на спину старичка. — Корпорация для того и проверяет зеркала, чтобы мы не угодили в лапы монстра, — Вэл положила правую ладонь на левое плечо, словно закрываясь. — Что логично возвращает нас к вопросу о том, какого дьявола Темный мир оказался в нашем доме! — Вам страшно продолжать свое дело, дорогие мои? — мистер Флаф развернулся, вычерчивая палкой-тростью полосы на земле. Прямой вопрос заставил растеряться на некоторое время. Ни одна из сестер даже мысли не допускала о чем-то подобном. Страшно бывает всегда, испугаться можно чего угодно. Но продолжать ли... нет, они не откажутся от этого никогда. — Нам бы просто хотелось быть уверенными, что за дверью смерть не предложит прогуляться с ней, — тихо ответила Эл. — А была ли у вас такая уверенность до этого, милые мои? — серьезно произнес мистер Флаф. — За дверью, куда бы она ни вела, всегда неизвестность. — А вот от этого уже становится по-настоящему страшно, — хохотнула Вэл, действительно задумавшись над столь простой фразой. Мир непредсказуем, ни иной, ни любой возможный. Бессмертие не выдают при рождении, а броню, защищающую от несчастных случаев, не продают в магазинах. И если впустить в себя страх за любой шаг, то он сожрет заживо, подобно вирусу, превратив в затворника с параноидальным синдромом. — Пожалуй так и есть, — согласилась Эл. — Какие еще чудесные миры вы успели посетить после вашего удивительного путешествия? — поинтересовался мистер Флаф, закончив тему со страхами и отгоняя от себя бабочек. — После Темного мира? — Эл дождалась кивка мистера Флафа и эмоционально взмахнула рукой. — Никакого! Мы сразу же поехали к вам. Думаете, нам стоит обратиться к врачу? — чуть тише добавила она. Вэл тихо засмеялась, представив, что именно они скажут в больнице о волшебной звездной пыльце, впитавшейся в их кожу. — Дорогой доктор, на нас свалилось небо, и мы хотели бы сдать анализы. Вы такие делаете? — в открытую уже хохотала она. Эл недовольно на нее взглянула, но не смогла удержаться и тоже рассмеялась. — Предлагаю вам вернуться к вашей работе, милые мои, — улыбаясь, мистер Флаф покачал головой. — И с благодарностью принимать все дары, что они для вас подготовят. — Вот уж спасибо, — иронично выразила признательность Эл. — Я бы обошлась и без даров. Уже почти покинув Сад Стредфорд, Вэл обернулась. Мистер Флаф стоял на том же месте, внимательно смотря им вслед. Он приложил старческую ладонь к своему сердцу, затем к голове и, ударив палкой-тростью о землю, исчез. «Странное прощание» – подумала Вэл, догоняя сестру. На подъездной дорожке с боку стоял припаркованный мотоцикл, который Эл узнала с первой секунды, стоило ей лишь его заметить. — Что он здесь забыл? — выругалась она, громко хлопая дверью. — Эл, держи себя в руках. То, что он когда-то нас подрезал, не делает его монстром. Вэл горестно вздохнула, предчувствуя поведение своей сестры. Та самая сестра в данный момент грозно поднималась по лестнице, размахивая руками. И на последней ступени оступилась, чуть не свалившись. Вэл поджала губы, стараясь не комментировать. Алекс сидел за обеденным столом вместе с Джеком, попивая чай. Как только сестры появились, Джек тут же обратил на них свое внимание, с прищуром разглядывая каждую. — И где вы были, могу я узнать? Умчались с утра пораньше даже не предупредив. У вас есть обязанности, между прочим. Мирец в этот момент даже не соизволил обернуться, чтобы элементарно поприветствовать их. А ведь это он у них в гостях, а не наоборот. — Мы не обязаны отчитываться перед тобой, Джек, — ответила Эл. Она достала две кружки и две тарелки, кивнула Вэл, чтобы та захватила приборы, и уселась за стол. — Завтракаете? — Вторая половина дня, Эл, — изогнул бровь хранитель. — Так где вы были? Я не видел вас со вчерашнего дня. Что-то случилось? — Привет, Алекс, — дружелюбно поздоровалась Вэл, присаживаясь рядом с сестрой и игнорируя вопрос Джека. — Какими судьбами? — Визит вежливости, — холодные ноты заставили Эл посмотреть на него. — Вот как? — съязвила она, очень желая вслух усомниться в его понимании значения слова «вежливость». Он посмотрел на нее в ответ, бесцеремонно пройдясь взглядом по лицу, спустился на шею, обвел глазами розовый джемпер и вернулся к своей кружке. Там, где касалось его внимание, расцветало раздражение. Она уже открыла рот, набрав воздуха, чтобы возмутиться, но Алекс отвернулся вообще, вовлекая в тихий разговор Джейкоба. И это его очередное нахальное поведение поразило Эл до глубины души. Она замерла, разглядывая его профиль. Мечтая отыскать изъяны. Уличить в несовершенстве. Ведь, несмотря на дерзость и отсутствие элементарного такта, Алекс Тернер оставался безупречно-красивым. Определенно натренированное тело, обтянутое темно-коричневым свитером без воротника. Крепкие руки и длинные пальцы, обхватывающие кружку. Белоснежные волосы в легком беспорядке, прямой нос и четко выделяющиеся скулы, словно мирец каждый день самостоятельно вытачивал скульптурные линии на своем лице. Эл слегка прищурилась, замечая с левой стороны тонкий шрам в виде стрелы на линии челюсти, казавшимся чем-то уникальным, а не портящим всю картину. — Беспредел, — пробормотала она, накладывая себе в тарелку жаркое с картофелем и овощами. — Мм? — Вэл разлила кофе по кружкам и, отпив свой, поморщилась. — Ты все еще ощущаешь нечто странное в присутствии Алекса? — Его внеземную ауру? Немного, — Вэл мельком глянула на беседующих парней. — Но не так, как в первый раз. А ты все еще считаешь его божественно прекрасным? Вэл хохотнула над отразившемся на лице сестры негодованием. Эл резко схватила кофе и пролила часть напитка на себя. — Что ж, я провожу своего друга и приступим к работе, — Джек поднялся, улыбаясь слишком наигранно. — Тревис, — низко произнес Алекс, поднимаясь следом и почти впечатывая свой нос в его. — Не сегодня. Алекс повернулся к сестрам, взглянув на манер «я собираюсь уходить», но никаких прощальных слов так и не произнес. Его холодные серые глаза остановились на Эл, с чувством вытиравшей салфеткой пятно на кофте, и, когда Вэл ее подтолкнула локтем, мирец уже отвернулся. — Зачем он приезжал? — спросила Эл, как только дверь за Алексом закрылась. — Дружеский визит, — легкомысленно махнул рукой Джек. — Ага, я скорее поверю в то, что этот блондин милая фея, чем в то, что вы друзья. Эл скептически посмотрела в глаза хранителю, прежде чем унести посуду в раковину. — Это не так важно, кое-какие дела. Ничего серьезного, — Джек щелкнул языком и вздохнул. — Жду вас наверху, сестрички. Эл повернулась к сестре, выгибая вопросительно бровь. Та в ответ пожала плечами. Через двадцать минут кухня блестела, посуда была вымыта и все разложено по местам. Эл убежала сначала переодеться, а Вэл направилась к Джеку. Думая о своем, она поднялась на две ступени и замерла. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы увидеть. Она уже знала, что ее личный призрак иного мира сейчас вновь появился. Сердце заколотилось, а по спине прокатился холодок. Это был вовсе не страх, больше нет. Медленно повернув голову, Вэл приложила руку к груди. Из зеркала на нее смотрели дикие глаза, скрытые вуалью тумана. Почему только она его видит? Что мир хочет ей сказать? Кто он? Вэл осторожно выдохнула. — Почему я? — прошептала она, хотя прекрасно знала, что никто ей не ответит. Расплывчатое лицо то удалялось, то приближалось. Дымка расходилась в разные стороны, стирая четкость, но Вэл очень ясно видела зеленые глаза. — Мне открыть тебя? Стоило вопросу повиснуть в воздухе, Вэл остро ощутила потребность действительно открыть зеркало. Войти в мир и понять, что от нее хотят. Ее тело напряглось, и она провела ладонью по лбу, стирая волнение. И той же рукой потянулась вперед. Дотронуться до прохладного стекла, прочувствовать кожей прикосновение, чтобы убедиться, что это реально. Что ее разум не играет с ней. Но призрак исчез, оставив после себя послевкусие легкого безумия. — Что, смотреть можно, трогать нельзя? — злость зазвенела в ее голосе. — А? — в проеме появилась Эл, на ходу убирая волосы в высокий хвост. Вэл не ответила, кинув еще раз на зеркало разочарованный взгляд. Джек что-то рассказывал об иных мирах, но Вэл его совершенно не слушала. Ее мысли все еще находились в потайном узком коридоре. Ей так хотелось узнать, бывает ли вообще подобное? Чтобы на тебя смотрел кто-то из зеркала, чтобы взгляд... будто бы молил о помощи, проникая в самую душу. Но Джеку Вэл ни за что не расскажет о призраке иного мира. Хранитель заберет зеркало и увезет в корпорацию, и тогда она уж точно не узнает, кто живет в том мире. — Ты в порядке? Джек повесил зеркало на дверь, и Эл, воспользовавшись его отвлеченностью, толкнула сестру в бок. — В порядке, — солгала она. А что ей оставалось? Прямо сейчас лицо не обсудить, Вэл искренне не хотела, чтобы Джек что-либо узнал. Эл кивнула, однако подозрительность в ней сохранилась. Но момент перед шагом в иной мир ее отвлек. Острые иглы страха напоминали о последнем путешествии. Где теперь гарантии, что мир перед ними не обрушит на них небо? Не заставит корчиться от раздирающего звона? Она посмотрела на хранителя, но тот выглядел, как и всегда – расслабленным и ждущим, когда же сестрички приступят к своей работе. Посмотрела на сестру – та вообще пребывала в своих мыслях, нервно теребя нижнюю губу пальцами. В этом доме хоть кто-то беспокоится о сохранности их жизней? Вопрос, конечно, риторический. Эл вздохнула и потянула замечтавшуюся сестру к проему, переливающемуся полупрозрачной дымкой. Арка выпустила их на огромном Острове, пестрящим многочисленными яркими огнями в полной темноте. Эл моментально отдала свои эмоции, оставшись с помешательством наедине. И пока она предавалась натуральному сумасшествию, рассуждая сама с собой на тему форм бубликов, Вэл оставалась в своем уме и со всеми эмоциями. Мысли о лице с зелеными глазами медленно покидали ее, сменяясь полнейшим удивлением. Почему мир не забрал ее чувства? Почему не поделился своим? Вэл присела, чтобы рассмотреть огни, и увидела перед собой настоящие плоды неизвестных ей ягод. Целые поляны желтых и оранжевых округлых фруктов. Они росли в траве, свисали с высоких растений, и сочились светом. Эл продолжала стоять на месте и вслух рассуждать почему пончики с шоколадной глазурью вкуснее пончиков с клубничной глазурью. А Вэл задумалась, какого черта здесь происходит? Повторения ей ой как не хотелось, и потому, стараясь не думать ничего оскорбительного в сторону этого чудесного и великолепного места, она осмотрелась по сторонам, дернув сестру за рукав. — Эл! Та взглянула на сестру и присела рядом. — Ох, это Граны, — провозгласила она торжественно, тыча пальцем в плод. — Нужно стать достойным Острова, иначе мы не сможем с тобой проверить мир. Вэл нахмурилась. — Достойными Острова? — переспросила она, внимательно разглядывая небольшую ягоду. — Именно так, — Эл сорвала Гран и засунула себе в рот. Вэл даже отреагировать не успела. — Его необходимо съесть, только тогда Остров нас впустит. Сомнения не позволили Вэл повторить сразу же за сестрой, однако та выглядела невредимой и бодрой. И, пожав плечами, Вэл сорвала Гран. Местный деликатес оказался вязким, напоминающий по вкусу топленое молоко. Эл широко улыбнулась и прикрыла глаза, начиная уменьшаться в размерах. Вэл подскочила, но почувствовала, как тело охватывает дрожь, а затем и сама полетела вниз. Трава вытянулась, став широкой и плотной, Граны зависли над головой толстыми фонарями. Они и правда стали крошечными. — Ты только посмотри! — Эл подпрыгнула, смело начиная вышагивать вперед. С этой высоты малюсенького роста Остров выглядел иначе. Граны освещали мир желтыми и оранжевыми огнями, маленькие тропы петляли, журчащие ручейки разносили по воздуху волшебное эхо, а ночное небо перекрывали многочисленные раскидистые листьями папоротников и кустов. — Эл, подожди! Я продолжаю все чувствовать! — крикнула Вэл, пытаясь догнать шуструю сестру. Но та ее даже не слушала, продолжая рассуждать о тыквенных пирожках и делая неуместные ремарки, рассказывая об этом мире. Будто она знала все о нем, была здесь и видела все это уже сотни раз. — Да стой ты! — Вэл дернула сестру за локоть, разворачивая к себе. — Почему? Вэл тяжело вздохнула, растеряв все силы. Отчего-то в таком маленьком теле быстрый шаг давался ей с трудом. — Что почему? — Почему ты это знаешь? Эл непонимающе свела брови, а затем вновь улыбнулась. — Когда мясо передержат, разве удивительно, что оно станет сухим? — невпопад ответила она. Эл резво развернулась и налетела глазом на толстый стебель. Тот оставил крошечную царапину над бровью. — Ух, как неприятно. Вэл покачала головой – обсуждать с сестрой что-либо сейчас точно бессмысленно. Вэл протиснулась вперед и глубоко вдохнула. Их главной задачей все еще оставался поиск разломов, но мир определенно был цел. А значит, нужно возвращаться. Как бы прекрасно и уместно свои эмоции в ином мире не ощущались, все это казалось слишком подозрительным. — Шарату! — неожиданно громко воскликнула Эл, и Вэл от испуга запнулась об собственную ногу, повалившись на спину. — Гребанный святой... Ее совершенно неприличная ругань оборвалась, стоило Вэл услышать шорох. Она быстро вскочила на ноги. Повсюду шевелилась листва, раздвигаемая маленькими ручками. — Жители, — выдохнула она, поворачиваясь к сестре. Однако та уже потеряла весь интерес к существам, которым сама же дала странное название. Эл с превеликим энтузиазмом обматывала свою ногу длинной травой, радуясь, как красиво теперь выглядит. — Черте что, — Вэл подобралась. — Добрый день? — неуверенность в голосе выдавала ее нервозность. Сейчас она осознавала, что встретила настоящих жителей. Сейчас она могла прочувствовать этот трепетный момент встречи с существами, живущими в ином мире. Шарату, как назвала их Эл, выглядели, как маленькие человечки с удивительным, почти прозрачным, светло-голубым цветом кожи. Огромные синие глаза светились любопытством, а болотно-зеленые волосы, затянутые высоко на макушках, забавно торчали в разные стороны. Они окружили сестер, не приближаясь. Эл продолжала обвязывать себя растительностью, но Вэл больно ущипнула ее за бок. Та встрепенулась, обращая внимание на Шарату. — Их кожа такого цвета только потому, что этот мир не имеет своего Светила, — словно вычитывая энциклопедию, объяснила она. — Свет Гран дарует этому месту жизнь, поэтому Шарату следят, чтобы ни один фонарь-ягода не погас. Ошеломление Вэл было столь явственно, что даже свихнувшаяся в этом мире Эл нахмурилась, глядя на нее. — Что? — спросила она. — Что еще ты знаешь о том, о чем знать не можешь? Та пожала плечами. — Мы хранители ключей, проверяем ваш мир на разломы, — обратилась Эл к жителям, — покажите нам свой дом. Шарату зашептались, разглядывая незваных гостей с разных сторон, а затем повели за собой. Вэл даже не знала, что и говорить. Смысл расспрашивать, если Эл пока что не совсем в своем уме? Жители привели сестер к озеру, и Эл в очередной раз пояснила, что в воде человечки и живут. Выбираясь на сушу только для того, чтобы проследить за светом Гран. Побродив по Острову, понаблюдав, как жители пристраивают свои головы к плодам, чтобы те светили ярче, Вэл потянула сестру обратно. Эл сорвала Гран, откусывая и передавая его сестре, намекая, что только так они смогут покинуть Остров. И перед тем, как вернуться, Вэл осмелилась подойти к одному из Шарату и осторожно пожала ему руку в знак признательности за столь радушный прием. Все же сестры оставались незнакомцами, вторгнувшимися в их мир, а жители так смело привели их к своему жилищу, оказав тем самым доверие. Как только сестры переступили порог, Эл согнулась пополам, хватаясь за голову. Она выла и скулила, моля каких-то небесных господ сжалиться над ней. Вэл же прикрыла дверь, опираясь на нее спиной и затаила дыхание. Однако ожидаемая боль нахлынувших эмоций так и не пришла. Столкнувшись с Джеком взглядом, Вэл вздрогнула от той пронзительности, что искрилась в его глазах. Он не отрывался от нее ни на секунду, прожигая почти черными зрачками. У Вэл дрогнуло сердце, и она сглотнула. Необоснованный страх внезапно подкрался к горлу, а отчаянное желание скрыть от Джейкоба Тревиса отсутствие последствий путешествия ярко запульсировало в висках. Актрисой Вэл не была, но все же сморщилась, абсолютно неестественно застонав. Чувствуя себя глупо, Вэл продолжала разыгрывать спектакль, демонстрируя болезненные спазмы. — Воды? — тихий голос раздался над ухом, а перед глазами возникло лицо Джека. Он присел на корточки, протягивая бутылку. — Вот это сходили на проверку, — ничего не замечающая Эл выхватила у хранителя воду, начиная откручивать крышку. — Вэл, ты как? Вэл выпрямилась, игнорируя преувеличенное внимание Джека. — Лучше, — выдавила она из себя. — Отчитайтесь, — строго потребовал хранитель. Он встал, хрустнув коленями, но не отошел к своим записям, как обычно. Он вообще, судя по всему, собирался больше никогда не отходить от Вэл. Она поджала губы, все же забирая бутылку с водой у Эл и нервно делая несколько глотков. — Чувство мира – сумасшествие. И я не шучу, — Эл привлекла внимание Джека, вырвав у того смешок из груди. — Мир невероятен! И такой волшебный! Нам нужно было съесть ягоды, чтобы стать достойными Острова, — она поиграла бровями, выглядя слишком счастливой и беспечной, что могло обмануть хранителя, но не сестру. В каждом движении считывались нервозность и нетерпение. Однако Эл продолжала, — мы съели и стали маленькими. Вот такими, — она сузили пальцы, утрированно демонстрируя размер, — а потом встретили жителей. Ша... шарообразные ягоды светились, как фонари, жители показали нам Остров. Разломов не было. Заминку заметил и Джек, отчего нерв под его глазом дернулся. Но он не заострил на этом внимание, молча отойдя к столу и хватая блокнот. — Что-нибудь еще? — не отрываясь от записей, спросил он. — Нет, — хором ответили сестры. Джек закусил губу, нахмурившись. Зачеркнул что-то, а потом поднял голову. Его глаза моментально нашли Вэл, но в этот раз она не растерялась. И вместо того, чтобы разорвать зрительный контакт, мягко улыбнулась. Он ничего знать не мог, догадаться о чем-либо тем более. И почему Вэл от него так рьяно защищала секрет, она не знала. Джек вернулся к записям, а Эл кашлянула, привлекая внимание. Она наклонила подбородок, прищурилась, кивнула незаметно в сторону, глазами указала на Джека, затем вновь на выход из комнаты. Ее шарады разгадать не являлось чем-то сложным, и Вэл прекрасно понимала, что сестра хочет поскорее с ней остаться наедине. Им есть, что обсудить.