Глава 3. «Жизнь изменилась на ДО и ПОСЛЕ»

«Страшнее нету одиночества,

Чем одиночество - в толпе,

Когда безумно всем хохочется,

Но плакать хочется - тебе»

За дверью поднялся шум. Рабочие и другие снова бежали вниз, как тогда, когда Марку прижигали лицо, и это настораживало. Кейт просто не могла игнорировать это, и быстро собравшись, она вышла из комнаты, чтобы понять, что происходит, заодно встретить Шерри, которую она не видела со вчера, что было странно: женщина каждый день к ней захаживала, когда подросток сидела в комнате и не важно по какой причине, будь то болезнь или просто желание уединиться. Кейт пришла к тому моменту, когда все уже вставали с колен, и незаметно от Лоры и странного мужчины, которого девушка раньше не видела, пробралась в толпу, чтобы встать рядом с "женами" лидера. –Что происходит?–спросила шепотом спасительница, встав рядом с Фрэнки. –Не знаю,–ответила женщина,–но точно знаю, что здесь тебе быть нельзя. –Не твое дело,–огрызнулась Кейт в ответ. Она не любила указывать другим их место, напоминать кто она, но иногда приходилось. Только Шерри, Дуайт и сам Ниган могли начать воспитывать её, но никто больше. Никто. Размашистый удар битой и Эмметт упал на колени, но его сразу же подняли. Пока никто не понимал, что здесь происходит, особенно Кейт, учитывая, что в дела Святилища она особо не лезла. –Я нашел этот сувенир, спрятанный в твоём столе,–Ниган показал мужчине маленький клочок бумаги. Для Кейт пока всё происходящее было бессмысленно. Ещё один удар, уже по ноге, и Кейт инстинктивно съежилась и скривила лицо от неприятного зрелища. –Ты оставил дверь открытой и выпустил моего щенка,–Ниган начал надевать перчатку, и девушка догадывалась чем закончиться эта очередная "милая" беседа–жалобными воплями и запахом сожженной плоти. Спасительницу передёрнуло от предстоящих неприятных ощущений, и это заметила Фрэнки, которая пытаясь успокоить ребенка, прижала её к своему боку, и Кейт, на удивление самой себе, не стала этому противиться. –Ты знал, что Шерри против заточения Дэрила и выпустил его, чтобы стать героем, впечатлить Шерри. –Шерри? Причем тут Шерри?–зашептала Кейт, обращаясь к рыжеволосой. Она посмотрела на неё с надеждой что-то разузнать, но в ответ ей лишь пожали плечами. И это неведение бесило Смит ещё больше. –Ты–пронырливый кусок дерьма. –Это не я,–затараторил Эмметт,–она сбежала... –Она сбежала!? Знаешь, почему она сбежала!?–Нигаг был на взводе. «Сбежала?»–эхом пронеслось в голове. Шерри сбежала и оставила Кейт одну? Девушка не хотела в это верить, но если бы слова спасителя были ложью, то сейчас бы Шерри была бы рядом, она бы обнимала её, прижимая к тёплому и родному боку, а не другая, чужая ей, женщина, и от этой мысли, мысли о предательстве заставили глаза помутнеть от пелены слёз. Её снова предали, оставили одну. –Потому что знала, что я обвиню и её, и была права. Но видишь ли, Шерри рассказала Дуайти всю историю до того как её тело разорвали. Кейт внимала каждое слово, сказанное Ниганом, но сейчас желала оглохнуть. «Шерри мертва» Одинокая слеза скатилась по щеке, а мысли о предательстве сразу испарились. Смит не хотела верить в её смерть. Ещё одна потеря, которая ляжет грузом на душу, которая и так была уже порядком искалечена. Хотелось выть от переполняющей боли, а ещё больше хотелось накинуться на Дуайта, и спросить какого хрена он её не спас. Ведь тот знал, прекрасно знал, какие у них были отношения, что Кейт любила её, а Шерри её. –Это ложь,–нервно проговорил Эмметт. Кейт захотелось рассмеяться. «Ложь? Ложь!?» Спасительнице с резнящим хохотом захотелось выбежать из толпы, а потом заорать во всё горло, что Карсон псих, раз считает, что кто-то ему поверит. Шерри здесь нет. Больше нет. –...Так что ему даст эта ложь?–Ниган обернулся к блондину, стоящему возле печи,–нет, я знаю своего Дуайти. Ему нужна была всего лишь ещё одна ночь в камере, чтобы мозги встали на место. Взгляд с мужчин был переведён на Ди. «Так вот почему его лицо было исцарапано. Его били. Снова» –Это помогало и раньше, и сейчас. Да, Дуайт? –О да,–безразлично ответил мужчина. Его безразличие поражало и подкашивало Кейт ещё больше, заставляя терять ориентир в пространстве и времени. Она не понимала, как он мог стоять сейчас, здесь, и спокойно говорить о смерти женщины, которую любил больше жизни. Которую так горячо любила сама. С каждым словом, душа спасительницы все больше рвалась на части. Ниган взял чугунный утюг в руку и подошёл к доктору, который умолял его не делать того, что лидер намеревался сделать. Девушка и раньше видела такую расправу над провинившимися, хоть и краем глаза, но сейчас это зрелище вызывало ещё большей жути и страха, ведь она знала Нигана слишком хорошо и понимала, что простым обжигом лица всё не прекратится. Слишком большая вина лежала на мужчине, чтобы с ним обошлись так просто. От этого осознания сердце забилось чаще, в висках запульсировало, а дыхание стало прерывистым, словно после долгой пробежки. Смит заставлял Карсона раскаяться в преступлении, и под страхом пытки, мужчина признал свою вину. Девочка отпрянула от Фрэнки, становясь в полный рост, утирая попутно слезы, которые успели стечь по её щекам. –Это всё, что я хотел услышать,–Смит повторился, и от этих слов девушка задышала полной грудью. Стало немного легче. Она предвещала окончание этого "шоу". Ниган обернулся ко всем и только чудом не заметил дочь среди остальных, а спасительнице это было только на руку. Не хотелось вновь выслушивать воспитательные лекции о том, где ей надо быть и когда. Но как же Кейт ошибалась. В следующий миг, Ниган подхватил Эмметта за шкирку и бросил в печь, сжигая его заживо. Эмбер, что стояла рядом, прижалась в испуге к Фрэнки, которая сама от ужаса смогла лишь открыть рот, и инстинктивно загородить свободной рукой Смит. Кейт же стояла неподвижно, будто приросла к полу, и смотрела на сгорающего и кричащего от боли доктора, который уже через несколько секунд умер. Грудь больно сдавило, а по коже прошёлся холодок, побуждая мурашки пробежать по белой нежной коже. Смит и не заметила как мимо неё прошла Таня, которая вмиг увидев ребенка, попыталась увести её, но поняв, что её не слышат, ушла сама, оставляя девушку наблюдать за этим кошмаром. Такого она точно не ожидала. Всё что угодно, но не это. Что-то в этот миг в ней сломалось. Она вдруг осознала всю жестокость и хладнокровие человека, называвшего себя её отцом, одним представлением. Она окончательно убедилась, что того Нигана, больше не было. Так убить человека мог лишь зверь, не знающий пощады над противником, и всё что было ранее, казалось девушке ничем, по сравнению с тем, что она сегодня увидела. Казалось, что сердце вырвали из груди и раздавили, оставляя без чувств. Но стекающие соленые слезы и открытый от шока рот говорил об обратном. Ниган подошёл к Дуайту с улыбкой на лице и что-то проговорил, но Смит уже не различала звуков, все они смешались в один надоедливый писк, который неприятно пронзал слух. И только взгляд блондина отрезвил её, который в диалоге с лидером, случайно обнаружил девушку среди толпы и пристально вглядывался в её выражение лица. –Вот, чёрт,–проговорил Ди, на что лидер непонимающе на него глянул, и тот качнул головой в сторону. Ниган глянул и улыбка сразу сползла с его лица, принимая суровую и задумчивую гримасу. Спасительница перевела взгляд в ответ, поражая своими серо-зелеными очами. Она прикрыла рот, её брови свелись вместе, а грудная клетка заходила ходуном в страхе и отчаянии. –Твою мать,–прошептал лидер, не отрывая взгляд от ребенка.

***

Кейт без увлечения выводила в тетради арифметические вычисления, которые ей диктовала женщина, сидящая рядом. От нее не могло пройти мимо подавленное настроение ребёнка, которого уже считала своим из-за их близкой связи. –Не грусти, Кейт. Когда-нибудь получится. Ты же не глупая, сама понимаешь, почему он так поступает,–опустив теплую руку на колено девушки, произнесла тихо Шерри. Кейт оторвалась от уроков, посмотрев с грустью на "жену" лидера. –Он не отпустил даже с тобой, а я устала здесь быть. Достало уже. Я хочу приносить пользу, я уже давно не ребёнок. –И все это понимают, но ты единственное, что у нас у всех есть, поэтому он так оберегает тебя,– голос Шерри излучал спокойствие, которого так не хватало подростку. Наверное поэтому она так привязалась к ней. –Это не оправдание,–сердито выпалила девушка, уставившись вновь в тетрадь, сжимая карандаш в левой руке от злости на несправедливое отношение к ней. –Хей, иди ко мне. Шерри аккуратно забрала тетрадь и карандаш и цепких рук, перекладывая на журнальный столик поблизости, и сама потянула русоволосую в свои объятия. Та поддалась. В её объятьях было тепло, хорошо и спокойно. Юная спасительница смело могла сказать, что Шерри ей практически заменила маму. Ей казалось, что только мама может так обнимать своего ребёнка: трепетно, любовно и так нежно. Кейт ей была благодарна за всё, что она сделала для нее, а в ее объятьях все плохие мысли сразу же испарялись, уступая место душевному спокойствию. В объятьях Шерри было хорошо. Ещё тогда Кейт не знала, что это был их последний разговор, последние теплые объятья, в которых будет действительно хорошо и тепло.

***

Сидя в комнате лидера, Кейт пыталась осознать всё то, что недавно произошло. Дуайт, по приказу Нигана, отвёл её в его комнату, и когда та, вспомнив слова, сказанные ранее, спросила мужчину, действительно ли женщина мертва, он лишь утвердительно кивнул, сажая её на кровать и оставляя в одиночестве. Слезы не прекращали капать из её глаз от пережитой боли. У неё не осталось никого, кто мог бы её утешить и защитить от этого мира. Кейт слишком рано подумала, что она уже взрослая. В глубине души она всё ещё была ребенком, которому нужна была защита и забота, но сегодня этот внутренний ребенок умер, оставляя болезненную и ноющую пустоту. Ниган открыл тихонько дверь и прошел в комнату, и к его сожалению, девушка даже на него не обернулась, лишь продолжала смотреть в окно безжизненным взглядом. Поставив аккуратно Люсиль возле кровати, он обогнул её и присел на корточки рядом с дочерью. Его взгляд был полон печали. –Ты не должна была это видеть,–начал Смит, опустив голову. –Это ты виноват...–шепотом произнесла спасительница. Лидер спасителей тут же поднял голову, уставившись на нее в непонимании. –Что? –Это ты во всем виноват,–Кейт наконец обернулась на отца. Она его пугала. Её глаза выражали буквально ничего. Ни разочарования, ни скорби, ни злости–ничего. И Ниган готов был поклясться, что его знатно передёрнуло от этой картины. –Ты всё знаешь... –Нихрена подобного,–сквозь зубы, ответила подросток. Слезы с новой силой полились из глаз,–из-за тебя они умерли. Эмметт, Шерри...мама...это всё твоя вина! Мужчина смотрел на дочь в ужасе. Он и раньше слышал обвинения в свою сторону от неё, и если раньше он списывал это на гормоны, то сейчас это по-настоящему задело его. Если бы он мог, он бы припал к её коленям, умолял простить, сказал бы, что готов ради неё на всё, что очень любит и это Святилище было построено для неё, но была одна загвостка: он больше ничего не чувствовал. Лишь звериная ненависть и голод были в его душе. Ниган так думал. Но сейчас начал сомневаться в этом. –Кейт, милая...–он хотел попытаться переубедить её, хотел протянуть руки, накрыть их своими, но его отдернули, девушка вскочила с кровати, со взглядом полной ненависти и разочарования. –Ненавижу тебя. Это были её последние слова, прежде чем выйти из комнаты. И Ниган готов был поклясться, что эти слова были больнее, чем любое пулевое ранение и обжиг тем же чугунным утюгом. Он не сумел сохранить её, не сумел дать ту любовь, в которой она нуждалась. Он просто забыл каково это: он думал, что тренировок с ним или с кем-то из других лейтенантов, обедов и ужинов вдвоём, будет достаточно, но он ошибся. А сейчас уже слишком поздно, чтобы что-то исправить.

***

–Мы начинаем готовиться к войне,–на тая, проговорил Карл, сидя с девушкой на балконе. Её лицо вытянулось в удивлении от услышанных слов, а потом вмиг приобрело злость. Кейт ближе пододвинулась к парню, вставая на колени, нависая над ним. –Вы что там из ума выжали?–Смит осмотрелась по сторонам, а потом начала шептать,–вам не победить. У Нигана куча людей и оружия, они вас просто в порошок сотрут. Перед глазами всё ещё была страшная картина горящего заживо Карсона. –Нет, ты не права,–Граймс тоже зашептал, сощурив глаз, смотря им прямо в душу собеседницы,–у отца есть план, и я ему верю. –Карл... –Кейт!–он чуть повысил голос,–так жить нельзя. И эти слова прошлись холодком по коже спасительницы. Карл, к её сожалению, был абсолютно прав и признавать это было тяжело. Она сама думала об этом, кучу раз, сегодня и тогда, но понимала, что переубедить Нигана не получится, он её не послушает, но развязать войну было ещё глупее и рискованнее, как она думала. Девушка не желала смерти никому, но понимала, что этого не избежать. И нервно выдохнув, признала поражение. Граймс был прав. Прав, черт возьми. –Вы одни?–подняв взгляд, спросила Кейт, облокатив руки о колени. –Хиллтоп на нашей стороне, но Грегори... –Старый кретин? –Да,–парень кивнул, а затем слегка улыбнулся, смотря на спасительницу. –А Королевство?–девушка продолжила распрос. Юноша лишь отрицательно покачал головой, не встречаясь при этом взглядами с девушкой. –Он передумает,–резко выпалила она, на что Граймс резко вскинул голову, выражая непонимание,–Король не глуп. Ему страшно, и это нормально. Он передумает. –Откуда ты знаешь? –Просто знаю,–загадачно улыбаясь, ответила Кейт. И её улыбки было достаточно, чтобы Карл ей полностью отдался и поверил, и заразившись её настроем, тоже улыбнулся. Но спокойствие длилось не долго, через несколько секунд лицо парня помрачнело, что не на шутку напрягло девушку. Смотря на него пристальным взглядом, она как бы спрашивала «что такое?», но юноша далеко не сразу решил дать ответ. –Зачем...зачем ты это всё спрашиваешь?–глупый червь сомнения вдруг начал активно сжирать душу Граймса. –Ты первый начал,–ответила Кейт, наклонив голову. –Да, но...–Карл всё не мог подобрать нужных слов. –Но ты думаешь, что я сейчас пойду всё рассказывать Нигану. Я правильно поняла?–Кейт это обидело. Это было видно по её выражению лица: вскинутые сведённые брови, распахнутые глаза и саркастичная улыбка. –Я, нет, то есть. Черт,–Граймс заметно напрягся. И сжав ладони в кулаках и сожмурив глаза, попытался прийти в себя и подобрать слова, чтобы объяснить всё девушке. Но вмиг парень почувствовал тепло рядом с собой, и он распахнув глаза, удивился: Кейт, прижавшись к его боку, сидела рядом, её лицо больше не выражало обиды, лишь полное спокойствие, а её ладонь аккуратно покоилась на его левом кулаке. –Я понимаю тебя,–после некоторого молчания, сказала Смит,–ты боишься за близких, и это нормально,–она подняла свои серо-зеленые глаза на него, очаровывая своей проницательностью и глубизной–и я никому не расскажу. Обещаю. –Спасибо,–это всё, что смог выдавить из себя Карл вместе с улыбкой, от которой щеки юной особы начали гореть румянцем. Она аккуратно положила голову ему на плечо, смотря вдаль, которая была покрыта мраком. Сердце мальчишки забилось в разы сильнее, а в единственном глазе помутнело от переизбытка чувств. Он даже не подозревал, что все так быстро произойдет, и они так резко перейдут эту черту доверия, но это не могло не радовать его. Он также аккуратно постарался положить свою голову на её, предварительно сняв шляпу, и у него это вполне получилось. Подростки смотрели на ночной пейзаж, слушая стрекотание маячащих рядом светлячков и жужжание надоедливых мошек, но даже они не могли испортить той идиллии, в которой прибывали молодые люди. Было хорошо и спокойно. Через некоторое время, Кейт отпрянула голову от плеча Граймса, и посмотрев долю секунды на его умиротворенное лицо, немного приподнялась к нему и нежно, трепетно и невесомо коснулась губами до его щеки. Карл даже не успел среагировать: он продолжал сидеть как вкопанный, пытаясь понять что произошло. –Кейтлин Смит держит свое слово. Не беспокойся,–размеренно и неторопливо прошептала Кейт на ухо юноши, обжигая его своим дыханием. Теперь Карл готов был поклясться, что его сердце перестало биться. –Главное,–закусив губу, она продолжила,–не дай им убить тебя. И девушка, не попрощавшись, удалилась в комнату, оставляя юного Граймса с пылающими щеками и дрожащими коленями наедине со сверкающей луной, которая единственная была свидетельницей свидания двух подростков.