Часть 20. На распутье жизни.

Ая, сидя на огромной двуспальной кровати перед открытым ноутбуком, где видео остановилось на физиономии Микки, медленно выдохнула. «Боги… Я не понимаю как…» В этот момент ей казалось, что ее похоронили заживо, но перед этим проехались катком вдоль и поперек раз сто, а может и больше. Душевная нарастающая боль была настолько сильна, что Танако не понимала, ее уже убили или ещё все только предстоит. В клубах нарастающего оглушения, сквозь расплывающуюся пелену перед глазами девушка успела выдохнуть всего одно слово: — Плохо... Верхний корпус тела мгновенно рухнул на кровать, сознание выключилось, а светлая голова с распущенными до лопаток мягкими волосами упала к коленям Харучие. Санзу закатил зеленые глаза и недовольно фыркнул, убирая спавшие волосы с побелевшего лица Аи, приподнимая ее голову. — Ебаны свет... Да погоди ты помирать. Может, что повеселее придумаем. Вздохнув полной грудью, он не спеша поднялся и направился к кухонному островку, где стояла посуда. Открыв верхнюю скрипучую дверцу светлого шкафчика, взор упал на литровую кружку. — Сойдёт. Включив кран и подождав, когда вода поменяет градус с холодной в ледяную, парень поднес посуду и набрал жидкость до самых краев. Медленно шагая по серому ламинату, проливая воду на пол и свои ботинки, Харучие подошёл к кровати, на которой в отключенном состоянии лежала Ая, чуть дыша. Резко плеснув ледяной водой в лицо светловолосой, парень попытался вернуть в сознание ее тело и голову. Медовые глаза раз за разом пытались открыться и сфокусировать взгляд на белой прикроватной тумбочке. Пять минут спустя Танако медленно подняла корпус тела на трясущихся худых руках и, подняв голову с мокрыми волосами, посмотрела на край кровати. Санзу, сидя к медику спиной, внимательно смотрел на лезвие обнаженной катаны с белой кожаной ручкой перед собой, держа ее в горизонтальном положении, и тихо произнес: — Ты же понимаешь, что я должен сделать с тобой, маленькая предательница... Ая, увидев в заточенном железе взгляд Санзу, медленно склонила голову в знак согласия, тихо согласившись. — Да... Танако казалось, все, что сейчас происходит — какой-то дурацкий сон и не более. Вот-вот она сейчас выйдет из сонного паралича и все будет хорошо. Сестра жива, в жизни все хорошо, и она не знает никаких бед. Судьба решила испытать девушку на прочность, показав, как стремительно может поменяться жизнь всего за пять минут. Харучие повернулся к дрожащей Танако и довольно произнёс: — Страшно помирать? Ая выдавила из себя короткий ответ, не поднимая мокрой головы. — Нет. Розоволосый, поправив серую свободную байку, встал с кровати и подошел ближе к Танако, возвышаясь над ней. — Боишься меня? Ая подняла высоко бледное лицо, смотря медовыми в зеленые. — Нисколько. Сама виновата... Харучие мимика с серьезной переросла в легкую улыбку. — Тогда че расселась своим попцом. Или ты уже не в розыске?! Медик в непонимании захлопала черными ресницами и приоткрыла немного рот. — А как же... Ты же... Я — предатель... Санзу склонил корпус тела, чтобы их лица были наравне и в смешке выпалил. — Ая, ты не представляешь, сколько раз я обдумывал этот жизненный момент... Даже когда я тебя повез на дамбу, где ты сама меня поцеловала... Ты не представляешь, как ещё тогда я хотел тебе скрутить твою худую длинную шею... Но.... Акаши правой рукой немного грубо взял девушку за подбородок. — Но что-то мне подсказывало, что по итогу ты будешь верна «Бонтен». Да и к тому же мои дурацкие чувства к тебе стали слишком сильны. Отпустив белоснежную бархатную кожу, парень махом заправил катану в ножны, на которых красовался выбитый рисунок нежно-розовой сакуры. Танако продолжала сидеть как вкопанная на том же месте, лишь поворачивая голову в направлении за Акаши. Недовольно цокнув и закатив зеленые, Санзу обратился к Ае: — Так и будешь тут торчать? Блять, бегом переодевайся, и погнали! Але, Ая! Прием! Пиздуем отсюда! На секунду между двумя образовалась тишина, и в миг Танако навзрыд заревела, пытаясь подняться на слабых ногах с кровати. В этот момент Харучие спешно подошел к окну, внимательно осматривая улицу и запоминая все детали, а после плотно задернул шторы. В нарастающем раздражении парень проговорил: — Так, блять. Реветь о своей горе-жизни будешь потом. Терпение Акаши начинало медленно закипать. Быстрыми шагами пройдя к высокому шкафу, он дернул за ручку двери и посмотрел на гору одежды, которая была аккуратно сложена стопками. Вытянув какой-то белый топ и черные штаны карго, он кинул на диван одежду и в приказном тоне утвердил: — Одевайся бегом! Или я тебя точно прикончу сам. Заплаканное красное лицо Аи вновь посмотрело на Акаши. Дрожащей правой рукой девушка потерла сопливый нос и, пытаясь собрать себя в кулак, поползла на край кровати. Взявшись двумя руками за низ легкого платья, светловолосая, как кошка, вывернулась и выскочила из него. Пытаясь натянуть белый топ с штанами, Ая шмыгнула носом и, успокаиваясь, как маленький ребёнок сказала: — Не смотри, я стесняюсь. Харучие снова закатил глаза, достав безразлично из кармана мятую пачку, и вытащив сигарету, чиркнул зажигалкой. — Ты думаешь, что я не видел тебя голую до нашего первого секса? Девушка посмотрела в недоумении и буркнула, натягивая штаны. — Дурак и сталкер! Я так и знала, что в комнате камера. Харучие усмехнулся, выпуская дым, который касался его тонких губ. — Можно все... Главное не спалиться... Закончив дела с одеждой, Ая встала босыми ногами с темным педикюром на маленький ковер и, достав из-под кровати одной рукой клубки светлых носков, моментально натянула их. — Готово. Сейчас что делать? Харучие, выпуская белый дым с ментолом, посмотрел на собранную Аю и убедительно ответил: — Все свои документы и страховки бери в бэг и дай мне спирт. По-любому у такой врушки-медика он есть. Светловолосая приподняла бровь, но молча действовала по инструкции говорящего. Достав из нижней полки шкафа все ценные бумаги, девушка аккуратно положила их в небольшой рюкзак, но решила уточнить второй пункт. — А спирт зачем? Задав вопрос, Танако открыла шкаф в прихожей и достала пять литров семидесятиградусной жидкости в большой бутылке. Светловолосая крепко взялась двумя руками за бочонок и передала Акаши. Пока хозяйка надевала белые кеды, Харучие, держа тлеющую сигару в губах, не раздумывая открутил крышку и начал поливать из бутылки на всю площадь комнаты содержимое, плавно ведя дорожку до кухни. — Готова? Танако махнула головой, закинув рюкзак на плечо. Акаши надел черную байкерскую куртку и взял в руки белую катану в ножнах, указывая дальнейший план. — Открывай двери и быстро выходи из дома не оборачиваясь. Светловолосая, не задавая вопросов, толкнула тяжелую дверь и, выскочив на лестничную площадку, держась левой рукой о перила, в спешке начала спускаться по лестнице вниз. В этот момент Санзу подошел к газовой плите и, повернув четыре круглых ручки, поспешил к выходу. Сделав последнюю затяжку, с помощью среднего и большого пальца, он откинул догорающий бычок и выдохнул дым напоследок. «Думаю, жалеть тебе уже не о чем. Всё, что могло сгореть — и так давно сгорело. Так что хуже не станет. Ведь мы— всё, что у тебя осталось.» Плотно закрыв за собой дверь, высокий парень нагнал Аю на лестнице и, взяв ее крепко за ладонь, начал ещё быстрее спускаться. Пара выбежала на улицу к припаркованному байку около подъезда. Санзу посмотрел на задыхающуюся Аю и, сунув шлем ей в руки, перекинул ногу через сиденье. Вставив ключ в зажигание, розоволосый обернулся, смотря, как Танако садится за ним, опуская две задние подножки одновременно вниз. Прогозовав пару раз, левая рука плавно отпустила сцепление, а медик крепче обняла парня. Резво выезжая на узкую дорогу, черный мотоцикл со всадником и двойкой начал набирать скорость. Мотор ревел как дикий зверь, готовый к яркому побегу. В этот момент на заднем плане прогремел страшный взрыв, и небо озарилось ярким пламенем. Огонь начал медленно пожирать часть дома, превращая его в пылающий ад. Дым поднимался в воздух, создавая картину полного хаоса. Ая, услышав взрыв, не оборачиваясь, сильнее прижалась к крепкой спине парня. Набирая скорость, левая нога в мотоботе байкера быстро переключала передачи с ярким звуком хруста. Санзу внимательно смотрел на дорогу и был сконцентрирован на все двести процентов. В один момент взгляд Акаши недовольно скользнул по правому зеркалу. Синяя машина с красными номерными знаками, словно тень, неуклонно следовала за ним, искусно лавируя в авто потоке. Ухмыляясь, Харучие буркнул сам себе под нос. — Суканы... Решили слежку устроить. Санзу поднял визор и громко через поток ветра крикнул Ае: — За нами хвост! Держись! «Прокатимся с ветерком!Ну что суканы, погнали!» Ая, смотря вперёд через темное стекло, похлопала правой ладонью по кожаной куртке парня, подавая знак, что она готова. Выжав газ до предела, Харучие мгновенно набрал скорость, оставив полицейскую машину позади. Чёрный мотоцикл с номерными знаками «восемь девять три» рассекал поток машин, словно раскаленная игла, ловко уходя от преследования. Санзу знал, что бы не случилось, нельзя сбавлять обороты. Танако крепко держалась за парня и старалась вообще ни о чем не думать. Голова светловолосой и так была забита новостями, от которых у нее пробирала дрожь по спине. Закат над Токио медленно окрашивал небо в оттенки оранжевого и фуксии. Харучие вел мотоцикл, а Ая крепко обнимала его сзади. Они проезжали мимо освещенных витрин магазинов, мимо шумных перекрестков, мимо безликих многоэтажек. Девушка чувствовала тепло тела парня и биение его сердца. «Вот бы этот момент никогда не заканчивался...» Правая рука крепче прижалась к телу байкера. «Не хочу я знать, что делать дальше...» Через некоторое время, подъезжая к своему дому, розоволосый пару раз погазовал, давая понять охране, что хозяева приехали. — Блять, а можно быстрее? Темные ворота медленно открывались, пока Акаши не спеша катился с Танако на мотоцикле ко въезду во двор. Заехав по каменной дорожке и припарковав байк, Санзу достал ключ и, расстегнув мото-куртку, положил его в карман. Ая, перекинув ногу, слезла и стянула с себя большой черный шлем. Повесив его на ручку, девушка с тревогой в голосе, стараясь не смотреть в глаза Акаши, спросила: — Что сейчас будет со мной? Санзу вальяжно подошел к медику, поправляя волосы, и немного приподняв уголки губ со шрамами, ответил: — Ничего. Хоть ты и сучка, но... Скинув куртку на байк и взяв белую катану в правую руку, байкер добавил: — Но... Сейчас что-нибудь придумаем. Это будет нашим маленьким секретом. Зачем расстраивать Майки, верно? Светловолосая на это ничего не ответила, а лишь всхлипнула своим розовым носом еще раз. Санзу и Ая не спеша прошли в дом. Скинув обувь в прихожей, пара подошла к большой арке переговорной комнаты. Остановившись перед тем, как войти, Харучие спокойным тоном сказал: — Говорить буду я, ты молчи. И не вздумай ляпнуть какую херню. Я тебя умоляю. Медик улыбнулась и махнула головой. Пара зашла в просторную комнату. Манджиро Сано, занимая центральное место за полукруглым столом, разговаривал с Риндо и Раном Хайтани. Чёрные уставшие глаза окинули пришедших, и саркастичным тоном Майки обратился к Харучие: — Санзу, что ты уже натворил?! Младший Акаши рассмеялся, пройдя к столу, отодвинул тяжелый дубовый стул, сел и ответил: — Немного пошалили. Глава посмотрел на Аю, которая стояла в смирной стойке за спиной своего покровителя. — А дом нахер было взрывать? Новости уже пестрят... Нам мало проблем с полицией?! Младший Акаши рассмеялся, наливая в чистый стакан апельсиновый сок и не разворачиваясь, передал стакан Ае. — Ну, если кто-то косячит и не может убрать за нами следы, то я не виноват. Манджиро приподнял темную бровь, поправив светлую байку, не понимая, о чем идёт речь. — М? Ты о чем? Внутреннее состояние Харучие медленно перерастало в агрессию, когда он нервно начал объяснять и вствать со своего места: — Ебаный свет. Майки, люди опездала Какуче должны были убраться после китайца, Аи и меня! И как ты думаешь, чьи отпечатки нашли на стакане и бухле? Аи. Прикинь?! А что мне по-твоему нужно было делать?! Хлопать в ладоши?! Манджиро внимательно слушал, крутя в руках железную палочку от суши. — Пиздец... Систер, все в норме? Стоящая Ая за спиной у Харучие, махнула головой, добавив к истории пару фраз: — Да, Майки. Только есть одна проблемка. Танако вздохнула и положила ладонь на плечо Харучие, который уперся руками в стол и застыл в полустоячем положении. — Хару, сядь, пожалуйста. Не кипятись. Светловолосая серьезно взглянула на Сано. — Майки, я в розыске. Я подозреваюсь в убийстве посла. Глава «Бонтен» внимательно смотрел и перебирал услышанные слова у себя в голове, а после недовольно выпалил: — Пизда... Ладно мы, но тебя я не очерню в этом дерьме. Братья Хайтани, доев лапшу, отложили приборы. Риндо, взяв полстакана лучшего виски во всем Токио, сделал пару глотков и кинул мысль вслух: — Как варик, мы можем Аю спрятать. Увезти куда, пока все не разрулим сами. Майки махнул головой, беспокойно проговорив: — Неплохая мысль. Акаши поморщился и, положив ладонь под подбородок, уперся локтем в стол. — Ну да, только поправочка... Нужно снять с нее предполагаемые обвинения... Откинувшись на спинку стула спиной, Санзу чуть не забыл высказать маленький нюанс. — Это ещё не все новости. Сано улыбнулся и махнул правой рукой в воздух. — Вываливай уже все. Хуле тут поделать. Зеленый взгляд окинул всех сидящих, и парень начал вещать: — Помните убийство девчонки мелкой? Ну, что нашу визитку нашли рядом телом. Ая поморгала, чувствуя, как ей становится неприятно от этих слов и то, что ей предстоит вновь пережить воспоминания. Медик, скребя зубами, продолжала слушать со всеми Харучие. — По новостям тогда крутили, что это мы. Так вот... Недавно мои люди дали мне флешку. Один полицай ее трахнул и убил. Ран Хайтани начал выбивать пальцами ритм по деревянному столу, ожидая дальнейшего рассказа. Харучие выдохнул и монотонно произнес: — Это бывший парень твоей сестры. Этот мудак использовал двоих. Светловолосая испуганно посмотрела на мраморное лицо Манджиро, которое медленно переходило из довольного в серьезное. Майки, откинув палочку на стол, недовольно выдал заключение: — Им всем пизда. Если на сделку приедут эти уроды, мы всех их убьем. Танако стояла и внимательно наблюдала, как в комнате обстановка становилось все напряженнее. Ран, сжав стакан в левой руке, раздраженно добавил: — Эта местная вонючая власть давно уже прогнила. Уебы... Всех перебьем. Санзу задумчиво почесал макушку розовой головы и через минуту прорезал тишину. — Есть план, как отвести подозрения от Аи. Только плата стандартная — «Бонтен» снова в грязи. Впрочем мы ж для этого и живём, верно? Рассмеявшись, уверенные глаза блеснули и, Майки сказал: — Кидай тему! Сейчас устроим. Ая, сядь! Харэ уже трястись! Танако подошла к свободному стулу и села за стол переговоров, внимательно слушая план, что начал предлагать Акаши. В этот момент девушка чувствовала настоящую опеку, дружбу и братство японского синдиката. «Спасибо, ребята, вам за все...» 23:00 Токио. Район Сибуя. На грандиозном экране одного из высоких зданий, в самом сердце известного перекрестка японской столицы, началась трансляция новостей: «Полгода назад произошло жестокое убийство юной девушки. Множественное изнасилование, разрывы гениталий, рваные раны, удушение. В крови были найдены этанол и запрещенные вещества. Полиция пока не смогла установить личность преступника, но утверждает, что к данной трагедии причастен синдикат «Бонтен». Расследование продолжается, новые улики появляются. Уважаемые граждане, будьте бдительны! В темное время суток старайтесь не покидать свои дома без необходимости во избежание угрозы вам, вашим близким и детям. А сейчас о погоде: в То…» Большой палец правой руки надавил на кнопку пульта, заставив выключиться телевизор. Парень отшвырнул прибор. Пластмассовая вещь с грохотом ударилась об стену, а затем об пол. В просторной пятикомнатной квартире воцарилась тишина. Напротив большого телевизора, что висел на светлой стене, сидел парень двадцати восьми лет. На нем черный мешковатый свитшот на несколько размеров больше индивидуального. Под ним чистая белая майка-борцовка, лямки которой были видны на худых плечах и ключицах. Пепельные волосы не касались плеч. Темные бездонные глаза смотрели будто бы в пустоту. Мимика лица была расслаблена, не вызывая никаких эмоций после просмотренных новостей. Парень сидел, непринужденно закинув одну ногу на другую, а правой рукой оперся о белоснежный мягкий диван. — Угомонись, Санзу. Высокий парень, розоватые волосы которого были подстрижены в маллет хаотично и гневно расхаживал перед сидящей персоной. — Да блять! Как они заебали все скидывать на нас. Суки прогнившие! Пусть за своей работой следят! Майки, хочешь, мы всех их уберем?! Парень продолжал сидеть безэмоционально и смотреть в пустоту, будто мысленно вел сам с собой монолог. — Нет, мы сделаем все по-другому. Позже я дам тебе распоряжение. Майки внезапно повернул голову правее, а его угольного оттенка пустые глаза с темными мешками окинули взглядом, сидящую на коленях девушку, чьи руки были связаны позади спины. Равнодушный взор прошелся сверху вниз, будто сканер и детектор лжи одновременно. Он тихо и спокойно проговорил: — Рассказывай, Ая. Кто ты и на кого работаешь? Будешь лгать — закончишь как та дама. Лицо его после произнесенного от слова не менялось совсем. Будто кожа — белый гранит, а мышцы и нервные окончания отсутствуют под его телесной маской. Двадцатишестилетняя девушка — Ая, медовые глаза которой дрожали, словно кубики льда в бокале бурбона, были устремлены вверх на безжалостное лико Майки. Пшеничные волосы касались плеч, обрамляя лицо, напряженное до предела. Красное платье, осевшее чуть выше колен, обтягивало хрупкую фигуру, подчеркивая её беспомощность. Запястья были крепко связаны, и она, в отчаянной попытке освободиться, беспомощно вращала кистями, оставляя на коже едва заметные следы. Тишину комнаты разрезал лишь яркий скрежет, доносившийся из глубины помещения — звук затачиваемого ножа, предвещающий явно что-то неблагоприятное по отношению к ней. Попытка девушки подняться с колен была пресечена твердой рукой Санзу, крепко схватившей её за худое плечо. Он резко, без лишних слов, прижал её обратно к холодному полу. Горло пересохло, слюна с трудом прокладывала себе путь. Ая, преодолевая страх, начала говорить. Её голос был тихим, пронизанным отчаянной мольбой и просьбой о доверии. — Пожалуйста... Отпустите меня... Басистый мужской голос громко произнёс, выдыхая сигаретный едкий дым и убирая ракурс камеры от ребят. — Снято! Заебись вышло. Харучие улыбнулся и посмотрел на связанную Танако, что сидела на полу. "Боги, как закончится все это дерьмо, я точно ее свяжу, только без платья..." Светловолосая недовольно встала на ноги и выпалила, обращаясь к Санзу. — А нафиг так сильно связывать было?! Это ж постанова всего-то! Санзу, подойдя к спине медика, начал медленно развязывать путы, задумчиво отвечая: — Жизнь одна. Хотел посмотреть, как на тебе будут сидеть. Скинув веревки на пол, Ая подошла к Манджиро, который сидел на светлом диване и обдумывал дальнейшие действия. — Ну, я полагаю, что на сегодня все. Глава синдиката слегка ухмыльнулся. — Иди спать, Ая. Завтра тяжелый день у всех. А у тебя тем более. Светловолосая махнула головой и, пройдя по ковру, вышла из комнаты Майки, оставляя остальных ребят для личных договоров завтрашнего плана. Выдохнув, словно освобождаясь от невидимого бремени, девушка прошла по тёмному коридору и исчезла в своей комнате, оставив после себя лишь полоску света, пробивающуюся сквозь узкую щель двери. Сняв с себя красное платье, она повесила его шкаф и, пройдя к кровати, оставаясь лишь в черном белье, удобно легла. Медовые глаза смотрели в потолок, медленно моргая. «Сука... Я его уничтожу...» Положив правую руку к голове, Ая нервно начала крутить на указательном пальце локон светлых волос и продолжать составлять план мести. «Микки, я точно тебя убью без сожалений! Хм… Я раньше задумывалась, что я буду делать, когда узнаю, кто убил сестру... Пусть уже и не кровную... Но все же... Такие люди, как ты, точно не заслуживают жить в этом прогнившем мире...» Перевернувшись на левый бок, Ая положила левую ладонь под щеку и заключила мысль. «Без сожалений... Я убью тебя... Я слишком много боли пережила за последнее время. И это будет моим спасением». На секунду присмотревшись, медик заметила, что у двери стоит мужской силуэт и тихо наблюдает за ней. Улыбнувшись, девушка тихо прошептала: — Да заходи уже, сталкер. Дверь медленно приоткрылась, и младший Акаши зашел в комнату, плотно закрыв ее за собой. Не спеша белые носки ступали по мягкому ковру. Парень присел на кровать, а Ая медленно отползла назад, уступая место рядом. Молча зеленые глаза с узкими черными зрачками посмотрели на полуобнаженное тело Аи. На секунду задумавшись, Санзу лег на кровать, расстегивая белую рубашку и закатав рукава на три четверти до середины предплечий крепких рук. Медик, лежа на боку, медленно поднесла ладонь к области груди парня, а головой уместилась на часть правой подмышки, проговорив: — Спасибо большое... Санзу повернул голову в бок, в сторону лица светловолосой и, ухмыляясь, задал вопрос: — Думаешь, я всегда такой рыцарь? Хех... Не питай надежды. Танако прижалась сильнее щекой, подлезая к шее одного из глав синдиката. — Может да, а может, и нет... Но ты помог... И поверил мне... Ну, или в меня... Санзу, правой рукой нащупав светлый плед, прикрыл наготу девушки и прижал ее тело к своему. — Я сам не знаю, почему я тебя оставил в живых... Может привязанность... Может чувства... Но в любом случае, я получил бурю эмоций, наблюдая, как ты отчаянно борешься со всем дерьмом, что у тебя творится... Санзу на минуту задумался и задал вопрос, который себе в жизни точно бы не задал, а сразу действовал бы. — Что ты будешь делать завтра, если пидарас там будет? Все равно уговоришь Майки взять тебя. Я уверен в этом. Ая без раздумий тихо ответила: — Я его собственноручно убью. Девушка улыбнулась и дополнила: — Уже уговорила, так что да, ты как всегда прав. Смотря в потолок, зеленые глаза расслабленно моргнули. — Не боишься, что потом тебе понравится линчевать таких, как он? Танако выдохнула и прикрыла глаза, вспоминая кадры того, как Микки потеет над сестрой. — Я не боюсь. Уже убивала. Харучие усмехнулся на ответ и откинул левую руку за голову. — То было по нашему приказу. А этот поступок будет по твоему собственному желанию. Правая мужская рука поглаживала талию под кремовым пледом. — Лучше разочаруйся окончательно и живи свободно. Или предоставь это дерьмо мне. Ая, вытянув руку, охапкой обняла грудную клетку Санзу. — Нет. Это моя личная игра. Я обязана сама... Я лично всажу ему пулю в лоб... Харучие пожал губами и недовольно, серьезным голосом спросил: — Если ты это сделаешь, ты будешь на сто процентов такой, как мы все... Ты этого хочешь?! Ты хочешь стать таким же монстром, как я? Который без раздумий убивает всех, вплоть до своей родной сестры? Ая молча хлопала ресницами, продолжая слушать совет. — Я не хочу, чтобы ты становилась, как я. Усмехнувшись, Санзу добавил: — В этой семье достаточно того, что я — придурок, а ты бестолковая. Не делай короче этого дерьма. Потом пожалеешь. Танако тихо прошептала, чувствуя, как сон овладевает ею, и свела тему разговора: — Сегодня будь со мной, пожалуйста... Акаши выдохнул и, перевернувшись на правый бок, долго смотрел зелеными глазами на белое лицо Аи, пока та не уснула. — Глупенькая птичка... Ты еще ребенок, а я настоящий монстр... Тебе это не нужно... 17:00. Проспав всю ночь, утро и день, организм медика пытался насытиться сном и набраться сил на предстоящее дело. Открыв медовые глаза, девушка поняла, что Акаши давно чем-то занят. — Ммм... А это что? Потянувшись к прикроватному столику, светловолосая взяла двумя пальцами записку и, раскрыв белый лист, прочла вслух обращение: — Ая, проснёшься, поешь, надевай платье или че ты там любишь. К 22:00 спускайся. Мы пока отъехали все подготовить. Танако внимательно посмотрела на столик, где стоял давно остывший кофе и пара бутербродов. Приподнявшись, чувствуя голод в желудке, она взяла кофе и еду и приступила к трапезе. «Однако приятненько. Галантный сталкер» Доев и выпив холодный напиток, приготовленный Санзу, девушка ещё пару часов повалялась на кровати, обдумывая свой личный план мести. «Что бы ты ни говорил, прости, Хару, но я отомщу…» 21:30. Ая надела подготовленное с ночи чёрное платье по колено, подчеркивающее ее талию, подкрасила глаза тушью, сделала высокий пучок, из которого хаотично выбивались светлые пряди, и вышла из комнаты. Спустившись по широкой лестнице, медик подошла к прихожей и, надев туфли на каблуке, вышла из большого дома, направляясь к выходу по освещенной дорожке. Около ворот три отполированные машины с заведенными моторами стояли и ожидали своих господ. Ая, увидев ребят, улыбнулась и быстрыми шагами добралась до них, здороваясь. — Приветули всем. Братья Хайтани и старший Акаши без слов махнули головами, сев в машину. Манджиро в своей обычной одежде, улыбнувшись, открыл заднюю дверь тачки, указывая девушке. — Садись и погнали. Светловолосая беспрекословно села внутрь, за ней поспешил Манджиро Сано и Коконой Хаджиме. Харучие, молча наблюдавший за обстановкой, завел мотор своего мотоцикла и, опустив визор, тронулся с места, после того, как выехали три бронированные машины. Ая внимательно слушала повторение плана, который оглашал Манджиро для всех троих. — Нам переводят бабки, Коко проверяет баланс, после чего Акаши сообщает помощникам, и те начинают свое дело. Черные глаза Майки посмотрели на Аю. — Ты стрелять умеешь? Светловолосая с серьезностью в голосе ответила: — Немного. Хаджиме рассмеялся, убирая телефон в карман своего красного хаори. — Не, так не бывает, тут или умеешь, или нет. Медик уверенно переделала свой ответ. — Умею. Только пушки нет. Глава «Бонтен» из бардачка достал один пистолет из трех и протянул своей сестре, немного с опаской говоря: — Ая, этим ты сможешь убить человека, но это не значит, что ты должна это сделать. Хару будет за всем смотреть, и, если что-то пойдет не так, то увезет тебя. Поправив пепельного цвета волосы, Сано добавил: — Не нравится все же идея мне брать тебя с собой. Может, я делаю большую ошибку, но... Я поддался твоей просьбе. Ая внимательно смотрела в окно, как по правую сторону параллельно едет Акаши Харучие и время от времени смотрит на нее. Девушка уверенным голосом закончила разговор: — Майки, не переживай. Все будет хорошо. Обещаю, я просто буду присутствовать и не более. Три машины, рассекая ночную тьму и пригород, подъехали к огромному морскому порту и остановились в заранее оговоренном месте. Холодный морской воздух проникал в салон, неся с собой запах соли и машинного масла. Ая удивленно распахнула шире глаза. — Майки, это все наши? Манджиро улыбнулся в ответ, открывая дверь. — Это всего одна седьмая из наших. Не переживай. Танако вылезла из машины, прочно встав на длинные каблуки. По обе стороны трех тачек стояло около пятидесяти людей. Харучие снял шлем и, повесив его на ручку руля, перекинув ногу, слез с байка. — Чудненько. Сегодня мы станем еще богаче и известней. Оснаватели «Бонтен»: Манджиро Сано, братья Хайтани, Коконой Хаджиме, Какуче Хитто, Акаши Такеоми, Санзу Харучие и Ая Сано стояли рядом с парковкой, на мосту между двумя кораблями в ожидании новых партнеров. Ребята посмотрели на подъезжающий картель из семи джипов. Хаджиме потер ладони в волнении. — Бабосики... Не зря у меня чесалась сегодня правая ладонь. Риндо усмехнулся, поправляя красный галстук. — Хех, спишь и видишь во снах небось. Шесть людей в черных костюмах захлопнули двери и направились на встречу синдиката «Бонтен», что стояли на причале. Танако, молча наблюдая, осмотрела новых партнеров. Подойдя, невысокие парни поздоровались за руку с каждым из ребят. Один из корейских представителей с серьезным лицом посмотрел на Аю, после чего произнес несколько фраз. — Приветствую. Наши китайские друзья передали, что ваш товар идеален. Попробовав, мы готовы с вами сотрудничать. Деньги на счет поступят в течение нескольких минут. Спасибо. Манджиро Сано одобрительно кивнул в сторону рядом стоящего Харучие, который достал телефон из кармана штанов и, напечатав сообщение «Все одобрено», сообщил своим людям, что товар можно начинать погружать на корабль. Танако стояла рядом и, лишь делая холодный взгляд, поклонилась в знак нового заключения сделки и благодарения. «Ничего себе… Как все четко и быстро… И спать ни с кем не нужно. Вот это я понимаю заключение сделки» Мгновение. Взгляд, устремленный в асфальт. Выстрел. Ая вздрогнула, услышав вой полицейских сирен, нарастающий с каждой секундой все ближе и ближе. Мгновенно подняв голову, светловолосая увидела полную неразбериху. Все пятьдесят человек, включая ребят, с которыми она сроднилась, моментально достали оружие и начали стрелять в ответ надвигающимся пачкам подготовленных полицейских, которые выпустили пули первыми, обходя и пытаясь замкнуть круг. Манджиро молниеносно повернулся к Санзу и крикнул через оглушительные выстрелы: — Хару! Увози Аю! Им всем пизда! Младший Акаши моментально схватил девушку под руку и быстрыми шагами потащил ее к мотоциклу, что стоял в десяти метрах. Хмурясь от недовольства, «правая рука» синдиката подумал про себя. «Блять, все веселье и без меня… Ну как обычно… Ебаный свет... Это же моя любимая часть программы!» Ая дрожащей рукой, прыгая то на одной ноге, то на другой, скинула с себя высокие каблуки и босиком побежала, держась крепко о предплечье Санзу. «Это пиздец… Их всех убьют…» Казалось, пару секунд, и двое сидели уже на байке. Акаши переключил коробку на вторую передачу и через выстрелы помощников, которые прикрывали его и Танако, прокрутив ручку газа, резво выехал из кармана парковки. Стрелка спидометра неуклонно летела вверх, до свободы оставались считанные метры... И в этот момент раздался громкий выстрел, заставивший содрогнуться всё вокруг. Куда он попал? Пуля, выпущенная снайпером, попала точно в заднее колесо мотоцикла. Резина взвизгнула, теряя сцепление с асфальтом, и мотоцикл начало бешено швырять из стороны в сторону, угрожая сбросить седоков. Потеряв полное равновесие, Санзу крикнул: — Ая! Па... Да... Е... М... Светловолосая поняла, что так просто сегодня они отсюда не уедут. Байк упал на правый бок с пилотом и двойкой, протаранив их по асфальту двадцать пять метров. Чёрное платье, словно паутина, расползалось, соприкасаясь с асфальтом, оставляя на коже Аи кровавые отметины и длинные дорожки, словно багровые цветы, распускающиеся на бледном полотне. Мгновение и Санзу, лежа превозмогая боль, поднялся на ноги сквозь поднявшуюся пыль от аварии. Голова гудела, перед глазами все плыло, но зеленые, начали искать спутницу. «Вот же дерьмо… Ая?!» Танако лежала в пятнадцати метрах позади. Дикая боль в правом плече, бедре и ребрах, словно кувалдой била с каждой секундой тело медика. Пробуя откашляться и в попытках встать с колен, Ая схватилась рукой в области ребер. «Дышать не могу...» Через громкие многократные выстрелы вдалеке медик услышала знакомый голос и медленные приближающиеся шаги. — А вот и шкуру словили... Живучая сука... Рассмеявшись, вальяжно Микки подходил к девушке, которая корчилась от боли и пыталась захватить кислород в полуживые легкие. Санзу, видя Аю на коленях в три погибели и ублюдка, стоящего над ней, через дикую боль в ноге, достав пистолет, медленно направился к ним. Девушка, стиснув зубы, подняла медовые глаза, понимая, что перед ней стоит убийца, который продолжал свой монолог вслух. — Ты такая же сука, как и твоя мелкая тупая сестра! Думаю, ты уже узнала правду, раз смотришь на меня, как голодный зверь на мясо! Рассмеявшись, Микки дал слово девушке, которая сиюсекундно от адреналина вскочила босыми ногами на асфальт. В этот момент Ая словно перестала существовать. Боль отступила, будто её и не было, а удушье казалось чем — то далёким и нереальным. Она больше ничего не чувствовала. — Сука, я лично тебя убью... Как ты мою сестру... Микки разразился еще более громким смехом, и его без того искаженное от удовольствия лицо превратилось в жуткую маску. Свет от высокого фонаря безжалостно высвечивал каждую черточку его лица, подчеркивая безумие, плескавшееся в его глазах. — Ну, давай, что ты сделаешь?! Маленькая шлюха «Бонтен»! Твою сестру было заебись трахать, а после... Парень поднял правую руку и провел двумя пальцами поперек своей шеи, показывая, как режут горло. Танако разрывало на части неконтролируемое желание отомстить. Ярость бурлила в её венах, подпитывая неутолимую жажду увидеть то, как угасает жизнь в глазах её бывшего жениха. «Я лучше буду такой же, как моя семья, чем слабой девкой» Светловолосая убежденно произнесла: — Тебе... Пизда... Прошептав, Ая Сано — сестра самого страшного человека главы синдиката «Бонтен» и всего Токио мгновенно завела руку за пазуху, и дуло черного пистолета уже смотрело ровно в голову противника. Харучие Акаши со всех ног побежал к девушке, басом, прокричав: — Ая! Не делай этого! Оно тебя сожрет, как и меня! Дорогой друг, с того момента, как Вы начали читать данное произведение, вы чувствовали все эмоции, которые переживали вместе и на месте Аи. Вам предстоит сделать серьезный выбор, чтобы узнать, чем закончится эта потрясающая история. «Стрелять или нет?» Этот выбор для каждого будет тяжелым и личным, так как в каждом из нас присутствует, как человечность, так и бурлит жажда мести. Хорошо задумайтесь, перед тем, как его сделать: Стать монстром, таким же как и большая часть Земли, или же послушать Санзу Харучие и смириться, подавляя каждый день боль и горесть и жалеть о несделанном. «Живи сейчас! Живи моментами!» Выбор только за тобой! Концовка 1: Выстрел. Концовка 2:Смирение. Выберите концовку, и начните читать.