Часть 19 Шок на шоке

Манджиро не спеша положил телефон обратно в карман и, опустив взгляд, молча направился внутрь высокого дома. Все стоящие оглянулись, посмотрев друг на друга и не говоря ни слова, последовали за главой. Ая, не показывая беспокойства, смахнула волосы назад и, поднявшись по мраморной светлой лестнице, вошла в дом последняя. «Вот черт… А если речь обо мне… И если кто-то узнал, зачем я тут… Мне пизда…» Сердце начало колотиться, как птица в клетке. Светловолосая поставила туфли на коврик у двери к остальной обуви и, сняв белый плащ Харучие, повесила его на высокую вешалку, что стояла рядом, прокручивая мысли одну за одной. «Если Санзу узнал такие вещи как-то, что я — приемный ребенок, то он легко мог узнать, обо мне все, что угодно… Но Шино-сан сказал, что удалил всю информацию обо мне… Вопрос, успел ли он вообще это сделать до того, как я пришла в клуб?!» Проходя по длинному светлому коридору, Танако заглянула в гостиную, где всегда собирались ребята, но на данный момент там было пусто. Раннее солнечное утро давало понять, что глава и его напарники разбрелись по комнатам для отдыха. Девушка не спеша поднялась по лестнице на второй этаж и прямиком направилась в свой уютный уголок. Закрыв за собой дверь, Ая облокотилась о светлое дерево спиной и, прикрыв глаза, выдохнула. — Боги… Эта нарастающая тревога… Ненавижу это чувство… Медик шаг за шагом переместилась к просторной душевой комнате. — Чем дальше я иду, тем сложнее мне морально… Включив кран, девушка сняла всю одежду и, присев на часть ванны в ожидании, начала трогать худой рукой воду. Горячая струя наполняла каплеобразную чашу с быстрым напором. Дождавшись, когда половина заполнится, Ая аккуратно ступила внутрь и пятой точкой удобно уселась. Откинув голову назад, девушка вытянулась во весь рост и прикрыла глаза от усталости, просидев в воде десять минут. «Мне кажется, что пора съездить к Шино-сану. Чувствую жопой, что-то случится… Вот чувствую же… Случится» Стараясь остановить поток мыслей, Ая нанесла крем-гель на кожу и принялась смывать с себя остатки китайской крови с плеч и тонких длинных ног. Стоя под тропическим дождем, красные струи скатывались по коже, становясь прозрачными. Закончив обезоруживание, светловолосая переступила высокий белый борт и, обкрутившись свежим белым полотенцем, протерла ладонью запотевшее зеркало и посмотрелась в него. На грудной клетке, чуть ниже ключиц зияла свежая татуировка. — Боги… Как же все запутано… Девушка тихо шептала про себя, удивляясь. — За эти сутки случилось столько всего… Сделка… Убийство… Новая семья… Новое вступление в синдикат… Ая вышла из ванной комнаты, оставив дверь открытой и, подойдя к шкафу, одела нижнее белье. Посмотрев на вещи в шкафу, а точнее, на их малое количество, она улыбнулась. «Вот и повод съездить домой и попробовать разобраться самой, перед тем, как что-то случится» Натянув кремовую майку на три размера больше и черные штаны с носками, светловолосая прошла к маленькому белому столику с зеркалом и, взяв расчёску, принялась распутывать свои мокрые волосы. «Гложет… Совесть гложет… Как все рассказать?» Девушка легла на большую заправленную кровать с мягким пледом и скрутилась клубком. «Меня точно не поймут… Пусть я и сестра Майки… Но… Думаю, если он узнает, то ему будет плевать на такую, как я…» Ая прикрыла глаза перед тем, как погрузиться крепко в сон. «Не думаю, что меня кто-то тут поймет… Да и Хару сказал, что если я предам, то собственноручно прихлопнет меня… Такой без раздумий отсечет не только руку, но и голову, и плевать ему будет, нравлюсь я ему или нет… Короче, Ая, ты в полном дерьме…!» Яркий алый закат окрашивал небо над Токио в оттенки крови и огня. Жаркое, пылающее солнце медленно опускалось за горизонт, исчезая за многоэтажками, словно уступая место прохладной ночи. Город погружался в сумерки. Танако, зевнув, перевернулась на спину и открыла медовые глаза. Рука медленно потянулась к прикроватному столику, где стояли капли для ее линз. Открыв тюбик и сделав пару капель под нижние веки, светловолосая проморгалась и поставила препарат назад. Вздрогнув и почесав правое предплечье, она услышала доносящиеся голоса из открытого окна. Не спеша, встав и подойдя к белой раме, светловолосая увидела, как Коконой, Манджиро и Санзу сидят за небольшим белым столиком, а рядом с просторным бассейном, стоит раскаленный мангал. Поправив волосы и подкрасив черной тушью глаза, Танако накинула клетчатую рубашку поверх майки и, натянув носки повыше до косточек, вышла из комнаты и спустилась на первый этаж. Надев кеды, не завязывая, тонкие пальцы погрузили длинные шнурки во внутрь обуви. Девушка выпрямилась и резво вышла на задний двор, закрывая за собой стеклянную дверь. Манджиро, сидя на пластмассовом стуле, спокойным тоном вел беседу с Коко, который переворачивал на решетке прожаренное мясо с помощью длинных щипцов. Санзу, услышав шарканье кед по дорожке, повернул голову. «Наконец-то проснулась» Зеленые глаза с узкими черными зрачками смотрели на Танако в одобрительном знаке. — Царский сон, однако. Харучие повернул лицо с двумя шрамами к бассейну, где на воде отражалась полная луна, искажая свой яркий масштаб. Монотонный голос парня громко дополнил: — Кидай зад рядом с нами. Есть о чем поговорить. Ая подняла голову от бетонных плит и посмотрела на розоволосого парня. «Что он сделал с волосами?!» Девушка обошла ребят и, присев на белый стул, сложила ладони между ляжками. — Вечерок всем. Манджиро поправил легкую светлую куртку и, улыбнувшись, посмотрел на Аю. — Хорошо поспала? Мы с этими оболтусами старались не греметь мотоциклами. Танако, повернув голову вправо, бодро ответила, улыбаясь: — Конечно, спасибо большое. Выпрямив спину и подав корпус вперед, она заглянула за сидящего белокурого Сано и недоумении посмотрела на младшего Акаши. — А, это… Твоя новая прическа что-то значит? Харучие усмехнулся и, взяв со стола стакан с красным пивом «Олд Бобби», сделал пару глотков и ответил: — Мне кажется, «маллет» мне идёт. Ну и не только тебе можно обновы делать с волосами. Ая, пару раз моргнув, села обратно удобнее на стул, упираясь о спинку стула и замолчала, наблюдая за действиями остальных. Коконой, поправив красное хаори, спрятал свой обнаженный торс и, откинув светлые волосы назад, принялся накладывать готовое мясо на тарелку. Повесив щипцы рядом с мангалом, он прошел к круглому столу и, поставив тарелку с едой, сел напротив всех. Закурив сигарету и положив зажигалку в карман белых спортивных штанов, Хаджиме начал разговор: — И так. Сегодня мы начали искать крысу… Ая напряглась, внимательно слушая и увидев пустой стакан, рукой потянулась к открытой бутылке с виски. «Ебаны свет… Срочно алкоголь…» Коконой, продолжая говорить, отмахнул Аи руку и, взяв горячительное, налил ей в стакан коричневый сорокаградусный напиток, добавив несколько кубиков льда. — Сегодня четверг. В субботу у нас крупное дело. Манджиро взял вилку и насадил кусочек стейка на нее, махая головой в знак согласия, начиная жевать горячее. Хаджиме серьезным тоном начал объяснять детали, скидывая пепел в небольшую чашу с бычками. — Сделка пройдет с корейцами в порту Иокогама. К часу ночи нам нужно там быть. Ая, сделав пару глотков обжигающего напитка, поставила полу опустошённый стакан на столик и правой ладонью почесала затылок в ожидании продолжения, пока Коконой выдыхал дым от сигарет. — Сделка у нас на миллион американских, сами понимаете, это слишком серьезная сумма. Харучие, закинув за голову две руки, согнув их в локтях, посмотрел на чистое звездное небо и раздраженно добавил: — Не ссыте, я найду эту гниду. Мне нужны сутки. Ему или ей не жить. Ая медленно отвела голову, посмотрев прямо на Коко, а тот подытожил: — Ая, Майки и я едем в порт, Санзу на подхвате. Остальные подготовят людей и будут начеку. Серый дым выходил из легких, касаясь красивых губ парня. — Что-то, мне кажется, все пойдет по пизде. И скорее всего нам могут сделать подставу с полицией… Поэтому… Затушив сигарету в маленькую пепельницу, Коко улыбнулся и посмотрел на впереди сидящих. — Нам нужно хорошо подготовиться, вплоть до оружия. Танако, сглотнув слюну от волнения, поправила клетчатую рубашку и тихо задала вопрос: — А стрелять точно нужно будет? Харучие от услышанного пустил смешок, искажая улыбку и два небольших шрама рядом с ней. «Наивная дуреха… До сих пор верит в чудеса» — А ты боишься? Сделав глоток прохладного пива, Акаши накинул на голову большой серый капюшон своей свободной байки. — Ты ведь так далеко зашла. Пути назад, как видишь, уже нет. Танако от услышанных фраз смутилась, смотря на воду в бассейне. «Блять… О чем он…» Девушка поправила пшеничного цвета волосы и начала гонять свои подозрения. «Или он уже знает, кто я… И просто играет со мной… Или он говорит о том, что я уже предана «Бонтен» на все сто процентов… И деваться мне некуда, потому что у меня новая семья… Да нет… Бред… Я паранойю сама себе… Ая, успокойся. Разрулю все завтра…» Манджиро, поставив руку в локте, положил острый подбородок себе на ладонь, и черные глаза посмотрели на Аю, которая всем видом старалась не показывать свое переживание. — Ты боишься, сестренка? Танако нервно помахала несколько раз головой в знак согласия и тревожно ответила: — Если честно да… А если нас всех там перебьют? Манджиро довольно улыбнулся и попытался успокоить сестру по-своему. «Вот глупышка… Как же хорошо, что она появилась в моей жизни…» — Не перебьют. Нас много. В пекло я тебя не потяну. Ая внимательно смотрела, как тонкие губы нового брата уверенно вещали. — Тем более, если ты останешься в тени, то всех нас залатаешь. Не переживай, Ая. Обещаю, все будет хорошо. Коконой Хаджиме усмехнулся и встал со стула. — Ну, а если нахер нас всех прихлопнут, будешь потом за нас вести дальше дело. Танако посмотрела медовыми на парня в красном хаори и буркнула: — Нихера не смешно. Вот ни капельки! Манджиро, встав со стула, налил всем виски и, поднося к губам стакан, дополнил: — Я спать. Не шуметь. Разберемся позже с этим. Как говорится, по мере поступления проблемы. Поставив стакан обратно на стол, Сано не спеша покинул общество. За ним проследовал Коконой, в усмешке ляпнув оставшимся: — Санзу, тут не трахайтесь. Везде камеры. Танако опешила от таких шуток, и бледные щеки в секунду налились красным румянцем. Акаши недовольно ответил, перекидывая нога на ногу в черных спортивных штанах. — Не твое собачье дело, что мы будем делать. Пиздуй уже. Глава и его помощник скрылись за дверями дома, оставляя Аю наедине с розоволосым парнем в серой свободной худи. Пересев на место, где сидел Манджиро, Санзу достал пачку сигарет и, закурив одну, смотря на звезды, затянувшись, выпустил серый дым из легких. Танако повернула голову, осматривая новую причёску Харучие. «А ему идет» Взяв обеими руками наполненный стакан виски и сделав пару глотков, она набралась смелости задать пару вопросов и поставила напиток обратно. — Хару… Я сейчас, возможно, буду глупые вопросы задавать, но… Санзу перевел зеленые глаза на светловолосую. «Блять, что она уже в этот раз затеяла…» Парень в усмешке ляпнул: — Алкашка развязывает тебе язык, смотрю, неплохо. Океюшки, валяй. Попробую ответить на все. Но… Не переходи границы дозволенного. Танако махнула головой, чувствуя, как алкоголь начинает греть ее желудок. «Пора узнать приблизительно, что со мной будет, чуть что… Нужно начать с чего-то… Отдаленного. Боги, я буду похожа на школьницу…» Ая тихо произнесла пухлыми губами, прорезая тишину и звуки цикад: — Хару, а насколько я тебе нравлюсь? Ну, вряд-ли ты меня полюбил. Но все же… Акаши улыбнулся, а взгляд зеленых глаз перенесся на воду. «Началось… Ебаны свет…» — Ну… Неужели ты настолько слепа, что не замечаешь. Ради тебя я сорвался с места и убил убогого китайца. Девушка в этот момент поняла, что ее уже не слишком страшит речь о чьей-то смерти и будто звучит это утверждение, как норма жизни. «Во блин… Приехали… А чего еще ожидать, когда я почти такая же, как все они» Поправив пряди светлых волос, Ая улыбнулась и возмущенно произнесла, жестикулируя правой рукой. — Ну, так-то и я убила из-за тебя. Один — один. Это не считается! Акаши свесил руку с подлокотника, немного протягивая ее к рядом сидящей Ае, продолжая смотреть на воду с подсветкой. — Ну, допустим. Если ты заметила, по твоей просьбе я стараюсь не жрать антидепрессанты пачками и терплю эту ебаную боль. Этого достаточно? Танако улыбнулась и левую руку спустила к руке Санзу, аккуратно касаясь его длинных пальцев своими худыми и прохладными. — Да… Заметила. — Прошептав, девушка посмотрела на Акаши. Ты же понимаешь, что это необходимо… Харучие махнул головой в знак понимания и, взяв стакан с красным пивом, решил узнать, то, что он заметил этим вечером. — Ая, что тебя ещё беспокоит? Ну, кроме того, что предстоит сделка и нихера не понятно, что там будет. Медик на мгновение погрузилась в раздумья. «Блять… А, может, это и есть тот самый повод, узнать про сестру… Но…» Ая тихо произнесла: — А что будет с той крысой, которую найдешь? Ну, это же предательство выходит… Санзу задумался, представляя всю картину, что будет делать с тем человеком, и вынес вердикт, довольно говоря: — Я сниму с него кожу живьем, кусок за куском, пока буду рассказывать обо всех прелестях истинной жизни. По спине Аи пробежали мурашки, внимательно представляя это все и слушая дальше. — Затем я выпотрошу его, как рыбу, брошу его внутренности собакам, и пока они пируют… Я буду наслаждаться этим видом. Предателям тут не место. Трогая свои розовые волосы Санзу замолчал, а его голос понизился до зловещего шепота. — Но мне кажется, и этого будет недостаточно. Чтобы действительно сделать из него пример, я сохраню его труп, как жуткий трофей, который будет служить постоянным напоминанием тем, кто осмелится предать «Бонтен». Мгновенно повернув голову к Ае, Санзу довольно улыбнулся и рассмеялся. — Да чего ты напряглась?! Ая старалась не подавать вида представленных действий на себе. — Да не напряглась я! — Хмыкнув, девушка отвернулась. Акаши начал сильнее сжимать тонкую ладонь, подмечая. — У тебя ладошка вспотела. Я так понимаю, этот вопрос тебя все же беспокоит. Танако выдохнула и попыталась убрать тонкую руку с крепкого сжатия мужской ладони. — Просто интересно, насколько ты повернутый на убийствах… Ну и хотела узнать, насколько хорош твой ум на фантазии. Розоволосый рассмеялся и встал со стула. — Как видишь, они великолепны, мои представления. Впрочем, я тебе говорил, я — само исчадие ада, когда я не принимаю таблетки. Отойдя от девушки, Санзу вновь закурил, периосиливая ломоту и боль мышц, которая мучила его уже больше суток. — Ты сможешь любить меня таким, какой я есть? Ая медленно поднялась со стула, держа крепко стакан виски со льдом. «Боги, что я опять творю?» — Да… А ещё мне нравится, как ты пахнешь… Сакура, цитрус и деревяшки… Харучие отвернул нос, посмотрев на алкоголь девушки, вдыхая горький дым. — На кой хуй я тебе сдался, этот вопрос конечно хороший… Думаю, ты и сама не знаешь ответа… Верно? Танако залпом выпила остатки содержимого в стакане и, сняв с себя клетчатую рубашку, кинула на стул. -Хм… Дай подумать… Светловолосая подошла к Акаши, что стоял к ней спиной, а лицом к бассейну. Тонкие пальцы медленно, словно щупальца, обвились вокруг его торса и серой толстовки, сжимая их с неожиданной силой. Пульс Акаши участился, когда он осознал, что ему все больше нравится это чувство. Оно было лучше, чем адреналин и антидепрессанты вместе взятые, оно захватывало его целиком, наполняя каждую клетку его тела кайфом до мурашек. Мужское дыхание стало прерывистым, сердце билось так громко, что казалось, его услышат все вокруг. Он чувствовал, как его тело начинает гореть от этого прикосновения, словно каждый нерв был натянут до предела. Это было не просто прикосновение, а целая гамма эмоций, которых он никогда раньше не испытывал вне маленьких круглых помощников и Аи. Харучиё медленно повернулся к Танако лицом и расцепил ее руки, монотонно сказав: — Не привязывай меня к себе… Если не боишься потом пожалеть об этом… Выдохнув, зеленые глаза внимательно всмотрелись в медовые. — Ты меня не выдержишь. Ая выпрямилась в спине, поравнявшись с ростом Харучие. — Думаешь?! Медленно поднеся пухлые губы к тонким парня, Танако прошептала: — Я уже ничего не боюсь. Ни смерти, ни тебя… Санзу аккуратно взял левой рукой талию девушки, а второй медленно достал черный пистолет из кобуры, и тихо сделал заключение в дюймах от ее пухлых губ. — А зря… Подняв правую руку с пистолетом и, прикрыв один глаз, Харучие сделал два контрольных выстрела. Две пули попали прямо в висящую камеру на стене, что захватывала ракурс двоих. С этой секунды, трансляцию никто не мог видеть. С силой, словно отбрасывая прошлую жизнь назад, Ая толкнула их обоих в бассейн и позволила холодной воде окатить себя. «Если он узнает о том, кто я и убьет, то пусть запомнит меня как самый сильный наркотик» Вынырнув из воды и придерживая Танако, растеряно Акаши произнёс: — Да… Ещё раз убеждаюсь, что ты такая же, как и я… Губы двоих, как и тела, начали медленно сплетаться воедино. В этот момент Санзу чувствовал истинный наркотик, который Ая ему предоставляла. Девушка тяжело дышала, наблюдая, как состояние парня с каждой минутой приходило в себя. Стянув с себя штаны и раздвинув ноги Танако, Акаши дерзко проговорил. — Или все или ничего… Мой закон жизни… Ая улыбнулась, смотря в зелёные глаза и на шрамы розоволосого. — Выбираю тебя, а все остальное пошло нахер. Губы слились воедино, принося обоим удовольствие тел и чувств на два часа. Закончив страстный секс, Ая довольно выбралась из бассейна, наблюдая, что уже совсем скоро настанет рассвет. Акаши, выжимая штаны, допил красное пиво, и с ухмылкой в приказном тоне сказал. —Не свети мокрой жопой. Иди в дом, пока все спят. Ая махнула головой и задорно ответила, хватая в руки мокрую одежду. — Так точно, босс. Задумавшись, она нашла повод подлизаться. — Хару, я могу завтра съездить домой за одеждой? Почти вся выкинута, ты знаешь, по каким причинам. Акаши кивнул головой в знак одобрения и закурил победную сигарету, усаживаясь на белый стул. — Конечно, сгоняй. Водила тебя отвезет. Танако улыбнулась и повертелась вокруг себя от радости. — Спасибочки, Хару. Быстро медик прошмыгнула в дом на второй этаж, оставляя за собой мокрые следы на мраморном полу. Войдя в свою комнату, скинув все мокрое в ванную, голышом легла, накрывшись пледом. «Я не знаю, что будет завтра, но знаю, что сейчас мне чертовски хорошо…» Утро светловолосой началось со звуков прогазовки мотоцикла и машин. В лёгкой улыбке Ая потянулась и взяла в руки телефон, на который недавно пришла смс от «Мой Хару». Распоролив телефон, глаза пробежались по сообщению. «Уехали по делам. Будь аккуратна, когда поедешь домой. И… Не додумайся надеть мой плащ… Веди себя хорошо птичка» Танако закатила глаза и отложила телефон в сторону. Не спеша, слезая с большой кровати, Ая направилась к шкафу. Надев белье и натянув кремовое платье поверх, девушка умылась и причесалась. Посмотрев на часы, и видя, что циферблат показывает два часа дня, она взяла маленькую сумочку, положив туда ключи от квартиры и банковскую карту. «Пора расставить все точки над и» С этими мыслями она спустилась на первый этаж и вышла из дома. Видя бассейн и вспомнив, что она вчера творила с Санзу в нем, бледное лицо окрасилось легким румянцем. «Да бля… Узнаю все… И черт с ним… Все скажу, как есть… Так больше нельзя…» Ая шла по дорожке из камней в направлении охраны. Подойдя и поздоровавшись, Ая не успела больше ничего не сказать, как высокий мужчина в идеальном костюме сел в рядом стоящую машину на водительское место. Светловолосая поняла, что охрану уже предупредили. Сев в черную вылизанную машину до идеала, медик аккуратно захлопнула дверь. Мотор заурчал с двигателем в три и пять объемом. Колеса медленно тронулись, и через распахнутые ворота Ая выехала к себе домой. Тридцать километров через шумный Токио и сердце девушки забилось чаще, когда она увидела знакомые улицы, на которых не была много месяцев. Машина плавно остановилась у главного входа. Ая улыбнулась, обращаясь к водителю: — Я быстро. Спасибо. Выскочив из машины, ноги в черно-белых кроссовках несли девушку на родной этаж. Достав из сумочки ключи, Танако вставила один из них в разъем и после прокрута двух раз, тяжелая дверь открылась. «Нужно связаться с Шино-саном… Сейчас наберу ему по стационарному и все узнаю, что там творится» Она не спеша зашла в свою родную квартиру и, не разуваясь, прошла в комнату, чтобы открыть окно и пустить поток свежего воздуха. — А это что ещё? Приподняв тонкую бровь, медик подошла к не заправленной кровати. Белая бумага с написанными иероглифами ожидала девушку на протяжении неизвестного времени. Ая аккуратно взяла в руки письмо, а медовые быстро поглощали текст. «Ая, это Шино-сан. По моей просьбе Микки передал тебе письмо в квартиру. Первое. Ты не появлялась уже неизвестно, сколько времени дома и не пыталась с нами связаться. Я не знаю, что, Ая, ты творишь, но это пагубно выльется для тебя. Ты покрываешь убийц и преступников. Микки был прав, не стоило тебе лезть в это дело… Ая, к тому же, недавнее убийство в отеле китайского посла показало, что на месте были обнаружены твои отпечатки пальчиков на стакане и бутылке шампанского. Танако, ты будешь объявлена в розыск, как предполагаемая убийца. Ты понимаешь, что это стокгольмский синдром, то, чем ты сейчас занимаешься. В эту субботу у синдиката крупная сделка и мы знаем, где и с кем. На твоем месте, я подумал бы хорошо, явился с повинной в полицию и все рассказал бы как есть. Мы с Микки тебя сможем вытащить из говна, в которое ты так яро вступила. Если ты до завтрашнего вечера не явишься ко мне в офис, это будет считаться помощью в покрывательстве синдиката. Перед тем, как принимать еще одно глупое решение, советую, ещё раз хорошо обдумай, для чего ты все это затеяла, и какие будут последствия, если ты не явишься» Ая стояла, будто ударенная мешком по голове, да с такой силой, что у девушки начала вмиг кружится голова и подташнивать одновременно. Опешивши, она стояла посреди комнаты с этим письмом в руке и не понимала, что вообще происходит. «Полное дерьмо… Мне пиздец… Приехали…» Внезапный стук в дверь заставил Аю вздрогнуть, вырвав её из оцепенения. Танако, схватившись за голову, быстрыми шагами подбежала к двери и посмотрела в глазок. Девушка удивленно произнесла. — Хару? Сейчас то, что Акаши стоит на пороге ее квартиры, не сильно беспокоило девушку по сравнению с новостью от старшего следователя. Мгновенно скомкав плотный лист в руке, она кинула его куда подальше, в сторону окна и трясущийся рукой открыла серую дверь. — Долго открываешь… Розововолосый с черной маской на лице прошел в прихожую и закрыл за собой дверь на щелчок. Аю трясло, будто током, не давая ей скрыть уже ничего, подавая свое состояние, как на ладони. Медленно отойдя, девушка развернулась спиной в кремовом платье к Акаши и задала вопрос, пытаясь сдерживать слезы, что вот-вот рухнут водопадом. — Что ты тут забыл? Санзу расстегнул черную кожаную байкерскую куртку и снял белую катану с плеча, поставив ее аккуратно у порога. Приподняв бровь, Акаши довольно спросил, сделав пару шагов вперед: — Что случилось, моя мазохистка? Ая стояла, трясясь спиной к подходящему к ней Харучие. «Все… Похуй… Что будет, то будет… Плевать на все…» Сердце вырывалось от боли, страха и бури эмоций. «Так больше нельзя… Или я сейчас сама вскроюсь…» — Харучие… Я должна тебе кое-что сказать… Танако не спеша повернулась к парню, который впритык стоял к ней и внимательно смотрел зелеными глазами, подмечая ее состояние. — Внимательно, Ая. Говори… Светловолосая тряслась так, как в тот день, когда узнала о смерти своей сестры. — Я… Я в розыске… Я тебя безумно полюбила… Правда… Санзу медленно снял черную маску, а уголки его губ со шрамами начали приподниматься от услышанных слов. Ая почти заикаясь, говорила, смотря в глаза Санзу, а горло само сдавливало от страха и желания зарыдать на всю квартиру. — Я — тот самый предатель… Я попала к тебе под прикрытием, чтобы выяснить, кто в «Бонтен» убил… Мою… Сестру… Прошептав, девушка закрыла глаза и выдохнула, слыша, как ее сердце выбивается и грохочет, как колокол. Санзу в этот момент громко рассмеялся и прошел мимо стоящей Аи Танако к окну, подымая скомканный лист. — Наконец-то… Я дождался, когда ты сама признаешься в этом. Бесшумно раскрывая клубок бумаги и быстро поглощая текст, Санзу продолжал свои мысли вслух, пока Ая стояла, как вкопанная от неожиданности слов парня. — Мне было интересно наблюдать за твоими попытками и потугами узнать правду… Я мог тебя прирезать в любой момент… Но, знаешь… Санзу кинул письмо на пол и подошел к Ае, которая от шока почти теряла сознание. Дернув ее за руку, он вложил в ладонь кусочек пластика. Танако открыла почти плачущие глаза и посмотрела в ладонь, пока Санзу продолжал говорить, зная, что выиграл это пари. — Какое было зрелище… Я бы себе не простил, если б пропустил такое. Стоило только новостям вывалить на нас дерьмо — и я сразу вышел на охоту. Найти тебя? Пустяки, вообще не составило труда. Ты ехала с этим своим копом — самодовольным ублюдком. — Ветку сакуры и впрямь я положил в гроб твоей крошки. Не потому что я сентиментальный — просто… красиво вышло. Символично. За неё было немного досадно, впрочем, как и за нас. Акаши, на пару секунд поднес свое довольное лицо к женскому растеренному. — Камера над твоей кроватью, кстати, передавала все в отличном качестве. Хм… Даже удивился, насколько вовремя всё так срослось… — Я успел слить данные, как раз до того, как твой дряхлый начальник начал творить чудеса в базах, и все о тебе удалять. — Птичка… Сколько раз я говорил тебе? — Я не просто хуже, чем кажусь. — Я — то, что приходит, когда ты думаешь, что хуже уже некуда… Харучие ходил довольно вокруг Аи, как стервятник вокруг своей добычи перед нападением. — Но… Я не мог предположить, что ты так далеко зайдешь. Бесстрашная Ая, задавай последний вопрос перед своей смертью. Танако в диком ужасе начала вспоминать все покадрово, где и как она могла соприкоснуться с Акаши, и кто с кем ещё играл в кошки мышки. Медик, не моргая, тихо задала вопрос: — Что ж… Кто убил в «Бонтен» мою сестру и зачем? Харучие рассмеялся ещё сильнее и громче на всю комнату. Смотря на ноутбук, он мгновенно сел на кровать и, нажав кнопку «пуск», в молчании ожидал полную загрузку. — Пиздуй сюда и вставляй флешку. Ая не понимая, что происходит, трясущимися длинными ногами подошла к кровати и, сев рядом с младшим Акаши, вставила подаренную пластмассовую вещь в разъем. Сделав пару кликов по папке, на черный экран вывелось видео. Харучие посмотрел на девушку, ожидая полного шоу. «Хех. Сейчас ты узнаешь, кто «из нас» это был…» Ая внимательно смотрела черно-белое кино со звуком в то время, как розововолосый довольно наблюдал за ее мимикой. Правая дрожащая рука перемотала видео на середину. Медовые глаза затряслись от ужаса. В этот момент она не понимала, от чего ей больно, от чистосердечного признания или от правды о смерти сестры. На экране картинка вещала ее лежащую молодую сестру с перерезанным горлом и истекающую кровью, а над ней хладнокровно потел парень. Через пару минут этот человек встал и, быстрым движением застегнув ширинку, посмотрел наверх, прямо на записывающее устройство. Ая побелела в этот момент и, задержав дыхание произнесла. — Что блять?.. Микки??? В полном коматозе девушка на последнем издыхании от шока выдала: — Убью… Сука… Акаши посмотрел на Аю, медленно поднося свои довольные губы с небольшими шрамами к ее уху и прошептал: — Ну что, птичка… Я же не раз говорил, придет время, и ты сама все узнаешь… Ты такая же, как и мы… Нужно было лишь дать тебе немного времени… Харучие, посмотрев на ошарашеную Аю, произнес: — А сейчас…