Ваша первая ночь (Джей)

Тебе давно было любопытно, каково это, переспать с любимым парнем. Секса у тебя не было ни разу, а с Джеем вы встречались полгода, и за это время он проявил себя, как мужчина сдержанный. Но не без ласки: без неё вы бы столько не продержались. Иногда вы трогали друг друга через одежду или засовывали руки под неё, чтобы подразнить. Но были ли те оргазмы — настоящими? Вот и сейчас вы баловались. И только. Будет ли между вами что-то большее сегодня? Ты очень надеялась, что будет, поэтому всеми силами соблазняла Джея не останавливаться. Стонала под ним, извивалась, всем своим видом показывая, как тебе хочется, чтобы он зашёл дальше. — Как хочется, — произнёс Джей сиплым голосом, коснувшись тёплыми губами твоего подбородка, — войти в тебя, — и разомкнул пальцы внутри, чувствуя, какими они стали мокрыми от твоей смазки. Мягкими поцелуями он прошёлся по твоему подбородку, провёл языком по правой скуле, оставив влажный след, и опустился к твоим губам, манящим своим розовым, как молоденькое яблоко, цветом. Ты почувствовала во рту его язык. Джей поцеловал тебя осторожно, едва дотронувшись кончика твоего языка, и будто в лёгком испуге отпрянув. — Ты как? Не больно? — спросил он, легко надавив на твой вход пальцами. — Я хочу потрогать внутри ещё. Разрешишь? — А на это нужно разрешение? — посмотрев на него смешливыми глазами, ты очертила его скулы, привлекла Джея к себе, скрутив в кулаке его футболку на груди, и завлекла в яркий, глубокий поцелуй, в котором вы утонули, как в море. Джей поперхнулся воздухом, он не ждал от тебя такого напора, такой страсти, ведь прежде ты казалась ему скромной девушкой, которой нравятся только поцелуи без языка. Но в этом поцелуе было столько страсти, столько чувств, которые невозможно было передать ни одном словом, существовавшем в любом человеческом языке. Ваши губы соединились в новь, влажные языки сплелись. Джей сел к тебе ближе, засунув пальцы на первые фаланги, а затем протолкнув их дальше. Он задел чувствительный комочек внутри тебя, и ты вскрикнула от наслаждения и от небольшой колкой боли, возникшей с непривычки. Джей поддел указательным пальцем твой подбородок, вновь поймал губы, слившись с тобой в поцелуе. Он не хотел их отпускать, ведь они были мягкими, как жевательная конфетка, и сладкими, как мёд. — Ты сводишь меня с ума, — выдохнул он в твой рот. — Это незаконно. Сейчас я чувствую себя очень слабым, — прохрипел он, теряя последние частички самообладания. Ты обвила руками его шею, прислонилась к его лбу, и сказала: — Войди в меня. Зачем медлить, когда ты уже хотела ощутить его внутри? Когда хотела принять всем своим существом, слиться в единое целое, и прочувствовать то самое, что с дрожью разольётся по всему телу? Да, медлить было ни к чему. Поэтому ты первой потянулась к его штанам, достала из них мужской половой орган и медленно провела по нему рукой, как будто трогала что-то драгоценное, непривычное, то, чего никогда не было в твоих руках. Джей заскулил, прикрыв глаза до узких щёлок. Прошёлся языком по своим губам: он едва мог дышать, когда ты плавно двигала рукой по его члену. Эта ласка была очень осторожной, невинной и в то же время порочной. Ты наклонилась и, к удивлению и страху Джея, а именно эти чувства в этот миг промелькнули в его взгляде, коснулась губами розовой головки и слегка, недолго поигралась с ней языком. На вкус она была никакой, бесцветной, безвкусной. Но ты всё равно кое-что почувствовала, и этот вкус, который ты сама придумала, вскружил тебе голову. — Джей, быстрее же, — промямлила, потянув его за футболку. — Разденься и овладей моим телом. — Что ты говоришь такое? — обронил он, увидев, как ты снимаешь с себя майку, а затем трусы. Ты улеглась перед ним в очень откровенной позе, он мог видеть, как соки текут из твоей промежности, мог в любую секунду потрогать там рукой, ощутить влагу на кончиках пальцев, мог опять войти, а мог… — Ты права. Я тоже не хочу медлить, — сказал он, схватив брошенные на кровать презервативы, один из пакетиков оказался в его руках. Джей быстро разорвал упаковку по шву, раскатал презерватив по члену и, не раздевшись, хотя ты очень его об этом просила, вошёл медленно, не торопясь, постепенно наполнив тебя собой, своей пульсацией, своими размерами. Он обнял тебя бережно, прижав подбородок к твоему плечу, и с тугим стоном выдохнул, двинувшись бёдрами вперёд, в тебя. Нижняя часть твоего тела пылала, словно в животе разгорелся костёр. И с каждым движением внутрь, этот костёр становился всё горячее, будто кто-то подкидывал в него дрова. Ты вскрикнула, укусив Джея за плечо. Отчаянно захотелось закричать: «Не нужно больше! Не двигайся! Мне больно! Остановись! Ты сейчас порвёшь меня». Но ты сцепила губы и терпела. Терпела, пока он буквально рвал тебя на кусочки изнутри. Твоя нежная кожа до этого момента не знала ничего, кроме твоих коротких пальцев, едва достававших до чего-нибудь внутри. Ты даже до конца не была уверена, испытывала ли когда-нибудь настоящие оргазмы. Наверное, и по этой причине, тебе очень захотелось соблазнить Джея. Захотелось, чтобы он показал тебе, что значит кончить по-настоящему. Ты стиснула руками его шею, потным лбом упёрлась в неё: тебе всё ещё было больно и неприятно, в какой-то момент показалось, что тошнота подобралась к горлу. — Джей, Джей, мне плохо, — произнесла ты, когда он стал толкаться в тебя быстрее. Ты отодвинула голову, вгляделась в его лицо: глаза сомкнуты до тонких щёлок, ресницы дрожат, лоб весь усеян каплями блестящего пота. Джей очень старался сделать тебе хорошо, но и безумно хотел сам получить разрядку. Он почти достиг своего пика, но услышав твои жалобные стоны, резко остановился и вышел. А ты вдруг привлекла его к себе, вцепившись в плечи, и сказала: — Дойди до конца. — Уверена? — спросил он, стерев с твоей щеки слезу. — Тебе же больно. — Да, но… я кажется начала понимать, почему это может быть приятно, — произнесла ты, неуверенная в своих словах. Разве может боль приносить удовольствие? Но что-то в этом чувстве было ещё, кроме покалываний, рези, сухости. И ты поняла, что именно, когда он вновь заполнил тебя собой, до конца, до основания, больше просто было уже некуда. Ты почувствовала его орган полностью, ощутила тяжесть в животе, а затем жар, разливающийся внутри, медленно обволакивая каждую часть твоей плоти. Вот что значит — оргазм. Ты поджала коленки, обхватив Джея плотнее, сомкнула глаза и громко вздохнула со стоном. Из твоих глаз полились слёзы. В них была и боль, и радость от того, что ты наконец поняла: какого это, испытывать оргазм с любимым человеком. Джей тронул твои искусанные до красноты губы поцелуем, мазнул языком между, пригласив тебя сделать поцелуй глубоким. Ты улыбнулась, рассмеялась слегка, и чмокнула его мокро. — Тебе хорошо? — спросил он, ещё не покинув твоё тело. — Мне очень. Люблю тебя, — прошептал он, лизнув твоё ухо. — Да, хорошо. А ты кончил? — М… да… — протянул он, зажмурив глаза и дрогнув в твоих объятиях. — Теперь да, — улыбнулся блаженно. — Только если в следующий раз больно будет, не терпи, это опасно. — Мне не было больно. Сначала да, но потом… не передать словами, как хорошо, — ты почесала его затылок. — А сейчас я чувствую себя так, будто… — ты задумалась, чтобы подобрать сравнение. — Так словно очутилась в облаках, словно взлетела… Неудачное сравнение, да? — Удачное, красивое, но я хотел бы, чтобы ты осталась здесь со мной. Он обнял тебя, мокрую, пахнувшую потом, смазкой, запахом его тела, такую родную, всё ещё невинную, несмотря на то, что только что ты рассталась с тем самым первым разом.