Дела семейные

      Просторный вестибюль был вымощен когда-то светлой плиткой, теперь это все было тусклым и грязным, хотя я был удивлён, что даже несколько работающих ламп уцелели. Моя память подкидывала мне странные ассоциации, одни из них были кадрами из голофильмов, там метро было просторным, многолюдным и ярко освещённым, другие ассоциации я приобрёл пробираясь по темным грязным пещерам - это место выглядело чем-то средним. Здесь было слишком просторно и сумрачно, подсознательно я искал укрытие, если меня застигнут врасплох посреди этого огромного места.        Из-под моих ног разбегались тараканы и кротокрысы, тишину заброшенного места разбавляли какие-то тихие ритмичные звуки. Вестибюль заканчивался громадным завалом, от метро фактически только этот зал и остался. Пахло странно, кисло, едко, но незнакомо, совсем не похоже на насекомых пустоши и именно это меня сразу насторожило. Все эти месяцы я только и делал, что запоминал незнакомые вещи, раскладывал их по полкам пустой памяти, я их немало накопил за это время, и незнакомое сразу вызывало эти странные иголочки по спине, выбиваясь из общего ряда.        Здесь немного было дверей, я на всякий случай держал их под прицелом, так что когда одной выскочил растрёпанный взъерошенный гуль в толстых очках, размахивающий руками, я машинально взял его на прицел.        - Что такое? Почему? Кто пустил? У меня как раз идёт процесс! - суетливо возмутился он, пятясь.        Вслед за ним выбежал второй, молчаливый, вооруженный длинной винтовкой - я поднял винчестер на уровень его груди, выразительно качнув головой, мол, даже не думай. Тонкий момент, хочешь выйти мирно из ситуации, когда другие уже машут пушками - будь ещё более пугающим, миролюбие как холостые патроны, когда уже дошло до насилия, толку от него ноль.        Если первый гуль был бурый, слегка коричневый, то второй скорее казался серым, если они и побледнели, по их искаженным лицам это трудно было понять. Коричневый взмахнул узловатыми руками, пытаясь отвлечь мое внимание от второго:        - Эй, ты кто? Ты зачем здесь? Ты пришел из-за нашей лаборатории? Кто тебя навёл? Кто послал?        - Лаборатории? - уточнил я, не давая сбить себя с толку, и не отводя оружия от его вооруженного и более опасного товарища, но опасался что второй кинется на меня и помешает: - Назад! Не знаю, что у вас за дела, но положу обоих! Брось пушку на землю.        Серый гуль проскрипел злобно и неразборчиво. Я видел одичавших гулей, но для дикого он слишком ловко сжимал винтовку, намек он тоже понял и оружие бросил.        - Так что тебе надо, если ты не за нами, гладкая морда? - на удивление намного более спокойно поинтересовался гуль в очках.        - Семью знаешь? - спросил я без особой надежды.        - Ага, как же. - даже обрадовался гуль. - Они нас не трогают, мы к ним не лезем. Нам неприятности не нужны.        - Где их искать знаешь? - поинтересовался я, слегка опуская оружие в знак более мирных намерений.        - Они живут ниже и глубже. - мелко захихикал гуль. Я выразительно кивнул на обширный завал. - Ниже! В пещерах, можешь слазить, если такой храбрый.        - Я подумаю. - криво усмехнулся я. - Последний раз, когда я не подумав полез в дыру в земле, два десятка скорпионов конкурировали за облалание моей тушкой. И это было буквально вчера.        - А ты смешной, гладкий. - мелко захихикал гуль. - Хочешь винт? Мы гоним классный винт! Вам, гладкокожим может быть слишком крепко, а вот нам в самый раз! Специальное предложение для гулей. Если вздумал помереть, то лучше так, чем сгинуть в этих пещерах.        - Воздержусь. - покачал головой я. - Ну что, я не стреляю в вас, вы не стреляете в меня и все мы уходим целыми?        Молчаливый гуль проворчал что-то неразборчивое и неодобрительное.        - На всякий случай, у меня ещё гранаты есть. - пригрозил я. - В лабораториях много всякого... бьющегося. Долго восстанавливаться будете, даже если меня прикончите.        - Ладно, ладно, мы поняли. Баррет успокойся. - махнул рукой гуль. - Мы деловые люди, у тебя свои дела, у нас свои. Никто никому не мешает.        Баррет неохотно подобрал винтовку и повесил ее за спину. Помедлив, я сделал то же самое.        - Вот там в углу люк. - указал рукой болтливый гуль. - И зачем тебе Семья? Эти ребята не шутят.        - Резюме хочу подать. - буркнул я сквозь зубы.        У них тут действительно было развернуто целое производство, кипели ёмкости на горелках, множество отводящих трубок, колбы... я на удивление многое узнавал, но так же было много незнакомого. Как жители пустоши, гули выкручивались с фантастической изобретательностью, приспособив и баки от офисных кулеров, канистры и стеклянные бутылки.        Для такого захолустья это практически верх профессионализма - развернули бы они ещё производство лекарств, а то ведь только наркоту гонят...        Иногда меня очень удручали приоритеты людей на пустоши.        Люк выглядел не особенно симпатично, круглое отверстие в полу, откуда так тянуло сырой затхлостью, что перебивало специфические запахи лаборатории. К тому же, едва я приблизился к люку, радиометр зашёлся судорожным треском. Я поспешно отступил назад и посмотрел на показания прибора, фон был серьезный. В лаборатории тоже было не слишком чисто, гулей в силу физиологии это разумеется мало беспокоило.        - Что, передумал? - поинтересовался гуль весело. - А может лучше давай к нам? У нас бизнес серьезный, куда безопаснее, чем иметь дело с этими ребятами. Ты парень ловкий, нам, знаешь ли, с нашими физиономиями трудно купить некоторые припасы...        - Пожалуй, я пас. - с сожалением отозвался я.        - Это потому что мы гули? - слегка обиделся тот.        - Это потому что вы гоните наркоту. - буркнул я. - Будь вы людьми, эта лаборатория моментально закрылась бы примерно пять минут назад. На пустоши и так избыток кустарной химической дряни, но у ваших и без того жизнь не сильно сладкая, не мне решать, как вы ее себе скрашиваете, пока людей не травите. Если бы вы делали лекарства, на пустоши те же антибиотики на вес золота, я бы сразу вписался...        Я задумался над моей ситуацией. Лезть в эту дыру без большого запаса препаратов, защищающих от радиации, кучи патронов - дробовик в тесных тоннелях первое дело - и приличного количества взрывчатки мне очень не хотелось. Возможно мальчишка в беде, но в такой ситуации плюс-минус ещё день уже не играет роли. А вот сгинуть напрасно в незнакомой радиоактивной пещере, где неизвестно кто обитает, можно легче легкого. И кто тогда мои дела за меня будет доделывать?        - Я ещё загляну. - предупредил я гулей и потопал к выходу. Отсюда до Джермантауна примерно полдня, если не нарвусь на супермутантов, там у меня запасной аэродром, запас взрывчатки и лекарства кое-какие есть. Если поднажать, могу обернуться до вечера. Или проверить сначала депо? До него оттуда куда ближе.        - Можешь еще попробовать на юге, если кишка тонка. - разочаровано заметил гуль, словно подслушав мои мысли. - Там есть ещё один выход на поверхность, в старом депо.        Я ударил себя по лицу. Почему я не начал с грёбаного депо? *        Почти к вечеру я добрался до безопасного дома - до депо, что от него, что от Джермантауна бежать было примерно одинаково, а на Минном Поле у меня было больше запасов и мастерская, где можно было быстро собрать и подготовить все необходимое. Расчитывыя в основном на противников людей, скорее всего, многочисленных, я в основном готовил зажигательные смеси, опасаясь использовать гранаты под землёй - не хотелось похоронить себя вместе с врагами. Много бы я дал за шлем - вроде того, что носил Порошок, но согласился бы даже на мотоциклетный или спортивный, изредка их носили люди на пустоши. Всем была хороша броня Когтей, но головой убор с ней в комплекте почему-то не шел. Может на поверхности в нем был бы ужасный обзор и ещё хуже слух, но под землёй я бы чувствовал себя намного спокойнее. Так же я подготовил респиратор от дыма и защитные очки - если дойдет до подземного пожара в темноте, они мне очень пригодятся.        Я перебрал и смазал дробовик, заменив наиболее ветхие детали, забрал большую часть патронов с картечью, вычистил винчестер - ещё одной стороной этой дорогой пушки была её капризность, тонкие детали были более чувствительны как к чистоте, так и к износу.        Заготовил медикаменты, восстановить в полном объеме рабочую аптечку мне не удалось до сих пор, но я добыл все что мог.        Наконец, я вымылся, переоделся и побрился, даже такие мелочи были порой роскошью, но заставляли меня чувствовать себя человеком. Следовало выспаться, начинать я решил под утро, когда ведущие предположительно ночной образ жизни людоеды отойдут ко сну или будут сонными.        *        Почти сразу я понял, что это именно то место - чем бы это для меня сегодня ни закончилась эта миссия - я наконец, нашёл, что искал.        Тоннель определено был обитаем, хотя обильные кучи мусора могли создать иллюзию заброшенности, многочисленные ловушки и мины ясно говорили, что заброшенность эта - мнимая.        Может быть, не проведи я адский курс обучения на Минном Поле, я бы вообще здесь не прошёл, нарвавшись на один из сюрпризов и трагически оборвав свои приключения. Теперь я двигался вперёд, почти полз, но двигался. Уверен, здесь существовали безопасные тропы, известные только их хозяевам, так же как у меня в безопасном доме, но сходу и в темноте отыскать их мне было не по силам. Так что я прокладывал свой очищенный маршрут - наученный горьким опытом с сумасшедшим стрелком так, что бы была возможность быстро отступить, если потребуется.        Почти взмок от усилия, пока тихо и незаметно добрался до поворота, но уже оттуда я мог различить в дальнем конце тоннеля отблески света.        Если где-то и могло быть их логово, то именно здесь.        Вообще, я ожидал, что будет хуже. После более близкого знакомства с супермутантами и наиболее зверскими из их привычек, я ожидал что банда людоедов окажется лишь чуть более жутким и отталкивающим типом рейдеров.        Но на сторожевом посту у поворота тоннеля я не обнаружил ничего наводящего на такие мысли - ни кольев с насаженными жертвами, ни частей жертв, черепов или рисунков кровью на стенах, очень грамотный пропускной пункт с баррикадами из мешков и обитыми железом щитами, защищающими от пуль и осколков гранат. И уверенный в себе крупный мужик с винтовкой, несущий стражу. Только один. Даже в темноте они не сидели - за баррикадами плясали отблески живого огня, а наружу был направлен яркий прожектор, освещающий подступы. Незаметно не подобраться. Заполненный ловушками тоннель предназначался скорее для защиты от животных, чем от людей, выучив расположение силков и мин, можно без проблем пересечь это поле чудес - наверняка, местные, привычные к этому, регулярно миновали тоннель туда и обратно. Точно так же как и я сам приходил на Минное Поле.        Мужик наконец заметил меня и схватился за винтовку, но я разумеется не спешил выходить на свет и соваться под пули. Охранник дёрнул какой-то рычаг, определено подавая своим сигнал. Я помедлил, прикидывая, как начать неудобный диалог.        - Кто тут бродит? Выходи на свет, я знаю, что ты там. А то гранату кину! - потеряв терпение, рявкнул мужик.        - Здесь обитает Семья? Мне нужно поговорить с вашим главным! - крикнул я в ответ, не торопясь исполнить требование.        - Может и здесь, да только не для всяких подряд. - отозвался мужик. - Кто такой? Что у тебя за дело к Семье?        - Мне нужно поговорить с вашим главным. Меня послали вести с вами переговоры. - настаивал я. Если по-хорошему не получится, драку придется начинать отсюда, что... не очень удобно. Кто знает, какие сюрпризы ребята припасли для атакующих - судя по ловушкам, в фантазии у них недостатка нет. Да и осмотреться внутри до начала драки было бы неплохо - пусть даже я окажусь в окружении кучи опасных местных. Старые тоннели метро такое место, в котором всегда предостаточно выемок, арок и технических проходов, которые можно использовать как укрытие. Конечно, местные знают весь этот лабиринт наизусть, но я тоже шустрый и с богатой фантазией. А уж знали бы они, что я для них в рюкзаке припас...        Да и если есть возможность, первым из строя нужно выводить главного, это всегда сбивает нападающих с толку, деморализующий эффект, опять же...        - Я передам. - недовольно сказал мужик. - Но ничего не могу обещать, пусть лидер решает, что с тобой делать.        Значит, по крайней мере есть лидер. Отчасти я ожидал, что это все будет более причудливо и безумно, лидером окажется какой-нибудь шаман, жрец или вождь, представители Семьи будут украшать себя черепами или нательными рисунками, говорить странно или пугающе себя вести... но пока крепкий немолодой мужик со слегка небритой физиономией и криво повязанной банданой под каской не соответствовал моим опасениям - он больше походил на опытного матёрого охранника каравана, с которым я вступил бы в драку только в крайнем случае. Я пока не знал, хорошо или плохо такое несоответствие - с одной стороны, это парень походил на нормального человека, с другой, все равно они людоеды...        К первому присоединился второй парень, помоложе, но тоже выглядящий вполне прилично, в броне, коротко стриженный и бритый, без видимых дикарских атрибутов.        - Ты проявил настойчивость, отыскав нас. Лидер примет тебя. Входи. Только без глупостей. - велел второй парень. Я снова помедлил, пытаясь оценить степень искренности в его словах. Я надеялся, что за эти месяцы у меня выработалось хоть какое-то чутьё на людей, позволяющее определить, когда они пытаются меня обмануть или обсчитать. С другой стороны, эти люди обитали здесь намного дольше меня, будь у них такое чутьё, они должны были пристрелить меня на месте. - Он сказал привести тебя к нему, так что пусть он с тобой и разбирается.        Я вышел на свет, готовый нырнуть обратно, реагируя на малейшее движение винтовки в руках у незнакомца, но тот лишь нетерпеливо дёрнул подбородком, проходи, мол, весь день тебя ждать?        Второй незнакомец уставился на меня с живым любопытством, здоровяк, рассмотрев меня поближе, тоже уважительно кивнул - доспехи и оружие на мне вполне говорили о моих возможностях и уровне навыков. Мужчины переглянулись.        - Оружие... - начал он, но я отрицательно покачал головой. По понятным причинам, разоружаться я не собирался. Демонстративно повесив дробовик за спину, к винчестеру, я сложил руки на груди в ожидании. В карманах у меня были и гранаты и бутылки с горючей смесью, редко когда мне выдавалась возможность так основательно подготовиться к драке. Мне не привыкать, что у нападающих численное преимущество, тем более что я никогда не планировал драться с ними честно.        - Ладно, черт с ним, все равно один человек не будет большой проблемой. - покачал головой здоровяк, переглядываясь с младшим. - Смотри, чужак, нас здесь много, мы хорошо вооружены и умеем давать отпор незваным гостям. Если начнёшь дурить, ничего кроме собственной смерти ты здесь не найдешь.        - Я пришел поговорить. - почти искренне ответил я. Несмотря на ожидание неизбежной драки, мне хотелось узнать побольше о том, что здесь происходит и чего ждать от этих ребят.        - Ты ищешь вступления в Семью? - неожиданно поинтересовался младший.        - А что, большая очередь? - спросил я, избегая говорить "да" или "нет". Может гули уже проболтались, от них стоило этого ожидать, как от хороших и предусмотрительных соседей.        - Ну ещё бы, мы очень крутая банда, это все кому нужно знают. - самоуверенно заявил здоровяк. - Только мы не всех не берём, у нас особые требования...        - Идём. Я провожу тебя к нашему лидеру. - весомо сказал младший, обрывая старшего, хотя я догадывался, что тот собирался сказать, прежде чем собрат помешал ему это сделать. Это секрет? Тогда зачем оставлять на виду обескровленные трупы?..        Тоннель за пропускным пунктом оказался в основном пуст, хотя я и заметил несколько ловушек и выступ пока обесточенной турели, прилепившейся к потолку... во время драки все это будет направлено мне в лицо.        - Так как ты нашел нас? - спросил мой сопровождающий, отвлекая меня от разведки. Хотя он и выглядел моим ровесником, парень держался спокойно и глаза у него были цепкие. Я внезапно ощутил приступ острого сожаления - до этого мне до сих пор приходилось убивать только людей, нападающих на меня и не оставляющих мне другого выбора, обычно мне удавалась договариваться с теми, кто был готов к общению или не очень стремился к драке. Но эти парни, как бы нормально они не выглядели, были людоедами и мирное урегулирование вопроса казалось крайне сомнительным.        Я вспомнил о заданном вопросе.        - Да так, спросил здесь и там, про вас многие слышали и многие видели, но никто не мог сказать ничего конкретного. Я проверил пару мест и вот, нашел. - небрежно пожал плечами я.        - Похоже, ты был достаточно мотивирован, что бы нас отыскать. - заметил парень многозначительно.        - Ага. - согласился я, по-прежнему не спеша пояснять свои мотивы.        Но тут мы наконец дошли до собственно их базы, устроенной на бывшей станции метро. А они здесь хорошо устроились, основательно - лишние тоннели перекрыли перегородками, рельсы накрыли досками, установили столы для еды, стеллажи для вещей и перегородки, отгородили ширмами отдельные помещения, за которыми я мог заметить койки со спящими людьми. Я мог видеть всего несколько человек, некоторые сидели за столами и вяло жевали, несколько переговаривались и с любопытством, но без враждебности уставились на меня - мужчины и женщины - общую численность мне оценить было трудно, но вряд ли много, что с одной стороны было мне на руку, но с другой могло стать проблемой позже - кто знает, сколько набежит их из тоннелей во время драки.        - Сейчас у нас пустовато, мы знаешь ли спим в это время. - сказал мой провожатый и зевнул. Я не рискнул тянуться к пип-бою, но на поверхности сейчас начинался день - так что я подгадал верно. - Добро пожаловать в Мерешити, дом Семьи. Вэнс наверху, он ждёт тебя.        Название вызвало какие-то смутные странные ассоциации, оно звучало слишком нездешне, но моя состоящая из дыр память мало помогала.        Верхний ярус метро тоже оборудовали для жизни, отгородили его от свободного участка внизу, который я решил условно называть площадью, тут тоже громоздились стеллажи, столы и диваны, на выступе, похожем на сцену, меня ждал тоже весьма крепкий парень в кожаном плаще, удивительно похожем на тот, что носил Симс.        Пока я поднимался по эскалатору, со следующим в не очень приятной близости за моей спиной провожатым, от лидера отошла женщина, я заметил, что она держала его за руку до последнего момента - жест не показной, а скорее личный.       Несмотря на то, что женщина тоже была одета в кожу и на поясе у нее я заметил кобуру пистолета, она двигалась и смотрела как кто-то не представляющий большой угрозы. У нее были тонкие руки и очень бледное лицо, не привыкшее к злому солнцу пустоши. Она тоже людоед? Мужчина же наоборот был смуглым, несмотря на их преимущественно ночной образ жизни, он первый, кто вызвал у меня мурашки по коже и очень реальное ощущение угрозы - у него оказалась широкая, угловатой формы челюсть и глубоко посаженные темные глаза, мне потребовалось усилие, что бы заставить себя отвести взгляд от его рта. Подойдя ближе, я разглядел за его спиной ёмкость, переделанную из бензобака и тонкую трубку, соединяющую его с длинным лезвием на поясе - к счастью или сожалению, я знал назначение этой адской конструкции, в голосе Мойры слышалась мечтательность, когда она описывала принцип работы поделки какого-то местного безумного гения, что само по себе являлось тревожным признаком. Нормальные вещи Мойре не могли понравиться в принципе. Я сделал мысленную зарубку не подпускать этого парня на расстояние ближнего боя, расстреливать издали.        - Я Вэнс, лидер этих людей. - сказал мужчина звучным, низким голосом. - Мне сказали, ты искал нас.        Я осторожно кивнул, все ещё не уверенный, как начать разговор и какая непрошенная деталь может сразу положить конец переговорам. Упомянуть жителей Арефу или Иэна Уэста? Или притвориться желающим действительно вступить в эту банду, не знающим истинной природы их Семьи? Темные проницательные глаза их лидера навели меня на мысль, что врать может быть очень опасно.        - Я понимаю, это место может показаться не тем, что ты ожидал увидеть. - театрально раскинул руки Вэнс, охватывая "площадь". - Ты слышал слухи о банде, об опасных людях, ступающих под покровом ночи, отчасти мы сами распускаем эти сплетни. Наверное, увидеть это мирное место и его жителей оказалось несколько неожиданным для тебя.        Я совершенно искренне кивнул:        - Это действительно так.        - Я хочу что бы и ты понял, гость. - продолжал Вэнс. - Это место в первую очередь является для нас домом, местом, где мы можем быть в безопасности, отверженные обществом, изгнанные, униженные и презираемые. Я собрал всех этих людей, что бы не дать им погибнуть в одиночку, дать им защиту и чувство семьи. Поэтому нас так зовут.        Я сделал над собой усилие, что бы не брякнуть что-нибудь глупое вроде "рад за вас" и отнестись к его словам серьезно. С одной стороны, высокопарный тон Вэнса сбивал с толку, с другой я не мог быть уверен, не играет ли он, намерено вводя меня в заблуждение всей этой мистической атрибутикой - быть может, эти люди лишь создавали намеренно репуиацию людоедов и кровопийц с какой-то неясной целью...        - Но боятся вас не поэтому. - возразил я.        - Я сделал все лишь что бы защитить своих близких, как, смею надеяться, поступил бы и ты, чужак. - продолжал Вэнс не давая сбить себя с мысли. - Но кажется у тебя уже есть идеи о том, кто мы такие?        Я пожал плечами.        - Я предпочту услышать, как это видишь ты.        - Хорошо. Я редко встречаю в чужаках готовность увидеть чужую точку зрения. - проговорил Вэнс. Похоже, он любил длинные разговоры. - Я провел свою паству по этой выжженной солнцем земле, дабы дать дом и научить своим законам. Люди науки назвали бы нас людоедами, пожирателями человеческой плоти. Общество клеймит нас монстрами, безумцами и нечестивцами. Я надеялся, что нашел лучший путь, как обуздать нашу людоедскую природу.        - О какой природе мы говорим? - уточнил я, неожиданно заинтересованный. - Имеется в виду, изменение психики, приобретенная привычка или какая-то физически заложенная склонность, например как мутация, передающаяся по наследству?        - Не ожидал научного подхода от человека, одетого как воин. - протянул Вэнс, но я не смог понять, звучит в его голосе одобрение или настороженность. - Но я отвечу тебе, раз уж ты спросил. Большинство из нас рано или поздно ощутили в себе позывы, не привествующиеся человеческим обществом, позывы, которые в конечном итоге сделали нас изгоями и отверженными. Но так же у нас есть подтверждения, что наш порок передается по наследству, поэтому я намеренно ограничил нашу рождаемость.        - Значит, это физическое изменение. Возможно какая-то мутация. - сказал я, все ещё не совсем уверенный. Если Вэнс в это верит, ещё не значит, что это правда - его слова могут быть просто словами неадекватного человека. Взглянуть бы на списки людей, с подтверждёнными склонностями, сравнить поведение и признаки, глянуть на генетическое древо - были ли подобные проявления у их предков или потомков? Ага, только кто же мне даст? - Помню я где-то читал, что и до войны искали научные подтверждения существования мутаций вроде вампиризма и ликантропии, но не помню, находили ли.        - Меня удивляет твоя готовность разумно говорить об этом вопросе. - признался Вэнс. - Большинство людей бежали бы с криком или поспешили осудить нас.        - Это сложный вопрос. - признался я, слегка не ожидавший, что эта тема меня так заинтересует. - Я искренне пытаюсь разобраться. Что бы не быть людоедами, вы решили быть вампирами?        - Ты думаешь, мы можем превратиться в летучих мышей или стать невидимыми? - иронично пожал плечами Вэнс. - Я просто надеюсь своим примером научить свою паству пить человеческую кровь, а не пожирать плоть как дикие звери. Я показал им путь, как остаться более цивилизованными, остаться людьми, пусть и другого вида, не стыдясь того, кто они есть.        - Я искренне рад, что вы нашли лучший способ существовать с этим недугом. - сказал я с сожалением. - Но плоть или кровь, вы все равно убиваете и соответственно будете являться угрозой для всех остальных людей.        - Является ли охота на добычу убийством или способом охотника накормить семью и спасти ее от гибели? - сузив темные глаза, спросил Вэнс.        - Если добыча разумна, здесь не применимо подобное сравнение. - возразил я. - Если бы люди вынуждены были убивать другое разумное существо каждый раз, когда хотели есть, мораль и правила человечества бы совсем иными. После войны мы все оказались в таких чудовищных условиях, что многие правила человечности перестали что-то значить перед необходимостью выживания. Мы убиваем что бы выжить, но все же многие люди до сих пор убивают лишь тех, кто представляет для них угрозу и намерено пытается причинить вред. Я верю, что это стандарт, которого мы должны придерживаться. Но с вами так не получится, не так ли?        - А я ведь знаю, кто ты. - внезапно сказал Вэнс другим тоном. Я недоуменно поднял брови. - То, что мы сидим под землёй, не значит, что мы не выходим наружу и не слушаем внимательно то, что происходит на поверхности. Ты тот человек, что спас от гибели юных жителей Большого Города, тот, что вошёл в логово супермутантов и вернулся со спасёнными. Тот, что не дал взорвать бомбу на юге. Тот, кто охотится на рейдеров и убивает наёмников. Теперь я узнал тебя. Говорят, что ты тоже был человеком, живущим под землёй. Что на самом деле тебе нужно от нас?        Я скосил глаза, ища место, куда буду отступать, когда начнётся драка и что бы никто не подкрадывался сзади - судя по ироничной гримасе Вэнса, он разгадал мой манёвр, но ничего не сделал, что бы помешать мне - то ли от самоуверенности, то ли по каким-то иным, одному ему ведомым причинам.        - Прежде чем все это станет грубым, я должен сказать тебе, что мы в основном охотимся на рейдеров или работорговцев, людей, даже худших для общества чем мы сами. - надменно заявил Вэнс. - Неужели это не стоит капельки снисхождения в твоих глазах? Люди говорят, что ты герой. Мы не трогаем детей и не совершаем многого, что творят обычные человеческие преступники. Неужели с твоей точки зрения, мы заслуживаем только одной участи?        - Жители Арефу не являются ни преступниками, ни работорговцами. - возразил я, стараясь не терять бдительности и не давать себя отвлечь. - То что сделали с ними не соответствует твоим словам, Вэнс.        - Понимаю, то что произошло в Арефу, сложно принять, хотя это было прискорбное стечение обстоятельств, заставившее меня взять ответственность за действия моих людей. Уверяю тебя, больше такого не повторится, я позаботился об этом.        - Хочешь сказать, что кто-то из твоих людей убил тех жителей без твоего дозволения? - поинтересовался я недоверчиво. - И какое наказание предусмотрено для нарушителей правил?        - Обычно это изгнание. - стиснул тяжёлые челюсти Вэнс. Я испытал профессиональный интерес взглянуть на его зубы - отличаются ли они от человеческих или их природа была изменена иными способами. - Отступник больше не является членом Семьи, не может рассчитывать на ее защиту и убежище, снова став одиночкой, как мы все были когда-то, преследуемые за свои действия. Любой член Семьи может отнять его жизнь, если пожелает.        - Но кроме того, пропал мальчик. - напомнил я, вдруг сообразив, что ни Люси, ни жители Арефу не сказали, какого возраста был Иэн и я понятия не имею, сколько ему лет. Может получиться неудобно. - И может быть эти люди напуганы, но они беспокоятся за одного из своих. Ты должен понимать это чувство, Вэнс.        - Я понимаю, друг мой, но все не так просто. - сказал Вэнс, вроде бы выглядя искренне огорченным. - Боюсь, Иэн больше не один из них... теперь он один из нас. То, что произошло в Арефу... я подозревал, что это может случиться, я пытался поговорить с Иэном, что бы избежать трагедии, но опоздал. Так что мне пришлось возложить ответственность за его действия на Семью, как бы это не было прискорбно.        - Это он убил своих родителей? - обескураженно спросил я. Это... сильно все меняло. Если это действительно правда.        - Боюсь, что так. - вздохнул Вэнс. - Только моё присутствие помешало Иэну окончательно впасть в безумие и стать бессмысленным пожирателем плоти. В жизни Иэна настал судьбоносный момент, он смущён и напуган тем, что произошло в Арефу. Сейчас он проходит обучение, что бы контролировать наиболее опасные черты своего нового существования.        - Почему он это сделал? - я все ещё не слишком верил в эту историю, слишком уж все складно выходило, да и где проверить его слова, у других его сородичей, для которых парень, судя по харизме, безусловный авторитет и наставник?        - Голод овладел им. - печально сказал Вэнс. - Это случается с лучшими из нас, но мы знаем, как противостоять ему. Рядом с Иэном не оказалось никого, кто мог бы помочь или объяснить ему, а собственная семья стала ему чужой. Произошла трагедия, но теперь этого уже не изменить.        - Я хочу убедиться, что с мальчиком все в порядке. Что его не удерживают против воли и не принуждают ни к чему. - твердо сказал я. - Если все так, как ты говоришь, то ему лучше остаться с вами, так как в таком состоянии он опасен для себя и окружающих. Но пока у меня есть только твои слова и никого, кто бы мог их подтвердить.        - Нет никакого шанса, что я позволю прервать медитацию Иена. Его разум и так смущён, я не знаю, как вмешательство чужака со стороны может повлиять на него. - так же твердо возразил Вэнс. - Может быть ты и хочешь помочь, человек, но ты не можешь знать, что теперь ему нужно.        - Не думаю, что мы различается настолько сильно. - возразил я. - Обычные люди тоже делают не по своей воле поступки, о которых сожалеют потом. Я лишь хочу убедиться, что он цел и здоров, что его не держат против воли, что он осознает, что сделал. В этом случае у меня нет причин пытаться забрать его или в чем-то убеждать. Позволь мне просто взглянуть на него и задать пару простых вопросов. Пусть кто-то из твоих людей сопровождает меня и остановит, если мои слова будут огорчать или беспокоить мальчика.        Вэнс задумался. Наверное это был тот самый момент, когда я начал верить - или вернее вообще рассматривать его слова как возможную правду - вполне могло быть, что мальчишка наслушался страшилок про Семью, про вампиров и сделал с родителями что-то жуткое, страшно, но это случается, совсем не обязательно, что это делает его людоедом. И вариант с любыми патологиями психики я тоже не отметаю, жаль об этом я мало что знаю. Вэнс похоже верит в то, что говорит, а не пытается ввести меня в заблуждение, но это ещё ничего не подтверждает. Нужно исследование, с опросом всех жителей, хорошо бы ещё изучить и сравнить их биологию, личную историю и привычки.        - Хорошо. - наконец тяжело сказал Вэнс. - Думаю, краткое общение может не нанести вреда. Я доверяюсь тебе, но если ты пренебрежёшь моими словами и повредишь хоть одному из моих людей, ты узнаешь, насколько негостеприимными мы можем быть.        - Тоже самое с моей стороны, Вэнс. - многозначительно ответил я, мысленно изучая взрывоопасное содержимое моего рюкзака.        - Алан, ты ещё не лёг спать? - окликнул он уже знакомого мне парня, продолжающего словно на всякий случай ошиваться у подножия эскалатора, не очень убедительно делая вид, что он не наблюдает за мной, страхуя своего господина. - Подойди ко мне. У меня есть ещё одна просьба к тебе.        Несмотря на мягкие слова, голос его звучал повелительно и парень повиновался беспрекословно. Мои подозрения о секте, немного уменьшившиеся, отчасти вернулись снова.        - Наш гость пришёл узнать судьбу нашего нового брата. - тяжело процедил Вэнс. - В иных обстоятельствах об этом не могло быть и речи, но этот человек убедил меня что заботится о его благополучии и я решил дать ему шанс. Нам всем лучше... избегать дальнейшего конфликта. Люди уже пострадали, я думаю, этого достаточно. Отведи его к Иэну. Проследи, что бы они поговорили, но если наш гость будет беспокоить или расстраивать Иэна, останови это... любым необходимым образом, на твое усмотрение.        Вэнс кивнул мне:        - Надеюсь, ты будешь мудр и не заставишь меня пожалеть об оказанном доверии.        - Надеюсь, то что ты говоришь, правда. Действительно, надеюсь. - в тон ему ответил я совершенно искренне. Хотя я ни разу не упустил из виду мысль, что это все ещё может быть умелым блефом и Вэнс просто пытается избавиться от меня максимально безопасно, а понятливый парень отведёт меня в дальний уголок только что бы убить. Раньше это не имело для меня смысла, они могли бы расстрелять нежелательного гостя на подходах, но теперь, когда я понял, что они знают, кто я, что моя слава опередила меня, их миролюбие объяснить куда проще. Но миролюбие вовсе не обязательно бывает от доброжелательности.