Знакомство с Моллом и Техническим Музеем

      Когда я вылез из метро, тяжёлый солнечный диск уже клонился к закату, я так устал от блужданий в сыром мраке, дышания пылью и плесенью, что поторопился глотнуть свежего воздуха, за что и поплатился - когда я проморгался, трое крепких парней в чёрной коже, нехорошо ухмыляясь, держали меня на мушке, хотя это могли быть только те, что на виду. Надежды, что это просто рейдеры, чью глупость и жадность можно использовать против них, быстро развеял белый символ, пришитый к груди.        - Ну вот и ты, цыпа. - довольно осклабился ближайший наёмник. - Теперь ты не так крут, а? Когда мы с парнями держим тебя на мушке, а цыпа?        - Осторожнее. - предупредил его более сдержанный напарник. - Он уже прикончил много наших. Давай просто пристрелили его поскорее и пойдем домой, а?        - Утихни. - коротко огрызнулся первый. - Нас десять человек, мы держим его на прицеле, что он нам сделает? Теперь, цыпа, мы поговорим о возмещении морального ущерба...        - Эй, такого приказа не было...        - Заткнись. - снова бросил лидер группы. - Ты слышал того парня на радио? Этот парень вылез из убежища, он должен быть увешан всеми этими крутыми довоенными техническими штучками...        Я незаметно перекатил в пальцах кругляш гранаты, пытаясь высмотреть подходящую канаву, куда можно прыгнуть, стараясь не двигать зрачками, что бы не выдать себя раньше времени. По всему выходило, что падать мне только назад, кубарем катиться по ступенькам вниз, до самых ворот - что самый плохой вариант, потому что там негде укрыться, а тяжёлые створки сразу не распахнешь, меня успеют нашпиговать пулями.        В этот момент жизнь внесла свои коррективы и над головами спорящих донеслось характерное:        - Кха! - с которым супермутант замечает добычу, со своего ракурса я не мог его видеть, только очередь из автомата, вспоровшую бетонный бордюр, заставив метнуться наемников в стороны как косяк рыб с довоенных голо про природу. Конечно, обо мне забыли не все, на меня смотрело слишком много глаз и было направленно слишком много стволов оружия, которое сразу выстрелило, но всё же я использовал мгновение замешательства по полной - прыгнул в сторону и навалившись животом на бетонный бортик, перевалился наружу... прямо под ноги широко раскорячившемуся супермутанту с автоматом в руках, тот только пасть распахнул:        - Ха, быстрый человечишка... - в этот момент взорвалась граната, которую я не совсем случайно выронил в момент побега, но достала ли она кого-нибудь я не мог сказать. Потому что в этот момент в супермутанта начали стрелять наёмники, а я не вставая и едва избежав чудовищных ног супермутанта, едва им не затоптанный, на четвереньках, ведомый каким-то первобытным инстинктом, не разбирая куда, лишь бы поглубже, добрался до ближайшей ямы и не глядя нырнул в неё. Яма оказалась неожиданно глубокой, секунда падения показалась мне бесконечной, потом я покатился по утоптанной земле, докатился до земляной стенки, прижался к ней и замер. Над головой, но не совсем близко, подтверждая верность выбранной тактики, завел свои обороты тяжёлый пулемет.        Через три долгих секунды, я рискнул оглядеться и понял, что меня занесло в действительно плохое место - я такие укрепления видел только на древних фотках про войну, вот почти такие же узкие и высокие - в рост супермутанта, даже не мой, сильно выше! - вырытые прямо в земле ходы, укреплённые по краю мешками с песком, обломками и колючей проволокой, из разного хлама собранные или наваленные вышки, которые только и видны были мне со дна - и не пустые вышки, а с вооруженными супермутантами на них.        Это они все соорудили? Ну, мог бы сразу догадаться по высоте и ширине окопа - с моими размерами я чувствовал себя как маленький ребёнок, вынужденный на все смотреть снизу вверх. Тяжёлые шаги доказали мне, что эти ходы не пустуют и регулярно патрулируются. Я поспешил дальше по проходу, не зная, что это мне принесёт, ход изгибался и виден был на ближайшие несколько шагов. Наверху продолжали палить и орать, что-то взрывалось, так что я не спешил искать путь на поверхность. Ход к моему везению или невезению упёрся в настоящий блиндаж, массу земли удерживала сетка, переделанная из сетчатого забора, потолок по меркам супермутантов был неприлично низким, хотя я до него все равно не доставал. Здесь было почти темно и резко холоднее, одинокая слабая лампочка висела далеко от меня, я замедлился, давая привыкнуть глазам и, как оказалось, сделал это очень вовремя - почти у самых ног я обнаружил грубо сделанную ловушку, я аккуратно перешагнул проволоку, прослеживая её до одиночной гранаты и дальше танцевал буквально на цыпочках, ожидая подставы. Далеко правда не ушел, до самодельной жиденькой баррикады из хлама, за который на вечном посту остался сидеть рыцарь Братства - в первый момент я не понял, насколько давно и качественно он мертв. Рыцарь как будто присел отдохнуть, раскинул ноги, привалился спиной к стене, держа руку на оружии, лежащем на коленях - я машинально поднял руки, пока не различил густой запах мертвечины из-под доспехов - рыцарь нёс свой посмертный дозор уже давно. Чуть дальше у стены, я заметил ещё одну груду доспехов.        Я осторожно перелез через баррикаду и, воровато оглядываясь назад, стащил шлем с рыцаря, хотя и испытывал сильную уверенность, что мне не понравится то, что я увижу под шлемом. Запах шибанул в нос первым, мне даже было трудно определить, мужчина это был или женщина, не говоря уж о цвете кожи. Но я видел, как после боя рыцари Братства собирали тела своих и заносили их внутрь, а отдельный рыцарь читал над ними какие-то прощальные молитвы и снимал с шеи жетоны. Думаю, рыцари Братства захотят узнать судьбу собратьев.        - Извини, парень, не знаю, как у вас провожают на тот свет. - пробормотал я тихо под нос. - Но я передам весточку твоим, будь спокоен.        Потом я перевернул второго рыцаря и проделав схожие манипуляции, убрал тяжёлые жетоны в рюкзак.        На той стороне брезжил свет, блиндаж имел несколько выходов, но когда я направился в ту сторону, то снова различил тяжёлые шаги, это были скорее даже не удары, а вибрация, заставляющая вздрагивать утоптанную землю. Я метнулся назад, спрятался за самодельной баррикадой, практически лег на колени мертвого рыцаря, в последний момент нацепив обратно его шлем, что бы все выглядело как было. Я знал, что супермутанты не только туповаты, но и не слишком хорошо видят - хотя и не делают разницы, между ночью и днём, так что на переходе из тьмы к свету и наоборот их не поймаешь. Я повернулся вверх рюкзаком - в конце концов кто там будет проверять, что там за край тряпки торчит? Во всяком случае, я так надеялся. Супермутанты не потревожили ловушек, значит предпочли оставить тела рыцарей как есть.        Вот и сейчас супермутант тяжело протопал мимо вдоль противоположной стены, я выждал секунд пять и осторожно покосился на его удаляющуюся спину и вылез из угла, на мягких лапках следуя за ним.        Наверху ещё палили, но я не позволил иллюзии, что меня это не касается, обмануть себя - моя безопасность сейчас лишь кратковременное сочетание неподконтрольных мне обязательств, которые в любой момент могут превратиться в детонирующую взрывчатку. Если супермутанты меня здесь спалят, то вылезти за пределы окопов уже не дадут, здесь не убежать и не спрятаться, даже рыцарям Братства это не удалось.        Поэтому я крался за шагающим мутантом, жался к земле и искал глазами тропку на поверхность - где-то же они выбираются наверх, супермутанты далеко не скалолазы.        В это момент моя удача и кончилась. Где-то сбоку рявкнул супермутант, через секунду по борту окопа резанули пули, идущий впереди в нескольких метрах от меня супермутант резко обернулся. Я стиснул зубы, пригнулся и уже не таясь вскинул дробовик, убил тварь впереди и побежал.        Это был ещё более страшный бег - супермутанты наверху видели меня, а я видел только прыгающие высокие края окопа и немного неба, в меня стреляли с разных сторон и мутанты периодически спрыгивали позади и спереди от меня, я стрелял или уворачивался, один раз даже прокатился по земле мимо поднимающего винтовку здоровяка, прежде чем он успел среагировать, но долго так продолжаться не могло - я не мог бежать вечно, я уже выдыхался, а жив был лишь до тех пор, пока был быстрее или пока какая-нибудь случайность...        Вот как раз она! На развилке впереди было аж двое супермутантов, один из них с тяжёлым железным дрыном, а второй с пулемётом - увидев их я отчётливо осознал, что если не сделаю в следующую секунду что-то, то здесь и останусь. Я прыгнул, не жалея рук, зацепился за край колючей проволоки и пробуксовав ногами почти по голой поверхности втащил себя наверх - меня спасло, что пулемет не начинал стрелять сразу, ему требовалось время на раскрутку стволов.        Я перевалился на ту сторону, сорвав руку с колючки и прижимая к себе поврежденную конечность, пригибаясь, быстро побежал в сторону от окопов, под прикрытие зданий. Я прижался к стене и толкнул дверь здания, но та не поддалась. Я выстрелил из дробовика, пачкая приклад своей кровью, но тяжёлая резная дверь держалась. Вот тебе и чёртов культурный центр столицы!        Супермутант настиг меня, я развернулся и выстрелил из дробовика в грудь твари, побежал дальше, обломки создавали настоящий лабиринт, война, время и супермутанты оставили здесь руины на уровне первого-второго этажа, я петлял среди них, выиграв секундную передышку, неожиданно даже для себя обнаружив в одном из углов довоенное радиационное укрытие, прыгнул в него, заклинил дверь и затаился, прижимая к себе поврежденную руку. Защёлка у двери была надёжная - как выразился Ворон, что б избавиться от конкурентов на персональный гроб. Что было слишком близко к правде - слишком часто в закрытых кабинках мне попадались мертвецы, скелеты, один раз внутри в ответ на попытку вломиться, принялся биться, выть и хрипеть какой-то древний гуль. Я был человеком скорее практичным, чем суеверным и сидеть в расщелинах, трубах и ямах мне уже приходилось не раз, так что клаустрофобией я не страдал, но сидеть в этих стенах, когда я знал, сколько народу осталось в них навсегда, мне было очень некомфортно.        Так или иначе, я ждал, стиснув кулак - распоротая ладонь и перчатка медленно пропитывались кровью, я начал осторожно шевелиться, включил подсветку пип-боя, промыл рану сначала водой, а потом, закусив зубами край кожаного наплечника - виски. По крайней мере, повредил не ведущую руку. Рана выглядела ужасно на взгляд неопытного человека, но это было ожидаемо - несколько глубоких проколов от мизинца по диагонали по всей длине ладони, сорванные с мясом лоскуты кожи, вывернутые как лепестки чудовищного цветка. Без стимуляторов, даже после медицинской обработки и антибиотиков рука бы распухла как у супермутанта и надолго потеряла работоспособность, плюс некоторое количество неожиданных неприятных осложнений, как это всегда бывает. А так я достал свои инструменты, сложил все кусочки как надо, шить пришлось в тесноте и жуя все тот же кусок кожи и смаргивая слезы - я не рискнул колоть себе мед-икс, плывущий разум и возможный внезапный бой не совместимы с жизнью. Но я слишком хорошо представлял себе последствия, если эту рану не обработать - про поход в технический музей можно забыть, тут с одной рабочей рукой обратно за пределы города выбраться бы.        И только после этого я вколол себе стимулятор.       ...Рана начала болеть не сразу, сначала, пока я бежал, переполненный адреналином, ещё оставалось лёгкое ощущение шока и было немного не до того, когда я давил рану, что бы не истекать кровью, было разумеется больно, но не так что бы сильно, вот когда начал копаться в ране стало совсем плохо, но алкоголь в первый момент едва не выбив сознание от боли, немного приглушил чувства, а после стимулятора началось медленное нарастающее жжение - как будто под бинты засунули горсть углей и они медленно прожигают ладонь до костей. Я уже был знаком на практике с этим эффектом - чем больше поражённая область, тем хуже и больнее. Потому и советовали серьезные раны лечить стимуляторами в комплекте с мед-икс - правда, если только врач до этого собрал все как нужно, а то так человека может перекосить и перекорежить в повреждённых местах, когда кайф от обезболивающего сойдёт на нет...        В любом случае, предстояло терпеть. Твари меня не обнаружили в первые полчаса, значит, скорее всего и не найдут - если только не догадаются пригнать кентавров, что бы те нашли меня по запаху крови. Не стоит недооценивать супермутантов, хотя они и кажутся смертельно тупыми, в некоторых вещах они умудряются неплохо соображать. Вон какие укрепления выкопали. Или это сделал кто-то из людей, а твари захватили и расширили под себя? Кто знает...        Снаружи должно начать темнеть, так что ночь лучше переждать здесь, я не рискну шариться по такой опасной и незнакомой территории в темноте. Даже сигналок и мин не поставить - их шум сработает против меня, собаки всех тварей и сойдёт мне за похоронный марш. Сейчас лучше затаиться.        Я допил остатки воды и использовал освободившуюся бутылку для противоположных задач. Пожевал сухого пайка и сушёного мяса - весь день в пути не ел, да и потерю крови и работу стимулятора нужно компенсировать, не из ниоткуда же все берётся. Раны припекало. По работе лекарства вычислил ещё несколько незначительных травм, пропущенных за беготней - несколько порезов на щеке, отбитый где-то при форсировании препятствий бок и распоротый локоть. Поставил таймер пип-боя на четыре часа утра - будет уже видно, но ночные часовые уже сонными - даже супермутантам нужно иногда спать. Перед сном вколол себе ещё и антибиотиков, кто ее знает, эту грязную ржавую проволоку...        *        Вибрация пип-боя разбудила меня - мне казалось, я толком и не спал, изматывающе долго устраиваясь на неудобном сидении и баюкая прижатую к себе, горящую огнём руку, а потом отключился как провалился.        Я снова поел, так как не был уверен, что преподнесут следующие часы, туго перемотал поврежденную руку бинтами, перчатку в отличии от руки я починить не смог - ладонь выглядела как конечность Франкенштейна, сплошь разноцветные куски и швы, но немного поджила и опухла не так сильно, как я опасался. Придерживать приклад оружия и кое-как цепляться за камни и железки я всё-таки смогу.        Некоторое время меня преследовал страх, что старый замок заклинит в запертом состоянии, оставив меня на медленную смерть - тогда моей надеждой останется разве что привлечь внимание супермутантов шумом - кабина была прочной и разломать ее изнутри мне вряд ли удастся. Я находил в кабинах тела в металлической и кожаной броне, латаной одежде пустошей, людей, пытающихся скрыться там от угрозы или от смерти, но нашедших там лишь свое последнее пристанище.        Я медленно выполз наружу. Было ещё темно, хотя небо уже стало самой светлой частью пейзажа, на фоне которого можно было различить четкие, как вырезанные из черной бумаги силуэты зданий и если приглядеться, различить в отдалении маленькие фигурки супермутантов. Я не двигался, продолжая прислушиваться, сейчас и лишний скрип камня мог меня выдать, если поблизости окажется надёжный сторож супермутантов - кентавр. Я не уставал задаваться вопросом, какая немыслимая сила и какое воображение могло дать жизнь подобной твари.        Я уже знал, что супермутанты в целом одинаково видят и в сумраке и при свете дня, но не сказать, что бы их зрение было очень хорошим - или они просто плевали с высоты своего роста разглядывать, что там такое мелкое копошится у них под ногами. Но движущиеся предметы они замечали очень неплохо.        Поэтому я двигался медленно, пробираясь от обломка к обломку, когда рассвело рискнул забраться на верхние этажи развалин, куда мутанты не могли пролезть из-за своего веса и комплекции. Рука заживала медленно и неохотно, позволяя мне использовать ее в роли грубого зацепа, но безжалостно ныла и чесалась.        Сориентировался на местности, отталкиваясь от большого изрезанного ходами лабиринта в центре - сверху зрелище было ещё более впечатляющим и удручающим, меня даже немного замутило от мысли, что я вчера пересёк этот адский полигон, пусть и по краю, по диагонали. Отсюда я мог разглядеть десятки тварей, бродящих по ходам и по верху насыпей, не хватало только "собачек". Мой забег в конечном итоге не слишком далеко увел меня от намеченной цели, я сравнивал свои отметки расположения на очень приблизительной карте пип-боя и более подробной, но довоенной, бумажной, Глейд отметил на ней музей, теперь мне нужно было сделать небольшой крюк до него и постараться не попасться супермутантам по пути.        Лучи солнца мазнули по старому бетону тротуара, вдоль которого я пробирался, прячась за обломками. Может быть, компенсируя вчерашнее обилие нежелательных встреч, сегодня мне удалось их избежать - или главная гадость таилась впереди. Двери музея были такими же массивными и резными, как те, что не захотели дать мне приют вчера, я опасался, что придется надолго застрять на открытом месте, орудуя отмычками, но створки болтались лишь на честном слове, судя по виду, не раз сломанные, простреленные, продавленные могучими плечом, так что толкнул их я с внутренним замиранием предчувствия опасности, какая готова будет встретить меня внутри.        Вошёл и замер. Главный вход впечатлял - если подумать, то может быть, мне стоило поискать дверь поскромнее - я и забыл, что в довоенные времена все это было устроено специально, рассчитано на то, что посетитель войдёт и остановимся, раскрыв рот. От входа открывалась панорама с довоенными летающими машинами, свисающими с потолка на тросах, часть из них была сломана или обрушена, но всё ещё производила впечатление. Внизу тоже стояли экспонаты, стенды, витрины с интересными штуками, массивные таблички с подробным описанием, что это и зачем.        И парочка супермутантов, с этаким недоумением обернувшихся на скрип дверей на замершего у входа меня. Их похоже такие абстрактные вещи вокруг них не интересовали, а вот внезапный одинокий человечек заставил обрадовано распахнуть пасть.        Я вскинул к плечу ружьё и выстрелил, сделал шаг за колонну и, высунувшись, вторым выстрелом четко в голову, уложил мутанта на землю. Действие было настолько автоматическим и привычным, что я проделал его не задумываясь и только когда второй супермутант забросал моё укрытие пулями из винтовки, остановился на секунду подумать над дальнейшими планами. Впрочем, супермутант не оставил мне много времени, он спешил мне навстречу, продолжая стрелять, я выскочил из-за временного укрытия, едва разминулся с древним самолётом, упавшем на пол на брюхо как подбитая птица, нырнул в ещё один закуток, которыми изобиловала причудливая массивная архитектура здания, словно рассчитанная для парочек, искавших уединенные места. Я высунулся и сделал ещё два выстрела из ружья, но вожделенная пупырчатая макушка супермутанта мелькала среди многочисленных разнообразных помех и никак не хотела попадать в прицел. Расстояние между нами сокращалось. Я бросил винтовку и схватился за дробовик - когда супермутант с обрадованным рёвом прыгнул за мое укрытие, я встретил его зарядом картечи в упор.        Это было не трудно.        Я быстро пробежал по ступеням на второй этаж с балконом, проверив обе двери на втором этаже, но там меня ждало разочарование - широкий главный вход был обрушен, я проверил туалет и заглянул на лестницу, но оттуда вроде никто не бежал тяжёлыми шагами узнать по поводу свежей человечинки. Я сходил наверх, упёрся во все ещё запертую и не обесточенную комнату наблюдения и охраны, поколдовал над запорным механизмом с пип-боем, опасливо косясь на спящую турель под потолком, которая вполне могла счесть мои действия нарушением охранного контура, но на этот раз удача оказалась на моей стороне.        Длинная узкая комната в основном состояла из обзорного бронированного окна - раньше, наверное, отсюда охрана следила, что бы посетители не безобразничали в зале, здесь же оказался небольшой арсенал и несколько ещё работающих компов. Настроить систему безопасности как мне нужно и внести себя в список допущенных было уже не сложно.        Если уж нелёгкая ещё раз занесет меня в эти неприятные земли, будет у меня здесь защищённое место, где можно кинуть кости и сложить избыток вещей. К тому же, отсюда можно было познакомить то, что осталось от системы безопасности музея с моей персоной и ожидать, что остальные уцелевшие турели не станут реагировать на нее с первобытной страстью - что не могло не радовать.        Я не удержался и побродил по отвоёванному залу, читая надписи на стендах и чувствуя себя сладкоежкой при виде горы фантиков от немыслимого количества конфет, каких он никогда не пробовал - а теперь уже никогда и не попробует. Все здесь было разграблено, я смотрел на разбитые пустые витрины, кончиками пальцев прослеживая названия:        "Винтовка Спрингфилд, 1861 год. Капсульная винтовка, стандартное оружие пехоты".        "Штурмовая винтовка м199"...        Я чуть не застонал от обиды, читая замысловатую надпись:        "Электромагнитная рельсовая пушка х277 Вайпер, прототип магнитно-рельсовой пушки, выстреливает штырь из объединённого урана через несколько магнитных колец, разгоняя их до невероятной скорости. Проект закрыт из-за высокой стоимости производства."       Это я даже представить не мог как выглядит, но готов был заскулить при мысли, что единственный прототип утащил какой-нибудь необразованный бандит, не понимающий ценности и уникальности этого оружия и который бесследно сгинул где-то на пустошах.        Единственной моей находкой оказался стелс-бой, не замеченный мародёрами в углу - хвастливая надпись гласила, что один из первых прототипов совершенно нового маскировочного устройства, генерирующего модуляционное поле, делающее носителя практически невидимым. Находка была полезной, но я решил приберечь ее на крайний случай. Мне ещё из города выбираться, если повезёт, то оставлю ее, что бы пересечь открытые участки на поверхности...       ...Не то, что бы я заметил его последним, но намеренно оставил в стороне, как не представляющий угрозы, утоляя свое любопытство - трудно было не заметить широкий круглый вход в виде шестерни, таким диаметром, что в нём легко могли разойтись трое супермутантов. Столько же, сколько меня заинтриговал макет убежища в натуральный рост, столько же и напрягал шансом возможных воспоминаний. Что же подкинет мне моя запечатанная банка с воспоминаниями у меня в голове? Я не мог не беспокоиться.        Узкий тамбур и боковое отделение видимо для охраны, все железное, все гладкое и пустое, не просто выгребенное, а скорее всего вообще никогда не бывшее наполненным. Сдвигающиеся створки, а за ними железный коридор... все какое-то аккуратное и искусственное, легко было представить миниатюры, освещаемые загорающимся за стеклом светом на плакатах с рекламой, под бодрый голос диктора, но так трудно представить тут живущих людей, тем более обитающих тут годами. Я представил - всю жизнь в железе и толще камня и содрогнулся.        Так выглядел мой дом? В таком месте я провел два десятка лет, не видя ничего иного? Насколько должен был тогда шокировать меня прежнего в первый раз увиденный мир пустоши - открытый, грязный, но соответственно названию, бесконечный, пустой и мёртвый?        Если моя память и планировала пробуждаться, то не здесь. И не сегодня.        Я миновал длинный коридор и вышел в помещения с более привычной планировкой, здесь тоже оказалось несколько моделей довоенных летающих машин, рисунков и схем, даже большой макет, больше меня, черной обтекаемой машины с лопастями, подписанный " прототип модели винтокрыла". Здесь тоже оказались супермутанты, массивные старомодные стены поглотили звук и стрельба в холле не донеслась до них.        Здесь мы устроили быструю перестрелку - на коротких дистанциях скорострельные винтовки обоих довоенных держав обладали немалым преимуществом перед моим ружьём, вынудив меня схватиться за дробовик и прятаться. Отчасти я не просто выделывался перед Глейдом и той высокомерной дамочкой, я действительно хорошо освоил тактику нападения на супермутантов с дробовиком на короткой дистанции - супермутанты не привыкли и не могли поверить, что маленький человечек лезет в ближний бой, а научиться и сделать выводы они не успевали. Во всех этих архитектурных тупичках и нишах преимущество тоже было на моей строне.        Последний супермутант рассыпал по мрамору пола осколки черепа, но в дверях появились ещё двое, мы растягивали бой, перетащив его в другое помещение, охватывающее ярусами в несколько этажей огромную ракету - может быть даже настоящую. Здесь я никак не мог навязать здоровякам ближний бой, они стреляли в меня сверху и снизу, я не успевал сразу за всеми, когда я пытался вычислить позиции одних, другие вынуждали меня спрятаться, а потом они все менялись местами, вынудив меня снова взяться за ружье. Это был самый длинный и изматывающий бой на сегодня, он оставил меня победителем, но в меня попали по меньшей мере три раза, дважды по касательной, но последний раз пуля угодила мне в плечо, под наплечник.        Я засел в туалете, таком же вычурном и толстостенном, с деревянными резными накладками, где я кое-как достал пулю, с поврежденной рукой я не мог зашить разрыв, только вычистить и перетянуть, зацементировав сверху ещё одним стимулятором и надеяться, что смещение стремительно заживающих тканей не превратит этот нужный участок мышц и плоти во фрагмент Франкенштейна. Я сжал зубами воротник рубашки и выл сквозь слезы, пока моя плоть стремительно восстанавливала себя.        Потом я ощутил себя очень усталым и на какое-то время потерял сознание.        Очнулся, сидя на полу, рядом с сухим как слезы работорговца унитазом, с большой паузой вспомнив, где нахожусь и зачем. Ожидаемо мучила жажда - всё-таки стимулятору пришлось зарастить слишком большой шмоток плоти, я осторожно напился, прислушиваясь к тяжёлым медленным шагам снаружи - в последний момент я прилепил снаружи двери мину, что бы входящего взрывной волной выбило наружу, так что на мое укрытие ещё никто не покусился. Я так же аккуратно собрал свои вещи, затянул ремни наплечника, осторожно, на пробу, покрутил рукой - было больно, но плечо слушалась.        Я выбрался из туалета, осторожно деактивировав мину, бродящий среди трупов супермутант, оживился при виде меня и принялся палить по мне из винтовки и мы начали старый танец заново.        По пути я видимо свернул куда-то не туда, в сторону от тематики летающей техники - путь привёл меня в круглое помещение с куполом и большой штуковиной, непонятного назначения, как будто состоящей из светящихся шаров - пока я поднимался по ступеням, сработала какая-то автоматика, погасившая свет в зале и наоборот подсветившая потолок, превратившая гипсовый серый купол в картину непередаваемого бескрайнего звёздного неба и словно по волшебству скрыв все границы, а строгий многозначительный голос человека, мертвого уже два столетия, принялся рассказывать о созвездиях и тяге человечества к неизведанным пространствам и открытиям. Поэтому я не сразу заметил бегущих по проходу супермутантов, вернее их темные силуэты, хотя твари ничуть не скрывались, топали и пыхтели как собственно супермутанты.        Зрелище все равно было странное и ирреальное, хотя я плохо видел своих врагов, а они соответственно меня, я осторожно отступал по проходу, отстреливаясь из ружья, нырнул в междурядье и выхватил дробовик. Опрокинул бегущего впереди супермутанта выстрелом в грудь, отступил к выходу, там стены были массивнее всего, разорвал зарядом картечи голову сунувшемуся следом мутанту, ещё двое держались в отдалении, не спеша сближаться и закидывая меня россыпью винтовочных пуль. Я снова взялся за ружье...        Иллюзия погасла, волшебство разом закончилось и я снова остался один в круглом зале с рядами поднимающихся друг над другом сидений, над затихшим помещением плавали клубы едкого порохового дыма, в узком проходе лежали массивные туши супермутантов.        Когда я перебрался на нижние уровни, после продолжительного, но не такого напряжённого боя, я удивлённо осмотрел экспонаты и понял, что я на месте. Этот летательный аппарат был поменьше ракеты, всего-то в два моих роста, к тому же надпись гласила, что это реплика, так что с чуть меньшими угрызениями совести, я отсоединил и навьючил на спину широкий тускло блестящий диск с мелко выщербленной поверхностью. Диск не казался слишком тяжёлым - летная промышленность же, какой-то лёгкий сплав, но блюдце ощутимо ограничивало подвижность, и одновременно как будто тянуло вверх обманчивой лёгкостью. Хотя я понимал основную сложность - тарелку, в отличие от меня подставлять под пули было категорически нельзя. Если тело я ещё имел возможность подрихтовать, то с диском скорее всего так не получится. С другой стороны, пытаясь убрать с пути траектории пули ценный прибор, как бы не быть бы застреленным самому.        По лестнице я снова поднялся в сам вестибюль, за это время к мертвым супермутантам не прибавилось живых, так что я поспешил убраться из разрушенного музея.