Финальная точка дилеммы

             Зиммера я нашёл в баре, обычно он обретался там, когда не доставал людей в лаборатории - для человека, считающего тут всех дикарями, неспособными понять величие его дел и планов, мирских радостей Зиммер не чурался. Его охранник со странным выражением смешанного любопытства и настороженности пробовал местное пиво - после того, как Зиммер признался, что тот андроид, я пытался разговаривать с ним и задавать вопросы, парень казался слегка медлительным в эмоциональном плане и очень сосредоточенным на цели, но у меня не возникло сомнений, что он все понимает и испытает эмоциональные реакции, а не только имитирует их. Случай Харкнесса не был единичным исключением, дефектом, отклонением от программы - андроиды действительно были созданы способными к эмоциям, обучению и развитию - и значит могли выйти за пределы заложенной в них программы. По мне, так этого вполне было достаточно, что бы считать их разумными существами. В конце концов, я уже встречал разумных существ, которых другие колебались называть людьми, так что новая информация не стильно противоречила этой точке зрения. Хотя я все ещё не был уверен в обычных роботах - они только имитировали индивидуальность и их характеры были несколько ограниченными и карикатурными, но я не знал, способны ли они к самостоятельному развитию настолько, что бы выйти за пределы заложенной программы и стать чем-то большим, действительно стать личностью и сомневался, что на это хватит их механических мозгов.        Меня все ещё смущало, как легко их память может быть изменена - а Зиммер говорил, что способен вообще обнулить Харкнесса, аннулировать его личность и опыт, а не то, что сделал Пинкертон. Старик съест свои записи, если узнает, что его превзошли.        С другой стороны, я не был уверен, так ли надёжно работает изменение, как это казалось - да, Харкнесс отличался характером до изменения личности и после, но я не знал, было ли изменение мгновенным, а не следствием постепенной адаптации к новой памяти и месту в обществе, другим взглядам и другой системе ценностей. Харкнесс и до и после был совестливым, деятельным - Пинкертон сказал, что по новым воспоминаниям он был суровым военным, поправляющимся после серьезной травмы, могло повлиять, что он считал, что должен вести себя соответственно, как и специфика работы, которой он занимался годами. Пинкертон считал, что память вовсе нельзя стереть, только подавить - Зиммер думал иначе, технически он был создателем и знал об андроидах больше десяти Пинкертонов вместе взятых... но Зиммер был предубеждён и выдавал противоречащие друг другу утверждения и не желал видеть этого в упор. Что, если стереть - или подавить - можно лишь воспоминания и опыт, но какая-то основа характера все равно останется? А поведение... Я абсолютно уверен, что если взять обычного человека, совершенно не похожего на андроида и с помощью препаратов подавить его воспоминания, его можно убедить, что он бродяга, богатый торговец или вообще рейдер, особенно если поместить в подходящую среду, и тогда его поведение будет сильно зависеть от того, кем он себя будет считать в этот момент и чего по его мнению будут от него ждать окружающие. Нет, есть какие-то границы, которые человек не сможет пересечь - кто-то не сможет убить, даже если убедить его, что он рейдер и до этого убивал многих - а другой сможет, но упрётся в какое-то другое препятствие. Так что для меня это служило косвенным подтверждением, что Харкнесс разумен и сохраняет некую основу личности даже после изменения памяти. Интересно было бы взглянуть, стал бы он снова проявлять со временем те же признаки непокорности после того, как Зиммер запустит в него свои жадные руки и обнулит его - но в отличие от Зиммера я не считал такие эксперименты этичными даже после всего, что уже проделал сам.        Я размышлял об этом, пока спускался вниз и шел к сидящей в баре парочке чужаков. Задача с одной стороны вызывала у меня отвращение, но с другой была необходима, поэтому я не хотел затягивать, но опасался спугнуть добычу слишком поспешными действиями - не могу же я действительно устроить бой на корабле. Не могу вырубить этих двоих, вытащить на палубу и скинуть тела в воду, любопытные мальчишки и охранники никак не дадут провернуть это дело незамеченным, и Харкнесс не сможет меня прикрыть.        Поэтому я сначала взмахом руки заказал себе охлаждённую ядер-колу, сорвал крышечку и надолго приник к горлышку - предыдущий разговор вышел напряжённым и эмоциональным, да и следующий должен был получиться не лучше - только потом придвинулся к Зиммеру, сделав вид, что не замечаю его гримасы отвращения, возникающей на его лице каждый раз, когда кто-то из "дикарей" приближался к нему слишком близко. Его андроид напрягся как сторожевой пёс, даже за оружие схватился.        - Я думаю, есть подвижки в вашем деле. - сообщил я небрежно, отодвигаясь на более корректную дистанцию. Зиммер считал нас идиотами, а наемников - жадными полезными идиотами, и я не собирался его переубеждать. - Не зря я болтал с вашим подопечным, кажется я нашел подходящего человека, появившегося в указанное вами время, с мутной биографией и не стыковками в деле.        - Ну-ка ну-ка. - заинтересовался Зиммер. - Могу я узнать конкретные подробности?        - Сперва я хочу узнать, что я получу с этого. - напомнил я, играя жадного беспринципного наемника. - Ваши обещания тоже какие-то размытые.        - Я могу... поделиться некоторыми технологиями, о которых эти дикари и не подозревают. - борясь с собой, скупо проронил Зиммер. - Кое-что об усилении мышц и скорости реакции.        - Что ж, тогда я буду так же конкретен. - насмешливо отозвался я. - Мужчина появился некоторое время назад, работает в охране, до баржи его биография почти не прослеживается. Мне удалось немного поболтать с ним, у парня пробелы в памяти после травматической операции. Имя я сообщу, когда мы договоримся.        - Эти дикари ничего не могут сделать как следует, даже память стереть. - проворчал Зиммер, купившись на мою прямую ложь. Я не беспокоился, что он узнает что-то сам - парень был вроде умён в своей области, но не умел вести себя с людьми, ожидая что все они окажутся таким же беспринципными и жадными как и он сам, только глупее. Иначе бы не торчал так долго. Я не сомневался, что охрана не станет ему помогать даже если он действительно окажется жертвой преступления - так он их достал. Он может обратиться лишь к различным нечистым на руку элементам вроде Сестры. Но поэтому действовать надо быстро.        - Вы сказали, что сможете вырубить его? - продолжил я обрабатывать его, подводя к нужной идее. - Это прибор или код? Я могу это сделать для вас?        - Нет, я должен убедиться сам. - ожидаемо возразил Зиммер. - Я не могу доверить это в руки постороннего человека, не понимающего, с чем имеет дело. Я должен сделать это сам. Это мой долг.        - Тогда мы не можем сделать это здесь. - я понизил голос, двусмысленно стрельнув глазами на барменшу, в отдалении протиравшую царапанные стаканы. Если бы я действительно затеял что-то криминальное, то ни за что не стал бы себя так вести, что бы не вызвать подозрений, но мне нужно было убедить Зиммера в обратном. - Не знаю, как вы, но я живу здесь и не хочу быть изгнан из единственного благоустроенного места на пустоши.        - Возможно, мы могли бы использовать один из тех пустых темных уголков, что во множестве разбросаны на этой старой барже. - предложил Зиммер, уже проникшийся азартом охоты.        - Только нужно все как следует подготовить. - "нехотя" согласился я. - Этот Харкнесс натаскал охрану так, что от них непросто улизнуть, я не хочу что бы они начали задавать вопросы в самый неподходящий момент. Так что сначала мы присмотрим место, куда я приведу этого парня, что бы вы могли его вырубить. Но сперва я хочу гарантий вашей платежеспособности.        - О, мы договоримся. - многозначительно пообещал жадный старик.       *        Может быть, у нас были разные планы на то, как закончится этот вечер, но первая их фаза совпадала - мне удалось убедить Зиммера, что я соглашусь на это сомнительное действо только за пределами корабля, где на меня не падёт подозрение охраны - для этого они должны были покинуть корабль без меня, а Зиммер должен был предварительно заявить, что он не может больше ждать и возвращается в Содружество, что бы он с андроидами мог уйти незамеченным и пропажу человека не связали с ним. По большей части, Зиммер самостоятельно проделал половину предварительной подготовки к его убийству, сам того не осознавая.        Так что они через некоторое время ушли с корабля, что бы дождаться меня в условном месте - по нашему договору я должен был в это время найти андроида и уболтать его пойти со мной, якобы что бы показать найденный тайник с контрабандой. Но я в это время уже сидел в развалинах с ружьём наготове и как только проследил в прицел как Зиммер с телохранителем пересекли мост, удалились от баржи и нырнули в тот пятачок в окрестностях метро, что не просматривался с корабля, но был отлично виден мне, я приник к прицелу и одним точным выстрелом разорвал голову телохранителя Зиммера. Старик успел обернуться, распахнув рот, но следующая пуля вошла ему в плечо, заставив упасть.        Я отложил ружьё и спустился в руины, осторожно разглядывая почти обезглавленного телохранителя, но тот выглядел так же, как положено мёртвому человеческому телу. Я достал винчестер и добил ещё дёргающегося Зиммера, пытающегося перевернуться как раздавленное насекомое. В приступе паранойи внимательнее осмотрел тело - ну а как он правда тоже роботом окажется?        Подозрения не подтвердились.        Я оттащил и спрятал тела, собрав все вещи Зиммера и кое-как засыпав сухой пылью и щебнем следы крови, грустно размышляя, что из меня мог бы получиться хороший наёмный убийца - способности, в отличие от корыстных намерений, у меня имелись. Но быть убийцей по убеждениям наверное тоже не намного благороднее, но это хотя бы я сам выбрал.        И все равно было противно и мерзко во рту. Везёт мне что-то на плохих учёных.        А ведь ещё предстояло избавиться от тела, изучить, что там мне Зиммер оставил в наследство, а так же под покровом ночи перетащить тело андроида к Пинкертону - в отличие от меня, старик обрадуется новым исследованиям, хотя мои медицинские навыки сейчас меня не вдохновляли - как ни крути, а во вскрытии мне участвовать придётся так или иначе. Я должен знать, с чем придется иметь дело, если Содружество и Институт не успокоятся и пришлют сюда других замаскированных андроидов. Нужно ещё решить вопрос с Железной Дорогой - они могут быть полезны, а могут создать немало проблем, если мы не договоримся и они будут продолжать действовать так же беспорядочно.        Я забрал вещи и записи Зиммера и направился обратно на корабль. Харкнесс сидел и ждал меня в забегаловке на рынке - ещё не всё закрылось, хотя его смена уже закончилась. Он медленно и рассеянно жевал, отмахиваясь от приветствий и вопросов других охранников, выглядя странно отстранённым и задумчивым. Меня снова поразило, насколько моложе он стал выглядеть после возвращения памяти при том, что его лицо не подверглось изменениям, но сделалось не таким жёстким и угрюмым.        Я отодвинул табуретку и сел рядом, махнув рукой Гэри, что бы он и мне принёс ужин, работа была хоть и не продолжительной, но из-за своей напряжённости, отняла много эмоциональных сил.        - Я все сделал. - сказал я Харкнессу. - У меня есть все его вещи в качестве подтверждения, а так же его записи.        Харкнесс взял у меня сумку и аккуратно перебрал трофеи, нашел и явно узнал ежедневник в толстой тисненой коже, рассеянно перелистал страницы, но почти тут же с гримасой закрыл и решительно отодвинул от себя.        - Значит, все действительно закончено. - сказал он с видимым облегчением. - Что ты собираешься делать дальше?        - Не все, но для тебя да. Тебе не обязательно участвовать в дальнейшем. - согласился я. - Не факт, что Институт успокоится на этом, вполне возможно, что он пошлет сюда кого-то ещё, возможно и из андроидов, мне нужно быть к этому готовым. Я хочу попытаться использовать для этого участников Железной Дороги, они и так немало знают об этом деле, мне потребуется и их знания и их помощь. А ещё нужно встретиться с Пинкертоном и получить у него всю возможную информацию по андроидам. Не обижайся, ты хороший парень, Харкнесс, но не факт, что сюда не пошлют других андроидов в качестве врагов. Если они все в Институте думают как Зиммер...        - Я понимаю. - кивнул Харкнесс. - Думаю, я смогу тебе доверять, что ты не злоупотребишь этими знаниями.        Он снова покопался в сумке:        - Это устройство подавления андроидов. Я сам пользовался такими когда-то. Им действительно можно временно вырубить любого андроида. В другой ситуации я бы предпочел его уничтожить, а не передавать в чужие руки, но тебе оно может потребоваться. - сухо сказал мужчина. - Я только могу надеяться, что ты не будешь его передавать кому-то еще...        - Постараюсь. - неуклюже ответил я, не уверенный, что могу дать такое обещание, не зная, что может потребовать будущее. - Если об этом не распространяться, то никто не поймет, для чего оно может использоваться, все люди, которых я спрашивал, считали эти истории про андроидов сказками...        - Остальное тоже забери. Эти записи тебе пригодятся. Помогут узнать, что творится в Институте с тех пор, как я оставил там дела. - кивнул Харкнесс на сумку. - Я действительно сыт этим всем по горло и если не останется другого выбора, предпочел бы, что бы так и оставалось.        - Хорошо. - ответил я без особого разочарования, ожидая подобной реакции.        - И ещё я видел эту девушку, Уоттс. - Харкнесс неожиданно ухмыльнулся, украсившись парой ямочек на щеках. - Возможно, мои ответы не сделали ее счастливой, имей в виду.        - Я сам с ней побеседую. - хмуро сказал я, высматривая неприметную фигуру девушки среди разбредающегося к ночи люда на барже, сливаться с толпой и быть неприметной у нее получилось неплохо, но вот здравомыслие хромало. Она так и ошивалась на втором ярусе, где потемнее. - Нам тоже нужно обсудить пару тем.        Я поднялся и оставив на столе плату за ужин, кивнул Харкнессу и направился к девушке, заметившей мое приближение и ответивший мне недовольным взглядом:        - Ты! Ты что наделал? - возмутилась она, едва сдерживая голос, косясь на проходящего в отдалении охранника. Я дождался пока он уйдет подальше и прихватив девушку за локоть, не совсем добровольно отбуксировал ее в угол подальше для разговора.        - Что я сделал? Я решил проблему. - не предвещающим ничего хорошего голосом сказал я.        - Решил? Ты сломал жизнь человеку, который думал, что все у него нормально, а теперь он знает, что все это было неправдой! - запальчиво заявила девушка, все ещё стараясь понижать голос.        - Но это все действительно было неправдой. - пожал плечами я. - И я не верю, что переписать память и внушать андроиду, что он совсем другой человек это способ ценить его личность.        - Он сам так решил! Это его выбор. - возразила девушка, покосившись вниз, на все ещё сидящего за столом Харкнесса.        - Это был выбор от отчаяния. Ни одно разумное существо по доброй воле не сотрёт собственную личность. - сказал я, задаваясь вопросом, является ли это лицемерием с моей стороны. Я не знал, что бы я делал, получи надёжный способ вернуть себе память. И вообще воспользовался ли им. Но мне выбора никто и не предлагал. - Да и теперь Харкнесс кажется не очень рвется стереть все повторно.        - Но теперь он под угрозой! - возразила Виктория.        - Теперь он хотя бы знает от чего защищаться, а не пребывает в неведении! - возразил я. - Да и с Зиммером я вопрос решил, что возвращает нас к другим проблемам.        - Ты убедил его уйти? Он точно тебе поверил? - встревоженно спросила девушка.        - Я его убил. Так что больше он точно не вернётся и никому ничего не расскажет. - пожал я плечами. - Но это не отменяет того, что Институт может быть заинтересован в проникновении сюда снова. Зиммер обмолвился, что их агенты, выглядящие как люди, действуют в самых разных местах. Для этого мне нужно связаться с твои руководством.        - С Железной Дорогой? - недоверчиво спросила Виктория. - Что тебе нужно от нас?        - Цепочка слухов работает, беглые андроиды знают о вас и будут приходить к вам и будут приносить вести о том, как действует этот Институт и что происходит в Содружестве. Об этом важно знать и мне и вам - они явно не успокоятся и могут узнать о вашей работе. Я не хотел бы посвящать в это слишком много посторонних, потому что в конце концов, это серьезная угроза, если подтвердится, что Институт засылает сюда шпионов-андроидов, маскирующихся под людей - и Братство и многие другие впишутся в эту охоту с большим энтузиазмом. Но тогда под гребёнку попадут и беглые скрывающиеся андроиды, благодаря вашим усилиям по стиранию памяти они и знать не будут, что им нужно чего-то опасаться, пока не станет слишком поздно. Так что нам лучше действительно работать сообща, чем по отдельности. Мне действительно нужно поговорить с твоими старшими. Я могу помочь с многим, чего вы не можете, у меня есть ресурсы и знакомые люди в самых разных местах.        - Я передам твои слова руководству. Но не рассчитывай на слишком многое. Я просто агент, один из многих. - смешалась Виктория. Я напугал ее и обеспокоил примерно в той степени, какой и хотел, хотя девушка, выглядящая старше меня, все же казалась слишком наивной и идеалистичной для этой работы.        - И в следующий раз, когда будешь убеждать беглеца стереть свою память, может быть, дай ему понять, что есть и другие варианты. У меня есть пара идей, как спрятать их и есть возможность защитить. - сказал я напоследок. - Подумай. Если андроид ничем не хуже человека, то его личность и память не менее важны.        - Я... подумаю. - смущённо сказала девушка, явно желая закончить этот неудобный разговор. Я кивнул и пошел к выходу с рынков - уже должно достаточно стемнеть, что бы я мог привести в действие последнюю часть своего плана - мне нужно забрать тело телохранителя Зиммера и под покровом темноты перетащить его нос баржи, избежав болотников. В ближайшие часы нам предстояло заниматься вскрытием - я был уверен, что старый любопытный, хотя и не слишком озабоченный моральными принципами учёный не сможет устоять перед такой возможностью.        Как я научился торговаться - и к андроиду и к борцу за свободу и к недружелюбному учёному найду подход. Аж самому страшно.