Часть 12

      Неделя для Юри прошла в странных чувствах. И самым главным было чувство одиночества. Нет, с Наби они виделись каждый день. То на обеде, то дома у Юри и даже пару раз во время тренировок с Минхо, где Наби была своего рода учебным пособием, которая показывала все, что говорила Юри, страдающая от своей глупой травмы. Иан пару раз вытаскивал ее прокатиться с ветерком по городу и его окрестностям, каждый раз веселя смешными историями из своей жизни. И казалось бы, рядом с ней постоянно кто-то был. Но было одиноко, потому что Ким Тэхена она не видела с того самого момента, как ушла из его квартиры с Ан Дамби и малышами Хо и Ён. Простое желание увидеть владельца борделя к концу недели из агрессивных размышлений о его неоднозначном поведении перешло к самому настоящему беспокойству. «Где он? Что с ним?» — без конца крутилось в голове с вечера пятницы.       — Ты опять где-то витаешь, — недовольный голос Мии, сопровождавшийся громким постукиванием алого ноготка по стойке, выдернул Юри из череды размышлений. — Начни уже нормально работать, Чо. Про хорошо я вообще не заикаюсь, — Юри метнула недовольный взгляд в сторону говорившей, но тут же отвернулась обратно, даже не удосужившись сесть как следует при начальстве. Сидеть вполоборота к коридору, ведущему в кухню, и бездумно рисовать круги ручкой в своем блокноте — было увлекательнее выслушивания однообразных нотаций. — Дурная ты девчонка! — взбеленилась Мия, не получив должного внимания к своей персоне, и хлопнула ладошкой по столешнице, хоть так желая привлечь к себе внимание ненавистной ей девушки. — Я заставлю господина Кима выкинуть тебя отсюда как можно скорее.       — Да я дождаться не могу этого момента, — шикнула Юри, откинула ручку и, вставая с места, наконец явила свое личико администраторше. — И, будь добра, поторопись со своими угрозами. Не представляешь, как меня бесит видеть твое намалеванное лицо каждый день.       Мия вспыхнула от бесцеремонности по отношению к себе, открыла рот, закрыла его и уже протянула руку вперед, чтобы схватить говорившую за одежду, но позади раздался звук открывающейся двери.       — Господин Ким, — в секунду меняя выражение лица на радостное, Мия поспешила к вошедшему владельцу борделя, — как же я рада Вас видеть. У нас все хорошо, я за всем слежу. Все работает как часы, — она подлетела к угрюмому Тэхену, обвила его руками за предплечье и потянула в сторону кабинетов, продолжая что-то рассказывать, но уже значительно тише, не желая быть услышанной глупой девчонкой.       Ким даже не посмотрел в сторону Чо, которая от его неожиданного появления растерялась. Внутри наступил ураган из самых разнообразных эмоций от радости до ненависти. Стоило ему появиться, как она сразу заметила его темные круги под глазами, понурые плечи и вообще усталость, которой заполнилось пространство. Или ей только показалось?       Он ничего не отвечал щебечущей Мие, но покорно следовал за ней. Сердечко от очередного игнорирования с его стороны сжалось. Стоило ему скрыться в коридоре, как Юри осела на свое место, понуро опустила голову, взяла ручку и резко зачеркала ей по новому белому листу, превращая его в черное полотно с еле заметными проблесками белизны. С недавних пор выплескивание злости и разочарования подобным образом ей действительно помогало. А, главное, никому не нужно было ничего говорить, она будто выписывала свою боль через черные чернила наружу. Иан и в этом совете оказался хорош.       

🎶Aurélie Saada - Pistache au Dôme

      — Спасибо, красавица, — Юри нахмурилась и отдернула руку от только что переданных ключей новому посетителю.       — Второй этаж, господин, — она еле заметно кивнула и тут же спряталась за стойкой, крутанувшись на месте в противоположную сторону от уходящего гостя. Как же ее бесила эта работа.       — Про дружелюбие ты, конечно, не слышала, — стоило гостю уйти, как слева раздался низкий голос Кима. — Но слово «спасибо» ты явно знаешь, — слова становились громче и не только от приближающегося к ней мужчины, но и от его явно увеличивающего громкость голоса. — Ты совсем охренела так себя вести в моем заведении?!       Юри подскочила одновременно с опустившейся на стойку мужской ладонью, разнесшей по просторному холлу хлопок.       — Да с какой стати я должна кому-то говорить «спасибо»?! — выпалила Юри, стараясь сдерживать голос и не переходить на крик. Она так волновалась за этого придурка, а он просто пришел и опять начал ее в чем-то упрекать и орать. Лучше бы игнорировал дальше. — Я не выбирала эту работу.       — Я тебя тоже не выбирал, — прорычал Тэхен. Внутри у него все сжалось, ведь смысл слов был двойным. И он в интонации имел ввиду именно тот, что сидел в голове последние дня три, когда он очнулся от попоек и таблеток в своей квартире, а первым осознанным желанием было увидеть серые глаза и милый курносый носик. Ни о какой дури он больше не думал. Это все же неправильно, как они всегда считали с братьями и давали друг другу обещание ей не баловаться. Вся эта химия явно пагубна и вредна для его здоровья. В его жизни и без этого есть множество факторов, желающих ему смерти.       Почти всю прошедшую неделю он не выходил из дома, бездумно переключал каналы, пялился в потолок, курил на балконе и изредка заказывал доставку еды. Он упорно твердил себе и действительно уверенно говорил ребятам, что ему просто нужен нормальный сон и отдых. «В одиночестве», — добавлял он про себя после каждого звонка братьев. Он убеждал себя, что вот-вот еще день, и он непременно поймет, что ему делать дальше и что он хочет на самом деле.       Но что он имел сейчас? Он опять находился вблизи серых глаз, курносого носика и торчащего правого ушка среди мягких каштановых волос, которые, кстати, изрядно отросли с момента их первой встречи и доставали до плеч. «Не стриглась?». Да почему он об этом опять думает? Он ее образ вспоминал всю эту неделю. Вспоминал, каково это, касаться ее и слышать задорный смех. Помнил ее образ в своей квартире и, кажется, от этого только больше сходил с ума. Чертова девчонка явно появилась в его жизни, чтобы уничтожить его окончательно.       Юри от его слов дернулась как от пощечины, отшагнула назад, почуяв опасность как в тот раз в его кабинете. Но хуже всего было то, что в груди так сильно заныло, что она буквально подавилась воздухом от произнесенных слов. Обида окунула своим холодом, разжигая при этом огонек внутри, в самом центре солнечного сплетения, вызывая дрожь во всем теле и рефлекторное сжатие пальчиков в кулаки, ища при этом выхода наружу. Она ринулась вперед, и новые звонкие удары от столешницы отзеркалило эхо пространства. Боль от ладошек скользнула по ее рукам, будто лизнула иголочками, сильнее пробуждая злость, окутавшую уже все ее тело.       — Да какого черта! Что я тебе сделала?! — ее лицо приблизилось к обозленному мужскому.       Тэхен даже не изменил своего положения от резкости движений в его сторону, только глаза свои карие сузил и губы поджал, сжал, будто склеил. Этот его жест Юри еще больше разозлил, ведь успела она заметить выскользнувшую ненависть в его взгляде. Хватит с нее. Пришло время все узнать.       — За что ты меня так ненавидишь? — щечки заалели, серые глаза потемнели, будто тучи перед грозой, и Ким готов был поклясться, что увидел там мелькнувшую молнию. — Я не просила тебя кидаться под МОИ пули. Ты сам это сделал, а теперь во всем винишь меня?       — Да причем тут это? — рыкнул Тэхен, не уследив за своим телом и двинувшись ближе к серости глаз. Его ладонь скользнула правее и задела ее холодный пальчик, даже без понимания, что так просто коснулся ее. — Захотел и закрыл тебя. Дура.       — Заткнись, — процедила сквозь зубы Юри, отдернула руки от столешницы и опять сжала кулачки, действительно желая ударить Кима. Но вовремя спохватилась и сдержалась.       — И не подумаю! Что ты мне сделаешь? Опять полезешь драться? — Ким усмехнулся, явно расслабляясь в омуте серых глаз, которые наконец-то увидел так близко, буквально в пяти сантиметрах от себя. Тело само по себе обмякло и ощутило тепло, недостающее все эти дни.       — Так это из-за того, что я тебе пару раз наваляла? — Юри отпрянула и рассмеялась, но через пару секунд замолкла, ощущая, как ее резко потянули к себе, ухватив за лацкан черного пиджака. Пуговка почти расстегнулась, но Юри зажала ее своим телом, до боли вжавшись в край стойки, ощутимо ударившей ее по ребрам под грудью. Быть ниже Кима ей категорически не хотелось, оттого при завязавшейся ссоре она встала на носочки, даже не осознавая этого, и только сейчас поняла, в чем был ее дискомфорт. Карие глаза, смотрящие на нее со злостью, сильнее распалили в ней огонь злости, заставляя язвить: — Я права. Ты меня ненавидишь, потому что…       — Потому что ты ЕСТЬ, — выдохнул ей в лицо Ким, не дав закончить свое же предложение.       Ее новый взгляд, не тот внимательный с нотками ласки, а этот горящий, буквально опаляющий его, подтолкнул Кима к очередному желанию обидеть эту девчонку, задеть ее так же сильно, как она тревожила его существо с момента появления в его жизни.       — Ты не вписываешься в мое заведение от слова совсем. Твои мальчишеские повадки меня раздражают. Ты не умеешь за собой следить. Ты не умеешь нормально разговаривать. Ты не знаешь, что такое быть женщиной и прочее. Ты даже не умеешь краситься и одеваться как следует, — Ким опустил взгляд, замечая движение Юри вниз, которая осела на пятки, тем самым укладывая грудь на стойку и становясь на голову ниже него. — Меня бесит, что ты не умеешь, не хочешь или вообще, скорее, не знаешь, как пользоваться своим телом, — он провел взглядом вверх, замечая, как дернулась ее яремная впадинка, а, остановив взгляд на еле виднеющейся в вороте белой футболки ключице, сам ощутил резкую сухость во рту. С трудом сглотнув и теряя нить своих рассуждений, он значительно тише и спокойнее произнес: — Зачем вообще тебе такое тело.       Юри слушала всю эту тираду в ее адрес, впитывала каждое обвинение и совсем не понимала того, чем заслужила все это в своей жизни. Вот он, мужчина, который ей понравился, впервые с ее первых и последних отношений с противоположным полом, стоит и буквально поливает ее грязью. Рассказывает ей, какая она никудышная девушка. Говорит ей прямым текстом, что она явно лишний в этом мире человек. Произносит эти гадости, но при этом смотрит так внимательно, будто исследует ее. Нет! Не ее. Тело ее рассматривает. Ему действительно важны только внешние оболочки? Поэтому у него целый бордель с красивыми женщинами? Он действительно не испытывает никаких чувств к окружающим его девушкам? Не умеет любить? А она так… так глупо влюбилась в него.       — Тебе-то что до моего тела, — прошептала Юри, впиваясь взглядом в его лицо, но понимая, что на самом деле боится столкнуться с его глазами. Боится увидеть в них полное безразличие, усмешку, издевку и чем он там еще ее может добить на месте.       Она дернулась назад, ожидая получить сопротивление, но Ким ее оказывается и не держал. Она чуть не упала, столкнувшись ногами со своим креслом, но его холодная рука ухватила ее за запястье, разнося холод по ее разгоряченной коже. Она устояла, но тут же вывернула свою руку из его захвата. Сделала еще один шаг назад, подпинывая кресло в сторону. Как же хотелось исчезнуть.       — Я люблю женские тела, — окончательно снижая интонацию до тихой, Тэхен оторвался от ее шеи и посмотрел в личико, которое из-за опущенной головы было наполовину скрыто волосами. Мягкими волосами, которые так приятно ласкают, когда их касаться. — А ты буквально ломаешь мои представления о женщинах. О красивых женщинах.       — Так уволь меня, — в очередной раз Чо произносила эти заветные слова. — Покажи, что ты мужчина, — она вздернула голову вверх, ощущая, как ледяная обида, с головой заглотившая ее, начинала теплеть, буквально закипать и тут же испаряться от разгорающегося с новой силой гнева. Такие скачки холода и огня внутри нее буквально сбивали с толку, заставляя сердце то замирать, то ускоряться до невероятной скорости, спутывая ее мысли окончательно. — Прими волевое решение — уволь меня к чертям собачьим! Уволь, и я уберусь восвояси! Исчезну с твоих глаз и больше не буду тебя тревожить своим… — она поймала его взгляд, зацепилась за него и буквально выплюнула ему в лицо, чуть подавшись вперед: — …телом.       — Ненормальная, — прошипел Тэхен, сжал кулаки, но вопреки всему опустил руки вниз, убирая их со стойки, что так удачно разделяла их.       — Продолжай, — усмехнулась Юри, опять шагая вперед. — Скажи уже мне все, что ты обо мне думаешь. Скажи, глядя мне в глаза.       — Сумасшедшая, — Тэхен бы шагнул ближе, да и так упирался носками ботинок в стойку, поэтому еще на пару сантиметров наклонил голову вперед. — Истеричка, — на сантиметр ближе, а Чо улыбнулась. — Психопатка, — чертова преграда мешает! Он бы стер с нее эту улыбку. — Идиотка, — ее глаза так горят! Он тонет в ее серости. — Самая настоящая дура.       — Повторяешься, — Юри сильнее растянула губы в улыбке, хищной и дерзкой. Он бы ее за это… что? Тэхен только сейчас понял, что возбужден.       — Сука, — буркнул Тэхен. — Уйди в глаз долой. Катись к черту!       — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, — Юри действительно как ненормальная улыбалась, скрывая за этой маской наигранной радости свою растрескавшуюся душу, еле как склеенную пару лет назад.       А, может быть, все это правильно? Она не сделала то, что хотела от нее Тетушка: не нашла тех, кто мог бы здесь прятаться и желать вред Тэхену. Ха! А вообще сейчас она сама бы его побила. За каждое слово надавала бы тумаков. За каждый образовавшийся осколок своей души поставила бы ему синяк. Вероятно, позвони она сегодня госпоже Хан и скажи, что нашла СЕБЯ, как главного человека, желающего причинить вред Ким Тэхену, ее бы отпустили из этого чертового клана.       — Мне расценивать эти слова как окончательное увольнение, — ей хотелось злить его в ответ. Улыбаться и произносить все подряд, видя хоть какую-то реакцию на сказанные слова. И на «мой господин» Юри сразу заметила, как Тэхен сглотнул и дернул плечами. Она и не осознала своих действий, но уязвленная душа требовала ответить тем же, — мой господин?       — Мия сегодня доработает за тебя, — Тэхен старался говорить спокойно, но опять злился. На себя злился, потому что такое привычное обращение к нему от тех же Мии, Лолы или других девушек, не заставляло член в штанах дергался. Как же его бесит эта девка! — Убирайся. Завтра меня здесь не будет, так что придешь и будешь работать, как того требует твой договор.       Юри бы еще с радостью что-нибудь сказала ему. Но в горле уже давил комок обиды, образовавшейся от такой тихой, спокойной и как будто безразличной интонации. Даже простое «убирайся» прозвучало бездушно. От нее не то что отмахивались как от назойливой мушки, от нее будто устали.       Тэхен ловил все эмоции, проскакивающие на миловидном личике. Да, спорить с собой было бесполезно. Чо Юри была симпатичной девчонкой с безумно красивыми серыми глазами, которые в начале разговора горели, потом резко потухли, опять загорелись, будто оживая, а сейчас совсем погасли. Окончательно. Он добился того, что хотел. А чего он хотел на самом деле?       Юри обошла стойку, подбирая с пола небольшой рюкзак, и, закидывая его на одно плечо, устремилась через зал к выходу. Два часа ночи и возможность встретить там опасных людей ее не пугали, а вот продолжать слышать безразличный тон, видеть презирающий взгляд и слушать то, какая она никчемная девушка было невыносимо. Она все же надеялась удержать все свои осколки на месте. Не позволить ей развалиться, как в прошлый раз.       Ким оперся на стойку, не менял своего положения, но наблюдал за уходящей девушкой через большое зеркало на стене позади стойки, где были расставлены редкими рядами статуэтки разных поз из Камасутры.       — Кстати, — девушка остановилась у двери, но не повернулась к нему, — надеюсь, ты не забыл, что должен мне одно желание?       Он промолчал, но поймал ее взгляд в отражении, когда она все же повернулась к нему. Она держала лямку рюкзака, буквально сжимая ее между своими пальцами, и он это прекрасно видел, она злилась, но ждала ответа на свой вопрос. Зачем? Придумала для него маленькую месть за все его только что произнесенные слова?       Тэхен развернулся к ней, опасение, что она может заметить его возбуждение уже не волновало. Но то, что этим глупым напоминанием она также хочет задеть его эго было очевидным.       — Я помню, — он кивнул, вновь ловя вспыхнувший огонек в ее глазах. Обрадовался. — Что ты хочешь? Деньги? Машину? Квартиру? Билет на самолет? Говори.       — Я еще не решила, чего именно хочу, — Юри мотнула головой, на мгновение скрываясь за своими волосами, — но это точно не будет чем-то материальным, Ким Тэхен.       Она ушла. Удалилась из его поля зрения, но своими последними словами окончательно вбила себя в его голову. Может, Юри этого и не поняла, но Тэхен четко ощутил, что попал в ловушку.       

***

      Чонгук уже с минуту стоял и пялился в мусорное ведро. Серебряная карточка с черными буковками лежала сверху. Множество мыслей крутилось вокруг этой знакомой картонки, но ни одна из них не объясняла ее наличие в мусорным ведре его квартиры. «Какого черта!» — Чонгук выдохнул, наклонился и, ухватив краешек, вытянул визитку. Уже знакомые «Черная мышь поможет тихо убрать из жизни лишнее» были на том же месте. Перевернув карточку, Чон еще больше удивился. Под циферками было дописано чей-то рукой: «Такие, как ты, нужны дочерям Цыси. Предлагаем хорошую работу и лучшую жизнь. Соглашайся! Через две недели встретимся». Это еще что за Цыси?       — Что за черт! — Чонгук посмотрел в сторону ванной, где только что затихла вода. — Да нет. Я же нигде еще не накосячил.       Через пару минут появилась Наби, румяная и в облаке пара, вышедшая к нему. Такая родная и милая, что мгновенно все глупые мысли о том, что она могла пожелать ему зла и заказать его или вообще кому-то помочь с работой по убийству людей, исчезли.       — Гуки, — она на носочках пробежала к нему и, обвивая шею своими ручками, прижалась горячими губами к его прохладным.       — Наби, — он отстранился, хотя очень не хотел этого делать. — Дорогая, — девушка нахмурилась, замечая строгий взгляд мужа.       — Что случилось? — руки она не убрала, но в голосе показала всю встревоженность.       — Это откуда? — он кивнул на стол, где лежала визитная карточка Черных мышей, еще несколько месяцев назад ведущих охоту за Белыми Тиграми.       Наби удивленно перевела взгляд, но тут же выдохнула расслабленно.       — А, это я при уборке нашла, — она так просто и легко это сказала, что думать о лжи не было смысла. — Наверное, Юри обронила, когда одевалась. Я в гостевой комнате нашла. Я у нее вчера спросила, не теряла ли она визиток, но она сказала, что нет. Наверное, реклама какая-то, вот я и выбросила, — спокойные рассуждения жены совсем успокоили Чонгука. — А что? Это что-то важное?       — Нет, — улыбнулся брюнет и покачал головой, укладывая руки на бедра жены, скрытые тонким шелковым халатиком, провел им вверх-вниз и понял, что под тканью ничего нет. — Просто мусор, забудь.       Наби улыбнулась и потянулась за новым поцелуем.       

***

      Юри открыла дверь, скинула кеды, свет в прихожей мигнул и тут же погас. Дешевый датчик движения говорил о своем качестве с самого начала своего приобретения. Но три секунды Чо всегда хватало, чтобы скинуть обувь, рассмотреть тапочки, пройти пару шагов до комнаты и включить свет в гостиной, смежной с кухонкой.       Тускловатый свет зажегся, и Юри вздрогнула. Гостей она редко к себе пускала. От слова никогда. А уж непрошеных никак не ожидала увидеть. Однако сейчас, вопреки всем ее мелькнувшим мыслям, на ее стареньком диване сидела худая девушка с длинными прямыми черными волосами, в темном брючном костюме и смотрела на нее. В руке горел экран телефона, который она, возможно, только что использовала.       — Я ждала тебя утром, — с небольшим акцентом произнесла девушка. — Но очень рада, что ты пришла раньше. Проходи.       Юри опешила, оглянулась назад, обдумывая мысль о побеге; посмотрела вниз, подумывая о том, чтобы достать телефон и позвонить в полицию; обвела взглядом небольшую комнатку, присмотрелась к приоткрытой двери, ведущей в ее спаленку, но там, кажется, никого не было. Незнакомка при этом молчала и не шевелилась. Юри откинула все свои дальнейшие действия, вроде как серьезной опасности не ощущая, потому прошла к креслу, стоявшему у окна, правее дивана, и села. Скинула портфель на пол рядом, достала телефон из кармана брюк и положила его на подлокотник. Она старалась выглядеть бесстрашной, но ощущала, что красные глаза из-за слез, что все же пролились наружу, пока она шаталась по улицам около дома, делали ее никчемной и слабой в глазах гостьи.       — Кто вы?       — Я пришла за ответом. Надеюсь, ты все хорошо обдумала и согласишься работать со мной, — девушка откинулась на спинку, качнула закинутой ногой, обутой в туфли с высоким каблуком и красной подошвой, и положила телефон на соседнюю пустующую половинку дивана экраном вниз. — Чо Юри, ты удивительная девушка с уникальными знаниями. И такие, как ты, очень нужны мне и моей команде. Я знаю, что жизнь твоя в Сеуле, — она выразительно посмотрела на Юри, изящным движением руки откинула прядь волос с плеча и чуть повернулась к хозяйке квартиры, — скажем так, не задалась. Китай же ждет тебя с распростертыми руками. Языковой барьер для нас не проблема. Думаю, со временем ты втянешься и, может, даже подучишь наш язык. Девочки у меня очень дружные и уже с нетерпением хотят с тобой поработать.       — Кто вы? — повторила Юри, внимательно выслушивая все, что говорила ей очередная красивая женщина.       Незнакомка была изящной в своей одежде и манерах, говорила умиротворяющим, буквально зачаровывающим голосом, будто гипнотизировала. Но Юри она в данный момент по-настоящему бесила, не столько своими повадками, сколько своим существованием. Юри только что сказали, что она вот ни капли не походит на таких женщин. И что она имеет сейчас? У нее в квартире сидит оригинал высшей пробы недостижимых для нее качеств.       — Ты же обдумала мое предложение? — незнакомка прищурилась, чуть повернула голову наискосок и оглядела настороженную Юри. — На визитке.       — Я не понимаю, о чем Вы говорите, — Юри потянулась к телефону. — Думаю, мне стоит вызвать полицию.       Гостья подалась вперед и плавно накрыла своей теплой рукой руку Юри.       — Подожди, — она мягко провела ладошкой по руке Чо. — Я не желаю тебе зла. Ни в коем случае. Ты настоящий бриллиант. Я не принуждаю, но мне безумно хочется тебя в свою команду. С деньгами не обижу. Для начала ты вообще можешь только помогать девочкам с организацией. Не хочешь участвовать в заданиях, я не буду настаивать. Но ты такая умничка, так много знаешь. Ты храбрая, ответственная, бесстрашная, сообразительная. Мне такие качества очень важны.       — Послушайте, — Юри вытянула свою руку из-под чужой. — Я не имею ни малейшего понятия, кто Вы и о чем говорите. Никаких предложений о работе я не получала. О каких качествах Вы говорите, я тоже не понимаю. И уж точно переезжать в другую страну я не намерена.       — Ох, видимо, я рано приехала, — девушка поджала алые губы, встала, поправила пиджак, подняла свой телефон и еще раз внимательно взглянула на Юри, поднявшуюся следом. — Давай так, как только ты что-то решишь, дай мне знать, — она запустила руку в карман и извлекла оттуда белую карточку, — сразу позвони или напиши мне.       Юри взяла картонку, на которой кроме цифр ничего не было указано.       — Захочешь уехать из этого города подальше, я с радостью помогу, — на макушку Юри легла все та же тепла женская ладонь. — Иногда важно менять место, дорогая, — легкие поглаживания вызвали в Юри новую волну внутренней дрожи, проявившейся вновь подкатившим к горлу комом. — Все хорошо обдумай. Надеюсь, через неделю услышу твой голос.       Девушка ушла, еле слышно цокая каблучками. Мигнувший свет в прихожей скрыл ее силуэт, а после и хлопок двери оповестил о том, что Юри наконец-то осталась одна в своей маленькой крепости. Только вот, насколько сильно ее способна защитить такая крепость, в которой только что побывал совершенно чужой и незнакомый ей человек, теперь под большим вопросом. А самое странное, что вопреки всему ей не причинили вред, и вообще, кажется, попытались поддержать. Незнакомцы слишком часто начали вести себя с ней, Юри, по-доброму, чего нельзя сказать о ее знакомых. Может, и вправду стоит подумать о побеге из страны?