Глава 1

113 год от З.Э. Деймон Таргариен снова дома и счастлив, счастлив настолько, насколько это возможно. Наконец он вернулся в Красный замок, свободный от жены. Леди Рея, жена, презираемая Деймоном с тех пор, как встретил ее, умерла несколько недель назад. К сожалению, не он нанес смертельный удар. Стрела ее сородича забрала у него такое удовольствие, подарив ему статус вдовца. Конечно, он был в Королевской Гавани уже много лет, но ее смерть заставила его еще больше ощущать себя вернувшимся домой. Деймон мог делать все, что хотел, без необходимости заталкивать воспоминания о своей Бронзовой Суке на задворки своего разума. Забавно, как сильно он радовался ее смерти, когда даже те, кого он убил своими собственными руками, не вызывали в нем такого чувства. Однако облегчение оказалось недолгим. Десница короля Отто Хайтауэр, не теряя времени на обсуждение с Визерисом, что так не пойдет, предложил созвать Малый совет. — Мой король, Деймон — принц королевства, ему еще нет и тридцати четырех, он должен снова жениться. Лицо Деймона было пустым, но его глаза выражали всю ярость, которую он таил внутри. — Милорд-десница, хотя я не так уж стар и мудр, как вы, я достаточно взрослый, чтобы выбирать невесту, когда пожелаю сам. — Ваша милость, говоря как человек с семьей, вы сильно обделяете себя, будучи неженатым и бездетным. Более того, вы отрекаетесь от линии наследников, которые останутся после вас. Визерис задумчиво кивнул: — Отто прав, Деймон. Ты женился уже давно, возможно, на этот раз, на той, чье присутствие ты сможешь вынести и которая может дать тебе детей. Эймма и Рейнира, несмотря на все несчастья, выпавшие на нашу долю, всегда проявляли решимость противостоять тому, что может произойти. Деймон повернулся к своему брату и сказал тихим голосом: — Спасибо за твою мудрость и заботу, брат, но я уверяю тебя, что это дело не касается короны. — Брат, подумай об этом: скажем, через лунный месяц мы проведем турнир, кульминацией которого станут достойные дамы королевства, которые будут представлены тебе, и их дома, умоляющие о своих руках в браке. Ты согласишься хотя бы на это? Громко вздохнув, Деймон через мгновение ответил: — Как прикажет мой король. — Вот! Видишь? Я же говорил тебе, что мой брат не слеп к аргументам, Отто! Милорд Бисбери, определите достойный приз для победителей и согласуйте с десницей, чтобы договориться. Великий мейстер, отправьте воронов как можно скорее. Деймон недовольно скрестил руки на груди. Его снова принуждали жениться, только на этот раз личность его невесты оставалась неясной. Конечно, Визерис говорит, что он может выбирать, но он был уверен, что это не так. Король будет запуган тем, что предложение того или иного лорда должны быть приняты, с согласия Деймона или без него. Почему он не мог просто остаться один, пока не найдет подходящую женщину, если он вообще хотел найти подходящую женщину? Иногда он ненавидел слабость своего брата почти так же сильно, как любил его самого. Он был единственным братом Деймона, и он любил его со дня его рождения, но, черт возьми, он не мог терпеть, когда Визерис был запуган и подчинялся воле других. Учитывая то, что Отто впоследствии вспоминал это собрание совета как «начало противного романа», Деймон, наоборот, оглядывался назад на свое неудовольствие как на неуместное и глупое.

***

— Али! Али! Ты почти готова? — сказала Рейнира через дверь в покои Алисенты. — Да, Рейнира, дай мне еще минутку! — отозвалась Алисента. Когда последние штрихи были нанесены на прическу, Алисенте все еще не очень хотелось идти. Она хотела остаться дома, проводить время с Рейнирой, читать и спать. То, что она не была замужем в двадцать пять лет, давало ей эти свободы, а роль дочери Отто Хайтауэра их лишала. Как он сказал ей, на этом турнирном пиру будут присутствовать не только молодые женщины, но и мужчины. С женатым королем или, как говорит Отто, «вне досягаемости», мудрое замужество Алисенты все равно позволит Дому Хайтауэр заключить договор, укрепляющий власть в столице, все зависит только от дома, в который она войдёт. Этот шанс представился позже, чем хотелось бы Отто, но сейчас он его не упустит. Может быть, дом в западных землях, чтобы увеличить их золото, а может быть, еще один богатый дом, который даст им возможность увеличить урожайность, может, даже дорнийский дом, чтобы у Отто был весомый голос в присоединении Дорна. Да, Алисента знала множество способов, которыми Отто обернет брак в свою пользу и заставит ее пройти через все. Ему даже не стыдно размышлять обо всем этом при разговоре с Алисентой. Он был похож на мясника, обсуждающего убой с ягненком. Хуже того, Алисента была его дочерью и тем не менее не удостоилась получить большего такта и заботы с его стороны. Позор. Тем не менее, она молилась Семерым за его душу вместе с ее собственной и ее покойной матерью. Не то чтобы ее отец это ценил, он никогда этого не делал. Тем не менее, она должна была выглядеть безупречно, как всегда, если собиралась выйти замуж. Ее отец говорит, что она должна выйти замуж, и это не должно подвергаться сомнению. Когда Отто Хайтауэр говорил, он не терпел возражений. По правде говоря, теперь у нее была только Рейнира, единственная, кого она могла с уверенностью назвать другом. Она едва могла говорить, когда Алисента присоединилась ко двору, но с тех пор они были близки. Король и королева всегда были благодарны, что принцесса нашла в ней друга, поэтому их времяпровождение вместе поощрялось, и дружба только крепла в эти последние годы. Хотя Алисента стала уже взрослой женщиной, Рейнира не так сильно отставала, так что теперь они, по крайней мере, могли общаться в основном как равные. Она была единственным утешением Алисенты, и она надеялась, что Рейнира тоже избавляется от одиночества в ее компании. На данный момент их время занял пир, на который она пойдет вместе с Рейнирой, терпеливо ожидающей выхода Алисенты, чтобы они могли выдвигаться. Закончив с нарядом, она больше не смела заставлять принцессу ждать. Когда она вышла, Рейнира выглядела ошеломленной. — Красота, какая красота, Али! — Рейнира, не нужно мне льстить. — Нет нет. Я серьезно, ты прекрасно выглядишь. — Ты тоже очень красивая, Рейнира. А теперь присоединимся к пиршеству. — Отлично, чашка-другая вина в обмен на скучную беседу и болтовню женихов. — Рейнира, перестань! Я уверена, что это будет весело. — Придется поверить тебе на слово. — Лучше тебе поверить, хотя бы для некоторого душевного спокойствия. — Али, этот странный мальчик Масси будет здесь? — Скорее всего. — Если он снова попытается заманить нас своими жалкими попытками, могу я его ударить? — Я бы оставила это на усмотрение твоего отца, но, зная его, Визерис, скорее всего, простит тебя за это, — сказала она со смехом. Они обе, хихикая, направились к главному залу, что помогло Алисенте забыть о страданиях, которые ее отец и этот город приносили ей.

***

На пиру Рейнира и Алисента продолжали хохотать и шутить, придираясь ко всем изъянам в женских нарядах. Они пропустили разгром, когда Деймон отверг в общей сложности шестьдесят пять женщин королевства, так что шутки Алисенты и Рейниры сводились к унижению дам. Визерис не одобрил бы этого, опасаясь, что кто-то может увидеть их выходки и обидеться, но королева Эймма призвала его проявить некоторую снисходительность: — Они просто шутят, Визерис, это безобидно! Семеро знают, что после той катастрофы нам не помешает немного легкомыслия. Как обычно, Визериса не нужно было долго уговаривать, чтобы изменить курс, он просто сидел со своей королевой и наслаждался пиршеством. Однако прибытие Деймона вызвало тревогу, которую даже Эймма не смогла успокоить. Деймон любил бедокурить, они все это знали. Очевидно, оскорбление, которое он сегодня нанес стольким великим домам, было просто разжиганием его дьявольского аппетита к безобразию. Вопрос в том, как он его выместит. По правде говоря, Деймон был очень расстроен. Он был вынужден участвовать в этой пародии только для того, чтобы отказываться от каждой женщины, которую ему приводили. Он устал, заскучал и, в конце концов, стыдился разочаровать брата. Он видел, как лицо короля омрачается с каждым отказом, становясь все более и более разгневанным. Это была его вина, он сожалел об этом, но он не мог сделать этого для своего брата. Он уже однажды разыгрывал этот фарс с Реей и не собирался его повторять. Все недостатки каждой из этих женщин были написаны на них, когда они приближались к нему. Ни одна из них не стоила того, чтобы пожертвовать своим нынешним положением. Теперь пришло время устроить небольшой хаос, чтобы отвлечься от проблем, терзавших его разум, затем напиться до безумия и лечь спать в одиночестве. Не очень величественно, но он знал, что так будет привычно. И тут начались неприятности: он заметил рядом с племянницей Алисенту Хайтауэр. Он улыбнулся и принялся за дело. Теперь Деймон увидел средство, с помощью которого он уколет своего избранного противника, лорда-десницу. Он увидел, какие хаос и разрушение он мог устроить, прежде чем пригубил вино. Деймон появился перед ней и слегка поклонился: — Леди Алисента. — Добрый вечер, мой принц, как вы сегодня поживаете? — Вполне хорошо. Я не думаю, что у нас было много поводов для разговоров, не так ли? — Нет, мой принц. — Какое упущение, правда? Разве вы никогда не хотели поговорить со мной? — Нет, ваша милость, дело вовсе не в этом, просто мы… никогда не пересекались. — И вот наконец пересеклись. Какая удача. — Да, ваша милость.

***

Все событие затягивалось. Деймон попытался спрятаться в поисках Отто, а потом у него появилась цель. Он захотел, чтобы его увидели разговаривающим с Алисентой, хотел, чтобы Отто увидел, как он это делает. Он не мог дождаться, когда увидит гнев на его лице. Одно только представление ярости, искажающей старое морщинистое лицо Отто, заставило Деймона улыбнуться. Вскоре он исполнил свое желание, заглядывая за угол, он скоро заметил Отто. За его гневом скрывалось беспокойство, но явно не за Алисенту. Наоборот, за то, какими способами Алисента могла уйти от встречи, если бы Деймон добрался до нее первым. Но он еще не закончил с Алисентой. — Так, теперь, когда мы пересеклись, могу я пригласить вас на танец? — Я буду очень польщена. — Замечательно! — Крадешь моего друга, как обыкновенный вор, дядя? — спросила Рейнира с наигранным гневом. — О, не волнуйся, принцесса, она вернется раньше, чем ты узнаешь. Ты переоцениваешь мою жестокость, я бы не лишил тебя ее на всю ночь. Алисента помнила несколько раз, когда с ней танцевали, но не парней, которые ее приглашали. Значит, она впервые танцевала с мужчиной или кем-то, кого стоит запомнить. Деймон был грациозен и молчалив, он пристально глядел на нее. Ей было трудно встретить такой пронзительный взгляд, но она старалась изо всех сил. Глядя на это, Отто ждал, пока Визерис увидит его неудовольствие и вмешается, но заступничества Визериса так и не последовало. Откровенно говоря, его брат, танцующий с дочерью десницы, был настолько далек от худшего, что мог сделать Деймон, что гнев Отто почти не замечался. Он чуть не рассердился за то, что Отто гневился, когда им посчастливилось избежать катастрофы. Тем не менее, это привело Отто в такое бешенство, что он был вынужден искать успокоения за пределами зала. Никто и никогда не приводил его в такую ярость. Когда танец закончился, Деймон позволил ему завершиться с его лицом, находящимся так близко к ее лицу, что он мог видеть каждую черточку ее ореховых радужек глаз. «Она хорошенькая, в обычном вестеросском стиле. Возможно, даже лучше», — пришел к выводу Деймон, пока изучал ее лицо. У нее действительно было довольно миловидное лицо, длинные распущенные волосы, он видел привлекательность черт, которые Отто пытался использовать для своей выгоды, притягательность была очевидна. По правде говоря, Алисента чувствовала то же самое по отношению к принцу. Поджарый и легкий в движении, то, как он смотрел своими фиолетовыми глазами, как его волосы скользили из стороны в сторону, когда он двигался. Алисента не знала, как назвать это чувство, но танцевать с ним было приятно. — Было весело, не так ли? — …да, мой принц. — … дайте мне знать, если вы захотите еще один танец. В любое время. Добрый вечер, леди Алисента. — Спокойной ночи, мой принц. Благословение Семерых с вами. — Вполне. Ошеломленная Алисента отправилась обратно к Рейнире. — Он сумасшедший, мой дядя, клянусь, — Рейнира покачала головой. Она и многие другие видели гнев, который он разжигал в Отто. Рейнира нашла весьма забавным наблюдать, как этот надменный член совета в ярости бросается прочь. Алисента ничего не ответила, только кивнула, пытаясь разобраться в своем замешательстве. Очевидно, для Деймона этого было недостаточно. Одна ярость была слишком легким наказанием за гордыню десницы. На этом мучения Отто не могли закончиться. Он должен был снова навестить ее, где-то, где глаза Отто заметят его. Шалость была далеко не полной. Он встретит ее снова, убедившись, что именно там Отто сможет его увидеть. Но пока он напьется. В этот момент что-то, будь то удача или бедствие, начало воздействовать на Красный замок, связывая воедино тех, кто должны были стать врагами.