Задохнуться тобой

      — Выглядишь хреново, — чистейшая правда от друга обожгла молчаливое ожидание Тэхёна.       — Взаимно, — Ким окинул Чимина быстрым взглядом и без угрызения совести отзеркалил его же слова.       — Согласен, — устало ответил Пак и присел около друга на лавку.       Тэхён медленно затянул сигарету, продолжая смотреть куда-то вдаль, стараясь не обращать внимания на проходящих мимо студентов, которые периодически заставляли его взгляд фокусироваться на них. Молодой человек отодвинул руку в сторону, нуждаясь в дружеском рукопожатии. Чимин без слов принял ладонь друга, наспех осматривая и замечая новый порез.       — Рассказывай, — похоже, им обоим было что рассказать. Оба оставили друг другу миллионы сообщений и пропущенных звонков, когда эмоции брали вверх.       — Хочу нажраться... Таблеток и сдохнуть... Это если коротко, — Тэхён выбросил окурок в сторону и достал ёмкость с таблетками из внутреннего кармана куртки. — Ли обозначила наше будущее цифрами, и они меня не устраивают, — первая доза яда скрылась в его усталом организме. — Сегодня был у неё утром. «Она счастливо улыбалась и отчитывала меня за новый порез», — ещё одна таблетка попыталась смягчить его боль.       — Ёбнулся? — Чимин откровенно сморщился и отобрал упаковку с таблетками. — Это какая по счёту? Раз галлюцинации... — ведь утром в общем чате Чимин точно прослушал голосовое сообщение от друга, в котором говорилось о том, что Ли по-прежнему не пришла в себя.       — Не считал, — Тэхён стойко принял недовольство Чимина в его сторону. Знал, что заслужил. А ещё чувствовал то, что у Чимина совершенно не было желания и сил устраивать ему поучительных уроков. Голос Пака был усталым, как и он сам.       — Сорвёшься ведь в пизду... — искренние переживание друга коснулось побитой души Тэхёна. Оба вспомнили моменты, когда Ким был на грани.       — Зато она такая... живая.       — Она и сейчас такая, — быстро перебил его Пак, осматривая часы на своей руке. — Поехали, — Чимин резко поднялся и ожидал того же от Тэхёна.       — Какой-то ты дёрганый, — пробубнил себе под нос Ким. Но сделал то же самое, что и друг.       Чимин молча сдвинулся с места, украдкой посматривая, чтобы Тэхён следовал за ним. Пак быстро провёл пальцами по экрану мобильного телефона и зашёл в приложение для вызова такси. Он намеренно сегодня приехал в университет не на своей машине. Такси приехало быстро, и совсем скоро молодые люди оказались в местном парке, где обычно бывало много людей. Кто-то ловил последние тёплые деньки, прогуливаясь сквозь толпу. Около маленького ларёчка с уличной едой можно было расслышать иностранный язык и попытку туриста сторговаться с продавцом. Неподалёку маленький мальчик нёс в руке сладкую вату, а мама фотографировала своё чадо.       Вокруг царила жизнь, и Тэхён недовольно исказил лицо. Совершенно не вписываясь в эту атмосферу.       — Уверен, что твоя задница помнит это место, — отозвался со временем Чимин, пропуская сквозь себя нотки ностальгии.       — Моя задница интересуется, зачем мы приволоклись сюда?       — Не знаю, — и Пак не врал. Что-то внутри болезненно кольнуло и напомнило об этом парке. Захотелось сбежать от реальности в прошлое. Впервые ему захотелось сделать так, как Тэхён.       — Интересно, тот круглосуточный магазинчик ещё существует? — Тэхён достал пачку сигарет из кармана, задумчиво закуривая одну, а затем быстро проверил уведомления на телефоне.       Пусто. Как и внутри него.       — Пойдём проверим, — Чимин сегодня решительно настроен на действия, засовывая запутанные размышления подальше в задницу.       Наверное, именно на таких моментах выстроилось доверие между этими ребятами. С одной стороны Тэхён, который из-за своих странностей в детстве подвергался нападкам одноклассников из младшей школы. С другой стороны, Чимин, для которого дружба и брак были чем-то заранее предписанным и обязательно с выгодой для всех.       Но однажды два уставших парня случайно встретились в парке. В этом самом, куда Чимин спонтанно привёз Тэхёна. В тот вечер они много выпивали и говорили не как одноклассники.       Говорили так, будто были знакомы тысячу лет. Не скрывая своих видимых и не видимых шрамов.       Этот вечер не был исключением. Всё те же измученные парни. Повзрослевшие, но не окрепшие. Их тела приобрели новые почётные раны, и алкоголь снова старался их скрыть.       — У тебя есть десять дней для того, чтобы понять Ли и её появление в твоей жизни, — несмотря на неизбежное опьянение, Чимин произнёс слова без запинки и более того, был уверен в их правильности. — И прекратить цепляться за прошлое. Вот она, твоё настоящие.       — Странно слышать этот совет от того, кто проебал своё...       — Заткнись! — напористо перебил его Пак, не принимая на слух капризное слово. — Не «проебал», а «совершил ошибку», — Чимин сделал большой глоток из пластикового стаканчика, заглушая выпивкой обострившиеся чувства.       Конечно, проебал. И виноват только он. Сейчас он это так остро ощущал, когда Соён находилась на расстоянии, даже вблизи.       — Я тебе говорил, что такой трахадром когда-то тебя доведёт, — по-дружески упрекнул его Тэхён, понимая, что сам бы он, наверное, сделал бы вещи и похуже, будь на месте Чимина.       — Я тебе то же самое говорил про твои методы, — Чимин нашёл, чем ответить. А главное, во всём была правда.       Оба выплеснули её друг другу без обид.       — Просто я очень его любил. А они постоянно напоминали об этом...

The flashback.

      — Тэхён-а, — мальчик неприязненно протянул каждую букву, которая оставила свой липкий след на коже Тэхёна. Он ощущал хитрый оскал ребят даже затылком.       — Чего тебе? — несмотря на внутреннюю эмоциональную пустоту, он всегда пытался отвечать обидчикам.       Пока неконтролируемая истерика вновь не пригвоздит его к полу, а чужая обувь умело испачкает его очередной насмешкой.       — Сегодня снова будешь болтать со стеной? — один из ребят всегда знал больше остальных. Всякий раз находя кровоточащую рану и засыпая в неё бесконечный поток яда. — Или где в этот раз тебе привидится твой старик? — он раскрыл широко рот, издавая противный и громкий смех, который быстро подхватили остальные дети.       — Мой хотя бы любил меня, — Тэхён наконец-то обернулся и произнёс первое, что пришло на ум.       От чего-то захотелось сильно плакать, вспоминая то, как отец относился к нему. Всегда понимал и разрешал то, что другие называли странностями.       И он заплакал.       Тихо. Безмолвно заплакал. Смех вокруг прекратился, как только мальчишки заметили первые слёзы на лице Тэхёна. И нет. Это была не жалость или попытка понять его. Это был ступор от нетипичной реакции Тэхёна. Он никогда не реагировал так, как им хотелось бы. Даже если по первой предпринимал оборону. В итоге он сдавался. Чем и подпитывал их задиристый интерес.       Лишь в средней школе, когда Тэхён всё же перевёлся в другое учебное заведение и нашёл иной способ убивать себя воспоминаниями, покупая различные запрещённые препараты, он научился быть тенью, которая никого не интересовала.       Ну, кроме такого же потерянного Пак Чимина.

The end of flashback.

      — Снова ты застрял в этих днях, — Чимин ощущал разные чувства, когда Тэхён делился столь откровенными моментами.       От обычного человеческого сочувствия до усиленного желания дать дружеского подзатыльника Тэхёну за то, что топчется на одном месте и сам же вызывает привыкания к страданиям.       — На самом деле, чем чаще я бывал с Ли, тем меньше во мне было этих воспоминаний, — очередное откровение от Тэхёна. — Но таблетки порой делали своё. И я совру, если скажу, что не рад был снова увидеть отца...       — Это не он, — Пак намеренно перебил его, забирая пластиковый стаканчик из рук друга, допив то, что осталось на дне. — Знаешь ведь. Он умер! — на этот раз голос Чимина был строже. Он недовольно свёл брови к переносице, улавливая на себе эмоции, которые он испытал бы, если бы всё, что происходило с Тэхёном, было на самом деле перед его глазами. Неутолимое презрение к детям возросло так же сильно, как желание схватить Тэхёна за плечи и хорошенько встряхнуть. — А ты жив... И Ли всё ещё тоже.       — Знаю, — быстрое согласие удивило Чимина, и Тэхён заметил это, когда повернул голову в его сторону, а озадаченный взгляд друга прикрепился за ним.       — Это всё соджу? — Чимин окутал свою реакцию в слова.       — Я это всегда знал, — недовольно буркнул парень. — Знать и осознать — это разные вещи. Иногда кажется, что эмоционально я остался тем самым маленьким мальчиком, отец которого умер у него на глазах.       — Надеюсь, Ли как можно скорее придёт в себя. Иначе тебе пиздец, — Чимин прикоснулся двумя пальцами к вискам, рассеяно массируя их, ощущая, как вся тяжесть разговора осела на подкорке сознания, а он планировал расслабиться.       — Что же... Это звучит логично, — иронично хмыкнул Тэхён, осматривая пустые бутылки вокруг. — Нам нужно ещё, — Ким указал кивком головы на ёмкости. — Мне нужен короткий курс от Пак Чимина: «Как избавиться от нежелательной беременности и поставить под угрозу всю бизнес империю отца».       — Достаточно поставить раком не ту бабу... — сознательно поделился Чимин своим «методом». — Чтобы потом повторить её же позу, — заключил итог того, во что превратилось обычное увлечение.       — Как грубо, — шутливо поморщился Ким. — Но чистая правда.       Взгляд парня задержался на небе, невольно вспоминая моменты, когда Ли любила пересчитывать звёзды на крыше заброшенного здания, а он в этот момент так смело делился очередной искренностью, зная, что его никто не остановит.       Ему не нужно было ломать Ли под себя. Она уже была такой. Сломанной. Для него.       — Потому что ни одна не была такой, как Соён. А я, придурок, относился к ней, как к ним, — запоздалое самобичевание друга вернуло Тэхёна к нему. Ким опустил голову, рассматривая еле колышущуюся траву сквозь темноту.       — Дай ей время, — повторил уже однажды произнесённую фразу Ким.       — Дам. Но я пиздец как скучаю... Кажется, задушу её, сорвавшись, — выделяющиеся скулы на лице Чимина говорили о его правдивых намерениях и страхе, который ослаблял его выдержку.       В эти дни он так сильно ощущал нехватку прикосновений Соён, что украдкой следил за ней ночью, когда ей всё же удавалось уснуть. Наверное, он был похож на зверя, следящего за свой добычей. Его пристальный взгляд медленно скользил по девичьему телу, смакуя на вид каждый изгиб, вспоминая, как крепко Соён обнимала его, говоря неловкий комплимент, от которого её румянец на щеках был столь заметным. Но это было для него так важно. Оказывается. Пак понял всю значимость брака с Соён лишь тогда, когда она отдалилась.       Когда он сделал всё, чтобы стать дня неё болезненной тенью.

***

      Соён машинально переключала каналы на телевизоре, стараясь не думать о том, что в столь позднее время Чимин был не дома. Впервые за эти дни он просто исчез. Будто исполнил её просьбу, которую она так и не озвучила.       И которой она не желала. Но зачем же он оставил её одну?       Позвонить первой Соён так и не решилась, но постоянно проверяла уведомления на телефоне.       Ничего.       Что, если после всего у неё не останется ничего? Глубинная грусть проскользнула сквозь вспотевшие пальцы. Девушка отбросила пульт в сторону и намеревалась попробовать уснуть, но внезапный стук в дверь поставил все её действия на паузу.       Если это Чимин, то почему он не воспользуется ключами?       Соён тихонько прошла в прихожую, прислушиваясь к звукам за дверью, и практически сразу же услышала знакомый голос, по-прежнему отдающийся нестерпимым ароматом горечи.       — Доброй ночи, госпожа, — сонный консьерж старался приветливо улыбаться, но два выпивших тела около него явно прибавили ему хлопот в эту смену.       — Доброй... — озадаченно проговорила Соён, осматривая поочередно Чимина и Тэхёна, которые стояли, как провинившиеся дети.       — Не хотелось бы, чтобы жители завтра жаловались на ночной шум, — вежливо произнёс мужчина.       — Извините, — девушка неловко сжала губы и открыла шире дверь, надеясь на то, что Чимин и Тэхён поймут её без слов.       — Скукотища... — негромко послышалось от Тэхёна, когда его затуманенный взгляд остановился на мужском лице.       — Я говорил тебе оставаться в парке, — в такой же тихой манере пытался говорить и Чимин.       Только вот со стороны это выглядело весьма забавным, ведь все их попытки работали наоборот. Соён даже неосознанно улыбнулась, наблюдая за тем, как два друга пытались помочь друг другу, не забывая ворчать на того, кто остановил их ребячество.       — Теперь, надеюсь, точно доброй ночи, — послышалось от мужчины, прежде чем он направился к лифту.       — Мой ангел... — тоскливо протянул Чимин, когда Соён заперла дверь и остановилась около него.       — Он еблан, — громко отозвался Тэхён, не давая никому поспеть за его речью. — Только о тебе и жужжал весь вечер...       — Умолкни! — Пак швырнул в друга кроссовок, от которого он, наконец, избавился.       — Вот тебе и благодарность, — безнадёжно буркнул Тэхён, уворачиваясь от обуви.       — Я постелю вам на диване, — Соён и не думала, что её настроение изменится хоть на маленький миллиграмм счастья под воздействием двух нетрезвых друзей.       — Ты заставляешь меня спать с ним? — Чимин послушно последовал за Соён в гостиную, не замечая, как по-ребячески Тэхён показал ему вслед язык.       — Да, — Соён подошла к дивану и наклонилась за своей подушкой, ощущая близкое присутствие Чимина.       Тело окутал неконтролируемый жар, ведь пояс на джинсах мужа так ловко царапнул её кожу сквозь домашний халат, стоило ей выпрямиться, а Чимину не отодвинуться ни на шаг. Девушка нервно сглотнула и крепко сжала вещь в руках.       — Соён, ещё немного, и я, наверное, выйду в окно. Веришь? — низкий шёпот вывернул лёгкие наизнанку, а брошенная фраза приглушила все крупицы появившегося настроения.       Верила. Она бы, пожалуй, тоже вышла.       — Я запру их, прежде чем лечь спать, — завершив утомлённую паузу, проговорила Соён. Чимину пришлось сделать шаг в сторону и дать ей дорогу, потому что позади уже слышались шаги Тэхёна.       — Вот же... — прыснул Пак, на стойкое упрямство жены.       — Не щупай меня только ночью, — Тэхён устало повалился на диван, оставляя свободной вторую половину для Чимина. Вот только друг рассчитывал на совершенно другой исход. И раз уж сегодня он действует исходя из эмоций, так тому и быть.       — Угу, — коротко кивнул Пак и выключил свет. Однако скоро его шаги можно было расслышать около их с Соён спальни.       — Чимин... — девушка будто ждала его.       Голос не нёс в себе подобающего удивления. Там была очередная внутренняя борьба и попытка отдалиться от мужа. Это же она и сделала, отступая от Чимина назад на несколько небольших шагов.       И только Чимину они воспринимались бесконечными и такими недосягаемыми.       — Я не могу больше, Соён. Молчание убивает... Да, я заслужил это, — быстро проговорил Пак, когда заметил в полумраке, как губы Соён разомкнулись для того, чтобы в очередной раз справедливо упрекнуть его. — Но я... блять... больше не могу.       На каждую короткую паузу Чимин делал приближающийся шаг к Соён. А ей предоставилась возможность рассмотреть, как его уставшие глаза обнажали душу, демонстрируя истинные чувства.       Его душа тоже в шрамах. Оказывается.       — Я тебе говорила, что мне больно, — тоскливый взгляд скользил по лицу, запоминая каждую деталь и эмоцию, полностью описывающую состояние Чимина. Наверное, Соён тоже в его глазах была столь очевидной.       Изученная и сломленная. Им же. У них есть что-то общее. Оба вышли из строя из-за одного человека.       — Скажи мне это так, как ты чувствуешь, — между ними не было ни миллиметра. Чимин, как и в первый день знакомства, заполнил её пространство своей давящей аурой, не давая ей возможности остаться к нему равнодушной. Только на этот раз Соён сумела выдержать этот напор и не отвести глаз, высоко приподняв голову. В этом тоже была «заслуга» Пак Чимина. — Повысь голос. Ударь... Что-нибудь...       — Не могу...       Сдалась.       Щека заблестела от горькой слезы, когда его палец с опаской скользнул по её губам, так отчаянно жаждущим внезапных поцелуев. Именно тогда Соён видела истинную искренность Чимина. Возможно, он сам до конца не осознавал этой откровенности. Но его сдерживаемое дыхание в эти моменты именно так и ощущалось.       И Соён чувствовала, что сейчас он тоже ограничивал себя, чтобы не повторить этот трюк. Ведь тогда они оба проиграют.       — Ты должна, Соён. Ради себя же.       Сдался.       Когда её тонкие пальцы робко коснулись кисти его руки. Собственный приглушённый голос наполнил уныние до краёв. Если бы Соён попыталась отодвинуться, он бы сдох.       — Мне трудно, — честно призналась Соён, чувствуя, как рука Чимина еле заметно прикоснулась к её пояснице. Затем один неосторожный выдох из её уст, и пальцы крепко сжимали ткань девичьего халата.       — Я рядом, — полупьяным шёпотом где-то у ключиц, заглушал тревоги.       Несмотря на некую скованность в голосе, действия Чимина набирали обороты и поднимали градус в комнате. Он становился смелее, а Соён податливее.       Бесшумно крошилась, теряя броню.       — Это и трудно, Чимин, — влажные веки Соён плавно опустились, но ладонь по-прежнему дарила мимолётное касание, не смея отпустить руку Чимина.       Да он бы и не позволил.       Палец упруго надавил на подбородок Соён, а губы властно завладели устами напротив.       Сдались. Когда непослушные объятия раскололи брошенные слова.       — ... Чимин, — Соён попыталась остановить ситуацию, ощущая, каким настырным становился Чимин. А в её голове так не кстати всплыл образ Борам и того, как Чимин делал это же с ней.       — Я правда не могу, — сквозь продолжающийся поцелуй повторял одни и те же слова Чимин. Затянувшаяся разлука угнетала и испытывала его выдержку, которую, по всей видимости, он переоценил, войдя в комнату к Соён.       Место, где он покорно осыпал её юное тело поцелуями, а она имела возможность изучить своё внутреннее я.       Стены, хранящие похотливые вздохи, когда Соён расслаблялась в крепких руках Чимина. Пак только сейчас до конца осознал, как ему сносило крышу из-за этого.       Чимину тоже пришлось вспомнить Борам. С ней он спал, чтобы потешить своё собственное эго и доказать самому себе свою «правоту».       А Соён... Он её чувствовал с первых дней. Любил? Даже без секса она потихоньку заполняла его мысли.       Неуместное сравнение утвердило то, о чём он так много думал в эти молчаливые дни.       Чимин тяжело выдохнул через ноздри и намеренно прекратил поцелуй, хоть ему и не хотелось этого. Он неспешно мазнул губами вдоль девичьей скулы и сильнее прижал Соён к себе, расположив обе руки на её лопатках.       — Ты ведь помнишь? Тебе достаточно попросить меня об этом, и я уйду, — частое дыхание Чимина моментально обдало кожу Соён. Появившийся мучительный жар отозвался робким вздохом, а предложение супруга так и осталось тоскливым эхом у уха, где по-прежнему чувствовалось близкое присутствие Чимина.       — Помню... Уйдёшь, — болезненное слово сорвалось на следующей попытке стабилизировать дыхание и прогнать призраков прошлого. Чимин уловил безмолвное сомнение Соён и слегка отстранился, заглядывая в растерянное лицо.       — Уйду. Мне всё труднее... — Пак коснулся костяшками пальцев к подбородку Соён, убирая большим пальцем волосок, усердно цепляющийся за её губы.       Где-то так Чимин ощущал себя. Предпринимая попытки сократить опасную дистанцию, которую они с Соён проходили.       — Ты сможешь остановить? — внезапно произнесла Соён, приподнимая глаза на мужа.       Никто из них не заметил того, как усердно тонкие пальцы плели хаотичные узоры на кофте Чимина.       — Остановить? Или остановиться?       — Ну...       — Ни один из вариантов. Просто, наверное, я сойду с ума, — молодой человек склонил голову набок, опуская ладони на талию Соён. — И это будет исключительно моя вина, ангел. Прости, я такой еблан. Тэхён прав.       — Я не хотела бы, чтобы она появлялась в моей голове. Но даже сейчас я представляю то, чего не должна.       — Соён... — имя жены сопровождалось тоскливым взглядом. Чимин соприкоснулся своим лбом к её, в очередной раз приветствуя разрушающее его угрызения совести.       — Тебе лучше уйти, — после удушливой паузы осмелилась проговорить Соён, медленно убирая руки Чимина. Девушка беспрерывно следила за его реакцией, даря ему прямой взгляд в полумраке, а затем сделала неуверенный шаг назад.       Соён всё ещё не хотела пачкать их совместную кровать горькими воспоминаниями.       — Заслуженно.       Чимин по-прежнему не желал давить. Поэтому оставил её, как только смог... Смог оторваться от её губ, к которым он добрался, прежде чем закрыть дверь.

***

      — Где этот грёбанный телефон? — стоило Тэхёну открыть глаза, и его «приветливо» встретило тяжёлое утро. Молодой человек судорожно пытался достать мобильное устройство из кармана своих штанов, которые он ночью скинул на пол около дивана.       — Нужно было всё-таки оставить тебя в парке, — недовольным голосом поприветствовал Чимин друга, отодвигаясь от него. Несмотря на приличное количество алкоголя вчера молодой человек не ощущал сильного похмелья. Зато отголоски сна на диване с Тэхёном сварливо отозвались в мышцах. — И кто мне там про руки говорил? Ты меня отпиздил, что ли? — Пак продолжал свою утреннюю тираду, приподнявшись из положения лёжа. — Наконец-то... — отреагировал он, когда мелодия мобильного телефона прекратилась. Чимин лениво размял шею, пытаясь найти баланс в своём теле.       — Пропущенный от неизвестного номера, — вслух проговорил Ким, торопливо осматривая дисплей. Молодой человек оставил телефон на диване и быстро надел свои джинсы, ощущая стремительную тягу к тому, чтобы отправиться к Ли сию же минуту.       — Ты куда? — Чимин удивлённо приподнял брови, посматривая на друга.       — А вдруг это господин Чон...       — Кто блять?!       — Доктор, — растерянно цокнул Тэхён, засовывая телефон в задний карман штанов.       — Так перезвони, — Чимин преподнёс логичное предложение, заранее зная, что Тэхён его проигнорирует. Пак заметил, как страх неизвестности подкрадывался к другу и брал над ним контроль.       — Нет, — и Чимин был прав. Тэхён, не желая тратить время на болтовню, направился в сторону прихожей, наспех осмотрев себя в зеркале, поправляя волосы.       — Ты серьёзно? — Чимин быстро догнал друга, в очередной раз испытывая на себе огромное желание помочь ему.       — Я так чувствую, — Ким нервно облизал собственные губы и похлопал ладонью по карману куртки, которую он уже успел надеть.       — Ладно... Ладно, — Чимин с трудом согласился, но взял с Тэхёна обещание перезвонить ему, как только он подтвердит или опровергнет свои ощущения.       Либо такси двигалось слишком медленно, или Тэхён остановил время. Но к тому моменту, как он добрался к больнице, у него в запасе не осталось ни капли терпения. Молодой человек выдержал некую паузу, простояв около входа и, переводя взволнованное дыхание, решился на следующий шаг.       — Доктор Чон... — тревожный голос Тэхёна окликнул одну из медсестёр, которую он увидел в коридоре.       — Что, простите? — девушка плавно опустила глаза на руку Тэхёна, которой он придерживал её за локоть.       — Мне нужен доктор Чон...       — Это ко мне, — мужчина в очередной раз появился как нельзя кстати. Девушка с облегчением вздохнула и, освободившись от прикосновений Кима, продолжила свой путь.       — Док... Скажите, что это Вы звонили? — большие глаза Тэхёна отражали всю его надежду, и мужчина постарался предоставить ему ответ как можно скорее.       — Мама уже была у неё, — доктор Чон указал головой в сторону палаты, где находилась Ли. — Пойдём, проверим. Не спит? — тёплая улыбка тронула мужское лицо, а радостный ступор Тэхёна сковывал его движения. Но он молча последовал за доктором, когда тот сдвинулся с места.       — Ущипните меня, — осторожно произнёс Тэхён, приподнимая руку. Голос звучал настолько тихо, будто он действительно боялся оказаться во сне.       — Это правда. Но нужно восстанавливаться и...       — Снова эти ваши «но», — неумышленно перебил его Ким.       — Тебе нужно научиться принимать эту данность. Диагноз Ли никуда не исчезнет.       — К сожалению.       — Живи настоящим. Искренне желаю, чтобы подольше.       — Хочу с ней. Подольше, — Тэхён тоскливо прижал губы и, не боясь, посмотрел в глаза мужчине. Его искренность невесомо опустилась на плечи Тэхёна и подарила нужную сейчас поддержку.       С ней. В данный период своей жизни Тэхён действительно не видел никого, кроме неё. И где ему найти сил для того, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что в любой момент он лишится этого?       — Начни прямо сейчас. Для начала, — доктор Чон коротко кивнул и похлопал ладонью по плечу Кима, слегка подталкивая к двери, будто ощущал его тайные переживания, которые мешали ему переступить порог.       — Пять минут? — Тэхён закрепил свой вопрос добрым прищуром.       — Десять, — и это подействовало на мужчину.       Тэхён освободил затяжной выдох и открыл дверь в палату, отдаляющую его от Ли. На этот раз помещение не казалась ему столь тёмным, а освещённые стены поглотили его внутренний страх, оставляя его за дверью. Осеннее солнце просвечивало больничные окна, а дыхание парня перехватило не из-за давящей грусти, а искренней радости, под воздействием которой на его лице виднелась широкая улыбка.       — Можешь добавить эти дни к сотне. Кажется, я задолжала, — несмотря на слабость в голосе, оптимизма в Ли было побольше, чем у самого Тэхёна. Благодаря этому молодой человек не зацикливался на её болезненном виде. На том, как исколотые худощавые руки хранили на своей коже следы её очередной борьбы, а синеватый оттенок под глазами никуда не исчез даже после того, как она так долго «спала».       — Мне нужно много сотен, незнакомка, — Тэхён и не заметил, как быстро сократил дистанцию и приблизился к Ли. — Иначе мне пиздец, — честно дополнил он.       Ким понимал, что на её плечах слишком большая ответственность, о которой она не просила. Но маленький мальчик внутри него не желал отпускать руку девочки, которая ненадолго в этом мире       — Если пообещаешь мне всегда улыбаться, иначе мне не найти света в темноте, — первое, о чём подумала Ли после того, как пришла в себя — был Тэхён. А возникший в сознании момент, когда она увидела его впервые около своего дома вызвал в ней бесконтрольные слёзы.       Маленькая девочка тоже не хотела отпускать руку того, воспоминания которого она однажды окрасит запахом апельсина.