Глава 12. Тени нас самих (Варе 17 лет, зима, январь)

Aurora — The Devil is Human

Father, don't blame us for trying to live

For trying to love, for wanting more

*****       Вопросы собрались в запутанный клубок в голове Вари. Она назвала бы себя Медузой Горгоной, с отличием в том, что те змеи не вонзали ядовитые клыки в свою хозяйку.       Почему её рана затянулась?       Почему церберы не стали нападать?       Почему она совершенно не страшилась ужасов испытаний?        И почему вид Влада в чужой крови не отталкивал, а пугающе манил?       Да, её можно было назвать бесстрашной, в конце концов Алёнка ей королевскую медаль за храбрость вручила. Но сейчас эта смелость граничила с сумасшествием, ведь всё происходящее казалось абсолютно простым и понятным.         — Колючка, зависаешь, — легонько толкнул её в плечо Влад.       Они спускались вниз, под землю, сопровождаемые вороньим карканьем. С другой стороны фонтана, которая была скрыта для тех, кто только выбрался из лабиринта, с колокольным звоном появилась винтовая лестница, приглашая к следующему испытанию.       Её длина не была сравнима с той лестницей в две тысячи ступеней, но наверняка превышала по этому параметру любую лестницу замка волшебного колледжа. Жаль, телепортация не работала.        Грохот и лязгание Доспехов разбавляли таинственную атмосферу. Те взяли на себя роль факелоносца и шли впереди. За ними следовала волшебница, князь же был замыкающим.       — Какого это, убить человека? — спросила неожиданно для самой себя Варя. Её вопрос оглушительно взорвал тишину и ощущался враждебным после молчания лабиринта.       Влад растерянно остановился, положив ладонь на рукоять меча. Ему казалось, что не располагало время и место к такой мрачной теме для разговора.       Видимо, его колючая принцесса считала иначе. Она продолжала спускаться вниз и не оборачивалась.       — Хм, — князь сделал неуверенный шаг на следующую ступень, вглядываясь в макушку девушки.       Солгать или сказать правду? Она бы поверила во что угодно, стоило натянуть безобидную маску. Но Влад не стал бы с ней так поступать. Они оба не терпели лжи. Они вверили друг другу души и возможное будущее. Горло поджало чувство стыда, что он допустил подобную мысль. Влад продолжил идти вниз и заговорил:       — Мой… дядя говорил, что запоминаешь первого, кто падёт от твоего меча. Но у меня было не так. Однажды я проснулся посреди кровавой бойни, — парень сжал рукоять в руке крепче. — моего отца убили у меня на глазах, и дальше я просто мчался, не разбирая дороги, рубя всех и всё на своём пути. Не было времени разбираться свои или нет, — он поджал губы.       — А того, кого ты убил намеренно, ты помнишь? — голос Вари звучал спокойно, словно она спрашивала о том, как прошёл урок. Возможно, в ней говорил шок от услышанного.       — Да, — его глаза холодно блеснули сталью. — Это был посол соседнего княжества. Я тогда собирался затевать с ними войну. И он принёс предложение другого князя.        Её смешок нелепо отразился от темноты эхом. Перед глазами всплыл момент, который ему вспоминать не хотелось. Из его той, первой жизни. Взмах мечом и отлетевшая в сторону косматая голова с длинной кучерявой бородой.       — Оно тебе не понравилось.       — Не понравилось, — Влад замолчал, считая, что тема исчерпана.       Три пары ног в унисон шагнули вниз.       — Это снится тебе в кошмарах? — поинтересовалась девушка.        Лестница начала расширяться, троица подходила к большому залу. Издалека послышалась прекрасная, но вызывающая необъяснимую грусть песня.       — Сейчас у меня другие кошмары, но раньше да, снилось.       — Спасибо, Влад, — с облегчением ответила Варя. Этот вопрос давно мучил её, но она не осмеливалась узнать у него подробности.        Пожалуй, она бы вовсе не стала об этом спрашивать.       В огромном зале без стен и потолка, в котором оказались Варя, Влад и Доспехи, в луже на каменному полу сидела Алконост. Лицо девы-птицы исказила гримаса горя, вторя её полной боли песне. Золотистые перья создания были испачканы кровью. Её красные лапы когтями вцепились в тельца мокрых маленьких обездвиженных птенчиков. В памяти Вари всплыло, что птица наделяла дарами тех, кто спасал её детей от гибели, и волшебница потянулась к флаконам с живой водой в сумке в благо́м порыве помочь убитой горем матери. Влад положил свою руку на руку девушки.       — Не нужно, — вполголоса произнёс он.       — Но она может… — начала было Варя.       — Нет, не трать зря воду. Ей не поможешь, — князь многозначительно вздохнул. — Я пробовал.       Волшебнице не следовало забывать, что для Влада и Доспехов это была четвертая экспедиция.       Как должно было огрубеть сердце, чтобы оно не сжималось при виде этого ужаса?       — Думаю, мы освободим её, когда уничтожим осколок, — тихо добавил Влад, убеждая скорее себя, чем её.       — Ладно, — ответила девушка. — Итак, что нужно делать здесь?       Мелодия песни птицы стала немного громче, и прислушавшись, Варя начала различать слова. Я падаю с неба, как взгляд небожителя, Всплываю из бездны — как стон тишины. Я — в капле росы и в плеске прибоя, В слезе материнской и в пене волны.       Роса, прибой, слезы матери и волны. Сомнений быть не могло.       — Я думаю, это вода, Влад, — подошла и сказала волшебница ему на ухо, пока он различал слова.       — Да, ты, похоже, права, Колючка. Несложная загадка.       Князь осторожно приблизился к луже, в которой сидела Алконост и черпнул рукой воду. Та засияла в его ладони и испарилась в воздухе.       Троица обернулась, но всё осталось прежним. Кроме мелодии. Теперь птица пела другую песню. В паузе между ударами сердца, В миге, когда огонь догорает дотла, Там, где не дрогнет и лист у капища, Где ветер забыл, как дышать — буду я.       Варя и Влад переглянулись. Оба были без понятия, о чём идёт речь.        — Эту загадку я ещё не слышал, — задумчиво произнёс князь.       Волшебница кивнула.       — Да, жаль Алисы с нами нет, она много загадок знает.       Доспехи согласно загремели.       Для облегчения мыслительного процесса Влад ходил туда-сюда и размышлял себе под нос. Доспехи то ли в виде моральной поддержки, то ли, наоборот, пытаясь вывести парня из душевного равновесия следовали за ним шаг в шаг.       — У капища, — зацепился князь за знакомое слово. — значит, у места для поклонения богам. Там обычно совершались подношения. Разгадка в ритуале? Хм…       Варю же заинтересовала строчка про ветер. «Где нет ветра, нет ничего. Например, как здесь. Тьма, тишина, пустота», — думала про себя девушка. Тьму они создать могли, потушив факел. Пустота, если следовать логике загадок, что они должны продемонстрировать решение, не подходила. Оставалась тишина.       — Давайте попробуем не шевелиться и помолчать. Доспехи, и к тебе относится, — попросила волшебница и села на каменный пол. В таком положении было намного легче не двигаться.       Усталость давала о себе знать. Всё-таки была уже полночь. Остальные тоже замерли на месте.       Через минуту молчания песня сменилась на другую, и Влад сразу вытащил меч.       — Сейчас кто-то появится?       — Да. Не знаю, будет ли он атаковать тебя, но приготовься, — глядя в темноту, ответил князь.       Сначала раздался женский смех. Затем, из кромешной тьмы, освещаемой лишь факелом в руке у Доспехов, шлёпая мокрыми ступнями, вышли три прекрасные обнажённые девицы. Одна лучше другой. Глаза русалок мрачно блестели, а на плечах, животах и бёдрах утопленниц переливалась золотая чешуя, оставляя всё прочее на суд бесстыдного зрителя. Их длинные русые волосы едва прикрывали грудь. Варя невольно сравнила себя с ними и со смущением посмотрела снизу вверх на Влада. Тот был так же серьёзен и готов защищаться от атаки. Встревоженно Варя встала на ноги и вытащила Молнию.       — Какой хороший у нас сегодня улов, — пропела одна из русалок. — Повеселимся с ним, а затем закусим.       Две другие закивали головами и прошипели хором:       — Повеселимся и закусим. Всё так.       Русалки подошли ближе, околдовывая взглядами. Влад молча опустил оружие вниз.       «Почему он не реагирует?» — в панике подумала Варя.       Она также зачарованно, не в силах прекратить собственную пытку, наблюдала, как девушки гладят его по спине и груди, как их пальцы вплетаются в его волосы, и как Влад стоит в немом наслаждении и не пытается их отогнать.       — Что происходит? Доспехи, что с ним? — закричала волшебница, в надежде найти достойную причину, почему её любимый терпит от чудовищ то, что позволяет делать только ей.       Пламя внутри разгорелось достаточно ярко, чтобы Варя выставила Молнию перед собой и кинулась на русалок. Первая мысль была оттолкнуть Влада, чтобы ненароком не заколоть его мечом, не навредить, но ведомая обидой, смешанной с ревностью, она отмела эту идею.       Чёрная сила, что завладевала  волшебницей, подпитывалась её ненавистью и жаждала крови. Чем больше, тем лучше.       — Варя! Колючка! — кричал кто-то родной совсем рядом.        Он тряс её за плечи, чтобы она, наконец, осознала себя в реальности.       — Варя! Очнись! — его голос, сорванный от многочисленных попыток достучаться до девушки, хрипел.       Перед её закрытыми веками текли реки крови. Три русалки, так отчаянно пытавшиеся завладеть её Владом, лежали с выколотыми глазами и перерезанными глотками. Этого не могла сделать она. Варе бы не хватило духу так жестоко убить даже искусные, но ненастоящие воплощения книги. Она бы не смогла убить, не будь это вопросом жизни и смерти. А сейчас она испытывала облегчение?       — Что ты видела? — спросил Влад, когда заметил, что девушка вернулась в сознание.        Он не скрывал тревоги. Ему потребовалось минут пятнадцать, если не больше, чтобы привести волшебницу в чувство.       — Русалок, — еле сдерживая себя, чтобы не разрыдаться, ответила Варя.        Что с ней?        Почему на полу лежало тело какой-то химеры? И почему Влад, который только был в объятиях утопленниц, сейчас, склонившись, сидел перед ней с мечом, залитым кровью?        Что с ней?       «Ему не стоит знать».       — Это страж книги, всё в порядке. Ему нравится играть с нашими страхами. И чем страшнее нам, тем легче ему с нами бороться, — отстранённо ответил князь.       — Почему я не видела змей? — Варя спрашивала осторожно, понимая, что ответ может ей не понравиться.       Влад оглядел поверженного монстра и сказал:       — Значит, есть то, чего ты боишься больше.       Доспехи облегченно залязгали и помахали Варе перчаткой.        — Спасибо, всё нормально, — произнесла волшебница на вопрос о её самочувствии.        Теперь и она обратила внимание на дверь, которая оказалась посредине зала.        — Ты говоришь, что испытания жестоки, но Варя… — начал Влад и сделал неопределённый жест в воздухе. — Тебе не показалось странным, что все правители в Зартии — дети, потерявшие родителей? Я где-то это видел, пожалуй, лет триста назад, — он многозначительно посмотрел на неё. — То, что вы выбрались оттуда скорее чудо, чем закономерность.       Сидя, уткнувшись головой ему в грудь, Варя чувствовала себя намного лучше. Словно она снова была самой собой.       — Они упоминали борьбу между княжествами, но чтобы это было так серьёзно…       Одна его рука обхватила девушку за талию. Другой он бережно держал её руку в своей.       — А ещё у каждого был ключ, совместив которые, они получали власть создания миров. Как бывший Тёмный князь тебе говорю, неспроста это. Любой захотел бы обладать такой магией. Не думаю, что все умерли своей смертью.       — Этого мы не узнаем, — пробормотала волшебница и сжала его руку крепче.