Глава 23. Драконьи причуды (Варе 17 лет, зима, февраль)

      Любому сказочному, как впрочем и обычному смертному, известно три главных качества дракона. Первое — их способность дышать огнём. Второе по старшинству — умение управлять могучими крыльями. А третье место по праву занимает их одержимость богатством.       Не один драконовед пытался выяснить в какой момент из миленького чешуйчатого существа, который позволял хозяину почесать пухлый животик и вообще принимал отношение к себе как к домашнему питомцу, дракон превращался в жадного коллекционера всего блестящего и ценного, но всех постигла неудача. Кого-то испепеляли или съедали живьём в процессе исследования, а кто-то успевал сбежать, но без значительного научного открытия.       После Дня всех влюблённых Дракоша стал сам на себя не похож. Он отказывался от привычной еды, игр и людей. Вместо крепких объятий на ночь, он ощеривался и прятался от Вари под кровать. Зарывался в комоды, ящики и шкафы. Вместо спокойной прогулки на поводке дракончик начинал скакать по лужам, измазываться в грязи и копать. Копать везде, где придётся.       Как старшая родственница, Ядвига Петровна с проблемой не помогла, выдав целых три причины странного поведения сына Змея Горыныча. «Может, растёт малыш, может, переживает, а, может, на него так влияет приближение весны».       — Что же с тобой, Дракоша? — взвыв от боли — новая царапина красовалась у Вари вдоль предплечья, — девушка села на кровать и вздохнула.        Отчасти она разделяла его волнение. Учиться в колледже оставалось всего три с половиной месяца. Родители знали о её местонахождении. А Влад по непонятной причине отдалялся, уделяя свободное время то подготовке к балу, то спортивному залу. Поддерживая имидж исправившегося злодея и примерного (для директрисы) преподавателя.       Её аргумент для убеждения Василисы Васильевны не пригодился. И пока девчонки разбежались по своим делам, волшебница лежала на кровати и крутила на пальце кольцо. Удивительно, насколько идеально подошёл размер. Магия, не иначе.        Варя позволила мыслям унести её к несбыточным мечтам. Что-то внутри назойливо твердило — возможно, это был голос разума, — что этого никогда не случится, и оттого её сердце раздирала тягучая тоска. Но мечты на то и мечты, чтобы в них всё происходило, как хочется. И светлые девичьи грёзы несли её…       К просторному залу, уставленному арками ароматных бордовых роз; к друзьям, что улыбались и хлопали в такт торжественной музыке при её приближении; и, наконец, к нему, что стоял на ступенях в ожидании её. Весь в чёрном, иначе быть не могло. Её Влад. Её на всю оставшуюся жизнь. Её.       Она представляла себя в изящном белом платье с кружевами и струящимся шлейфом, и душа трепетала от любви и переполняющего её счастья.       Он с хитрой улыбкой брал её руку, целомудренно целуя костяшки пальцев, и надевал кольцо, шепча на ухо: «Колючка, вернись на землю».       Распахнув глаза, Варя увидела, из-за кого её фантазия оборвалась в самом прекрасном месте.       — Ты бормотала во сне. Вот я и подумал, что тебе нужна моя помощь, — подмигнул Влад, усаживаясь рядом на её постель, и склонился над ней для поцелуя.       Она увернулась и отрезала:       — Как раз без твоей помощи было бы лучше.       Невыносимый.       Пытаясь воспользоваться моментом его показного замешательства, Варя спрятала кольцо в кулаке. Неготовая к лавине вопросов и возможных подколов с его стороны. Увы, краем глаза князь поймал движение (он всегда был молниеносен и быстр, когда это вовсе не требовалось) и подтянул Варю к себе.       — Как размер? — поинтересовался он, ловя её руку в свою.        В новогоднюю ночь она так и не успела примерить украшение, поскольку гости могли заподозрить причину их длительного отсутствия в чём-то неприличном (особенно Алёнка, хотя и Снежка, пожалуй, тоже), и Влад видел кольцо на её том самом, безымянном, пальце впервые. Сама идея того, что Колючка не только надевала, но и, вероятно, носила подарок втайне от него, до невозможности ободряла собственническую натуру бывшего Тёмного князя. Его драгоценная принцесса с его кольцом.       Как бы она ни дёргалась, ни извивалась, ни пыталась защекотать парня, без магии всё равно поддавалась превосходящей её физической силе. Признав поражение, Варя отвернулась лицом к стене, в то время как Влад с упоением разглядывал серебряный ободок на её пальце.       — По мне, сидит отлично.        Она что-то пробормотала. По обиженному тону он решил, что это была простая колкость. Что-нибудь вроде: «Палец не сломай».       — Колючка, я предпочитаю видеть твои губы, когда ты говоришь или ругаешься, — отметил парень и получил за это плюшевым тигром в грудь. Кольцо соскользнуло и незаметно для них укатилось под кровать. — Ай, ранишь меня в самое сердце, милая.       Заметив едва затянувшуюся коркой красную линию, что пролегала от запястья до локтя, Влад осторожно погладил ту пальцем и спросил:       — Это Дракоша тебя так исполосовал? Может, его пора обратно к отцу отправить? Яблоко от яблони.       Варя отрицательно помотала головой и вернулась в сидячее положение, чем сразу воспользовался Влад, стянув со своих волос резинку и укладываясь девушке на колени. Довольный своей выходкой точно кот.       — Он просто взрослеет. А ещё переживает.       — Я тоже переживаю, когда с моей любимой агрессивный и неуправляемый дракон.        Закатив глаза, она парировала:       — Ты тоже бываешь агрессивным и неуправляемым.       — Неправда.       — Правда.       — Чем докажешь? — поднял бровь князь.        Он давно за собой следил и не замечал сильных всплесков неприемлемых эмоций. Будучи невозмутимым и терпеливым молодым мужчиной. А также ответственным и крайне привлекательным преподавателем. И самооценка у него была чуточку выше средней. Самую малость.       Поджав губы, Варя пару раз провела рукой по его смольным волосам, расчёсывая пальцами длинные пряди. Даря ему необходимые минуты спокойствия. Оттягивая неприятный момент. Но присохший пластырь лучше срывать резко.       — Ветерок новый атлас прислал. Третий том. С посвящением мне и автографом.       Раз.              Два.                    Три.       Влад до последнего пытался держать всё в себе, но всё-таки поморщился. Ледяные пальцы ревности царапнули когтями по больному.        — Он…       — Планировал заехать повидаться.        — Давай добивай.       — Хотел ещё и с тобой познакомиться.       Молчание.       Мягко говоря, Влад не одобрял дружбу между людьми, которые были влюблены когда-то, пусть и в детстве, пусть это и было, по словам Вари, совершенно платонически и будто бы в другой жизни. В любом случае что-то да остаётся — воспоминания, эмоции, мысли. А учитывая, что с годами вспоминается лучшее, то оно легко может спровоцировать новую волну симпатии.       — Влад?       — Знаешь, никогда не думал, что скажу это, — он вздохнул и прикрыл глаза. — но я счастлив, что твои родители были бы нам с ним одинаково не рады.  *****       — Ветерок! — бежала к долгожданному гостю навстречу Варя.        Она моргнула, думая, что это ей снится. Её лучший друг детства в самом деле стоял на земле волшебного колледжа. Почти не изменился с тех пор, что они виделись в последний раз. По видеосвязи, но всё же. Те же очки лётчика на розовой макушке.       — Варя! — парень поднял подругу в объятиях и закружил вокруг себя. — Всё такая же лёгкая. Ветер перемен, да?       Она улыбнулась.       — Ага. Не представляешь, как я рада тебя видеть! — её глаза сияли ярче звёзд от охватившей девушку радости. — Ты выше меня на целую голову. И подстригся. А это что, седина? — Варя коснулась розового локона, что упал ему на лоб, и засмеялась. Встреча словно вернула волшебницу в счастливые моменты, которые хотелось помнить. — Очень хочу познакомить тебя с моим молодым человеком, — она притянула Ветерка за собой к стоящему невдалеке князю.       Тот щурился, делая вид, что во всём виновата нетипично ясная для февраля погода. Его настроение немного исправил факт, что Варя признала их отношения, впервые назвав не просто другом.       — Влад, — сухо представился он и протянул руку путешественнику.       — Ветерок, — с искренней улыбкой произнёс другой, отвечая на рукопожатие. — Вижу, Варя в надёжных руках.       Щёки девушки моментально окрасились алым. Она и не надеялась, что всё пройдёт так хорошо. «Хорошо» означало, что Влад не прибьёт её друга в сцене ревности в первую же минуту встречи. Ведь даже упоминание имени Ветерка заставляли его кулаки непроизвольно сжиматься.        — Я тебе всё-всё здесь покажу, пойдём, — с молчаливого согласия князя защебетала Варя вокруг друга.       Её пальцы скользнули по предплечью Влада в знак прощания — большего на людях показывать было не дано — и ухватили за рукав Ветерка.       — Давай, только бы вещи куда закинуть.        — Тебя разместили в преподавательском крыле. Ты же пару лекций нам прочитаешь?       — Да-да.       Их шаги быстро смолкли, а Влад поднял голову к самой высокой башне и задумался.        «Может, не всё так и плохо». *****        Пусть Варе не приходила мысль о том, что случится, если кто угодно, кроме девчонок, найдёт кольцо, то Влада она посещала неоднократно. Не держат женщины обычные побрякушки в отдельных красивых коробочках, в самых скрытых от чужих глаз местах. Кто-нибудь сложит два и два. Случайно обнаруженное Ветерком кольцо, конечно, потешило бы эго Влада, но отвечать на уйму вопросов, которые последуют за этим, он не хотел ни себе, ни Колючке.        «Куда же оно закатилось?» спрашивал себя князь, в спешке рыская по Вариной части комнаты Патруля.        Не дай Сказочник, его хоть кто-то из студентов или персонала здесь увидит. Проблем преподаватель не оберётся.       Он сел на кровать и услышал раздражённое ворчание под собой.       — Ты как там уместился? — спросил Влад юного дракона, разглядев в подкроватной темноте два светящихся глаза.       Зверь зарычал.       Тогда князь включил фонарик на телефоне и присмотрелся повнимательнее к сокровищам ящера. Огнедышащего ящера, о чём ни в коем случае нельзя было забывать.       Блестящие фантики от конфет и шоколадок, коими переусердствовала вчера Алёнка, заколки, бывшие в употреблении, пара столовых приборов и… кольцо. Наверняка, вершина коллекции Дракоши.        Предчувствие подсказывало, что просто так забрать украшение и не предложить ничего взамен не выйдет. Влад похлопал себя по карманам. Запасные ключи от зала он оставил в других штанах. Что бы ещё могло подойти в качестве подношения дракону?       Он снял с шеи цепочку. Дракоша и глазом не повёл.       Серьга тоже ему не понравилась.        А артефакт перемещения нёс скорее практическую функцию нежели эстетическую, поэтому менять его на кольцо Вари было бессмысленно.       Отправляться в Мышкин за украшением для дракона, которое ещё не факт, что ему приглянётся, Влад не имел желания и, главное, времени. Кроме того, Дракоша был слишком мал, чтобы хорошо разбираться в том, что ценно, а что нет.       Можно было поискать у себя в комнате. Или в кабинете, где раньше преподавали гномский язык. Который теперь приспособила для нужд организаторов бала Любава. *****       Одним из плюсов выданного им с блондинкой помещения была его непосредственная близость от вотчины преподавателя боевых искусств — спортивного зала. И если девушка звала его посмотреть эскизы декора, палетки красок и образцы тканей, ему не требовалось идти через весь колледж. Этим достоинства ограничивались, поскольку месторасположением пользовалась и сама Любава. В течение трёх дней, что они с Владом числились организаторами, та не упускала возможности заглянуть в каморку учителя без объективной на то причины и мозолить ему глаза своим присутствием. Так что на территории им с Варей безопасно встречаться оставалось только в его личных покоях или комнате Патруля.       Чтобы избавить себя от приставаний — иначе это нельзя было назвать — старосты старшего курса Влад прихватил с собой Алису, которая, ко всему прочему, также была членом их мини-комитета и могла законно находиться в «штабе». Доспехи, к сожалению, к роли защитника его чести и достоинства подходили меньше, поскольку далеко не каждый волшебник, и Любава как раз относилась к ним, вообще считал того за живое существо, имеющее право голоса.       — Давайте добавим органзы на окна. А то получится ну совсем скучно и старомодно, — высказывала свои пожелания к оформлению Хранительница времени. Алиса с трудом протиснулась между высокими рядами коробок, которыми была заставлена небольшая комната.       — Ты мне ещё блёстками предложи всё засыпать, — язвительно прокомментировала Любава.        Блондинка наморщила нос от того, что ей приходилось терпеть выходки своей заместительницы и, по совпадению, подруги любимого преподавателя. Он буквально вчера просил оставить его в покое, но совсем немного погодя явился к ней сам, что не могло её не радовать. Было очевидно, что девушка предпочла бы остаться с ним наедине. К счастью, Влад раскусил её план сразу и заранее принял меры, именно для этого взяв Алису с собой.       Поскольку горизонтальных поверхностей было раз два и обчёлся, он сидел на углу стола, с другой стороны которого лежала схема праздничного декора, а также стоял графин с морсом и пара пустых стаканов.       — Кстати, насчёт блёсток, — он вспомнил для чего в принципе ступил на вражескую в-общем-то территорию. — Есть у нас что-нибудь ненужное из украшений?        — У нас? — переспросила Любава. Её переполняла радость от проявления малейшего внимания к своей персоне. Видимо, сказывалось трудное детство.       — Да, ты же решила делать всё под тематику традиционного королевского бала. То есть люстры с хрустальными подвесами, золотые кисти, бархат и так далее. Лишний материал остался?       Алиса взяла графин и разлила морс в оба стакана, предлагая Владу, пока тот не взял в руку напиток. Жидкость отдавала розовым чуть больше обычного.       — Ты записался на курсы кройки и шитья? — с усмешкой уточнила волшебница времени.       — Нет, — он решил не обманывать её и объясниться. Влад давно научился у подруг простой истине — иногда правда открывает больше дверей, чем ложь. — У Дракоши переходный возраст. Хочет богатства, драгоценностей, но пока что сойдёт просто блестящее и красивое. — о том, что принцесса у него уже есть, Влад тактично промолчал и сделал глоток из стакана. Вкус был чрезмерно кислым, наверное, из-за комнатной температуры морс испортился.       Любава не могла проморгать шанс угодить Владиславу Владими́ровичу. Слащаво улыбаясь, она вытащила из маленького сундучка на столе свою старую позолоченную серёжку ромбической формы с камнями на гранях.       — Держите. Пара от неё всё равно потерялась. А если для хорошего человека, то мне не жалко.       Под «хорошим человеком» она, естественно, имела в виду его.        — Кхм, спасибо, Любава, — поблагодарил её Влад, мысленно надеясь, что девушка не надумает себе лишнего. *****       — Как же нам повезло быть магами ветра, — распластавшись на кровати, заявил Ветерок.        За полдня (занятия никто не отменял, и ему пришлось подождать её в библиотеке, что вылилось в  спонтанную раздачу автографов для поклонников) они с Варей обошли весь колледж пешком, и ноги приятно гудели от усталости. Вернувшись в его временное жилище, друзья решили немного отдохнуть, прежде чем отправиться на ужин.       — Согласна, — ответила девушка и села в кресло возле окна. — Телепортация сильно выручает.       Он перевернулся на бок, чтобы посмотреть на неё.       — И как далеко ты научилась телепортироваться?       — Отсюда в Мышкин могу, хотя раньше мы на автобусе ездили с девочками. В волшебный лес сил хватает попасть, к Селесте, а дальше… не знаю.        — А в Сказочном мире?       — Если честно, мы туда чаще ради Алёнкиных родителей ходим или… — она оборвалась.       — Или?       — Или на задания с девочками, — о доме Влада она приняла решение не сообщать.       — Понятно.       В наступившей тишине Варя взглянула за окно, с наслаждением и некоторой завистью наблюдая за младшекурсниками, которые с детским азартом играли в снежки и колдовали ледяные горки. Пару лет назад и Патруль баловался подобными зимними забавами. Эх, хорошее было у них с девочками детство. Сказочное.       — Варь…       Ей показалось, что она что-то пропустила.       — Да, Ветерок, что?       — Думаешь домой возвращаться?       Сердце в ответ глухо стукнуло и сжалось. Серые стены Штормграда бы не простили слабости, но то был колледж.       С друзьями можно было не притворяться, и пусть с Ветерком они общались только по телефону, ему она могла рассказать всё как есть. Он был ей почти семьёй. Братом, которого у неё так и не появилось.       — Я хочу вернуться. Я всё ещё хочу быть ветром перемен. Просто…       — Тебя здесь что-то держит? Или точнее кто-то, — предположил маг.       Не сумев сдержать улыбки, («у меня, что, на лице написано?») Варя кивнула.       — Да. Причём очень сильно.       Ветерок закинул руки за голову и лёг на подушку.       — Здорово, когда любишь так. У меня такого не было, — он сделал паузу. — Расскажи, как это. Ты говорила мне про него, и с каждым нашим разговором ты стала упоминать его всё чаще, но как именно ты поняла, что любишь. Расскажи.       Маше таких деталей объяснять не требовалось, поскольку лучшая подруга Вари и так была свидетельницей событий. Да и по телефону с Ветерком она в принципе не затрагивала эмоциональные темы, чаще выбирая к обсуждению новости прошедшего дня. Волшебница снова уставилась в окно.        — Ну… не знаю, как это случается у тех, кто влюбляется с первого взгляда, но я… мы. Сначала мы были врагами. Грызлись, цапались, защищались.       — Это я помню. А как вы поняли, что больше, чем друзья?       — Он это первый понял. И очень долго намекал.        — А ты?       — А я не верила, что он изменился. Отталкивала, бесилась, а Влад это терпел и всё равно был рядом. А потом… а потом заметила, что если он мне улыбнётся, то я таю как мороженое на солнце. Всё время краснею, вздыхаю и злюсь.        — «Мороженое». Интересная метафора, — рассмеялся Ветерок. — А если бы ты была мороженым, то каким?        — О, я обычный пломбир, — отмахнулась Варя.       — Надо бы Влада спросить.       — Зачем?        — Мне кажется, он с тобой не согласится, — загадочно произнёс волшебник, и ему в лицо прилетела маленькая подушка — у его подруги и без магии была отличная меткость, не без помощи уроков одного известного в определённых кругах учителя боевых искусств.