Глава 22. Карта номер Шесть (Варе 17 лет, зима, февраль)

      События двухнедельной давности исчезли из повестки дня вместе с остатками январского мороза. Кое-кто, разумеется, продолжал шушукаться о том, что произошло в кабинете Вась-Вась, завидев Варю и Владислава Владими́ровича вместе, но общение двоих на людях ограничивалось формальными приветствиями или же обсуждениями бытовых дел Патруля.        На счастье девушки основные обязанности по организации выпускного бала легли на вызвавшиеся к этому плечи Любавы, их старосты. Но вот Влада участь её помощника не избежала.        — Владислав Владими́рович, мне нужно выбрать основные цвета бала. Я, конечно, сама уже выбрала тематику, поскольку Вы так заняты дополнительными поручениями, но была бы рада, если бы Вы мне помогли хотя бы с этим, — настаивала приторно вежливым тоном блондинка. Кто-то, а она отлично умела сформировать у человека комплекс вины.       — Спроси женскую часть населения. Вот Варю или Алису, например. Вам же платья подбирать. А я всё равно, по-твоему, неправильно назову оттенок. Мне без разницы розовый это или цвет бедра испуганной нимфы. — закатывал глаза Влад. Ему хотелось выть от настойчивости приставленной к нему старосты. — Почему я должен это делать?        — Потому что Василиса Васильевна выдала это задание нам обоим.       Когда директриса остановила преподавателя в коридоре два дня назад, он рассчитывал на всё, что угодно: на увольнение без рекомендаций и права работать со сказочными, на запрет приближаться к Колючке ближе, чем на пять метров, на худой конец, на очередное тюремное заключение за то, чего между ними с Варей так и не случилось, но никак не этого.        «Будьте так любезны помочь с балом выпускников. Патруль весь в делах, сами знаете. Кроме того, мы ожидаем прибытия королевских особ к празднику. Ваш опыт пригодится. Всё должно быть в лучшем виде», —завещала Премудрая.        Конфликт между ними точно натянутая струна не мог терпеть дальнейшего напряжения. Но и повода для извинений будто не было. С молчаливого согласия директрисы Владислав Владими́рович продолжил, как ни в чём не бывало, быть преподавателем боевых искусств и видеться с Варей наедине, правда, где угодно, но только не на территории колледжа. Так что последняя совершенно не могла просто взять и увести его от Любавы. Ей скрепя сердцем приходилось терпеть нелепые намёки блондинки, на которые Влад вовсе не обращал внимания, лишь временами защищая его как подруга.       — Лучше бы главной была Алиса. Даже я признаю, что она лучше всех наших одногодок разбирается в стиле и моде, — возмутилась Варя, пока все трое направлялись в столовую.        Не вызывая подозрений, паре удавалось побыть рядом только в компании кого-либо ещё. И они оба этим пользовались, мирясь даже с присутствием такой как Любавы.       — Поддерживаю, — вставил Влад, мимолётно коснувшись запястья Вари. Издали жест был абсолютно невинным, но искрящееся электричество между влюблёнными удержать едва ли мог.       — Василиса Васильевна убеждена, что мероприятию такого уровня необходим мужской взгляд, — Любава похлопала ресницами, и Варю чуть не вырвало от неумелого флирта. Это ей было известно, что Влада не впечатляли сахарные принцессы, но для блондинки эта информация была недосягаема. — Я лично Вас прошу помочь. Скажите цвет, а дальше я сделаю всё сама. Обещаю, Владислав Владими́рович, до конца недели Вас не потревожу.       — Один? — с надеждой уточнил преподаватель. Четыре дня без Любавы звучали слишком хорошо, чтобы быть правдой.       — Хотя бы один. Парный цвет для него найти для меня, — староста откинула хвостики назад. — проблемы не составит.       — Что ж, — Влад понял, что своей возможности подшутить не упустит. — Один, говоришь. Хм… — он улыбнулся, заговорщически и искренне одновременно. — Тогда пусть будет аметистовый. Только не сиреневый и не лавандовый. А такой оттенок как… — он посмотрел на Варю и, не сводя с неё глаз, без тени смущения продолжил: — Как когда на заре лишь встаёт солнце, и небо переливается от золотого утра до последнего вздоха ночи. Где ночь касается зари. Где ветер целует уходящую тьму.       Слава Сказочнику, что Любава была слишком занята, пытаясь произвести впечатление на Влада, и ничего не поняла.       — Вот, а говорите, что не разбираетесь в оттенках. Да Вы, оказывается, поэт, Владислав Владими́рович.       — Угу, — буркнул преподаватель и пропустил дам перед собой в столовую. *****       — Что, грёбаные ёжики, здесь произошло? — отойдя от первоначального шока, выругался Владислав Владими́рович, и вся троица замерла от безумия, что творилось прямо на их глазах.       Не иначе как сошедшие с ума студенты не сидели буднично за столиками и не уплетали столовскую еду, которая осталась абсолютно нетронутой, в отличие от стаканов с морсом. Нет, вместо этого молодые волшебники и волшебницы буквально пожирали друг друга. Причмокивающие звуки поцелуев вперемешку с постанываниями тут и там белым шумом забивали пространство. Кто-то уже наполовину раздетый устраивался на поверхностях, не предназначенных для этого, для более тесного контакта. Другие выбирали местом действия пол. «Его, конечно, мыли утром, но твёрдо же», — мысленно прокомментировал Влад. В зоне выдачи пара готовилась приступить к самому интересному, и преподаватель кашлянул.       — Святой Сказочник, — воскликнула Варя, будто это имя само по себе могло справиться с совершающимся развратом.       В пуританском порыве (в голове прогремел голос Вась-Вась: «Такого рода поведение абсолютно неприемлемо в учебном заведении») волшебница ветра пустила по столовой вихрь, который разогнал сошедших с ума от желания студентов.       Влад с Варей переглянулись и мгновенно посмотрели на столик Патруля. Девчонок за ним не было.       — Какой сегодня день? — вдруг спросил Владислав Владими́рович.       — Февраля. Четырнадцатое, — выдавила Любава, и выражение неподдельного ужаса отразилось на её лице.       Как удачно, что Василиса Васильевна отбыла на очередной симпозиум, ведь теперь им троим — возможно, если Патрулю всё же досталось — придётся разбираться с сотней ополоумевших студентов и преподавателей.         — Надо бы… — начал было Влад и скривился — за стойкой Кривозуб откровенно подкатывал к кухарке-троллю.        Одной рукой Варя направила в их сторону резкий поток воздуха, а другой набрала номер.       — Ага, звоню.       Ответили не сразу.       — Василиса Васильевна?        — …на фоне продолжающихся протестов гномов… — послышалось на заднем плане. — Варвара, что… Что-то срочное? …считать их волшебников…       — Вообще-то да, — неровно ответила Варя.       — …недружелюбными к магическому сообществу… Что-то украли? Кого-то покалечили? — торопливо спрашивала Премудрая. — …изгнать из столицы… Но, Павел Петрович.., — обратилась она уже не к девушке.       — Нет.       — Тогда разберитесь с Патрулём, пожалуйста, сами, — произнесла директриса и сбросила звонок.       — Ну? — поинтересовалась Любава исходом разговора.        Варя пожала плечами.       — Никак. Сказала, давайте сами. *****        Сперва они решили разыскать девчонок, в идеале Алису, которая могла бы помочь выиграть время и которой было не видать с самого утра.       Пока Любава на своих двоих, отказавшись от Вариной телепортации, отправилась к себе, так как Кики и Настасьи в столовой тоже не наблюдалось, Варя с Владом переместились в комнату Патруля.        Никого.       А вот в коридоре под улюлюканье толпы что-то происходило. И пара вышла за дверь.        Оказалось, что в крыле старшекурсников ситуация была, мягко сказать, не лучше, чем в столовой. Завидев знакомую розовую макушку Зефира, Влад облегчённо выдохнул, поскольку все курсы младше на два года и более не пострадали от проделки неизвестного шутника. Толпа детей и подростков с таким интересом наблюдала за происходящим в коридоре, что преподаватель всерьёз решил поднять в следующей беседе с Василисой, если та вообще состоится, необходимость полового воспитания среди студентов. Не тот он был человек, которому стоило об этом говорить. Но, чёрт возьми, кому ещё, если не ему, затрагивать подобную щепетильную тему.        — Так. Что за столпотворение? Почему малявки в коридоре крыла старших курсов? Заняться нечем? По комнатам разойтись и за домашнее задание, — твёрдо произнёс Владислав Владими́рович. — Выловлю в коридоре за подглядыванием — получите спецзадание по отдраиванию спортзала. Всем ясно?        Толпа замолчала.        — И… разошлись! — прикрикнул он для пущей убедительности серьёзности своих намерений.       Репутация самого опасного человека колледжа, баллы к которой добавило произошедшее две недели назад — как-никак без магии одолел одержимую тёмной силой почти взрослую волшебницу, — сработал как заклинание. А, может, никто не жаждал оттирать слюни, сопли и прочие естественные жидкости и отшкрябывать засохшие жвачки, которые оставляли в зале далёкие от прилежности ученики.       — Мелкий, — окликнул мальчишку Влад. — у вас нет пострадавших?       Лицо Зефира засияло при виде знакомых взрослых.       — Всё хорошо, Владислав Владими́рович. Разве что…       Глаз у Влада задёргался.       — Разве что «что»?       — Борей себя как-то странно ведёт. Вроде в столовую не ходил, но какой-то не такой, как обычно.        Потерев ладонью лоб, преподаватель обратился к Варе.       — Колючка, давай пацана проверим. Не дай…       — Давай.       Уговаривать её не требовалось, она взяла парня и мальчишку за руки и переместилась.        — Да что же, что же, что же? — из стороны в сторону широкими шагами по комнате ходил старший из близнецов.       Его галстук был ослаблен, а лицо выражало высокую степень напряжения. Он не заметил яркой вспышки за спиной.       — Борей, как ты себя чувствуешь? — с ходу спросила Варя. — Не тошнит, температура есть?        Упомянутый обернулся и нахмурился, обнаружив помимо брата «физручку» и Владислава Владими́ровича.       — Вы чего здесь делаете? Не, я в курсе, что преподы к студентам захаживают, но обычно к студенткам же.        Прежнему Владу, то есть Мороку, не терпелось бы дать зарвавшемуся пацану — в семилетнем возрасте в нём было дерзости на все пятнадцать — затрещину, как минимум применить трудовые санкции, за ясно кому обращенный комментарий. Но нынешний Влад по обыкновению вспомнил о педагогическом подходе и сдержался. В воспитании князь не был сторонником физических наказаний, так как в детстве подвергался им сам.       — В колледже какое-то заклятие действует или зелье подлили в еду, мы не знаем. Забежали тебя проверить. Зефир говорит, что ты странно себя ведёшь, — объяснила Варя.       — Вот же болтун, — отмахнулся Борей.       — Они помочь хотят, — убеждал его младший брат.       — С чем?       — С тобой. Ты сам не свой с самого утра.       — Да блин, нормально всё.        — Не нормально. Ты чудишь.       — Чудик у нас ты, братишка.        Второй раз за день Влад пожалел, что Премудрой в поездке не нужен был носильщик.       — Четырнадцатое февраля, да?        Три пары глаз уставились на него. Карие с негодованием, серые с вопросом, а аметистовые…       — Серьёзно? — не веря собственным ушам, сказала Варя.       — А что такого в этом дне-то? — застенчиво решил уточнить Зефир.        — День всех влюблённых, — в один голос и с одинаково утомлённой интонацией ответили Варя и Влад.        День Святого Валентина, как он именовался в календарях смертных, раньше не отмечался в Сказочном мире с особым размахом. Чаще всего волшебные существа дарили друг другу открытки, иногда конфеты. Но с наступлением эпохи интернета веселье, связанное с праздником, распространилось и на них. Магазины пестрели вывесками с красными и розовыми сердечками, заманивая «приятными» скидками, а прилавки ломились от сезонных товаров — шоколада и плюшевых игрушек с бантиками из лент, которые складывали в необъятные мягкие горы. Кафе, кинотеатры и улицы были забиты парочками, что не стеснялись в выражении пылких чувств самыми разнообразными способами.       За недолгое время отношений Вари и Влада праздник обошёл пару стороной. Она была в невесть-какой-Зартии, а он стоял на страже спокойствия колледжа и студентов, проверяя еду и напитки на наличие любовных зелий. И должен был в этом году делать то же самое, но Василиса недоглядела, расслабилась. И вот наступил, по сути, их первый совместный день всех влюблённых, а они по иронии судьбы снова не могут побыть вместе.        Да, Варя не хотела подарков, — всё равно вряд ли что-то могло переплюнуть предложение руки и сердца в новогоднюю ночь по сентиментальности и ценности для неё — но свидание, если таковое было бы спланировано, явно, подняло бы принцессе настроение.       А он его как раз спланировал, и оттого не менее сильно злился.       — Будь он неладен, — сквозь зубы процедил Влад.       — Да ладно Вам, — мечтательно растянул младший маг ветра. — Здорово же, любовь витает в воздухе. Чувствуете? Вот прям здесь.       Влад кашлянул снова. Возможно, стоило провериться у врача.        — Тебе только крылышек не хватает, Амур, блин, — пробормотал Борей и обратился к взрослым: — Короче, я сам разберусь, а вы сами. Лады? Мне ещё девушке подарок сделать надо. Так что давайте. Идите. Вам же надо. Куда-нибудь.       Варя закатила глаза. Этот день готовился стать самым долгим в году. *****       Поскольку комната Патруля была пуста, следующей остановкой была библиотека. Среди стеллажей так же прятались целующиеся школьники, и Варе стало не по себе от неимоверного количества жара в воздухе.       — Вот представь, Колючка, а если бы нам так повезло, оказаться под заклятием или зельем…       — Ты хотел сказать «не повезло»? — уточнила волшебница ветра и ускорилась, осматриваясь по сторонам в поиске подруг. Стеллажи и книги мелькали друг за другом, но знакомых лиц за ними не находилось.       Влад усмехнулся, быстрым шагом нагоняя девушку.       — Нет, я сказал именно то, что хотел, — она в ответ фыркнула. — Так вот. Если бы нам так несказанно повезло, как думаешь, куда бы мы успели добраться?        От неожиданно откровенной темы разговора её щёки зарделись вишнёвым цветом. Она справилась со смущением и вернула себе самообладание размеренным вдохом и выдохом.       — Боюсь, никуда, — спокойно ответила девушка.       — Да, я тоже так думаю. Не повезло, — Влад вплотную подошёл сзади и наклонился, так что холод его серьги обжёг кожу.       Варя промолчала.       В дальнем от них углу библиотеки, который зачастую оккупировал для подготовки Патруль, послышался шорох, и пара последовала за ним. Чем ближе, тем всё различимее становились тихие стоны и скрип ножек то ли стола, то ли стула.        — Корвин… — прошептала полураздетая Маша и откинула голову назад, выгибаясь в спине, пока её шею сминал губами другой маг.       — Твою… скромники, называется, — прищурился князь, чтобы разглядеть получше, и Варя закрыла ему рот ладонью. А лучше бы себе глаза.       — Тише, Влад, — прошипела она.       Скрытые за книжной стойкой, они в безопасности наблюдали за тем, как лучшая подруга Вари теряет остатки скромности в объятиях своего парня. Вот-вот и Маша вцепилась ногтями в плечи Корвина, оставляя следы-полумесяцы на коже.        — Не знал, что тебе нравится смотреть, Колючка, — прошептал Влад ей в ухо, и от его горячего дыхания по телу пробежали мурашки. И нечто похожее на электрический ток.       Он развернул Варю лицом к себе и прижал к полкам. Его руки по обеим сторонам от её головы не давали сдвинуться с места. Девушка удручённо вздохнула. Ведь он сам вечно обрывал все их попытки, а теперь вдруг подталкивал Варю к тому, чего ей давно хотелось больше многого, если не всего. Она прикрыла глаза и с предвкушением представила, как Влад своими сильными руками поднимает её вверх, несёт к ближайшему столу, сбрасывая свитки, и книги, и что бы то ни было ещё, и усаживая её на поверхность, раздвигает ноги, поглаживает бёдра, чтобы…       — Варь, ты ещё здесь?        Опять.       Коварная усмешка.       Она стрельнула в него негодующим взглядом от того, что даже в фантазии он не давал ей получить желаемое, и, коснувшись плеча, перенесла их в кабинет Звездочёта. Раз уж девчонки из Патруля тоже были под действием неизвестно чего, нужно было думать, как решать проблему.       — Что будем делать?       Влад вальяжно уселся на стуле и закинул ноги на стол, параллельно листая книгу по зельеварению.       — Можем найти противоядие или просто подождать, — отвлечённо произнёс он.       — Подождать, пока весь колледж перетрахается?       Его бровь изогнулась от удивления.       — Милая, не будь так резка в выражениях. Судя по всему, это было именно зелье, потому что радиус поражения ограничился столовой. Да и опрокинутые стаканы с морсом, от которого, как ты знаешь, никто не отказывается, необычно подсвечивались розовым, — Влад многозначительно ухмыльнулся. Как хороший стратег он умел подмечать тонкости. — Оно усиливает симпатию, а не создаёт её. Так что будем считать сегодняшний день толчком в отношениях у многих.        — Как бы потом половину студентов не выгнали за такой толчок.       — Скорее всего накажут только кого-то одного. Но предлагаю сделать противоядие, а потом искать виновного. Идёт, Колючка? — он выставил руку вперёд для рукопожатия.       — Идёт, — согласилась Варя и сжала его ладонь.       Они неплохо работали вместе.       На пьедестале в котле варилось необходимое противоядие. Влад молча наблюдал за девушкой, так как помочь, в сущности, ничем не мог.       — Тебе когда-нибудь приходилось варить зелье? — мешая антидот, поинтересовалась Варя.       — А ты не помнишь?       — Нет.       — Если бы не я, вы бы с девчонками так и остались… — он сделал драматическую паузу.       — Кем?       — Сильно же ты тогда ударилась. Правда, не помнишь?       Она мотнула головой.       — Ладно, как-нибудь расскажу. Готово? — он кивнул на бурлящий котёл.       Варя вытащила ложку с густой жидкостью и принюхалась.       — Ещё немного. Уверен, что не хочешь попробовать? Почувствовать себя настоящим магом?        — Нет, Колючка, думаю, мне и тебя достаточно.        Окончание процесса варки сопровождалось громким хлопком, отчего из-под кучи носков вылез проснувшийся профессор Звездочёт. Маг-лягушка дрых без задних лап, каждый раз умело находя новое оправдание своему отсутствию на занятиях.       — Ох, кваллега. Долго же я вчера перед сном читал кваарты. Но предсквазание сделал, — тот вытащил из шляпы карту Таро. На картинке с номером шесть были изображены нагие мужчина и женщина с ангелом и змеёй позади.       Влюблённые. Варя с Владом переглянулись.       — Квакой точный прогноз.  *****       — Я на автобусе сразу в Мышкин помчалась, а дальше всё как в тумане, — протарахтела Алёнка, обнимая подушку на кровати.       К вечеру парни вместе с девчонками, кроме Алисы, которую, как оказалось, ещё утром вызвали родители на очередной урок часового мастерства, собрались в комнате Патруля. Ребята пользовались случаем отсутствия бдительного надзора директрисы и обменивались впечатлениями безумного дня.       — А я помню только, как шла в библиотеку, — медленно проговорила Маша, глядя на Корвина, на что Влад и Варя разделили одну мысль на двоих: «Зато мы прекрасно всё помним».       Лишь противоядие приобрело требуемый по справочнику аромат и оттенок, волшебница ветра пустила его по вентиляционной системе колледжа, таким образом излечив всех и каждого от любовной лихорадки. С окончанием действия зелья лица студентов смурнели и покрывались смущением от пережитого в этот день.        — Варечка, а вы как уцелели? — поинтересовалась Снежка. На её страстную натуру произошедшее если и повлияло, то совсем немного.       — Мы не успели ни выпить, ни съесть ничего в столовой, так что на нас зелье не действовало. Бегали по всему колледжу да парочки разнимали по углам, — подытожил их с Варей приключения Влад.       — Повезло, — кивнула Алёнка.       — Очень, — с сарказмом ответил он.       Они посидели с ребятами ещё минут десять для соблюдения приличий и удалились. На крышу чарующе светила полная луна. Влад крепко взял Варю за руку, поскольку ноги упрямо не желали находить опору на скользкой черепице, и вёл к месту свидания. С помощью Снежки он успел всё подготовить и мог насладиться временем, которое было отведено только им двоим.       Их ожидали два тёплых пледа, термос с согревающим чаем и плетёная корзинка с вкусностями — маленькая благодарность от кухарки за спасение от одурманенного зельем Кривозуба.       — Колючка, ты знаешь, что это за карта? — парень вытащил врученную ему картинку и продемонстрировал ей.       Варя лениво приподняла голову с его плеча. Пусть и укутанная в заколдованный плед она серьёзно подмерзала и променяла бы романтическую обстановку под луной на потолок затянутый балдахином.       — Звездочёт сказал, что она называется «Влюблённые», разве не так?       — Она не всегда про любовь, Колючка, — Влад взял её руку в свою и переплёл их пальцы.       — А про что ещё?       Печальный и отчего-то до боли тоскливый вздох вырвался из его груди.       — Про перепутье. Про выбор, который нужно сделать.        — И какой же выбор нужно сделать мне? — она посмотрела на него снизу вверх, погружаясь в бездонные лазурные глаза.       — Не знаю, — слукавил он. — Поймёшь, когда представится возможность.