Фикция

После странной беседы с Хельгой прошла неделя, когда я вновь рискнул поднять эту тему. Мол, вообще-то да, в обычных обстоятельствах, не будь у нас совместного детства... В общем, если бы я не знал ещё Олега, идея имела бы смысл. Это самое "стерпится, слюбится" могло бы сработать. Но, стоит честно признать: так я на Хельгу посмотреть просто не могу! А подруга в ответ спросила: а причем здесь вообще любовь? Как оказалось, мы с ней немного по-разному поняли идею моей матушки. Я – слишком буквально, а вот она – более-менее творчески. Хельга вовсе не намеревалась становиться мне новой женой. Нет, возможно, теоретически, брак полностью не исключался. Но только сугубо формально. Я попросил ее уточнить, каким образом она видит этот самый брак. А видела она совместную жизнь. Возможно, сон в одной постели, если это будет уместно. Но только сон. Она не желала заменить мне жену, даже не думала об этом. Но она явно намеревалась стать новой мамой Иры с Мариной, и готова была ради этого на всё. Даже уволиться с работы, ибо Марине явно требовалось большое внимание. Даже на секс со мной, если я поставлю такое условие. При этих словах Хельгу будто передернуло, и я был с ней в этих чувствах предельно солидарен. И да, это было самопожертвование. Она ведь может просто жить, работать, помогать со стороны. Курчаева вовсе не собиралась навязываться. Но ради Иры и Марины готова была бросить всё. А ещё, хотя она в этом не призналась, ради Жанны. Ведь именно моя супруга дала ей, в свое время, путевку в женскую жизнь. И Хельга никак не могла этого забыть. Наверное, она видела в наших дочерях ее продолжение. В тот день я сказал Курчаевой, что жертв нам не надо. Тогда я ещё не до конца понял, что творилось у нее в голове. А еще, у меня просто не могла вот так сразу уложиться в голову мысль, что может быть брак без любви и секса. Специальный брак, да ещё и удачный. Но я все-таки не моя мама, и новое принимать худо-бедно умею. Хотя на это и потребовалось время. Время, и ещё несколько бесед с Хельгой. Которые, из плоскости теоретических возможностей, начали перетекать в разряд обсуждения деталей. Например, я просто не мог представить, что она совсем бросит работу. Курчаева которую я знал, была немного… трудоголиком. И да, как раз это было бы жертвой, но только временной. Мол, как только с Мариной все наладится... Чем больше я об этом думал, тем больше мне нравилась идея. Роль отца-одиночки я откровенно не вывозил. А так, нас будет двое. Да и Жанна бы точно одобрила. Эта мысль была весьма важной для меня. И да, я бы, возможно, смог найти себе жену получше. Но никакая другая женщина не заменила бы девочкам маму так, как Хельга, в этом не было никаких сомнений. Решение было принято почти незаметно. Просто разговоры наши плавно перетекли из раздела: "Как это могло бы быть?", в раздел: "Как это будет?". Само собой, спросили мы и мнения девочек. Я преподнес это так, что папе одному тяжело, и Тетя Хельга пока поживет с нами. У Марины сия новость вызвала самый бурный восторг. А вот Ира вроде бы и обрадовалась, но не так сильно. Видимо увидела в этом покушение на ее новообретенную самостоятельность. Но все-таки даже старшая восприняла новость позитивно. И в этот момент дело было окончательно решено. Хельга переехала жить к нам. Конечно, мы не бежали впереди паровоза. Поначалу, она не отказалась от прежней квартиры. И на работе сразу не уволилась, просто взяла месячный отпуск. Нужно было учесть, что все может пойти не так. Хоть мы и жили когда-то вместе, но девочки все меняли. Да и было это давно, будто с другими людьми. Я с тех пор сильно изменился, а уж Хельга... А вот она, кстати, не так уж сильно, если не смотреть на формальную сторону вопроса. Просто стала взрослее, увереннее, самодостаточнее. Впрочем, это ничего не гарантировало, и мы оставили для себя возможность дать заднюю. Переезд не стал каким-то важным событием. Мы и тут действовали постепенно. Сперва Тетя Хельга осталась на ночь. Потом ещё на одну. Спала она на кресле-кровати, так же как и бабушка, когда ночевала. Но потом с креслом "неожиданно" что-то случилось (мы так объяснили это дочкам), и Тетя Хельга легла спать рядом с папой. Мы не хотели, чтобы девочки возмущались, что их маму заменили. Но они отнеслись спокойно. Время прошло, раны затянулись. И потом, если они кому-то и могли спустить с рук такой номер, то именно Тете Хельге. Вскоре временные ночевки стали постоянными. А потом Тетя Оля переехала окончательно. Она стала заправлять в доме, где раньше заправляла Жанна. Впрочем, "заправлять" – это не совсем верное слово. Жанна была настоящим матриархом, а вот Хельга... Она больше предоставляла решения мне. Хотя именно дом был сугубо ее вотчиной, и тут было лучше с возмущениями не лезть. Хельга слишком привыкла жить одна, и ей понадобилось время, чтобы адаптироваться. Благо при всех моих несомненных недостатках, я был тут подходящим человеком – мне ведь даже в голову не пришло качать права, и всякое такое. Вообще именно в быту меня ничего не напрягало. Главной проблемой было примириться, что рядом со мною не Жанна. И все-то у нас было хорошо и постепенно, пока однажды, аккурат накануне Дня Рождения Иры, к нам не пожаловали в гости незнакомые мне старик и старуха. Точнее, это я решил, что они незнакомые. Просто не узнал, ибо больше десяти лет не видел. А вот вышедшая из кухни Хельга чуть не уронила тарелку каши. – Мам! Пап! Вы как здесь... День вдруг стал очень особенным. Пожалуй, это был самый неожиданный визит в моей жизни. А виновата во всем оказалась моя матушка. Она в крайнем самодовольстве пребывала, что мне новую жену нашла, хвасталась этим всем подряд. Похвасталась она и своей старой, но не слишком близкой знакомой, мадам Курчаевой. И все бы ничего, только вот маму черт за язык дернул, и она назвала предполагаемую невестку по имени. А женщин по имени Хельга в России как-то не особенно много. И да, родители и их бывший сын не очень-то много общались. Кажется, созванивались в Дни Рождения и на Новый год. Для Курчаевых новоявленная дочь была постыдной тайной, которую они старательно укрывали от окружающих. А Хельге, в свою очередь, не очень нравилось такое отношение. Хотя вроде бы они внутри-то семьи нормально разговаривали, просто довольно редко. Это все сложно, мне не совсем понятно. Не та вещь, в которую хочется лезть. Но, спасибо моей болтливой мамаше, пришлось. Впрочем, тогда-то я этого ещё не знал. Надо сказать, что к визиту родителей Хельга была во всех отношениях, кроме морального, готова. Квартира прибрана накануне праздника, а сама младшая Курчаева была умеренно нарядной, и выглядела так, будто вот-вот пойдет на работу. Привычка, которую Хельга выработала за долгие годы работы в сфере сервиса – она всегда должна была выглядеть прилично. Даже моя пол, даже пытаясь затор в ванной пробить. Жанна вот не заморачивалась, а ей... Даже неловкости возникали. Хельга быстро привыкла спать рядом со мной, и ее ничего не смущало. Но вот утром мне на нее смотреть... не то чтобы запрещалось, но лучше было не лезть, пока не приведет себя в порядок немного. Неопрятный заспанный вид очень смущал женщину. Хорошо, что гости прибыли не с утра, но аккурат к обеду. Для нее хорошо. А мне вот было не до радостей. Хельга не собиралась отвлекаться на родителей, пока не накормит детей. И мне несколько минут пришлось сидеть с Курчаевыми на кухне почти тет-а-тет. Сразу же вспомнилось детство, приставка... Коньяк вспомнился. – Вы, я так понимаю, не обедали? Но Курчаевы не ответили. Они всем своим видом показывали, что приехали не ко мне, и я здесь вообще лишний. И в этот момент я твердо решил: никуда не пойду! Вот даже если Хельга попросит, не пойду. Это мой дом, вот пусть при мне и разговаривают. Накормив девочек, Хельга спрашивать про еду даже не стала. Просто налила родителям по тарелке супа, и отрезала хлеба. У нас был полный холодильник всяких закусок, но ни одной она не достала. И меня это заставило злорадно улыбнуться. – Так, чего вы хотели? – поинтересовалась Хельга, садясь рядом со мной. – Мы хотим увидеть наших внуков, – ответила старшая Курчаева. – Что? Ваших? – удивился я. – С какого это они ваши? Хельга чуть заметно толкнула меня локтем. Мол, помолчи немного. – Вы решили, что мы женаты? – удивилась она. – А разве нет? – спросил ее папаша. – Нет. Даже и не думали! – возмутился я. – Кто вам эти бредни рассказал? – Твоя матушка, – с легким вызовом заметил старик Курчаев. И вот тогда я понял, кому обязан таким чудесным визитом. Не то чтобы я не догадывался. Подозреваемых было всего две штуки, и одна из них слишком уж удивилась внезапному визиту. – Давайте я внесу ясность, – заявила Хельга. – Мы не женаты. Возможно, и не будем женаты. Мы просто живем вместе ради детей. Это теперь и мои дети. Просто мои. Но я им не мама. И вы – не бабушка с дедушкой. – Мы можем хотя бы с ними познакомиться? – Нет. Не сейчас! – возразила Хельга. – Потому что для них это будет не слишком полезно. Вдруг на меня снизошло... В общем, мне стало вроде как понятно, какого черта Курчаевы к нам припёрлись. – Я познакомлю вас, – заявил я. – Подожди... – попыталась оспорить Хельга Я же в ответ посмотрел на нее самым тяжелым взглядом. Даже Жанна бы поняла, что лучше на время замолчать. Решать сейчас буду я. Мы пришли в детскую. Девочки, конечно, всполошились от новых знакомых. Ира сразу же взяла их в оборот, и начала расспрашивать. А они спрашивали у нее про Хельгу. Ха! Даже если бы у девочки были претензии к женщине, она бы их ни за что не озвучила другим людям. Она даже мне бы жаловаться вряд ли стала. А уж каким-то незнакомцам... От Иры они услышали похвалу. А от Марины и того хуже. Младшенькая молчала, молчала, а потом вдруг, видимо уловив в голосе Курчаева неприязнь и сомнение в Хельге, взяла, и стукнула старика ногой. Да с такого размаху, так что тот прямо закричал от боли и неожиданности. – Марин, ты чего творишь? – набросилась на нее Хельга. – А он... А чего он! – возмутилась девочка. – Если ещё раз кого-нибудь ударишь... Как же я в этот момент гордился дочкой! Уж такого я не ожидал. Думал, она словами скажет. И ещё я понял, что все с Мариной будет в порядке. Правда, характер у нее явно проклевывался куда как непростой. – Вот такие у нас девочки, – сообщил я с улыбкой. – За Тетю Хельгу любому пасть порвут. – Тетя Хельга сама справится, – возмутилась та, а потом повернулась к родителям. – Все? Довольны? В этот момент, тоже поняв неприязнь женщины к новым гостям, Ира отошла от них, и молча, встала рядом с нами. Наверное, со стороны это была крайне эффектная сцена семейного единения. Старшие Курчаевы решили нас покинуть. Половина из них явным образом прихрамывая. Дети умеют очень больно пинаться, никогда не следует об этом забывать. Когда родители покинули нас, Хельга возмущенно насупилась, и ничего не спросила. Это уже потом она поняла всю глубину и важность момента. Мы против них! Единая семья! На самом деле это та вещь, что в свое время сблизила нас с Жанной. Просто тогда угроза была серьезной, а в этот раз... Так, глупые предрассудки. Хотя если подумать, то именно с них тогда все и началось. Только Курчаевы не были похожи на скандалистов. Больше сказать, если я правильно понял, намерения у них были почти благие. Они беспокоились за детей, которым досталась такая новая мамаша как Хельга. Или за нее беспокоились, как бы детей не угробила. В любом случае это было оскорбительно и унизительно. Оскорбительно том числе и для меня, а такое неуважение от гостей я терпеть не собирался. Хех, я с возрастом все больше на покойного отца походить начинаю. Тревожный сигнал, но пока лишь самую малость. А с Хельгой все наладилось. Видимо поняла потом, почему я устроил эти смотрины. И с девочками они стали ещё ближе. Особенно с Мариной. Чего бы там Курчаева не ворчала, когда маленькая хрупкая девочка кидается тебя вот так защищать, это трогает до глубины души. А что до методов... Видимо, Марина тоже чего-то унаследовала от дедушки, и на неуважение отвечать решила насилием. Впрочем, шутки шутками, а проблемой следовало заняться. Правда, в этих вопросах я мог полностью положиться на Хельгу. Знал, что она все сделает. Жизнь возвращалась в норму. Уже вернулась. И пусть мне за это было немножко стыдно, я не мог не признать, что начал немного забывать Жанну. И та была бы рада, что жизнь у меня продолжается.