Трещина пятая

      Хенджин напряжённо наблюдал за тем, как Сынмин и Чонин раз за разом пробовали различные поисковые заклинания в попытке обнаружить Лиëн, и каждый раз безрезультатно. Время стремительно утекало как песок сквозь пальцы, и тяжёлые мысли давили на виски. Ким всё больше погружался в отчаяние, что вымещалось вместе со злостью от бессилия. Даже Чонин, который сохранял маску беззаботности, то и дело нервно покусывал губы в попытке найти хоть какую-то лазейку. Будущее также было сокрыто, с каждой секундой приближаясь к ужасающему исходу.       — Твою мать, мы теряем время впустую, а так и не сдвинулись в своих поисках.       — Минни, не впадай в отчаяние, и не такие преграды ломали.       И всё же попытка Чонина хоть как-то облегчить ситуацию оказалась провальной. Лиëн сейчас могла быть где угодно, а времени было недостаточно. Хенджин не сводил взгляда с медальона девушки, одиноко сверкающего серебром среди начерченных углем символов. Он пытался заглянуть в будущее с помощью этого украшения, но тоже ничего не вышло. Ситуация была патовой.       — А что, если поисковое заклинание произнесёт Хенджин?       — Что? Он провидец, а не колдун.       — И всё же для некоторых манипуляций с будущим он использует ритуалы. Мы можем попробовать задействовать его способности для поиска. Всё равно ничего не потеряем.       Сынмин скептично посмотрел на Хвана, но всё же кивнул. У них действительно не оставалось вариантов. Провидец подошёл к столу.       — Что я должен делать?       — Возьми медальон в руки и произнеси вот это заклинание. Будем надеяться, что ты увидишь хотя бы какую-то информацию.       Чонин протянул листок с написанным каллиграфическим почерком заклинанием.       — Ладно.       Осторожно сжав в ладони украшение, Хван начал читать заклинание, стараясь ухватиться хоть за что-то. Но не происходило ровным счётом ничего. Провидец тяжело вздохнул и вновь прочитал заклинание.       Квартира медленно погружалась в отчаяние и тяжёлую тишину.       — Ладно, попробуем что-нибудь ещё.       Судорожный выдох привлёк внимание. Хенджин задрожал, вцепившись свободной рукой в стол. На висках проступили капли пота, расширенные зрачки вспыхнули светом. Сынмин и Чонин замерли в напряжении, ожидая, когда видение закончится.       Хенджин побледнел, оседая на пол. Медальон со звоном упал. Сынмин подскочил к дрожащему провидцу, с тревогой вглядываясь в побледневшее лицо.       — Джинни?       Хван испуганно посмотрел на колдуна, восстанавливая сбившееся дыхание.       — Я знаю, где она.

***

      Минхо был окружён полумраком и желанным теплом. Из незашторенного окна его маленькой спальни виднелся одинокий серп луны, прожигая ночной небосвод серебряным светом.       Убаюканный теплом и спокойствием, Ли лишь сильнее укутался в одеяло, всё больше согреваясь. Он чувствовал усталость, от которой не хотелось даже думать, а мягкие объятья сна покрывали каждый сантиметр тела, принося долгожданный покой. Все заботы остались позади, забылись и больше не имели никакой значимости. Из пут сна мужчину вырвал еле слышимый голос.       — Минхо, пожалуйста!       Ли недовольно посмотрел на закрытую дверь, первым желанием было подняться и узнать, кто решил потревожить его, но оно быстро утихло под давлением одеяла. Мужчиной снова закрыл глаза.       — Хо, пожалуйста, услышь меня!       В этот раз голос стал чуть громче. Отчаянный, словно плачущий. Минхо недовольно фыркнул. Идти никуда не хотелось. Накрывшись с головой, он зажмурился, вновь погружаясь в сладкую дрему.       — Минхо!       Откинув одеяло, Ли раздражённо зарычал, уставившись в потолок. Кто-то назойливо продолжал его звать, заставляя негодовать. Минхо решил подождать ещё немного, и если нарушитель спокойствия не образумится, то он пойдёт и выскажет всё своё недовольство. Взгляд к себе приковал искусно сплетëнный ловец снов над изголовьем кровати. Белоснежные перья мягко мерцали. Хрустальные бусины отражали блеклый свет месяца.       Минхо нахмурился, ведь не знал, откуда у него этот ловец. И как бы ни пытался, вспомнить, кто ему его сделал, не смог.       — Минхо!

***

      Лиëн продолжала отчаянно звать Минхо в попытке достучаться до него, но тот всё так же безучастно смотрел в пустоту, стоя безмолвным стражем в ожидании очередного приказа. Не в силах подняться с алтаря, девушка кричала и брыкалась под звон цепей, сковавших её лодыжки и запястья.       Пустой тихо насвистывал какую-то незатейливую мелодию, рисуя символы на коже девушки.       — Не трать силы зазря, золотце. Чем сильнее ты будешь сопротивляться, тем будет больнее.       — У тебя ничего не выйдет.       Джисон мягко улыбнулся, погладив Лиëн по щеке.       — Оставь пустые надежды. Скоро всё закончится, и мы с Хо исчезнем отсюда. Не переживай, я позабочусь о нём.       Демон отошёл от алтаря, высыпая какие-то травы в ступку. Чуть сгорбившись, он тяжело задышал, но тут же выровнялся, что-то раздражённо прошептав. Лиëн понимала, что он истощён, но даже так всё ещё оставался достаточно сильным, чтобы держать ситуацию под контролем. Надежда медленно угасала. Девушка вновь посмотрела на Минхо, с трудом сдерживая слезы.       — Минхо, пожалуйста, услышь меня.       — Достаточно! Меня начинает злить твоя назойливость. Ты упустила свой шанс, смирись с этим, Ким Лиëн.       Холодный голос Пустого пробрал до костей. Девушка вновь попробовала призвать ветер, но всё так же безрезультатно. Демон постарался на славу, поставив мощную защиту.       — Минхо, милый, к нам спешат гости, окажи им достойный приём.       Лиëн перевела испуганный взгляд на Джисона, продолжавшего кровожадно улыбаться. Нетрудно было догадаться, кто их нашёл.       — Минхо, нет! Прошу тебя!       Но Ли даже не вздрогнул, покинув комнату с алтарём. Выйдя на крыльцо полуразрушенного особняка, он замер в ожидании. Огромный диск луны одиноко висел в небе, окрашивая мир кровавым светом; совсем скоро ритуал будет совершен.       Прислушиваясь к окружающему миру, фамильяр услышал быстрые шаги и приглушённые мужские голоса. Совсем скоро перед ним остановились Сынмин, Хенджин и незнакомый паренёк с лисьими глазами.       Минхо приготовился к битве, выпуская когти. Приказ горел перед глазами красной пеленой, сердце ускорило свой ритм. Он должен исполнить желание хозяина. Устранить любую помеху. Чтобы быть рядом, чтобы быть нужным и любимым.       Сынмин приготовился к нападению, в руках у Чонина опасно заблестело лезвие кинжала. Но Хенджин выбежал вперёд, введя всех в замешательство.       — Минхо, я знаю, что ты меня слышишь.       — Джинни, что ты делаешь?       Голос Сынмина надломился от паники. Хван же не сводил пристального взгляда со зверя в обличье человека. Дикий, готовый к атаке, сверкающий лазурными глазами. И всё же где-то там, внутри был заперта потерянная душа, способная предотвратить трагедию.       Видение всё ещё стояло яркой картинкой перед глазами провидца. Он утаил очень важную часть от Сынмина и Чонина, зная, что те не пойдут на такой риск. Оставалось лишь достучаться до Минхо, и Хван искренне верил, что сможет.       — Минхо, я знаю, что случившееся принесло тебе много боли, и тебе страшно столкнуться с жестокой реальностью. Ведь снова станет больно. Но ты ещё можешь всё исправить, нельзя бежать от реальности. Иначе Лиëн умрёт, а ты снова будешь винить во всём себя.       — Лиëн отреклась от меня.       — Это не так. Да, она испугалась, но подумай сам. Ëн не позволила нам тронуть тебя, когда была такая возможность. Она отпустила тебя, при этом зная, что демон не остановится.       Ли медленно крался в сторону Хенджина, то и дело поглядывая на ничего не понимающих колдунов, готовых напасть в любой момент. От них волнами исходило напряжение и недоверие. И только Провидец, отмеченный светом, стоял, абсолютно беззащитный, хоть его руки и дрожали от страха. Но Минхо с удивлением осознал, что боятся не его. В пустых глазах загорелась искра непонимания.       — Я не нужен ей. И никому другому. Только хозяин всегда рядом и дарит мне свою любовь и заботу. Только ему я могу довериться.       — Нет, Минхо. Это не любовь. Ты для демона лишь удобное оружие, которое он выбросит, когда надоест или ты сломаешься. И ты это понимаешь.       Минхо остановился совсем рядом с Хенджином, его лицо исказила гримаса злости.       — Остановись, пока я не вырвал твой язык, провидец.       — Знаешь, всё это время Лиëн искала способ избавить тебя от оков контракта. Она не отреклась от тебя и хотела помочь.       Сынмин удивлённо спросил:       — О чем ты говоришь? Лиëн искала способ уберечь себя от демона и уничтожить его.       — И это тоже, но первостепенной задачей для неё была информация о разрушении уз, так, чтобы сохранить душу. Минхо, она хотела спасти тебя.       Минхо нахмурился, Хенджин видел сомнение и внутреннюю борьбу в его глазах. Провидец осторожно сжал дрожащие руки фамильяра, не обращая внимания на предупреждающее шипение.       — Я знаю, что тебе страшно, а груз вины тянет на дно. Но случившегося уже не изменить, отпусти это и иди дальше. Порою любовь толкает нас на отчаянные и безумные шаги. Я не могу тебя судить, я не жил твоей жизнью. Но если ты прекратишь борьбу и пустишь всё на самотёк, чувство вины однажды тебя уничтожит. Всё ещё можно исправить.       Минхо отшатнулся, испуганно смотря то на Хенджина, то на Сынмина. Приказ давил каменным пластом, но в ушах всё ещё звенел отчаянный крик Лиëн, кожа разгоралась от фантомных поцелуев. Голова взорвалась острой болью, и, задрожав всем телом, Минхо свалился на траву, зарываясь пальцами в волосы. Хриплый крик сорвался с губ.       Хенджину оставалось лишь ждать и надеяться, что Минхо всё же хватит смелости столкнуться с реальностью и изменить её.