Глава 13.Лилия
24 января 2024, 23:43***
Ляля сидит на достаточном расстоянии ото всех. Сидит на корточках, обхватив колени руками. Она вертит на кончиках пальцев зажигалку. И думает. Очень много думает. Настолько много, что даже не замечает, как возле неё садится Марша. — А ты чего не спишь? — девушка садится в свою любимую позу, скрестив ноги перед собой. Ляля цокнула языком. Глубоко вздохнула и бесшумно выдохнула. Закрыла глаза и провернула колёсико зажигалки. Из огнива посыпались искры, и на кончике заплясало оранжевое пламя. — Да... — протянула она, открывая глаза. — Нельзя же всем одновременно спать, правильно? Может кого эти придурки украсть вздумают. Марша молчит. Она смотрит на огонёк и морщит лоб. Ляля тоже смотрит. Не отрывая глаз. Потом берёт пачку сигарет, которая лежит рядом, и достаёт одну. Пш-ш-ш-ш... Горький дым наполняет сначала рот, потом горло, а за ним и лёгкие. Ляля задерживает дыхание, не спеша выдыхать. Марша всё так же молчит, не говоря ни слова. Девушка выдыхает. Дым плавно кружит в воздухе, а потом облачком поднимается вверх. Обе проводят его глазами. Зажжённая сигарета осталась тлеть между пальцев. — И... всё? Только поэтому? — Нет. Ляля делает ещё одну затяжку. Опять задерживает дым в лёгких чуть подольше. Марша больше не смотрит на неё. Как и Ляля на Маршу. Они обе разглядывают белую стену перед собой. — Ты ведь тоже всё поняла? — скорее не спрашивает, а утверждает красноволосая. Ответом ей стала очередная затяжка. — Не уверена в этом до конца. — Ну и почему же тогда не спишь? Разве не хочешь убедиться в правильности своих мыслей? — в голосе Марши скользит недоумение. На это Ляля начинает раздражаться. — Ну и что мне даст сон? Ответы на мои вопросы? Ответы, о моём прошлом... — Да, — Марша перебивает её твёрдым, как скала, ответом. И таким же непреклонным. — Мы уже выяснили, что сны, да и вообще бессознательные состояния, помогают нам вспоминать прошлое. И помогают нашим телам меняться. Ты это прекрасно знаешь, сама ведь делала выводы. Ляля зло тушит сигарету и отшвыривает окурок в сторону. — Да даже если и понимаю всё — что с этого?! — девушка начинает закипать. — Ты меня вообще видела?! Явно же что жизнь у меня была не сахар! Я бы даже сказала хуёвая у меня была жизнь! И знаешь что? Я не горю желанием вспоминать её! Так что иди-ка ты нахрен со своими расспросами! Ляля замолчала, раздражённо пыхтя. Марша же оставалась спокойной. И такой же немногословной. — Раз не хочешь, никто тебя заставлять не собирается. Но тогда скажи мне вот что: мы не знаем, сколько ещё тут пробудем. Может день, может два, а может и весь год. Так что же, ты не собираешься спать всё это время? Ляля щёлкнула пальцами. Глубоко вздохнула и запрокинута голову назад, всматриваясь в абсолютно белый, идеальный потолок. Такой раздражающе безукоризненный. — Да. — отвечает она мрачно. — Я не собираюсь спать. Вообще. Сколько бы не понадобилось. И падать в обморок тоже, — быстро добавила она, опередив только открывшую рот Маршу. — И вот так, не засыпая, я оставлю своё прошлое позади. — Ха! А сама на меня кричала, что я должна вспомнить всё. Лицемерно получается, не находишь? Ляля усмехается и поворачивает голову, заглядывая Марше в глаза. — Можешь считать меня мерзкой лицемеркой, мразью, да кем угодно, мне похуй. Но даже если для того, чтобы выбраться отсюда, нам понадобится всё вспомнить, я сделаю это последней. Уж это я могу тебе пообещать.***
Как и обещала, Ляля не засыпала. Как ей это удавалось — одному богу известно. С момента их разговора с Маршей прошло довольно много времени. Девушки успели проснуться, поговорить и даже заметить изменения в некоторых из них. Так, например, Тася становилась всё меньше и меньше. На данный момент её рост едва доходил до плеча Ляли. А про Маршу и говорить было нечего. Она, даже по сравнению с крупной Лялей, была... огромной. Что уж её сравнивать с малоросликом-Тасей. Но, как оказалось, изменениям подверглась не только Тася. Агата тоже менялась. Причём не в лучшую сторону. С каждым часом она становилась всё бледнее, худее и болезненнее. Вообще на неё было страшно смотреть. Глаза впали, кожа казалась серой, волосы будто бы выцвели, а из глаз пропал блеск и воля к жизни. Это настораживало не только Лялю, но и всех остальных. Сколько прошло времени, никто не знает. Может день, может два, а может и месяц. Странно, но есть никто не хотел. Как и пить. Ляля страшно устала и хотела спать. Но она упорно противилась этому. Вместо сна она ходила по комнате, даже бегала. Делала упражнения, отжималась, приседала. Когда это перестало хоть немного бодрить, она стала вызывать на спарринг Маршу. Красноволосая качала головой и тяжело вздыхала, но соглашалась. Их спарринги проходили быстро и чаще заканчивались победой Ляли. Удивительно, но несмотря на рост противника, девушка умудрялась проводить сложные приёмы. Так, раз за разом, Марша оказывалась на полу, придавленная удушающим или болевым приёмом. — Как ты это делаешь, я не понимаю! — после очередной драки Марша потирала ушибленное плечо, пытаясь отдышаться после стального захвата. — Ты меньше меня, да и выглядишь не особо внушительной, так как? Почему я не могу тебя победить?! В ответ на это Ляля только посмеивалась.***
Очередной «день». Девушки изменились до неузнаваемости. Теперь можно было увидеть настолько разношерстную компанию, что диву даёшься. Марша оставалась высокой, спокойной и много медитирующей. Агата совсем стала похожа на чумную. Вся бело-серая, она почти не двигалась, много спала сидя у стены. Тася теперь вся из себя была круглощекая, румяная, белокожая. Чего нельзя сказать о Ляле. Девушка просто в какой-то момент перестала быть похожа на изначальную себя: смуглая, высокая, с длинными руками, ногами и шеей, тело её было похоже на жердь. Однако, девушка не была такой же плоской, как палка. Её тело было крепким, спортивным, с ярко очерченными мышцами. Крепкий пресс, прекрасно видные бицепсы и трицепсы указывали на явную связь девушки со спортом. Да, все изменились. Да, все они стали совсем не похожи на себя прошлых. НО! Если и Марша, и Тася, и даже Агата менялись постепенно, с течением времени и снов, то Ляля просто взяла и изменилась. Девушки просто отметили это, когда проснулись в очередной раз. И всё. Пришлось просто смириться, что законы этого места им непонятны. Итак, возвращаясь к девушкам, сейчас они сидели по парам. Марша и Агата обсуждали устройство их обществ, приходя к выводу что жили в одной и той же классовой системе. Говорили, естественно, руководствуясь воспоминаниями. В середине комнаты, друг напротив друга, находились Ляля и Тася. Девушки стояли в боевых стойках и напряжённо смотрели друг на друга. Точнее, Ляля стояла в боевой стойке, а Тася напряжённо смотрела на неё. — Ляля, может быть не надо? — жалостливым голосом взмолилась Тася. — Да ладно тебе! Я тебя что, убью что-ли? Не ссы, всё нормально будет. — Ну Ляля, ну пожалуйста! Я не хочу! — протянула Тася, опустила руки и запрокинула голову назад, всем видом показывая, что не хочет во всём этом участвовать. Ляля закатила глаза и тоже опустила руки. «Тц, какие мы нежные, тоже мне! Только и умеешь, что ныть. Как дала бы один раз по тыкве, так боюсь что развалишься». Видя, что соперник больше не намерен показывать ей приёмы своего боевого искусства, Тася радостно хлопнула в ладоши и сделала пару шагов ближе к Ляле. — Слушай, а расскажи, что это вообще за спорт такой, — возбуждённо сказала она, но потом скомкано добавила, потупив глаза в пол. — Если тебе не сложно, конечно. Ляля потянулась и потёрла глаза. Мда, обходиться без сна становится сложновато. Девушка надеялась, что физическая активность разгонит кровь и справляться станет проще. Но, раз уж не судьба, то неплохо было бы хоть занять себя разговором. — Ну, если уж спросила... Ты вообще в курсе, нет? Я, вообще-то, мастер спорта по тайскому бок...! Звон в ушах внезапно пронзил сознание. Как и чувство дежавю. Те же слова, те же действия, тот же контекст. Ляля поражёно распахнула глаза, переводя глаза на Тасю. Вместо девушки она увидела рядом с собой маленького мальчика, который держал её за руку. Ляля моргнула. Мальчик что-то говорил, поднимая на неё голову. Его лица было не видно. Совсем. Всё происходило как в замедленной съёмке. Девушка поднимает глаза перед собой. Они переходят дорогу на светофоре. На улице много народа. Они почти дошли до конца, как Ляля услышала визг тормозов. Повернув голову, девушка заметила, как на них со всей скоростью мчится машина. Ей понадобилась всего секунда, чтобы оттолкнуть от себя мальчика. А потом... Бам! Боль. За ней темнота.~~~
Вой сирены. Крики людей. Плачь ребенка. Он зовёт её. «Ляля! Лялечка!» Кричит навзрыд. Звуки пилы. Запах гари и бензина. Скрежет металла. И боль. Много боли. Сердце колотится. Перед глазами темнота. Потом яркий свет.~~~
Запах больницы. Холод на коже. Не чувствую ничего, ниже пояса. Люди, врачи, медсёстры, санитарки. Стерильная операционная. Маска с наркозом. Анестезиолог ободряюще улыбается сквозь маску и шепчет, что всё будет хорошо.~~~
Палата. Больничная еда. Капельницы, таблетки, катетеры. В комнату врывается человек. Большой и сильный, с густой чёрной бородой. Я поднимаю на него пустые глаза. Жить совершенно не хочется. Он проходит и садится на стул возле моей постели. Затем молча берёт меня за руку. Слёзы катятся по моим щекам.~~~
Уютный балкон, сигарета, газировка. Костыли рядом в углу. Дверь открывается, но я даже не поворачиваюсь, чтобы узнать, кто там. — Какая это по счету? — низкий голос спрашивает просто для того, чтобы начать разговор. — Третья. Мой голос такой же пустой, как и взгляд, которым я уставилась в окно. На меня смотрит помятое отражение. Парень вздыхает и забирает у меня сигарету. Он тушит её и бросает в пепельницу. Сидим в тишине. Я закрываю глаза, пытаясь собраться с мыслями. По щеке вновь катится одинокая слеза. Откидываюсь на спинку кресла и кладу голову на плечо парня. Он не сопротивляется, даже обнимает меня за плечи и успокаивающе поглаживает. Первая ночь вне больницы далась мне тяжело.~~~
Мальчик радостно встречает меня в пустой, грязной, вонючей квартире. Радостно встречает, обнимая за талию. Лица всё так же не разглядеть. Стоит мне шагнуть за порог, как мозг опять пронзает треск старого телевизора. Жмурюсь, но прохожу. Идти неудобно. Но я упрямо тащу сумку с вещами в комнату. Мальчик что-то говорит. Что — всё никак не удаётся понять. Сажусь на диван. Ребенок влазит следом и колеблется. Я улыбаюсь. И раскрываю руки для объятий. Мальчик заливается слезами и бросается ко мне в руки. Я глажу его по голове и раскачиваю из стороны в сторону. — Ну, чего ты,***
Открывая глаза, Ляля видела лишь обеспокоенные взгляды девушек. Все их лица были искажены призмой слёз. Ляля вытерла выступившую на глазах влагу, но не спешила отнимать руки от лица. — Ну чего вы, блять, смотрите?! Никогда слёз не видели?! Девушки переглядываются перед собой и опускают глаза вниз. — Лилия, у вас... Я думаю вам самой нужно посмотреть... — Нет! Не хочу! — Ляля сильнее прижимает ладони к лицу. — Не буду... Совсем жалобно добавляет она, а по её щекам катится поток крупных солёных слёз.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!