Часть 6

      …Айлин вернулась в спальню. Душ немного помог ей почувствовать себя лучше. Но сотни мыслей, крутившихся в голове, по-прежнему не давали покоя. Просто не верилось, что они с матерью — потомки Мальбонте.       Когда Айлин общалась с Бонтом, тот показывал по её просьбе Ребекку. Она видела, как мать уничтожала записи из книги, где была информация о родовых связях… Если бы Айлин тогда знала об этом, могло бы быть всё по-другому. Только — как? Хуже или лучше. Сейчас уже было ясно, что любой вариант развития событий не вернул бы ей Бонта. Мысль о нём неприятно царапнула сознание. Айлин всё ещё таила надежду, что когда-нибудь увидит его вновь. Наверно, потому что ещё не до конца осознала, что Бонт это и есть Мальбонте. Как вообще принять всё то, что происходит? Сколько на это нужно времени и есть ли оно у неё? Айлин до сих пор, после их побега из подпольного лагеря, не пришла в себя… А тут ещё и мать пыталась убить советника Йора. Ребекка оказалась больше похожей на Мальбонте. И Айлин пугали амбиции матери, которые толкали её на такие поступки, чтобы продвинуться по карьерной лестнице.       Айлин вздыхает, садясь на кровать. Их с Мими спальня пострадала от недавних налётов и уже не выглядела такой роскошной, как когда-то. Штукатурка местами обсыпалась, из-под потолка торчали балки, шторы содраны… А ещё Айлин по-прежнему искала глазами горящий в камине огонь и ждала, что услышит голос Мальбонте. Но какой будет их новая встреча? Как он будет себя вести? А она?.. Ведь они сбежали из лагеря. И Мальбонте явно этого не ожидал и разозлился на неё. Она чувствовала себя предателем. Хоть и не должна была… — Что случилось? — раздаётся внезапно рядом. Голос Мими прозвучал вроде бы тихо, но Айлин едва не вздрагивает. — Ничего. Спи, — раздражённо отмахивается она. Мими ворочается и садится в соседней кровати. Зная подругу, Айлин уже мысленно готовится, что та достанет её расспросами. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — О чём? — Айлин сверлит глазами обшарпанный местами потолок, стараясь не выдать бушующие внутри неё эмоции и смятение. — О том, что ты всё-таки делала в покоях у этого «чудовища»? Что между вами было? — Ничего, — отсутствующим голосом произносит Айлин. А в голове тут же вспышками мелькают воспоминания, от которых её лицо начинает гореть. Их первый поцелуй с Мальбонте… Зачем Айлин на это согласилась?! Но ей было любопытно… Она действительно хотела знать, будет ли это похоже на их поцелуй с Бонтом. И она узнала. Ничего общего. Но потом всё покатилось куда-то… Эта лавина желания напрочь снесла весь её здравый смысл. Словно с появлением Малбонте в её поднебесной жизни началась новая точка отсчета. — Вы даже не разговаривали? — Мими подозрительно щурится, возвращая Айлин к реальности. Но воспоминания вновь обдают горячей волной. Кажется, что сейчас тело воспламенится. Когда она сидела верхом на Мальбонте, потом их близость в душе… Столько всего случилось между ними за какие-то три дня!.. Для небес это было вообще незначительно. Но для Айлин это был очень значимый опыт. Проблемой оставалось по-прежнему одно — она не знала, что с этим всем делать и какое решение принять. Всё её нутро, каждая клеточка, стремилась к Мальбонте. Изнывала от тоски и нехватки своего «мучителя». Но совесть по отношению к совету, к матери, к её друзьям и всем, кто не хотел принимать сторону Мальбонте постоянно подрывала её попытки принять это решение. Жестокость Мальбонте была слишком очевидным, хоть и оправданным фактором. Он не пощадит никого. Даже Айлин, наверно, не пощадит. Хотя ей хотелось думать, что именно она, и только она, имеет для него какое-то значение. «Ты спасёшь их, лишь став им врагом…» — этот таинственный шёпот, который она слышала в Долине внезапно всплыл в памяти. Мальбонте намекал на то, что приняв его сторону, все её друзья и совет выживут. Он не станет их убивать из-за Айлин? Или это всего лишь хитрая ловушка? Она так никому об этом и не сказала, как и то, что узнала, находясь в лагере. И то, что было в её видениях… Но, по-прежнему, не приняла сторону Мальбонте. Айлин понимала, что у неё не получится «усидеть на двух стульях». Мальбонте был одержим идеей справедливости. Но ему никто не позволит осуществить задуманное. Как и она сама не позволит. Ей Мальбонте доверил сам Шепфа. Но как сделать так, чтобы светлая его сторона перевесила, Айлин не знала… — Айлин! Ты уснула? — голос Мими вновь выдёргивает Айлин из размышлений. — Нет. Просто… устала. — Так вы разговаривали с Мальбонте? — Разговаривали. Но мало. Он… часто куда-то уходил… Я была одна. — Он не издевался над тобой? — В каком смысле? — недоумевает Айлин, оборачиваясь на подругу. — В прямом! Не пытал тебя, не морил голодом? Может, ещё что-то… Я даже подумать боюсь, на что способен этот монстр. Он убил Ади!.. Айлин хочет возразить, но молчит. Что она скажет? Любая попытка оправдать Мальбонте приведёт к ссоре с подругой. Сейчас точно. — Ади знал, на что шёл… — тихо произносит Айлин, обхватывая колени руками. — Поверить не могу! — Мими возмущённо смотрит на неё. — Хотя… давно ведь ходили слухи о твоей связи с Мальбонте. Теперь ты на его стороне? У Айлин не было ответа не только для Мими. Но и для себя самой. Или она боялась признаться? Не могла принять эту реальность. Казалось ещё недавно она носила в заброшенный холл еду Бонту, разговаривала с ним, они целовались… И внутри неё поселилась какая-то надежда. Надежда на то, что всё будет хорошо. А теперь это осталось лишь воспоминанием. От которого хотелось громко выть в подушку. — Если бы я приняла сторону Мальбонте, я бы не сбежала из его лагеря, — говорить трудно. Подругу было сложно провести. — Может, ты теперь будешь шпионить для него? Или он как-то на тебя повлиял? Айлин мотает головой. — Нет. Он наоборот хотел, чтобы я взвешенно приняла решение. — Ты что-то скрываешь… И я боюсь даже подумать, что именно. Просто хочу тебе сказать, чтобы ты… постаралась не делать ошибок. Он — чудовище. Зло! И никого из нас не пожалеет. — Его тоже никто не пожалел. Почему он должен ко всем хорошо относиться? Он меня не удерживал. Я могла уйти. Но я… хотела понять его. Его мотивы. И что он не такой страшный как о нем рассказывали. Почему никто не хочет выслушать его идеи? — Ты с ума сошла… Не говори мне ничего!.. — Мими раздражённо взбивает подушку и укладывается на бок. — Давай спать. Я насиделась в этой камере, до сих пор всё тело ломит. Наконец-то, я в своей кровати! Айлин тоже поворачивается на бок, лицом к окну. Ей хочется кричать, но она лишь молча оглядывает горизонт с проплывающими мимо островками. Лучи света от полной луны заливали пол спальни. Полнолуние наводило на неё пугающую тоску… По каким-то несбыточным мечтам. Которыми она ещё даже не успела насладиться… Айлин не успевает закрыть глаза, как вдруг замечает на крыше школы мужской силуэт… …Мальбонте смотрит, как девушка приближается к нему. Она летит слишком быстро, и кажется, что готова на него накинуться. Он усмехается, чувствуя даже на расстоянии её волнение. — Что ты здесь делаешь?! — Айлин возмущенно и недовольно таращится на него, как только её ноги касаются крыши школы. Она удачно приземлилась, хотя эмоции били через край. Сердце гулко стучит в ушах, заглушая мысли. Мальбонте криво усмехается, осматривая её. Темные волосы растрепаны, шелковая ночнушка притягательно облегает изгибы фигуры… Он мысленно одёргивает себя, чтобы не коснуться тонкой ткани и не сорвать её. — Не боишься меня? — Это просто видение, я знаю, — Айлин старалась себе внушить это, чтобы хоть как-то держать себя в руках. Мальбонте снова усмехается и делает шаг навстречу Айлин. Теперь их разделяет очень маленькое расстояние. Ткань его кафтана едва не касается её груди. Айлин заставляет себя поднять глаза. — Да, видение, — его рука замирает у её лица. Палец дотрагивается до тёплой щеки… Айлин вздрагивает от невесомого прикосновения. — Мы с тобой — дальние родственники. Ты знал об этом? — она пытается отвлечь Мальбонте разговором. У неё, на самом деле, к нему много вопросов. Но когда он так близко… Ей трудно дышать, не то что говорить. — Настолько дальние, что это не имеет значения, — сухо бросает Мальбонте и отходит. Айлин молча наблюдает, как он усаживается на край пологой черепичной крыши, вытягивая ноги. — Так значит… ты знал? — бормочет она. Конечно, он знал. Это она — наивная дура… Какая же дура! Айлин закрывает лицо ладонями, тяжело дыша. Вся картина в её голове в один момент складывается. — Ты убил меня! Её громкий возглас вынуждает Мальбонте повернуть голову и посмотреть на девушку. Он вновь пробегается взглядом по изгибам тела. Её волосы треплет прохладный ветер. Кажется, ещё немного и Айлин точно кинется на него с кулаками. — Это сделал не я. А Фенцио. Если уж на то пошло… — спокойно отвечает он. — По твоему приказу! — ещё громче кричит Айлин. Чувствует, как злость всё сильнее закипает в ней. И её в этот момент абсолютно не волновало, что их могут увидеть. Мало ли, кому-то не спится как и ей. — Я был тогда сосредоточением всего тёмного, что было во мне, — спокойно отвечает Мальбонте. — А ты была какой-то смертной, которую я никогда не видел. Вы все были для меня лишь образами… Пешками. Айлин с трудом сглатывает. Хочется закрыть уши руками. И потерять память. Мальбонте продолжает объяснять, что это была часть его плана, что ему необходимы были эти «жертвы»… Наверно, это не вызвало бы у неё такую бурю эмоций, если бы не Бонт и их общение. Айлин никак не могла уложить в голове, что всё это было лишь частью плана, чтобы личность Мальбонте воссоединилась со своей светлой половиной и вышла на свободу. … — Часть моей силы осталась в тебе по той же причине. Любой другой бы не выдержал её в себе. Но не ты и не твоя мать. — Поэтому ты хочешь, чтобы я была на твоей стороне? — уже более сдержанно спрашивает Айлин. Эмоции сменило чувство опустошения и отчаяния… Айлин смотрит на его силуэт с бордовыми крыльями. В какой-то момент ей кажется, что перед ней тот маленький мальчик — Мальбонте, которого она успокаивала в своих видениях. Одинокий, запуганный и всеми гонимый. Сердце сжимается от жалости, и Айлин борется с желанием подойти к нему и обнять. Она решает тоже присесть, но немного в отдалении от Мальбонте, чтобы опять у неё не отключился рассудок. Он по-прежнему молчит, глядя на неё бесстрастным взглядом. — Мама никогда не встанет на твою сторону, — со вздохом произносит Айлин, свешивая свои босые ноги. Она рассматривает проплывающие мимо островки с облаками на фоне россыпи звёзд. Совсем не хочется серьёзных разговоров. Хочется повернуть голову и увидеть Бонта. Делить с ним ужин из школьной столовой и украдкой целоваться… Но Мальбонте отобрал у неё это. Как и её жизнь. — А ты? Айлин едва не подскакивает на месте от этого вопроса. Но всё же не поворачивает головы, видя боковым зрением, что Мальбонте пристально за ней наблюдает. — Мы с тобой уже разговаривали на эту тему. Ты сказал, что… хочешь справедливости. Но неужели нельзя обойтись без таких жертв? — она и сама знает, что это неизбежно. Но всё же цепляется за ниточку надежды, что всё ещё можно уладить. — Ведь плохой мир лучше хорошей войны. Мальбонте язвительно усмехается, вновь отводя свой взгляд от девушки. Она, возможно, права. Да только теперь уже поздно… — Или всё-таки тобой движет лишь месть? А не стремление к Равновесию. — Мной движет месть, — Мальбонте вновь одаривает её пронзительным взглядом, когда Айлин вновь смотрит на него. — Но мне не нужна постоянная кровь и смерти. Эти слова прозвучали как пощёчина. Айлин машинально обхватывает себя за плечи будто ей холодно. Но ей на самом деле холодно и жутко от услышанного. Пока она была рядом с Мальбонте в лагере, то немного попривыкла к нему. А теперь он казался таким далёким и отчуждённым… И это тоже было неприятно осознавать. У неё есть задание. Шепфа вверил ей Мальбонте. Но как до него достучаться!.. Теперь он казался гораздо решительнее и злее, чем в лагере. — Когда я был маленьким, на месте этой школы был городок… — продолжает он. — Ты пришла в этот мир так поздно. И чтобы ты родилась, моих родителей нужно было сослать… На лице судьбы всегда горькая усмешка. Айлин хмурится и осторожно смотрит на него. — Ты что, прощаешься со мной? — Впереди война, — Мальбонте отводит задумчивый взгляд от бескрайнего темно-синего неба и смотрит на Айлин. — Ты можешь умереть от моих рук. — Ты так просто об этом говоришь… — Айлин едва не морщится. Её задевали слова этого «чудовища». С которым ещё недавно она разговаривала о возможных близких отношениях. — Я всего лишь не хочу казаться кем-то, кем не являюсь. — Ну да… Ты ведь уже вырвал мне крылья. — Я вообще мог тебя убить. — Если хочешь меня убить, то делай это сейчас! Пока я не принесла тебе проблем! — злится Айлин. Её начинает потряхивать от столь близкого присутствия Мальбонте. И от того, что он не прикасается к ней. Она же не может это сделать!.. Ей не решиться после всего. Щёки начинают пылать от воспоминаний того, что было между ними в лагере. Он же сейчас всё поймёт от одного взгляда на неё! — Ты права. Стоит убить тебя сейчас. У Айлин замирает сердце, когда Мальбонте резко поднимается и подходит к ней. Он что, на самом деле вот так возьмёт и расправится с ней? Прямо на крыше школы?! Айлин не успевает и звука издать, как сильные руки обхватывают её плечи и рывком поднимают на ноги. Мальбонте уже собирается отпустить девушку, но та теряет равновесие, и ему приходится обхватить её за талию. Её напряжение и страх ощущались очень остро. Он злится. И на себя и на неё. Ему небезразлично, как нахалка его воспринимает. Что чувствует от общения с ним. И ещё хуже было осознавать то, что она была единственной, с чьим мнением он хоть как-то считался… Он усмехается, глядя в бегающие глаза. Ей неловко. Она пытается упереться ладонями в его грудь, но боится к нему прикасаться. Может, опасается снова что произойдет то, что было в лагере. — Я убил тебя, но подарил бессмертие. И всё же я прошу прощения за это, — говорит Мальбонте. Айлин, не моргая, смотрит на него. Он просит прощения… И на будущее — тоже. Если вдруг она пострадает от его рук, которыми сейчас он обнимал её за талию. Айлин уже могла стоять без поддержки, но не знала, как отойти от него… Или как сказать, чтобы он отпустил. Чтобы не говорил ничего. Чтобы не смотрел прожигающим насквозь взглядом. Ей становится всё труднее дышать. Волнение неожиданно вышло из-под контроля. Айлин делает шаг назад, но мужская рука сильнее сжимает шёлковую ткань ночнушки на спине. Мальбонте дёргает взволнованную девушку ближе к себе и стремительно впивается в её губы. Чувствует, как она тут же напрягается и замирает. Чувствует, как сильно колотится её сердце. Её руки прижаты к его груди и слегка дрожат. И Айлин никак не может решиться обнять его. Неужели она его всё-таки боится? Мальбонте снова злится. Он не хочет, чтобы она его боялась или искала подвох в его действиях. Смотрела с подозрением и осторожностью. Но в праве ли он хотеть этого от неё? Наверно, нет. Айлин, действительно, была напугана. Своими чувствами, всколыхнувшимися от этого властного поцелуя. Губы Мальбонте впивались в её, сминали, полностью подчиняя себе. Она вроде бы должна была пытаться оттолкнуть его, бить кулаками, всячески противостоять… Но не могла. Ей нужно признать, что именно этого она и хотела. И так ждала. Близость с Мальбонте возвращала ей силы. Придавала решимости и уверенности. Словно они вдвоём были непобедимы. Мальбонте, будто услышав её мысли, резко отрывается от её губ. Заглядывает в глаза, молча вопрошая о чём-то. Айлин не может понять… Или не хочет. Не сейчас. Хотя, может быть, у них больше и не будет таких встреч и таких поцелуев при свете луны на крыше школы… Она видит, как его губы чуть изгибаются в улыбке. Рука касается её растрепавшихся на ветру тёмных волос. Айлин невольно улыбается в ответ, понимая, как нелепо это всё выглядит. Это могла бы быть прекрасная ночь… Но они враги! Мальбонте, словно понимая, что этот короткий момент их близости может быть вот-вот прерван, снова завладевает губами Айлин, но уже не так напористо. Айлин сдаётся. Всё, что ей сейчас хочется — отдаться этому мгновению. Потеряться разумом где-то далеко-далеко… Забыться в крепких руках, которые так сильно и одновременно нежно её обнимали. Она приподнимается на цыпочки, губы раскрываются сами по себе, языки соприкасаются, и ей хочется вскрикнуть от переполнявших её эмоций. Словно это их последний поцелуй… Айлин не хватает воздуха. Она вдыхает носом и чувствует едва уловимый запах сосны… Воспоминания о том, что было в душевой в лагере поднимают внутри неё огонь, обжигающий всё тело. Она начинает водить ладонями по груди Мальбонте, едва цепляя пальцами мягкую ткань кафтана. Пусть этот поцелуй не заканчивается. Даже если она сейчас лишится чувств… Мальбонте прижимает её к себе ещё крепче, чувствуя внутренние терзания… Он не хотел вообще-то этого делать. Ведь Айлин по-прежнему не дала ему никакого ответа — с ним она или против него. Но, судя по их сегодняшнему разговору, она не на его стороне… Он обхватывает её за плечи и сжимает их, чувствуя нарастающее раздражение. Мальбонте отстраняет Айлин от себя, а та недоумевая хлопает глазами. Её губы распухли и горят… Мальбонте задерживает на них взгляд но лишь на пару секунд. — Велела мне убить тебя… А в итоге погиб я, — невесело усмехается он. — Этого в моих планах не было. Мальбонте осторожно убирает руки с её плеч и делает шаг назад. Айлин пытается восстановить дыхание, поджимает горевшие губы… Едва сдерживается, чтобы не дотронуться до них пальцами. Без его объятий ей стало как-то неуютно, некомфортно и одиноко… Но она не могла просить его о продолжении. — Пообещай, что… будешь ласков со мной всегда. Даже если мне придётся погибнуть от твоей руки. Мальбонте, который смотрит на видневшийся внизу садовый лабиринт, хмурится и в следующую секунду поднимает глаза на Айлин. — Почему ты просишь об этом? — Потому что я не вынесу твоей жестокости… — тихо произносит она, с трудом проглатывая ком горле. Только бы не расплакаться при нём… Он делает к ней шаг и протягивает руку, касаясь пальцами щеки. Осторожно. Словно опасается, что вновь перейдёт черту. Айлин это злит и расстраивает. — Ты всё ещё мой враг. А с врагами я всегда жесток, — с улыбкой произносит он. — Тогда почему ты прикасаешься ко мне так нежно? Мальбонте замирает, а затем одёргивает руку. — О чём бы мы с тобой не ворковали здесь, обстоятельства останутся неизменными, — улыбается он недобро. — Моя армия готова к нападению. Скоро будет очень жарко… Айлин не успевает больше ничего сказать, как Мальбонте разворачивается, и сделав пару прыжков, взлетает в ночное небо… Она с застывшими в глазах слезами не может оторвать взгляд от силуэта, который быстро уменьшается в размерах, пока совсем не скрывается за облаками… Но Айлин не хочет возвращаться в спальню. Не хочет завтра с утра иди на собрание совета… Не хочет видеть друзей, маму… С кем-то разговаривать. Но придётся. Несмотря на то, что в её мыслях будет «её чудовище», которому она уже тысячу раз сдалась…