Часть 15. Алкоголь никого не может сделать счастливее

Уже был следующий день. Мона и Скарамучча сидели на кухне, сегодня они решили в школу не идти. Мать девушки не волновалась за неё. «Наконец-то будет меньше проблем...» — думала она, когда вспоминала свою дочь. Иногда женщина заходила в её комнату и осматривала вещи брюнетки, дабы найти деньги или что-то, что можно продать. У неё кончились все деньги, на подработки не брали, даже уборщицей не получалось работать... Мать обладательницы чёрных волос уже продала свои серьги, которые когда-то давно ей подарил отец Моны, и старый календарь, что висел на стене комнаты брюнетки. В данный момент её дочь смотрела на кашу, что ей приготовил на завтрак брюнет. — Не вкусно, что-ли? Могу приготовить что-нибудь другое, — спросил он. — Нет... Просто аппетита нет, вот и всё... — ответила девушка. — Пожалуйста, съешь хоть что-нибудь. Ты и вчера ничего не съела, и сегодня отказываешься есть... Ты явно голодная, — произнёс юноша. Обладательница чёрных волос так и не притронулись к ложке. В какой-то момент парень, вздохнув, просто взял ложку и, зачерпнув ею кашу, попытался накормить свою подругу. — Я не хочу есть... Да и не надо меня кормить, я не ребёнок уже, — отстраняясь от ложки, твердила Мона. — Нельзя просто не есть чуть ли не два дня подряд! — стоял на своем Скарамучча. — Ладно-ладно! Поем... — выхватывая из рук парня ложку, сказала девушка. Она с трудом запихнула в себя несколько ложек каши, хоть та и была достаточно вкусной. Брюнетка просто не чувствовала голода... Аппетит полностью пропал из-за стресса. Вскоре она съела половину тарелки и вышла из-за стола. «Что-то странное с ней...» — мелькнуло в мыслях юноши. Остальную кашу из тарелки он выбросил и пошёл к Моне. Она сидела на диване в гостиной и смотрела в потолок. Подсев к ней, обладатель тёмно-синих волос спросил: — Всё хорошо? — Ага... — промямлила в ответ девушка. Брюнет сразу понял, что это — ложь. — Ты можешь мне довериться... Обещаю, я никогда не буду против тебя, — проговорил Скарамучча. Брюнетка, немного помолчав, задала несколько вопросов: — От меня и вправду одни лишь проблемы? Правда, что я должна умереть? Правда, что без меня будет только лучше? Парень слегка удивился этому. «Её мать... Она явно заставила Мону так думать...» — подумал он. Брюнет положил руку ей на плечо и произнёс: — Нет, это всё — ложь. Ты не проблемная, ты не должна умереть, и без тебя всё будет наоборот лишь хуже... Те, кто заставили тебя думать о себе лишь плохое, когда-нибудь поплатятся за свои слова. Мона перевела свой взгляд на Скарамуччу. — Спасибо... — поблагодарила она и, не сдерживая эмоций, обняла его. Спустя пару секунд девушка выпустила парня из дружеских объятий. — Может быть, посмотрим фильм? Ты их, вроде как, любишь... — предложил он. Сам юноша не любил фильмы, лишь иногда смотрел ужастики, и то только для того, чтобы оскорбить героев и сюжет и смеяться на протяжении всего просмотра. Однако он знал, что брюнетке нравится смотреть фильмы... — Давай! А какой? — согласилась она, а после задала вопрос. Она тут же развеселились. Предложение её друга ей понравилось. — Лучше выбери ты, я в фильмах не разбираюсь... — сознался обладатель тёмно-синих волос. Спустя пару минут они уже смотрели какой-то боевик. Через час фильм закончился. Вдруг Скарамучча куда-то ушёл, как только увидел титры боевика на экране. Вернулся он с аптечкой. — Вчера прочитал в интернете, что бинты нужно менять каждый день, — сказал брюнет, достав из аптечки нужную вещицу. Он сменил бинт на лбу Моны. Улыбнувшись, она поблагодарила его: — Спасибо! Парень слегка потрепал её по голове и произнёс: — Всегда пожалуйста! — А на руке не нужно менять бинт? — вдруг спросила девушка. — Не думаю, что его обязательно менять... Но, если хочешь, то могу и на руке тебе поменять бинт, — ответил обладатель тёмно-синих волос. — Давай! А то этот бинт итак старый... — проговорила обладательница чёрных волос. Юноша поменял ей бинт и на руке. «Чего-то явно не хватает...» — подумал он, смотря на ладонь своей подруги. Вдруг его осенило, и Скарамучча пошёл за маркерами. Вскоре вернувшись, он нарисовал на бинте сердце синего цвета и кривую звезду. — Красиво... — сказала Мона, разглядывая рисунки на её ладони. Ей нравилось... Спустя пару минут девушка предложила своему другу покурить, на что получила согласие. Сейчас они стояли в комнате брюнета около открытого окна и зажигали сигареты. Выдыхая дым, обладательница чёрных волос резко решила начать разговор: — Я хочу найти работу. Буду, к примеру, раздавать листовки... — Зачем? Тебе ведь отец деньги присылает... — спросил юноша. — Я хочу съехать от своей мамы. Для этого нужна деньги. А слишком большое количество денег мне отец не даст, вот и решила найти работу... Пока ещё ребёнок, заработаю нормальную сумму денег и, когда вырасту, сразу же съеду... — ответила Мона. Она посмотрела парню в глаза и спросила: — Ты ведь уедешь из этого гнилого места вместе со мной? Подальше от этих домов, этой школы... Подальше от этой жизни. Скарамучча не знал. Он понимал; придет время, и перед ним будет выбор между Моной и его семьёй... И он не знал, что выберет. Ему хотелось остаться с ней, но не хотелось бросать семью... Однако, фальшиво улыбнувшись, обладатель тёмно-синих волос соврал ей: — Да, я съеду отсюда вместе с тобой... Улыбка слегка дрожала. Его выражение лица выдавало брюнета. — Если тебе нужно время, чтобы подумать, то так и скажи, — произнесла девушка. «Она всё поняла...» — мелькнуло в мыслях юноши. — Ты права, мне нужно время... Мне изначально не стоило врать тебе, будто уверен в том, что съеду отсюда вместе с тобою... Я уже не в первый раз вру тебе об этом. Прости... — проговорил Скарамучча. Обладательница чёрных волос спросила: — Почему ты извиняешься? Ты просто ещё не решил... За это извиняться не надо. — Наверное, ты права, — произнёс брюнет. Они замолчали. Докурив, они выбросили потушенные сигареты в окна. — Запах табака нужно сбить, — сказал юноша, протягивая Моне жвачку со вкусом арбуза. Она поблагодарила его. Прошло несколько часов. Вдруг раздался стук в дверь. «Родители Скарамуччи, что-ли, уже пришли? Рановато ведь...» — недоумевала девушка. Скарамучча открыл дверь. Перед ним стояла мать его подруги в грязном халате серого цвета, её волосы были растрёпаны, виднелись синяки под глазами, а обуви и вовсе не было. — Позови мою дочь. Я знаю, чт она у тебя прячется, — сказала женщина. Голос был хриплым. Выглядела она не особо здоровой, однако ничем больна не была. — Зачем? Что Вы собираетесь делать с Моной? — спросил юноша. Ему хотелось захлопнуть дверь прямо перед носом алкоголички, однако решил дать ей ответить. — Поговорить просто надо... Не буду я её трогать, не волнуйся, — ответила мать девушки. Её руки и ноги слегка дрожали, ведь в подъезде было довольно холодно, особенно в одном лишь халате. Вздохнув, парень недоверчиво произнёс: — Подождите здесь. После он, закрыв дверь, пошёл к Моне. — Твоя мать с тобой поговорить хочет. Если захочешь пойти и поговорить с ней, то возьми нож на всякий случай... А то вдруг нападёт на тебя, — сообщил он. — Она серьезно пришла, просто чтобы поговорить со мной? — удивилась девушка. — Ага, — кратко ответил Скарамучча. — Я пойду и поговорю с ней. Если через час не приду — взламывай замок моей квартиры шпилькой, — сказала брюнетка, вспомнив навык юноши. Парень кивнул головой. Обладательница чёрных волос, взяв нож с кухонного стола, вышла из квартиры брюнета. За дверью её уже ждала женщина. Не говоря ни слова, они зашли в свою квартиру и сели на кухне за стол. — Что ты хотела? — спросила Мона. Нож лежал в её кармане. — Мне нужны деньги... А у тебя они явно есть, — ответила её мать. — Зачем тебе деньги? У тебя есть продукты, оплачена вода, электричество, свет... — девушка знала, что женщина хочет потратить деньги на алкоголь, поэтому и задала такой вопрос. — Алкоголь... Мне нужен он... — промямлила в ответ она. — Ну и зачем? Зачем ты снова пьешь, мама? Разве алкоголь делает тебя счастливее? — недоумевала брюнетка. Она с презрением глядела на свою мать, что опустила глаза в пол. — Делает... Он делает меня счастливее... Как только я сказала своим друзьям, что у меня кончились деньги на алкоголь, они от меня ушли... Если у меня снова появятся деньги на него, то они вернутся. Они мне так и сказали... Да и без него я жить нормально не могу... Он меня спасает... — женщина говорила медленно, иногда останавливалась или прерывалась на половине слова, а после, спустя пару секунд договаривала его. — Тоесть, тебе не плевать на то, что от тебя отвернулась какие-то алкаши, которым ты нужна только из-за алкоголя, но плевать на то, что от тебя отвернулась собственная дочь? — спросила Мона, пытаясь как можно сильнее морально давить на свою мать. Женщина подняла голову. В глазах читалась ненависть. — Разве я виновата в том, что они мне дороже, чем какая-то никчёмная, не благодарная дочь!? Ты сама виновна в этом! Нужно было быть более хорошей дочерью, чтобы заполучить мою любовь! — закричала вдруг она. Мать девушки поднялась со стула. Она прошипела: — Просто отдай мне деньги... Или я сама их заберу... Брюнетка засунула руку в карман и, нащупав ею рукоятку ножа, сжала её. — И что мне будет, если я не отдам тебе деньги? — сохраняя спокойное лицо, спросила она. Женщину это разозлило. Она схватила с кухонного стола нож. — Учти, виновато в моих дальнейших действиях только твоё поведение! — крикнула мать обладательницы чёрных волос. После этих слов она замахнулась ножом на свою дочь. Мона тут же схватила её руку за запястье, тем самым остановив её. — Успокойся! — крикнула девушка, сжимая запястье своей матери. У брюнетки получилось оттолкнуть её. Женщина упала на пол, а нож вылетел из её руки. Обладательница чёрных волос схватила нож с пола и засунула в свободный карман своих штанов. — Хочешь пить — заработай сама себе деньги на алкоголь! Я тебе ни копейки не дам! Да и алкоголь никого не может сделать счастливее! Твои слова — обыкновенный бред! — произнесла Мона и пошла к выходу из квартиры. — Не благодарная сука! — рявкнула ей вслед женщина. — Раз я не благодарная сука, то ты — отвратительная мать! — уже не боясь своей матери, крикнула, выходя из квартиры, девушка. Её уже достало такое обращение к себе. Спустя минуту она уже сидела в гостиной Скарамуччи вместе с ним самим. — Она просила у меня деньги на алкоголь, а после и вовсе с ножом напала! Но все обошлось без особых травм... — рассказала брюнетка. — Ох... Видимо, она никогда не исправится... — сказал парень. — О моём походе к моей матери, пожалуйста, своим родителям не говори, не хочу их в лишний раз волновать... — попросила Мона. Брюнет кивнул головой. — Уже пора обедать. Моя мать сказала следить за тем, чтобы ты питалась нормально, — сообщил спустя пару минут Скарамучча. Девушка не охотно кивнула головой; есть она не хотела. Аппетит всё также не появился, как и чувство голода. Вскоре темноволосые уже сидели на кухне. Брюнетка пыталась впихнуть в себя хотя бы одну ложку супа, который был приготовлен юношей. Спустя пару минут она кое-как съела половину супа из тарелки. — Я не голодная... — в какой-то момент положив ложку, сказала обладательница чёрных волос. — Ну хорошо. Ты, вроде как, достаточно уже съела... — проговорил Скарамучча. Мона покинула кухню. В 20:04 вернулись родители брюнета. Спустя 15 минут ужин уже был готов, но девушка отказалась есть, сказав, что не голодная. В 21:09 она уже чистила зубы в ванной комнате. — Почему ты вечно не хочешь есть? — неожиданно спросил её друг, что стоял рядом. — Я не знаю... — созналась брюнетка. Вскоре она покинула ванную комнату и пошла в гостиную. Спустя пару минут уже был погашен свет во всей квартире. Из открытого окна дул осенний ветер, слышались его завывания. Мона лежала на диване. Вскоре ей стало интересно, что происходит за окном. Она встала, подошла к нему и взглянула. Фонари освещали улицы, по асфальту ходили прохожие, что возвращались с работы. Рядом с окном стояло дерево, листья которого приобрели оранжевый цвет. Луна виднелась в небе. Девушке нравился ночной город больше, чем утренний... Единственные пейзажи, что ценила брюнетка больше, чем луну на небосклоне, — рассветы и закаты. Они ей нравились больше всего. Обладательница чёрных волос мечтала всегда их узреть собственными глазами, однако почему-то никак не могла решиться воплотить свою мечту в реальность... Вскоре Мона услышала чьи-то шаги и тут же кинулась к дивану, дабы сделать вид, будто она спит. В 22:37 она уже провалилась в сон, мечтая увидеть во сне рассвет или закат.