Часть 4, где Гарри паникует

Гермиона все чаще баррикадировалась в Выручай-комнате, чтобы никто не отвлекал ее своим «Дай попарить», «Родители деньги прислали, продай одноразку». Грейнджер вдохнула запах цитрусовых, исходящий от котла, и чихнула. — Какая мерзость все-таки. Рон и Гарри как верные стражи очередной раз взмахнули палочками, отгоняя пары из котла от подруги. — У меня рука сейчас отвалится, — пожаловался Рон. — Еще пять минут. К сожалению, стандартные щитовые чары не помогали против запахов. Возможно, Гермиона нашла бы что-нибудь полезное, но вдохновение на создание нового вкуса для вейпа прошибло ее сейчас, поэтому парни каждые пару секунд применяли заклинание, отгоняющее дым, чтобы развеять пар от котла с частью запаха, на который у Грейнджер была аллергия. Девушка снова чихнула и вытерла левой рукой слезы. — Да что де пойдешь дади искусства, — шмыгая носом, прогнусавила она. Рон и Гарри закивали, снова развеивая пар. Гермиона в свои пятнадцать совместила магловские технологии и магию — что это, как не искусство? — Разлейте по флаконам, — попросила она, убирая огонь и отходя от котла. — Этот запах просто невозможен. Грейнджер высморкалась в полотенце и пошла умывать лицо. — Ничего, после выпуска наймешь работников, — успокоил подругу Гарри. — У тебя уже толпы фанатов, найдется же среди них талантливый зельевар. — Судя по комментариям Снейпа — нет, — хмыкнул Рон. — Даже он теперь Гермиону уважает. — Конечно уважает, кто лишил нас Амбридж? — Так, хватит, — командным голосом сказала Грейнджер, пытаясь скрыть смущение. — Мне просто повезло, что у Амбридж оказалось слабое сердце и недостаточно извилин, чтобы попробовать самую крепкую жидкость. И вообще, я могла стать убийцей. — Но не стала же, — отмахнулся Рон. — В Мунго говорят, что она поправится. Когда-нибудь. — Надеюсь, к тому времени мы выпустимся из школы, — ответил Гарри. Вдруг его шрам взорвался болью. Парень упал на колени, хватаясь за лоб и не слыша голоса друзей. Сириус кричал и извивался, умолял прекратить. Волдеморт пытался сломить его дух, уничтожить достоинство. — Гарри! — донесся до Поттера крик Рона. — Нет! Нет! — закричал парень. — Сириус, он… — Что случилось? — испуганно спросила Гермиона. — Это… это слишком тяжело. Волдеморт пытается… унизить его, заставить подчиниться, сломаться… он… он заставил Сириуса надеть лосины! — Мерлин, — прикрыл ладонью рот Уизли. — Мне нужно в Отдел тайн, — вскочил Гарри. — Почему именно туда? — спросила Гермиона. — Потому что. Никто. Не должен. Знать. Об унижении. Сириуса. — Мы с тобой, Гарри, — воинственно ответил Рон. *** В Отделе тайн было темно. Рон в черных трусах и балаклаве сливался с местностью. — Чисто, — махнул рукой он. — Пошли. — Пиздец тут грязно, — провел рукой по полке Гарри, стирая три сантиметра пыли. Они с Гермионой шли под Мантией-невидимкой, пока Рон изучал местность. — Холодно капец, — поежился он. — А я говорила, что зимой нужно носить термотрусы, — в ответ шепнула Гермиона. — Будто я знал, что буду идти в одних трусах и балаклаве из собственного носка, — возмущенно возразил Рон. — Хорошо хоть ты знала заклинание стирки. Я думал, носки надевают и носят, пока нога не начинает вываливаться. — Тихо, — шепнула Грейнджер. — Кто-то идет. Гарри с подругой затаились, а Рон быстро упал на пол и закатился под шкафы с предсказаниями. И правда, вскоре послышались шаги. — Их пятеро, — сказала Гермиона. Шаги стали слышны уже и Гарри, тихие и осторожные. По ряду, где спряталась троица, шел пожиратель. Он совершенно никого не замечал, и Гарри почти успел облегченно выдохнуть, пока не услышал потрескивание. Поттер медленно повернул голову в сторону Гермионы, делающей затяжку. Пожиратель безошибочно определил, откуда звук, и наставил на парочку палочку. — Бежим. Друзья бросились вперед, а в место, где они только что стояли, прилетела Бомбарда. — Нахера ты это сделала! — крикнул Поттер, уворачиваясь от Круцио. — Привычка, — чуть ли не со слезами на глазах ответила Грейнджер. — Я разберусь. Она присела, касаясь руками пола, и зашипела с истеричными высокими нотками, дающими по ушам, а потом прыгнула на полку с предсказаниями над головой Пожирателя. Пока он пытался понять, что это за новый вид оборотня, Грейнджер повалила беднягу на пол, содрала маску и вцепилась когтями в лицо. — Где Сириус? — направляя палочку на врага, спросил Гарри. Тот, подвывая от боли, ответил: — Како-ой Си-ириус? Послышались хлопки, и рядом появились другие черные фигуры. — Беруши! — крикнул Поттер. — Быстро! Гермиона быстро достала из карманов затычки и запрыгнула на полку опять, отправляя Бомбарду и привлекая врагов. Рон под шкафом завозился, запихивая затычки и для верности закрывая уши руками. Гарри тоже защитил свой слух и, уворачиваясь от Бомбарды, вставил кассету с оперой Флоренс Дженкинс и включил максимальную громкость. Пожиратель, собирающийся связать Гарри Инкарцеро, выронил палочку. Он упал на колени, закрывая уши руками. Гарри видел, как с кого-то слетела маска, обнажая искаженное мукой лицо. Они с друзьями быстро повязали всех Пожирателей, и все было хорошо, но… Гермиона упала, выгибаясь от боли, и Поттер увидел блестящие глаза Беллы. «У нее полная музыкальная глухота», — с ужасом понял Гарри и достал беруши, чтобы не прозевать подкрепление врагов. Рон метнул в Лестрейндж Экспелиармус, и той пришлось прервать пытку Гермионы, чтобы отбиться. — Думали, я паду от музыки? Да я все детство слушала пение матери! И эта ваша опера — ничто в сравнении с ее колыбельными! — Гермиона! Завеса! Грейнджер достала свое изобретение и щелкнула кнопкой, отключая функцию парорассеивателя, затянулась и выдохнула. Огромное облако закрыло обзор. — Быстрее, уходим! — крикнул Гарри. — Сириуса тут нет! Гарри отбил брошенный вслепую луч Беллы, пока Гермиона, опираясь на слух, пробиралась сквозь пар к Рону. Вскоре друзья объединились и все вместе выбежали из завесы. Но стоило расслабится, как прямо перед ними материализовался он. — Нет… — тихо прошептала Гермиона. — Мой дорогой Гарри Поттер… — начал Темный Лорд, поигрывая палочкой. — Я тебе не дорогой. — Сладкий? — Нет. — Масик? — Я просто Гарри! — Хорошо, — согласился Лорд. — Мой Гарри, сегодня ты перейдешь на мою сторону или умрешь. — Нет, — прорычал Поттер. — Я буду сражаться до конца! За уничтожение марафонов желаний! За права мясоедов! Звезды не управляют моей судьбой, ей управляю только я! — И я, — добавила не пойми откуда взявшаяся Трелони. — И я, — поддакнул портрет Дамблдора в кулоне на ее шее. — И немного я, — закончил Темный Лорд. — Но никак не звезды! — А я что, не звезда?! — взорвался Волдеморт. — Круцио!