Часть 3, где открывается тайна МакГонагалл, а Драко не знает, что такое секс

Снейп решил, что опохмелиться после воскресенья — необходимая мера, если на уроке у мелких гриффиндорцев он не хочет упасть в котел. Профессор бахнул рюмашку, за неимением другой пищи закусил вчерашней жареной сосиской и решил, что, в принципе, после этих нехитрых действий уже можно и выходить на свет божий. От спокойного лица МакГонагалл его собственное лицо перекосило. Как эта старая кошка умудрялась оставаться такой спокойной, когда мелкая кошка с Гриффиндора торговала новомодными штуками для курения, и никто не мог им даже ничего сказать, потому что ограничений в возрасте на никотиновую продукцию в магическом мире не было, оставалось загадкой. — Плохое настроение? — спросила Минерва. — Как и все предыдущие тридцать пять лет, — протыкая яйцо и мечтая, чтобы это было яйцо Волдеморта, ответил профессор. — Могу посоветовать одного магловского психотерапевта. Один сеанс в неделю, таблетки — и вы полны жизни, обожаете весь мир и считаете, что работа с детками — лучшее, что может быть, — с довольным видом сказала Минерва, вдыхая воздух, пропитанный ароматами еды. Похоже, ее таблетки были убойными. — Только с алкоголем их нельзя, — добавила МакГонагалл. — Ну и говно тогда эти таблетки, — ответил Снейп. — Еще и стоят, наверно, как почка. — Ну да, — заметила Минерва ехидно, — лучше же почки пропить. — Зато с удовольствием, — буркнул Снейп, все-таки решая, что есть яйца после сравнения с Волдемортом он не будет. Первокурсники были слишком шумными и слишком жизнерадостными. Это пока что. За пять лет Снейп покажет, что во взрослой жизни есть люди, которые ненавидят тебя просто за факт существования, и иногда лучше просто признать, что ты бездарность, посредственность и ничтожество. Пятому курсу профессор хотел напомнить об этом же, но Поттер всю пару смотрел в стену, не реагируя на голос профессора и машинально нарезая рандомные ингредиенты, Уизли старательно пытался черными чернилами на черной коже написать шпору к трансфигуации, а, когда понял, что не выйдет, впал в прострацию, Грейнджер одной рукой варила зелье, а другой делала чертеж и ни разу, сучка, не ошиблась, выбив очередное «Превосходно», Лонгботтом в начале года покрасил учебник, котел и черпак в розовый, налепил на это все блестки, и Снейпу не хотелось даже смотреть в сторону этого слащавого ада. Еще и крестник выглядел подозрительно тихим. Не к добру это. — Эхм, — смущаясь, подошел Драко после занятия. — У меня тут есть один вопрос… — Хватит мямлить и говори, — недовольно сказал Снейп, доставая фляжку и поднося к губам. — Что имел в виду папа под «Мы с мамой играли в кроватке»? Северус почувствовал, что если сейчас не проглотит алкогольное нечто, то оно польется через нос. Мужчина скорее сглотнул, закашлялся, уставившись на крестника. — У папы спросить не пробовал? — Он сказал, что до семнадцати нельзя, — потупил взор Драко. Снейп сжал зубы. Небось, сам Люциус еще со средних курсов и письку куда пихать знал, и задницу под каким углом подставлять, а тут на тебе! Маленький еще! — Надеюсь, слово секс ты знаешь, — начал Снейп, но в искренних светлых блестящих от свеч глазах прочел, что нифига Малфой не знал. И как Люциус мог породить такое невинное и чистое дитя? — Ты дрочишь хотя бы? — спросил Северус отчаянно. — Что делаю? — переспросил Драко. — Ничего, — прикрыл глаза Снейп. — У мамы ты не спрашивал? — Спрашивал, и она сказала поговорить с тобой. Снейп чуть не взвыл. Ну и ведьма эта Нарцисса. Сама разговора избежала, а Снейпу расхлебывать. — Не думаю, что я достаточно компетентен в этом вопросе. Советую почитать книги о половом воспитании. — Хорошо, я посмотрю в школьной библиотеке, — закивал Драко. В обед Северус решил сходить в теплицы, чтобы получить от Помоны ингредиенты для зелий, и застал невероятную картину. — Что это? — Мисс Грейнджер уже отправила статью в научную газету и надеется выиграть с ней на конкурсе по травологии, — начала издалека Помона. — Она узнала, что если дать мандрагорам покурить марихуану, то те перестают кричать и становятся неопасными. Правда, эффект от мандрагор в таком случае получается немного… неожиданным… жертва яда, выпившая противоядие с мандрагорой, клялась, что видела летающих василисков, стреляющих шишками из глаз. — Действительно… неожиданно, — выдал Снейп. Чертова пятикурсница мало того что навела шуму в школе, так еще и пытается впихнуться в ряды ученых! — Гарри Поттер, кстати, тоже отличился, — посыпала соль на рану Спраут. — Успокоил акромантулов. Они, оказывается, любят музыку. Сейчас слушают что-то иностранное. Только и подпевают «Миллион, миллион, миллион алых роз». Понятия не имею, что это значит, кроме «миллион», но звучит душевно. Снейп скрипнул зубами. — Я пришел за ингредиентами, а не рассказами о, несомненно, важных достижениях этих тупоголовых идиотов. Он уже устал слышать о гриффиндорцах. И так известно, что они в любую дырку влезут. Уже в своих комнатах Снейп ощутил, как заболела метка. Что ж, он думал, этот день не может стать хуже. Снейп вышел из камина прямо напротив гороскопа за прошедший месяц и сглотнул. Он прошел по коридору и достиг зала, единственным убранством которого обычно был огромный деревянный трон с серебряными украшениями. И то убранство сомнительное, ибо на фоне Волдеморта дорогой трон терялся. Минус на плюс дают минус, как говорится. — Мой Лорд, — поклонился Снейп. — Северус-с, — прошипел в ответ Волдеморт. — Как прошел твой день? Снейп постарался вспомнить, что там передавали по гороскопу, и начал безбожно врать: — Отлично. Дамблдор доплатил за факультативы, дети были менее шумными, чем обычно. — Сегодня Козерогам не стоит верить тем, кто обещает легкие деньги, день благоприятен для общения и новых начинаний. Сколько раз я говорил читать гороскоп?! — закричал Темный Лорд. — За доплату на тебя наверняка повесят еще парочку факультативов, и ты будешь еще более занят! Круцио! Снейп переживал моменты муки и думал, что зато следующий раз скажет, что у него действительно прибавилось работы, и будет повод остаться в Хогвартсе. День Волдеморта, который тоже был Козерогом, тоже был благоприятен для общения и, видимо, поэтому он уже третий раз приложил Снейпа Круцио. — Что ты должен сказать? — Я буду читать гороскоп, — покорно ответил Снейп. Волдеморт махнул палочкой, двери открылись, внутрь влетел стол, и Пожиратели, столпившиеся на пороге, начали потихоньку заходить внутрь, шаркая обувью и глядя в пол. Снейп медленно поднялся и сел на подлетевший стул. Самый неудобный стул из всех, где он когда-либо сидел. После пяти минут копчик отзывался только скрипом, через который, кажется, можно было расслышать мат. Малфой однажды подговорил домовиков все стулья спалить, сказав Лорду, что произошел несчастный случай. Но тот просто махнул рукой, и все стулья восстали из пепла, начав еще и вонять гарью. На столе появилась сырая мелко нарезанная капуста, посыпанная имбирем, базиликом и кориандром. Снейп не ел с самого утра, но это блюдо не вызвало обильного слюноотделения, а желудок вообще сжался, намекая, что ночью нужно спать, а не сидеть в туалете. — Это же!.. Мое любимое блюдо! — воскликнула Беллатриса, вдыхая аромат. «Аромат травы», — подумал Снейп. — А терпеть самое важное перед приемом пищи — дыхательная гимнастика, совмещенная с медитацией и правильной формулировкой желания. «Чтоб ты сдох, ебаная тварь, и никогда больше не возродился. Достаточно правильная формулировка?» — подумал Снейп.