16. Вместе

      Невилл прибыл в Липовую аллею, когда солнце своим краем коснулось линии горизонта. Быстро поднявшись на второй этаж, он едва не столкнулся с Августой.       — Бабушка, а Пэнси у себя в комнате? — бодро поинтересовался внук.       — А где «Здравствуй, бабушка»? — проворчала миссис Долгопупс. — Где «Как ты поживала? Мы ведь так давно не виделись»? Нет, он сразу о своей Пэнси спрашивает.       — Прости меня, бабушка… — виновато начал он.       — Поздно извиняться, мальчик, — непреклонным тоном сказала она и, сменив гнев на милость, добавила: — В доме её нет. Она в теплице.       — Спасибо, бабушка, — широко улыбнувшись, сказал Невилл и быстро и звонко поцеловал её в щёку, прежде чем покинуть.       — Вот же влюблённый котяра, — добродушно усмехнулась Августа, глядя внуку вслед.

***

      Пэнси неторопливо собирала ягоды карликового тутовника, которые были необходимы для приготовления мази, и тихо напевала себе под нос мотив, придуманный ей самой. Отстранившись от внешнего мира, девушка позволила течению мыслей унести её далеко от этого места и времени. Она не заметила, как в открылась дверь в теплицу и туда вошёл Невилл. Он подкрался к ней и обхватил за талию. От неожиданного прикосновения Пэнси вздрогнула, при этом раздавив ягоды в руках.       — Проклятье, Невилл! — повернув к гостю голову, недовольно воскликнула девушка и с раздражением стряхнула остатки ягод с пальцев, затем осторожно вынула из брюк носовой платок и стала обтирать руки об него.       — Я тоже соскучился, — сказал тот и поцеловал её в шею.       — Это нечестный приём, — уронив на пол платок, проворчала она и, развернувшись в его руках, крепко обняла Невилла.       Некоторое время они молча наслаждались тёплой близостью. Первой заговорила Пэнси:       — Нам стоило помириться позже.       — Почему? — искренне удивился он.       — Разве не понимаешь? Так бы мы сейчас меньше скучали друг по другу, — объяснила девушка.       — Я не согласен с тобой, — нежно потеревшись подбородком о её макушку, отрицательно покачал головой Невилл. — Уж лучше скучать по человеку, с которым ты в мире, без горечи непонимания и осадка ссор.       — Скорее бы прошёл этот дурацкий бал, — капризно хмурясь, произнесла Пэнси.       — Милая, нам осталось подождать всего полторы недели, — он поцеловал её в кончик носа. — И не такой он и дурацкий…       — Конечно, ты ведь находился на стороне победителей, — угрюмо перебила его девушка. — Для вас, сторонников Поттера, второе мая… — она не смогла подобрать подходящие нейтральные слова и лишь многозначительно вздохнула.       — Думаю, я смогу сделать для тебя эту дату менее неприятной.       — Как?       Вместо ответа Невилл чуть отстранился, засунул руку в нагрудный карман пиджака и вынул оттуда конверт, затем протянув его Пэнси. Девушка, не скрывая своего удивления, посмотрела на мужчину и спросила:       — Что в нём?       — Твоё приглашение на бал, — ответил он.       — Я не пойду, — резко сказала она и демонстративно спрятала руки в карман своей кофты.       — Пэнси, пожалуйста… — мягко начал мужчина.       — Даже не проси меня об этом, — сердито перебила его та и повернулась к нему спиной.       Невилл догадывался, что ему придётся встретиться с её сопротивлением. И отступление не входило в его планы. Шумно вздохнув, он бросил конверт с приглашением на стол рядом с корзинкой ягод тутовника, затем обхватил руками её плечи и развернул девушку к себе лицом. Посмотрев ей в глаза, с терпеливой мягкостью произнес:       — Может, не будешь капризничать, словно маленький ребёнок?       — Нет, я буду! — огрызнулась Пэнси. — Если для того, чтобы не пойти на дурацкий бал, нужно впасть в детство, то я готова на это.       — Тогда будем говорить иначе… — Невилл неожиданно подхватил её на руки.       — Ты что творишь?! — возмущенно воскликнула девушка.       — Разве не видишь? — спокойным тоном ответил он. — Иду с тобой к креслу.       — Опусти меня, — запротестовала она. — Я могу и сама прекрасно дойти.       — Да не дергайся ты, а то уроню, — посмеиваясь, пригрозил мужчина. — Мы почти на месте, — аккуратно сев в кресло и выждав немного времени, чтобы девушка удобнее устроилась на коленях, Невилл добавил: — А теперь продолжим обсуждение.       — Салазар, тут совершенно нечего обсуждать, — непреклонным тоном сказала Пэнси и скрестила руки на груди — Я не пойду, и точка.       — Смотрю, ты уже начала вести себя как маленький ребёнок, — поглаживая её спину, с мягким упреком сказал Невилл.       — Ты не лучше, — недовольно буркнула девушка, чувствуя, как от его прикосновений по телу растекается наэлектризованное тепло.       — Но мы ведь даже не обсудили один большой плюс моего предложения…       — Разве он есть? — она скептически изогнула брови.       — Конечно.       — Попробуй удивить меня, — насмешливо сказала Пэнси.       — Что может быть более весомым подтверждением наших отношений, чем визит на бал в качестве пары?       — Невилл, ты ведь понимаешь, что это будет скандал года? — резонно заметила девушка.       — Понимаю, — кивнул он. — Но если подумать, то наши отношения так и так вызовут — если уже не вызвали сплетни — в обществе не очень приятные разговоры. Не вижу смысла прятать голову в песок.       — И ты совершенно не переживаешь? — тихо спросила она.       — Немного, но больше за нас, — Невилл наклонился к лицу Пэнси и поцеловал её в губы. Прервав поцелуй, он хитро улыбнулся и сказал: — Помнишь, несколько месяцев назад ты грозилась моей бабушке втянуть меня в большой скандал?       — Нашёл, что вспомнить, — со смешком произнесла девушка.       — Не думаешь, что пора слова подкрепить действиями? — поддразнил Невилл и поцеловал её в макушку.       Пэнси прикусила нижнюю губу и положила голову ему на грудь, погружаясь в размышления. Сомнения, вызванные его словами и её мыслями, терзали девушку. Пока она вела внутреннюю борьбу, Невилл ласково гладил её руки.       — Хорошо, я уступлю тебе, Невилл, — наконец дрогнувшим от неуверенности голосом произнесла Пэнси, затем с озорной улыбкой уже более уверенно добавила: — Давай устроим хороший скандал вместе.

***

      Скрытый тенью колонны, профессор Снейп пристально следил за гостями, которые заполонили Большой зал. Директор Макгонагалл возложила на него, как на преподавателя Защиты от Тёмных искусств, ответственность за безопасность школы. Из-за царящего шума голосов Снейп начал чувствовать, как монотонно застучало в висках.       «Мигрень будет очаровательным дополнением вечера, — раздражённо подумал он. — Вроде бы здесь собрались взрослые, а дисциплинированы они меньше, чем школьники».       Когда до торжественной части вечера оставались считанные минуты, в Большом зале неожиданно воцарилась тишина. Отнюдь не заклинание послужило такой перемене — в дверях зала стояли Невилл Долгопупс и Пэнси Паркинсон. Под прицелом взглядов собравшегося общества они держались за руки, и их пальцы были крепко переплетены. Не было никаких сомнений, что эти двое встречаются. Тишина в считанные мгновения сменилась шелестом шепотков. У профессора Снейпа создалось впечатление, что если закрыть глаза, то легко можно представить, что он находится в лесу, на который налетел шквальный ветер.       — Честно, я думала, это только лишь пустые слухи, — полушепотом сказала стоявшая рядом профессор Вектор. — Я просто в шоке.       — Да неужели, Септима? — не без саркастичных интонаций произнёс Снейп.       — Именно, — не распознав сарказма в его голосе, искренне ответила коллега. — Северус, а что вы думаете по этому поводу?       — Что думаю я? А мне надо?       — Да-да, — энергично закивала она. — Пэнси Паркинсон же твоя бывшая подопечная, а Невилл — наш коллега.       — Хм… Скажу то, что у мисс Паркинсон весьма скверный вкус.

***

      Едва закончилась торжественная часть и объявили перерыв перед танцами, Гермиона и Джинни вместе с Луной покинули своих спутников и отправились в дамскую комнату. Глядя на своё отражение и оправляя парадную мантию, Грейнджер решила обсудить с подругами взволновавшее всех появление Невилла с Паркинсон:       — Я думала, что на благотворительном балу ради экспедиции Невилл был с Паркинсон из-за… — она сделала паузу, пытаясь подобрать подходящее слово, но не смогла. — Я искренне считала, что тот вечер не вызывает подозрения, что между ними что-то есть, — в еë голосе сквозило неприкрытое осуждение.       — А ты случайно не ревнуешь, Гермиона? — невинно поинтересовалась Луна.       — Какой глупый вопрос, Луна, — искренне возмутилась та. — Просто Паркинсон не подходит ему. Паркинсон — первостатейная стерва. И не стоит забывать кое-что очень важное: она была на стороне Волан-де-Морта.       — Тео тоже находился в оппозиции, но меня это не смущает.       — Ну, ты у нас девочка со своим взглядом на мир, — дипломатично произнесла приятельница.       — Я тоже не понимаю Невилла, — подключилась к беседе Джинни. — Когда мы учились, Малфой, Паркинсон и слизеринская компания регулярно измывались над ним.       — И я о том же, — закивала её невестка. — Она совершенно не пара Невиллу.       — А ведь и про ваши пары кто-то может сказать, что Рон ни капли не подходит тебе, Гермиона, а ты, Джинни, не пара для Гарри.       — Ну ты и выдумала, Луна, — со смешком сказала Джинни.       — Я бы сказала подобным доброжелателям заняться своей личной жизнью и не лезть в чужую, — нахмурилась Гермиона.       Губы Луны тронула улыбка. Девушка посмотрела на подруг и глубокомысленно заключила:       — По-моему, такие пары, как Невилл и Пэнси, — это верный признак того, что война закончилась…

***

      Шёл седьмой танец. К тайной радости Пэнси, на этот раз был объявлен вальс. Туфли, которые девушка выбрала для сегодняшнего вечера, после четвертого танца начали предательски натирать. Они вовсе не были новыми — Пэнси уже пару раз их надевала, — чтобы вызвать неудобства. Она стойко терпела последствия своей оплошности, не желая привлекать излишнее внимание, которого сегодня ей хватило на полжизни вперед. Едва прозвучало вступление, Невилл наклонился к ней и шепнул на ухо:       — Нам стоит выйти.       — Почему? — удивилась Пэнси.       — Мне жалко твои ноги, — не задумываясь, ответил он.       — Как ты узнал?       — Пока ты учила меня танцевать, я научился замечать, когда у тебя начинают болеть ноги. Давай плавно двигаться к выходу.       — Ты не переживаешь, что наше отсутствие привлечёт излишнее внимание?       — Ни капли, — покачал головой Невилл. — Меня больше волнуют твои ноги.       — Хорошо, — согласилась девушка, совершенно не желая упорствовать.       Их пара, плавно минуя остальные, ещё до конца вальса оказалась возле выхода. Когда они оказались в коридоре, Невилл, подстроившись под скорость и ширину её шагов, повёл девушку за собой. Осматриваясь по сторонам, Пэнси сверила их путь со своими воспоминаниями о Хогвартсе и из чистого любопытства спросила у спутника:       — Куда мы идём?       — В мои апартаменты… — запнувшись, ответил он и быстро продолжил: — У меня там есть лечебные мази, и они гораздо ближе больничного крыла.       — Понятно, — про себя улыбнулась девушка и попросила его: — Можешь остановиться на минутку?       — Для чего?       — Я хочу снять чёртовы туфли.       — У меня есть решение получше, — Невилл подхватил её на руки.       — Почему ты так долго тянул, Невилл? — капризно возмутилась девушка и поцеловала его в щёку. — Надеюсь, твои апартаменты недалеко. Не хочется, чтобы ты из-за меня надорвал спину.       — Спасибо за веру в меня, милая, — не без сарказма произнёс он.       — Я и правда волнуюсь.       — Знаю, — мягко ответил он и оставил поцелуй у неё на лбу.       Остаток пути до комнаты они молчали. Невилл остановился перед нужной дверью и аккуратно поставил девушку на пол, затем коснулся волшебной палочкой дверной ручки, и дверь беззвучно распахнулась. Пэнси вошла первой и тут же поинтересовалась у хозяина комнаты:       — А это, случайно, не ещё одна оранжерея?       Куда бы ни упал взгляд, находились растения магические и не только, а свободные места занимали книги о них. Сняв парадную мантию и кинув её на вешалку-стойку, Невилл огляделся по сторонам так, словно и сам был в гостях, и спросил:       — Ты думаешь, здесь много растений?       — Нет… — девушка поймала его скептический взгляд и быстро добавила: — Если только самую малость.       — Маленькая лгунья, — с нежным укором сказал он и поцеловал её в макушку.       Невилл подвел Пэнси к старенькой тахте и усадил её и, при помощи заклинания приманив заживляющую мазь, опустился на пол перед девушкой. Задрав подол платья яблочного цвета, мужчина с ловкой осторожностью расстегнул пряжки и снял туфли. Прицокнув языком, он осмотрел ступни и сказал:       — И зачем ты только надела такие неудобные туфли?       — Я и сама не ожидала, что такое произойдет, — призналась Пэнси. — Подозреваю, кто-то наслал проклятие на них.       — А есть такое проклятие? — поинтересовался Невилл, окуная пальцы в баночку с мазью.       — Конечно, и не одно в арсенале каждой уважающей себя ведьмы, — подтвердила колдунья и вздрогнула, когда его подушечки пальцев с лекарством прикоснулись к поврежденным участкам кожи на ступнях.       — Извини. Тебе больно? — встревожился он.       — Нет, просто непривычно, — покачала головой она и, чуть краснея, пояснила: — Мазь прохладная, а я привыкла, что у тебя горячие руки.       — Потерпи немного, — продолжая наносить мазь, сказал Невилл и поцеловал её чуть ниже колена.       От его поцелуя по её коже пробежали мурашки. Заметив её реакцию, с притворной невинностью поинтересовался:       — Замерзла?       — Наоборот, жарко, — выдохнула Пэнси.       — А так? — он поцеловал в то же место, но на другой ноге.       — Разве на нас не слишком много одежды для таких вопросов? — спросила она.       Не дождавшись ответа, девушка спустилась с тахты к нему на пол, обвила руками его шею и поцеловала в губы. Прервав поцелуй, Невилл произнёс:       — Мы можем запачкать твоё платье и мантию мазью…       — Ты думаешь о таких глупостях, — с обиженными интонациями сказала девушка.       — А о чём ты тогда думаешь?       Она потянулась к его лицу и, обжигая дыханием кожу, с хрипотцой в голосе прошептала ему на ухо:       — В твоём распоряжении только эта комната? Или у тебя есть ещё спальня?       — Это уже выше моих сил, — сквозь зубы сказал Невилл и, вскочив на ноги, потянул девушку за собой. — Идём… пора удовлетворить наш интерес.       Он повёл Пэнси к стене, скрытой лианами, зелёные стебли которой усыпали белые цветочки-звёздочки. Едва они приблизились, в стене образовался проход в другую комнату. Растений здесь было поменьше. Заправленная красно-зелёным покрывалом кровать стояла у окна, напротив находился платяной шкаф. Оказавшись в спальне, Невилл крепко прижал к себе девушку и с жадным напором поцеловал в губы. Почувствовав, как она трепещет в его объятьях, он прервал поцелуй и, тяжело дыша, напомнил:       — Ты не так давно говорила, что на нас слишком много одежды.       — Я и сейчас так считаю, — ответила девушка и потянулась к пуговицам на его жилете.       Ловко расправившись с ними, пальчики Пэнси принялись за рубашку, которая очень быстро оказалась у их ног рядом с шелковой лужей жилетки зелёного цвета. Расстегнув пряжку ремня, она помогла Невиллу справиться с бюстгальтером. Когда из одежды на них остались лишь трусы, мужчина подхватил девушку на руки и отнёс в кровать. Уложив её на спину, он навис над ней. Несколько мгновений Невилл смотрел на Пэнси, любуясь и впитывая в себя острое предвкушение. Достигнув накала ощущений, он взял в рот один из вздыбившихся от возбуждения сосков, дразня его кончик языком. Второй накрыл ладонью и стал ласкать чувственный пик пальцами, наслаждаясь тихими стонами Пэнси. Другая рука скользнула по бархатистой коже живота к трусикам и скользнула под их тонкую ткань. Невилл раздвинул половые губы возлюбленной и приложил большой палец к клитору, делая круговые, с лёгким нажимом движения. Затем он погрузил средний и указательный во влажное влагалище Пэнси и, наращивая темп, принялся ласкать его стенки, заставляя их увлажняться сильнее. Пэнси, постанывая от удовольствия, запустила пальчики в его светлые волосы и закрыла глаза. Из её горла вырвался громкий стон, полный сладкого удовольствия. Он манил к себе мужчину сильнее песни сирен, а пульсирующий влажный жар внизу её живота — сильнее чар вейлы. Невилл отстранился от Пэнси лишь на то время, чтобы снять с себя и неё остатки белья, после чего, с трудом держа себя в руках, неторопливо погрузил свой член во влагалище. Страстным поцелуем он поймал её стон удовольствия. Они начали в медленном и неуверенном темпе. Но потребовалось не так много времени, чтобы их тела подобрали нужный ритм, постепенно наращивая его. Сбивчиво от нехватки дыхания шепча ласковые слова и имена друг друга, они достигли общей кульминации.       Мокрые от пота и секса они лежали на скомканном покрывале, крепко сплетясь телами. Они смотрели друг другу в глаза, словно вели немой диалог, словно догадываясь, что счастье, которое овладело ими, было слишком хрупким для прочих звуков, кроме биения их сердец и дыхания. В теплых объятиях любимого Пэнси не заметила, как заснула.