Глава 3

В горле встал ком — Сакура молилась, чтобы Какаши искал туалет как можно дольше. Его пальцы ощущались на запястье крепко. Сейчас, пока они не остались один на один, можно сбежать. Вырваться, сказать, что он все неправильно понял. Но… Сакура продолжает идти. Она надеется, что не пожалеет о своем решении. Какаши притормаживает, заставляя ее неловко врезаться в массивные плечи. Секунда на то, чтобы посмотреть, нет ли людей, и вот он буквально заталкивает ее в самую ближнюю кабинку. Достаточно свободная для одного, но немного тесная для двоих, комната. Сакура слышит, как щелкает замок. И, кажется, только сейчас начинает понимать, что происходит. Какаши подходит к ней близко-близко, заставляя почти вжаться в холодную стену. Тело покрывается испариной. Она слышит его запах. Ее глаза расширяются, когда она чувствует на своих бедрах чужие руки. Такая маленькая. Какаши проводит пальцами по ягодицам, задирая юбку, прижимается к ней ближе. Такая мягкая. Сакура сглатывает. Неужели он всегда был настолько…сексуальным и горячим? Сакура лихорадочно водит по его плечам, а потом и шее, руками, очерчивая крепкие мышцы. Пальцы внезапно останавливаются около линии роста волос, несмело, будто на пробу, зарываясь первый раз. Волосы твердые, но не жесткие. Какаши старается не думать о том, что они делают. Сакура сама заварила эту кашу, ей и расхлебывать. Сама возбудила его. Сама напросилась на секс. Он даст ей все, и даже больше. Все, чего не смог дать Саске. Ведь не смог же, раз прямо сейчас она изменяет ему? Его губы отчаянно прижимаются к губам Сакуры. Она жмурится, стараясь отогнать мысли о том, что это их первый поцелуй. Сакура стонет, когда его язык проталкивается внутрь, глубже. Внизу пульсирует клитор. Зубами он аккуратно подхватывает нижнюю губу, посасывая ее, заставляя Сакуру приоткрыть рот. Ей никогда не доводилось испытывать подобного с Саске — тот, по сравнению с Какаши, был похож на кусок льда. Никогда Сакура не чувствовала такого сладкого трепета от поцелуев и поглаживаний с ним. С Какаши все было по-другому. Сейчас Сакура понимает, что Саске целовал слишком быстро — Какаши же медленно, растягивая удовольствие, Саске касался холодно — Какаши горел и она загоралась вместе с ним. Их языки сплетаются, и Какаши постанывает ей в губы. Она уже почти вся мокрая. Сакура чувствует, что он хочет ее тоже. Он расстегивает застежку топа и сбрасывает его на пол. От вида голой Сакуры у него внутри все трепещет. Боже, какая же она красивая. Грудь опадает, приходя в свою естественную форму. Какаши мягко сжимает ее в своих ладонях, целуя Сакуру в шею, прижимаясь к ней всем телом. Его пальцы пропускают через себя затвердевшие соски, заставляя ее шумно дышать. Он опускается ниже, припадая ртом к одному соску, а затем к другому. Ее грудь просто создана для того, чтобы быть у него во рту. Сакура заходится стонами — ей слишком хорошо. Какаши причмокивает и играет с сосками — обводит их языком, а потом снова обхватывает губами. Сакура прогибается и хватается за его волосы, притягивая ближе. Она и не знала, что это так приятно — у них с Саске было пару жалких попыток заняться сексом, но он никогда не целовал ее грудь. — На колени. Сакура, словно опьяневшая от его ласк, тяжело опускается. Его рука немного давит на голову. Она переступает с каблуков на колени, совершенно не думая о чистоте полов. Какаши махом расстегивает ширинку прямо перед ее носом. Сакура тушуется, неловко поглядывая на налитый кровью член, боясь поднять глаза выше. Отчего-то было стыдно смотреть ему в глаза в такой позе. Она чувствует на своем затылке ладонь и, словно читая мысли новоиспеченного любовника, открывает рот. Первый раз он заходит слишком тяжело — Сакуре нелегко полностью обхватить его губами. Она слышит лихорадочный стон сверху и понимает, что это стонет Какаши. Пальцы перебирают розовые пряди и тянут ее на себя еще раз. От резкого движения ей больно, в уголке губ жжет, а на глаза наворачиваются слезы. Он шумно выдыхает, прикрывая глаза. Непонятно, что действует на него сильнее — алкоголь или ее рот. Сакура пытается расслабиться и просто подстроиться под ритм, который он задает. Так действительно становится легче. Она скользит по всей длине. Какаши чуть сильнее сжимает ее волосы. Сакура вдруг находит в себе смелость поднять глаза и посмотреть на него. Какаши ловит ее взгляд и смотрит за движениями: она насаживается, причмокивая губами, обхватывая его ладонью. Когда Сакура видит его потемневшие глаза, то, как он смотрит на нее, ей становится все понятно. Она постепенно расслабляется, облизывая его. Сакура ощущает себя развратной и грязной, когда начинает поглаживать клитор свободной рукой. Она издает пошлые хлюпающие звуки и стонет с ним в унисон, смотря на него. Теперь она сосет так, будто делает это каждый день. Какаши готов кончить прямо сейчас — Сакура очень способная. Ему надо немного выдохнуть. Он придерживает ее голову, выходя из теплого рта. Подхватывает ее под руки и тянет наверх. Она еле как встает на высоких каблуках. Он слегка подталкивает ее к умывальнику и наклоняет. Сакура пытается найти опору, ухватываясь руками за раковину. Стринги выглядывают из-под юбки, впиваются ей в промежность. Чертовски сексуально. Какаши обводит пальцами ее зад и шлепает. Прижимает горячий влажный член к ней. Сакура почти вскрикивает. Он имитирует движения и снова прикрывает глаза. Сакура вздрагивает. Через ткань член мажет по клитору. Какаши поднимает ее ногу, заставляет согнуть в колене, и пристраивает на раковине. Повезло, что здесь широкие раковины. Сакура заводит ногу так, как ему надо. Ей холодно от керамической поверхности, но желание почувствовать его в себе затмевает почти все мысли. В отражении зеркала она видит, как фигура Шестого опускается ниже. Нет, он же не… — Ааах, — вырывается из нее быстрее, чем она успевает понять, что Какаши — действительно извращенец. Сакура, конечно, читала и слышала, что это приятно, но чтобы настолько… Она с удовольствием прикрывает глаза. Боже…губы Какаши ласкают ее клитор, язык скользит по половым губам, залезая внутрь, задевая ткань сдвинутых в сторону трусов. Он придерживает ее бедра руками, прижимается носом и подбородком. Сакура никогда не думала, что будет испытывать стыд и негу одновременно. Она старается расслабиться и отдается ощущениям. Отдается Какаши. Его губы делают с Сакурой что-то невообразимое. Каждое его движение приносит ей восхитительное наслаждение. Хочется еще больше… Какаши вводит палец, и он заходит как по маслу. Он облегченно улыбается — значит, все сделал правильно. Сакура стонет громче. У них с Саске все-таки был секс. Какаши не понимает, почему он думает об этом, особенно сейчас, и переводит взгляд на их, пока еще не соединенные, тела. Зеркало отражает согнувшуюся Сакуру, с прикрытыми глазами, с его пальцем внутри нее. Хочется быстрее сделать ее своей. Взять, войти, натянуть до конца. Чтобы она думала только о нем. Сакура слышит звук рвущейся упаковки и закусывает губу — без его рук слишком холодно. Шестой входит с первого раза, резко, заполняя ее собой. Сакура протяжно стонет-кричит. Его очень много — внутри немного саднит. Такая узкая. Сакура ловит его взгляд в зеркале и завороженно всматривается в него. Он смотрит на нее в ответ. Боже, он в ней. Его рука стискивает ее бедро, прижимая к себе, а второй он накрывает ее грудь. Сакура полностью в его распоряжении. — Смотри, — шепчет он ей на ухо, наклоняясь вплотную, глядя на их отражение. И Сакура смотрит. Смотрит, как он касается губами ее кожи за ушком, как ставит руку рядом с ее — на раковину, чтобы было легче двигаться. Она следит за ним и отвлекается от мимолетной боли. Первый толчок отзывается в каждой клеточке ее тела. Сакура чувствует, как он входит и наполняет ее снова. Жжение совсем небольшое, но тем не менее — неприятное. Сакура концентрируется на дыхании, выравнивая его. Какаши терпеливо ждет, дыша ей в затылок. Он видит, как она бьется в его руках, чувствует, как сжимает его изнутри. Бедра движутся вперед, Какаши снова входит до упора. Невозможно горячая. Он запрокидывает ее голову назад и мажет губами по подбородку, около губ. Сакура заметно расслабляется, целует его первая, податливо открывая рот, ловя губами его язык. Член двигается в ней снова, в этот раз намного приятнее и почти не больно. С каждым движением Сакуре нравится все больше. Она начинает подмахивать бедрами в ответ. Он проникает глубже. Какаши врезается в нее, сжимает ягодицы, срываясь на очень быстрый темп. А потом входит медленно и глубоко. Сакура почти теряет связь с реальностью. Она иногда видела такое в порно. Или слышала от Ино, когда та делилась, как Шикамару трахает ее до беспамятства. Тогда Сакура смотрела на подругу, как на умалишенную, чуть ли не крутя у виска пальцем. Теперь она понимает, о чем говорила Ино. Все, о чем ты можешь думать — когда он войдет в тебя снова, и тебе станет хорошо. Когда он опять ускорится. Когда ты уже не принадлежишь себе. Какаши входит снова, а Сакура стоит из последних сил. Вдруг, от мысли о том, что Какаши трахает ее в туалете, она снова начинает ощущать себя грязной. Теперь его движения становятся особенно яркими. Сакура стонет громче, прогибаясь в спине сильнее. Она тянется к его руке, той, что на ее груди, и облизывает мужские пальцы. Одной рукой Сакура опирается о раковину, а другой устраивает пальцы Какаши у себя на клиторе. Он прикасается к половым губам, мягко натирая клитор подушечкой мозолистых пальцев. — Даа… — Блаженно стонет Сакура, когда движения члена и руки синхронизируются. Она почти ловит оргазм. — Так, Сакура? — Ухмыляется Какаши, наклоняя ее лицом вперед, придерживая за шею. Он трахает ее жестко, пропуская через пальцы розовые волосы, надрачивая клитор. Ей безумно хорошо. — Да-да… Только так. И пусть он не останавливается никогда. Сакура сжимается часто-часто и громко кончает. Ее крик тонет в маленьком пространстве. Какаши чувствует, как она пульсирует вокруг него. Он и сам близок к оргазму. Сакура буквально истекает. Пару резких движений, так, что яйца шлепаются об ее задницу, и он тоже кончает, выстанывая что-то невнятное. Сакура ощущает приятное тепло внутри. Они оба тяжело дышат, и Какаши утыкается лицом ей в спину. Однозначно, это был лучший секс в ее жизни. Сакура отстраняется, он выходит, и теперь она может повернуться к нему лицом. Какаши замирает. Ловит взгляд ее ошалелых глаз, смотрящих на него, когда Сакура тянется рукой к его лицу. Она целует мягко. Черт, кажется, он начинает хотеть ее снова. Какаши приоткрывает рот, позволяя Сакуре похозяйничать, провести языком по его языку, слегка прикусить зубами губы. Он прижимает ее ближе, она обнимает его за плечи, вдыхая носом запах, исходящий от его кожи. Он пахнет сексом, немного потом, алкоголем и ей. Боже, какая она сладкая. С его собственным вкусом на языке, с маленьким юрким язычком, с пухлыми губами. Какаши поправляет ее задравшуюся юбку и влажные трусы, не забыв при этом мазнуть пальцем по влагалищу. Не смог удержаться. Смущенно накидывая одежду, Сакура думает о произошедшем. — Тебя, наверное, все потеряли, — первым нарушает звенящую тишину Шестой. Они стоят перед дверью. За это время он почти успел протрезветь. — И тебя, — многозначительно улыбается Сакура, словно пробуя на вкус «тебя», вместо «вас». Ей нравится. — Ну…пока, — бормочет она. Ее не покидает ощущение, что это их не последняя встреча. Она будто бы знает, что встретит его еще. Какаши отчего-то медлит. В любом другом случае он бы ушел как можно скорее. Но сейчас он продолжает стоять и смотреть на нее. Самое неловкое после случайного секса — прощаться. Он знает об этом не понаслышке. — До встречи, — после нескольких секунд молчания все-таки улыбается Шестой и исчезает. Ее губы расплываются в ответной дурацкой улыбке, а в груди становится слишком щекотно. Сакура толкает дверь, пытаясь не привлекать к себе внимания. Бармен говорит ей что-то о том, что сотрудники уже успели испугаться за нее. Сакура лишь снова улыбается. За нее теперь не стоит беспокоиться. Генма и Ирука уже почти спят за столом. Какаши появляется неожиданно. Генма начинает бурчать что-то о том, что они его честно-честно ждали, но что-то пошло не так. Какаши лишь утверждает, что все это время был здесь. А они успели так нажраться, что даже не заметили его. Месяцами позже он зачастит в больницу. И даже согласится на психиатрический осмотр. Сакура подберет ему подходящее лечение. Она оставит подработку в баре — необходимости в дополнительном заработке больше нет. Ее влажные мечты о жизни с Саске исчезнут. Еще позже друзья заметят причудливые розовые волосы в холостяцкой квартире. А Сакура обзаведется лишней зубной щеткой, на что Ино, на очередной ночевке, спустит с нее три шкуры, требуя объяснений. Они не смогут избавиться от ночных кошмаров, но, по крайне мере, — их станет меньше. Сакура уже никогда не сможет отмыться от крови на своих руках, но запах Какаши поможет ей заглушить его. Они будут наслаждаться друг другом везде, где только можно. В ванной, на диване, в ее кабинете, на столе в резиденции, на крыше и даже в туалете Ичираку. Сакуре предстоит многому научиться, а Какаши будет рядом. Прямо как в детстве. Однако…это будет совершенно другая история!